фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Может быть, это две стороны одной задачи, — сказала Агларанна. — Кажется, разворачивающиеся события свидетельствуют о стремлении безумца собрать под своим командованием моррелов, их слуг и союзников. Чтобы добиться этого, он должен дождаться знака, упоминаемого в пророчествах. Он должен уничтожить Сокрушителя Тьмы. И чего он добился? Он заставил тебя прийти в то место, где легко может обнаружить тебя.
Джимми подскочил, глядя на Аруту широко раскрытыми глазами:
— Он ждет тебя! — выпалил он, забыв о том, где находится. — Он у Черного озера!
Лори и Роальд успокаивающе положили руки ему на плечи. Джимми смутился.
— Устами младенца… — сказал Тэйтар. — Мы со старейшими подумали и решили, что именно этого и следует ожидать, Арута. После того как тебе был дарован талисман Ишапа, Мурмандрамас должен изыскать другой способ обнаружить тебя, иначе он рискует потерять сторонников. Моррелы мало чем отличаются от прочих народов — и им надо пасти стада и растить хлеб. Если Мурмандрамас протянет время, дожидаясь исполнения пророчеств, все покинут его, кроме тех, кто, как черные убийцы, принес кровавую клятву. Его шпионы могли сообщить, что ты уехал из Сарта, а теперь уже и из Крондора могли донести, что ты отправился на поиски лекарства для принцессы. Да, он знает, что ты ищешь терн серебристый, поэтому он сам или один из его приспешников, например тот же Мурад, будет ждать тебя у Морелина.
Арута и Мартин посмотрели друг на друга. Мартин пожал плечами:
— Мы и не думали, что это будет легко.
Арута посмотрел на королеву, Томаса и Тэйтара:
— Благодарю за мудрые речи. Но мы отправимся в Морелин.
Арута поднял голову — рядом с ним стоял Мартин.
— Грустишь? — спросил старший брат.
— Просто… думаю обо всем понемногу, Мартин.
Мартин сел рядом с Арутой на край платформы, где находились отведенные им покои. Ночью Эльвандар едва заметно мерцал — город эльфов словно кутался в волшебный плащ.
— И о чем же ты думаешь?
— О том, что я чуть было не позволил своей одержимости Анитой занять место долга.
— Сомневаешься? — спросил Мартин. — Ну, наконец-то ты раскрылся, братец. Слушай, Арута, у меня с самого начала были сомнения насчет этого путешествия, но если ты позволишь сомнениям одолеть себя, ничего не получится. Ты просто должен принять решение и действовать.
— А если я неправ?
— Значит, ты неправ.
Арута положил голову на деревянное ограждение.
— Все дело в ставках. В детстве, если я был неправ, я проигрывал игру. Сейчас я могу потерять всю страну.
— Возможно, но это не отменяет необходимости принять решение и действовать.
— Все валится из рук. Я думаю, может, лучше вернуться? в Вабон и отправить в горы армию Вандроса?
— Может быть. Но есть такие места, где могут пройти шестеро, а армия пройти не может.
Арута криво усмехнулся:
— Не очень-то нас много…
Мартин в ответ выдал точно такую же усмешку:
— Верно, нам все еще не хватает одного-двух. Судя по тому, что сказал Галейн, украдкой и хитростью можно сделать больше, чем силой. Что если ты отправишь туда армию Вандроса, а окажется, что к Морелину ведет такая же дорога, как та, что вела в Сарт? Помнишь, та, про которую Гардан сказал, что ее могут оборонять шесть бабушек с вениками? Я предвижу, что у Мурмандрамаса найдется побольше, чем полдюжины бабушек. Даже если можно сразиться с ордами Мурмандрамаса и победить, сможешь ли ты приказать солдатам отдать жизнь за то, чтобы Анита осталась жива? Нет, ты играешь с Мурмандрамасом, ставки высоки, но все же это игра. Пока твой враг думает, что может заманить тебя, в Морелин, у нас есть возможность пробраться туда, чтобы отыскать терн серебристый.
Арута посмотрел на брата.
— Да? — спросил он, заранее зная ответ.
— Конечно. Пока мы не попадемся в ловушку, она будет ждать нас. Таково свойство всех ловушек. Если они не будут знать, что мы там, у нас есть возможность выбраться. — Он помолчал, глядя на север, и сказал: — Так близко — вон там в горах, всего в неделе пути, не больше. Так близко… — Он рассмеялся. — Стыдно будет подойти так близко и повернуть назад.
— Ты с ума сошел, — сказал Арута.
— Наверное, — сказал Мартин. — Но подумай только: так близко!
Арута не мог не рассмеяться:
— Хорошо. Завтра выступаем.
Шестеро всадников выехали следующим утром, получив благословение королевы эльфов и Томаса. Калин, Галейн и еще два эльфа бежали рядом со всадниками. Когда двор королевы пропал из виду, из-за дерева высунулся гвали, и закричал:
— Калин!
Принц эльфов приказал остановиться, и гвали, спрыгнув с веток, улыбнулся путникам:
— Куда люди едут с Калином?
— Апалла, мы провожаем их до Северной дороги. Оттуда они отправятся в Морелин.
Гвали разволновался и закачал лохматой головкой:
— Не ходите, люди. Плохое место. Маленького Олноли съело там плохое существо.
— Какое существо? — спросил Калин, но гвали в страхе убежал.
— Не похоже на доброе напутствие, — заметил Джимми.
— Галейн, — сказал Калин, — вернись, найди Апаллу и попытайся узнать у него хоть что-нибудь.
— Я выясню, о чем он говорит, и догоню вас, — сказал Галейн.
Он помахал путникам и устремился назад, следом за гвали. Арута махнул рукой, и все двинулись дальше.
Три дня провожали их эльфы до границ своего леса, к подножию Великих Северных гор. К полудню четвертого дня они вышли к небольшому потоку, на другой стороне которого вилась тропа, ведущая через леса к ущелью.
— Здесь границы наших владений, -сказал Калин.
— Как ты думаешь, где Галейн? — спросил Мартин.
— Может быть, он не узнал ничего стоящего, а может, ему понадобился день, а то и два, чтобы разыскать Апаллу. Гвали бывает трудно обнаружить, когда они сами не хотят общаться. Если Галейн встретит нас, мы отправим его за вами. Он догонит вас, если вы не вступите в пределы Морелина к тому времени.
— Где это? — спросил Арута.
— Следуйте по этой тропе два дня, пока не попадете в маленькую долину. Перейдите ее, и на севере увидите водопад. Тропа ведет оттуда вверх, а выйдя на плато, вы окажетесь неподалеку от источников водопада. Идите вверх по реке, пока не дойдете до озера. От него идет другая тропа, опять вверх и опять на север. Таков единственный путь в Морелин. Вы найдете каньон, который охватывает озеро со всех сторон. Легенда гласит, что это — след скорбящего принца эльфов, который вытоптал землю вокруг озера. Каньон называется Тропа Отчаявшихся. Есть только одна дорога к Морелину — мост, построенный моррелами. За мостом — озеро. Там вы и найдете терн серебристый. Это растение со светло-зелеными трехчастными листьями, с плодами, которые напоминают красные священные ягоды. Вы сразу его узнаете по шипам серебряного цвета. Наберите хотя бы пригоршню ягод. Он растет у самой воды. А теперь идите, и да защитят вас боги.
Коротко простившись, шестеро всадников тронули коней. Мартин и Бару ехали впереди, за ними — Аруга и Лори. Замыкали процессию Джимми и Роальд. Пока они не повернули, Джимми все оборачивался, глядя на эльфов. Потом он стал смотреть вперед, понимая, что теперь они предоставлены самим себе — нет им в помощь ни союзников, ни богов. Он послал молчаливую молитву Банату и глубоко вздохнул.
Глава пятнадцатая. ВОЗВРАЩЕНИЕ
Паг смотрел в огонь. Маленькая жаровня в его кабинете бросала колеблющийся отсвет на стены и потолок. Он провел рукой по лицу, каждой частичкой своего существа ощущая усталость. Паг не прерываясь работал с того самого момента, когда Роуген прорицал будущее, а ел и спал, только когда Кейтала насильно отрывала его от книг. Сейчас Паг только что осторожно закрыл одну из книг Макроса — он рылся в них целую неделю до полного изнеможения. После того как видение Роугена показало ему то, что может случиться, а может и не случиться, Паг старался разыскать сведения, которые могут оказаться полезными. Только один чародей этого мира знал что-то о мире Келевана, и этим человеком был Макрос Черный. Чем бы ни был сгусток тьмы, появившийся в видении Роугена, он говорил на языке, который в Мидкемии был знаком всего лишь пяти тысячам человек — Пагу, Кейтале, Лори, Касами и его солдатам в Ламуте, да еще нескольким сотням бывших пленников, живших сейчас по всему Дальнему берегу. И один только Паг понял все, что показала им Гамина, потому что зло, предупредившее их о своем возвращении, произнесло слова, давно исчезнувшие из языка цурани. Сейчас Паг тщетно искал в книгах Макроса хоть малейший намек на то, чем может оказаться эта темная сила.
Из сотен томов, которые Макрос завещал Кулгану и Пагу, лишь треть была внесена в каталоги. Макрос оставил только список заглавий, составленный при помощи своего прислужника Гейтиса. Иногда помогало и это, если содержание работы было понятно по заглавию. В иных случаях приходилось просматривать всю книгу. Было, например, семьдесят два тома, названные просто
, и еще десяток разных книг, имевших одинаковые названия. Выискивая возможные подсказки к тому, с чем им пришлось столкнуться, Паг заперся с этими томами в, кабинете и начал внимательно их изучать. И вот он сидел, опустив том на колени, — он уже начал понимать, что именно ему надлежит делать.
Паг аккуратно положил книгу на письменный стол и вышел из кабинета. По лестнице он спустился в зал, куда выходили все комнаты, которыми уже пользовались в недостроенном здании академии. Работа на верхнем этаже рядом с башней, где помещалась библиотека, была приостановлена из-за дождя. Холодный порыв ветра дунул сквозь незаделанный проем в стене, и Паг, входя в обеденный зал, поплотнее закутался в черное одеяние. Обеденный зал использовался как общая комната.
Кейтала подняла голову от вышивания — она сидела у камина. Брат Доминик разговаривал с Кулганом, дородный чародей, как всегда, попыхивал трубкой. Касами наблюдал за Уильямом и Гаминой; дети, устроившись в уголке, играли в шахматы — их лица были сосредоточенны, они пытались освоить новую для них игру. Уильям не проявлял особого интереса к шахматам, пока игрой не заинтересовалась Гамина. Поражение пробудило в нем дух борьбы, ранее просыпавшийся только во дворе, на площадке для игры в мяч.
Паг подумал, что, если позволит время, он займется изучением их талантов поближе. Если время позволит…
Вошел Мичем с графином вина и предложил Пагу. Паг поблагодарил его и сел рядом с женой.
— Ужин не раньше чем через час, — сказала Кейтала. — Я думала, что мне опять придется выволакивать тебя.
— Я закончил работу и решил отдохнуть перед трапезой.
— Хорошо, — вздохнула Кейтала. — Ты работаешь, не щадя себя, Паг. Ты учишь, наблюдаешь за строительством академии, потом запираешься в своем кабинете, а для нас у тебя почти не остается времени.
— Пилишь? — улыбнулся Паг.
— Право жены, — ответила она, улыбнувшись в ответ. Кейтала не была ворчуньей. Если ей что-то не нравилось, она сразу же об этом говорила, и дело тут же решалось или взаимными уступками, или же одному из супругов приходилось принимать условия другого.
— Где Гардан? — спросил Паг, оглядевшись.
— Ба! Ты заметил! — сказал Кулган. — Если бы ты не запирался в башне, ты бы помнил, что он сегодня уехал в Шамату — отправить Лиаму письма. Через неделю он вернется.
—Он поехал один?
Кулган выпрямился в кресле:
— Я сделал предсказание. Дождь будет идти три дня. Многие рабочие отправились на это время домой — это лучше, чем три дня сидеть в казармах. Гардан поехал вместе с ними. Что ты там делал в своей башне все эти дни? Ты за неделю не сказал и пары слов.
Паг оглядел тех, кто был с ним в комнате. Кейтала, кажется, занялась своим рукоделием, но Паг знал, что она прислушивается к разговору. Дети погрузились в игру. Кулган и Доминик смотрели на него с живым интересом.
— Я читал книги Макроса, пытаясь найти объяснения тому, с чем мы столкнулись. А вы?
— Мы с Домиником поговорили с людьми в поселке и пришли к кое-каким выводам.
— Каким?
— Роуген поправляется. Он смог подробно рассказать нам о том, что он увидел, и некоторые особенно даровитые юнцы занялись этой задачей. — Паг услышал гордость и удовольствие в словах старого чародея. — То, что пытается нанести вред Королевству или всей Мидкемии, ограничено в своих возможностях. Допусти на миг, что, согласно нашим опасениям, через Врата сюда пробралась та темная сила с Келевана. Ей не хватает мощи, и поэтому она боится заявить о себе открыто.
— Объясни, — попросил Паг, забывая об усталости.
— Мы предположили, что это существо из родного мира Касами, и не стали искать другого объяснения тому, что оно говорит на древнем языке цурани. Но, в отличие от соплеменников Касами, оно не выступает открыто, а пытается сделать своим орудием других. Допустим, оно попало сюда через Врата. Мост уже год как разрушен, а это означает, что оно находится в Мидкемии не меньше года и не больше одиннадцати лет, собирая себе прислужников, таких, пантатианский жрец. К тому же оно пытается утвердиться через моррела, того
, как описал его Роуген. Кого нам надо действительно опасаться, так это черного существа, которое стояло за спиной прекрасного моррела и остальных. Итак, если все верно, это существо пытается действовать украдкой. Почему? Оно либо слишком слабо, чтобы действовать самому, и должно заставлять действовать других, или же оно тянет время, чтобы потом обнаружить свою истинную природу.
— Это означает, что нам надо узнать, что это за сила или существо.
— Верно. Кроме того, мы сделали кое-какие выкладки, основываясь на допущении, что это существо не с Келевана.
Паг прервал его:
— Не трать на это время, Кулган, Мы должны остановиться на том, что это существо все же из Келевана, что, на худой конец, дает нам хоть какие-то зацепки. Если Мурмандрамас — просто вождь моррелов, наделенный магическими способностями, который возвысился сам, без посторонней помощи, и просто случайно умеет говорить на мертвом языке древних цурани, что ж… может быть и так. Но мы обязаны принять во внимание вторжение некоей темной силы с Келевана.
Кулган громко вздохнул и снова раскурил погасшую трубку.
— Жаль, что у нас мало времени и мало идей. Жаль, что мы не можем без риска изучить некоторые детали этого явления. Мне многого не хватает, но больше всего — сведений о том, с чем мы столкнулись.
— Есть место, где могут найтись такие сведения.
— Где? — спросил Доминик. — Я с радостью отправлюсь с вами или о кем-нибудь еще в это место, невзирая на опасности.
Кулган горько рассмеялся:
— Нет, брат мой. Мой бывший ученик говорит о месте в ином мире. — Кулган мрачно посмотрел на Пага. — Это библиотека Ассамблеи.
— Ассамблеи? — переспросил Касами.
Паг увидел, как замерла Кейтала.
— Там могут найтись ответы, которые помогут нам в грядущей битве, — сказал он.
Кейтала так и не подняла глаза от вышивания.
— Хорошо, что Врата закрыты и не могут снова открыться, — сказала она ровным голосом. — Иначе тебя уже велели бы арестовать. Вспомни, ведь твое положение Всемогущего было поставлено под вопрос перед нападением на императора. Можно не сомневаться, что сейчас тебя объявили преступником. Нет, это хорошо, что ты не можешь вернуться.
— Могу, — сказал Паг.
Глаза Кейталы вдруг вспыхнули, и она бросила на него мрачный взгляд:
— Нет! Ты не можешь вернуться!
— Как же можно вернуться? — спросил Кулган.
— Когда я закончил, меня подвергли последнему испытанию, — пояснил Паг. — Стоя на верхней площадке Башни Испытаний, я видел образ времен Странника — странствующей звезды, которая угрожала Келевану. Именно Макрос вмешался в последний момент и спас Келеван. Макрос был на Келеване и в тот день, когда я почти разрушил императорскую арену. То, что было столь очевидным, я понял только сейчас.
— Макрос мог путешествовать между мирами по своей воле! — догадался Кулган. — Макрос умел создавать управляемые врата!
— И я теперь знаю как. Я нашел указания в одной из его книг.
— Ты не можешь отправиться туда, — прошептала Кейтала.
Паг, потянувшись к ней, взял ее руки, крепко сжатые в кулачки.
— Я должен. — Он повернулся к Кулгану и Доминику: — У меня есть средство вернуться в Ассамблею, и я должен им воспользоваться. Иначе, если Мурмандрамас окажется слугой темной силы с Келевана или даже если просто отвлекает нас, пока эта сила набирается мощи, мы можем утратить всякую надежду. Нам надо узнать, как бороться с этой силой, а для этого мы должны сначала узнать о ней побольше, узнать ее природу, и поэтому мне необходимо отправиться на Келеван. — Он посмотрел на жену, а потом на Кулгана: — Я возвращаюсь в Цурануани.
Первым заговорил Мичем:
— Хорошо. Когда мы отправляемся?
— Мы? -спросил Паг. -Я пойду один.
— Ты не можешь идти один, — ответил Мичем таким тоном, словно сама мысль об этом была чистейшим абсурдом. — Когда же мы отправляемся?
Паг посмотрел на Мичема снизу вверх:
— Ты не говоришь на их языке и слишком высок для цурани.
— Я буду твоим рабом. Там же есть рабы из Мидкемии, ты часто об этом говорил, — отмел Мичем доводы Пага. Посмотрев сначала на Кейталу, а потом на Кулгана, он сказал: — Если с тобой что-нибудь случится, здесь никогда не будет покоя.
Подошел Уильям, за ним — Гамина.
— Папа, возьми с собой Мичема.

.
Паг воздел руки кверху:
— Хорошо, — сказал он. — Разыграем представление.
— Что ж, уже лучше, — кивнул Кулган. — Только не думай, что я одобряю твою затею.
— Я приму во внимакие твое неодобрение.
— Теперь, когда решение принято, — сказал Доминик — я опять предлагаю, свои услуги.
— Ты предложил их, еще не зная, куда я собрался. За одним мидкемийцем я еще могу присмотреть, а два уже потребуют немало забот.
— Я могу быть полезен, — ответил Доминик. — Мне знакомо искусство врачевания, и я тоже владею кое-какой магией. У меня твердая рука.
Паг внимательно посмотрел на монаха.
— Ты ненамного выше меня и вполне можешь сойти за цурани, но ведь ты не знаешь языка.
— В храмах Ишапа известны магические приемы для изучения языков. Пока ты готовишь свои заклинания для открытия врат, я вполне могу выучить наречие цурани и помогу Мичему учить его, особенно если госпожа Кейтала и граф Касами помогут мне.
— Я могу помочь, — сказал Уильям. — Я говорю на цурани.
Кейтала согласилась, правда, без большой охоты. Касами сказал:
— Я тоже могу помочь. — Он, казалось, был чем-то расстроен.
— Касами, я-то думал, ты первым захочешь вернуться, а ты так ничего и не сказал, — заметил Кулган.
— Когда закрылись Врата, моя жизнь на Келеване кончилась. Теперь я — граф Ламутский. Моя жизнь в империи Цурануани — не более, чем воспоминание. Даже если можно вернуться, я не вернусь, потому что я дал клятву королю. Но, — сказал он Пагу, — ты не передашь от меня письма отцу и брату? Они не знают, жив ли я, не говоря уже о том, как я живу.
— Конечно, — ответил Паг и обратился к Кейтале: — Любовь моя, можешь ли ты сшить два одеяния ордена Хантукамы? — Она кивнула. Паг пояснил остальным: — Это орден миссионеров, его члены разъезжают по всей стране. Притворившись странствующими братьями, мы не привлечем лишнего внимания. Мичем будет нашим рабом.
— Что-то мне вся эта затея не очень нравится, — заявил Кулган.
— Вечно тебе что-нибудь не нравится, — парировал Мичем.
Паг рассмеялся. Кейтала крепко обняла мужа. Ей тоже не нравилась эта затея.
Кейтала протянула Пагу рясу:
— Примерь.
Одежда была ему как раз. Кейтала заботливо выбрала ткань, наиболее похожую на ту, что употреблялась на Келеване.
В этот день Паг назначил собрание сообщества, чтобы выбрать руководителей на время своего отсутствия и на тот случай — все понимали это, но вслух никто не произносил, — на тот случай, если он не вернется. Доминик и Мичем под руководством Касами и Уильяма учили язык цурани. Кулган изучал работы Макроса по созданию врат, чтобы помочь Пагу.
Кейтала разглядывала свое изделие, когда в комнату Пага вошел Кулган.
— Ты в этом замерзнешь.
— На моей родине всегда жарко, Кулган, — ответила Кейтала. — Никто не носит теплой одежды.
В комнату вбежали Уильям и Гамина. Девочка в последнее время, когда стало ясно, что Роуген поправится, очень переменилась. Она стала постоянной спутницей Уильяма — играла и ссорилась с ним, как родная сестра. Пока старик поправлялся, Кейтала поселила девочку у себя, в соседней с Уильямом комнате.
— Мичем идет! — крикнул мальчик и засмеялся, завертевшись волчком от восторга. Гамина тоже громко засмеялась и закружилась вместе с Уильямом, а Кулган и Паг обменялись взглядами — они впервые слышали голос девочки. В комнату вощел Мичем, и взрослые тоже рассмеялись. Крепкие волосатые ноги и руки охотника нелепо торчали из короткой одежды; он неловко ступал в сандалиях цураниавского образца.
Он оглядел комнату.
— Что смешного?
— Я так привык видеть тебя в одежде охотника, — ответил Кулган, — что ни в чем другом и представить тебя не могу.
— Ты выглядишь не совсем так, как я предполагал, — сказал Паг, пытаясь удержаться от смеха.
Воин-охотник с отвращением покачал головой:
— Может, хватит? Когда мы отправляемся?
— Завтра утром, сразу после рассвета, — ответил Паг. И смех в комнате замер.
Они тихо стояли вокруг холма на северной оконечности острова, где росло большое дерево. Дождь перестал, но дул сырой холодный ветер, обещая новый дождь. Большая часть сообщества пришла проводить Пага, Доминика и Мичема.Кейтала стояла рядом с Кулганом, положив руки на плечи Уильяма. Гамина крепко держалась за юбку Кейталы, испуганно глядя по сторонам.
Паг стоял в одиночестве, сверяясь со свитком. Неподалеку от него, дрожа на ветру, стояли Доминик и Мичем и слушали Касами, который рассказывал им о тех обычаях цурани, знание которых могло им пригодиться: он без конца вспоминал все новые детали. Мичем держал сумку, собранную Пагом, — в ней лежали обычные принадлежности странствующего жреца. Кроме того, на дне сумки помещались вещи, которые вряд ли можно было увидеть у келеванских жрецов — оружие, металлические монеты, — по понятиям Келевана, целое состояние.
Кулган встал туда, куда указал ему Паг, держа в руках посох, вырезанный одним из местных резчиков. Старый маг с силой воткнул его в землю, потом взял другой и воткнул его в четырех шагах от первого. Он отошел назад, а Паг начал читать заклинание по свитку.
Между двумя посохами возникла полоса света, переливаясь всеми цветами радуги сверху донизу. Она становилась все ярче — на нее уже было больно смотреть. Паг продолжал читать заклинания. Раздался громкий взрыв, словно ударила молния, и воздух устремился в сторону посохов, словно втягиваясь в пространство между ними.
Паг отложил свиток и посмотрел на то, что он сотворил: сияющий квадрат серого
между посохами. Подозвав к себе Доминика, он сказал:
— Я пройду первым. Врата нацелены на поляну позади моего прежнего поместья, но может оказаться, что они открылись вовсе не там, где надо.
Если окажется, что они ведут во враждебное место, ему надо будет сделать только обратный шаг вокруг посоха, и он снова появится в Мидкемии. Если он сможет сделать этот шаг…
Паг обернулся и улыбнулся Кейтале и Уильяму. Его сын вертелся в разные стороны, но Кейтала, слегка нажав руками ему на плечи, удерживала его на месте.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике