фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Едва заметный свет отдаленного фонаря проникал в комнату через открытое окно, и этого было довольно. Джимми огляделся, все остальные органы чувств помогали ему в поисках. Половицы под невесомыми шагами Джимми тихо скрипнули — не совсем так, как остальные, и вор нашел то, что искал. В душе он посмеялся над хозяином, у которого не хватило фантазии припрятать свое добро куда-нибудь в менее обычное место. Одним движением мальчишка поднял половицу и запустил руку в тайник сукновала Трига.
Триг захрапел и повернулся на бок; его толстая жена тоже всхрапнула, словно отвечая ему. Джимми застыл на месте, едва дыша, и несколько минут подождал, пока хозяева дома опять не затихли. Он вытащил тяжелый кошель и засунул добычу за пазуху туники, перепоясанной широким ремнем. Потом положил на место доску и вернулся к окну. Если повезет, пройдет не один день, прежде чем кража будет обнаружена.
Он встал на подоконник и, повернувшись, поднял руки, чтобы ухватиться за карниз крыши. Подтянулся — и вот он уже сидел на кровле. Перевесившись через край, мягким толчком он закрыл ставни и подергал веревку, на конце которой был привязан крючок, чтобы внутренний запор ставен лег на место. Потом быстро смотал веревку и тихонько засмеялся, когда представил, как будет озадачен сукновал пропажей золота. Джимми полежал, прислушиваясь к звукам в комнате. Никто не проснулся, и он совсем успокоился.
Он поднялся и пошел по дороге воров, как называли в городе крыши, перепрыгнул с кровли дома Трига на соседнюю и присел, чтобы рассмотреть добычу. Кошель свидетельствовал о том, что сукновал был зажиточным человеком в откладывал значительную часть своих доходов, Джимми этого хватит на несколько месяцев, если он, конечно, не проиграет все сразу.
Легкий звук заставил мальчишку припасть к крыше, беззвучно вжаться в черепицу. Звук послышался опять; Джимми лежал почти на коньке крыши, а шумок доносился от портика, откуда-то снизу. Мальчишка проклял свое невезение и пригладил рукой вьющиеся каштановые волосы, сырые от тумана. Еще один человек на крыше означал неприятности. Джимми работал без разрешения ночного мастера пересмешников, и эта его привычка вызывала неодобрение и даже неоднократные побои со стороны сотоварищей по цеху, когда они обнаруживали такое; но если сейчас он подвергает опасности работу другого пересмешника, его ожидало нечто большее, чем ругань и тычки. В гильдии с Джимми обращались, как со взрослым, — своим теперешним положением он был обязан ловкости и сообразительности. Поэтому от него ожидали, что он будет достойным членом гильдии, а возраст никакого значения не имел. Подвергая риску жизнь другого пересмешника, он рисковал потерять и свою.
Все могло оказаться и иначе, но это тоже не сулило ничего хорошего. Если вор работал здесь без позволения пересмешников, долг Джимми разузнать, кто он, и доложить о нем. Это, худо-бедно, немного сгладит возмущение, которое поднимется, когда станет ясно, что Джимми опять нарушил воровской этикет, особенно если он отдаст гильдии ее долю добычи — две трети золота сукновала.
Джимми скользнул через конек крыши и крадучись двинулся вперед, пока не оказался напротив источника звука. Ему надо только взглянуть на вора. Мастер гильдии примет необходимые меры, и рано или поздно вору нанесут визит вышибалы, которые и научат его хорошим манерам. Джимми осторожно пробрался вверх и заглянул через край крыши. И ничего не увидел. Вглядевшись, он краем глаза уловил едва заметное движение и быстро повернул голову. И опять ничего не увидел. ТОГДА ДЖимми Рука решил подождать.
Когда дело доходило до работы, единственным слабым местом Джимми оказывалось как раз его неуемное любопытство, да еще время от времени возникавшее нежелание делиться награбленным с гильдией, которой, понятно, это не очень-то нравилось. ВОСПИТАННЫЙ пересмешниками, он перенял их отношение к жизни -не по возрасту скептическое, граничащее с цинизмом. Он был не очень образован, но сообразителен. Одно он знал хорошо: звук не может исходить ниоткуда, если, конечно, здесь не замешана магия.
Джимми помедлил, пытаясь разгадать, с чем он столкнулся. Может быть, какой-то невидимый дух не очень уютно чувствовал себя на черепичной крыше, что было едва ли вероятно. Скорее, что-то вполне осязаемое пряталось в густых тенях по другую сторону портика.
Джимми подкрался поближе. Он вглядывался в темноту и был вознагражден, услышав очередной шорох. Кто-то был там, в самой густой тени, кто-то, одетый в темный плащ. Джимми видел его только тогда, когда тот шевелился. Мальчик чуть сдвинулся, чтобы найти лучшую точку для обзора, — теперь он был прямо за спиной у этого человека. Тот, кто прятался в темноте, поправил плащ на плечах. Волосы Джимми зашевелились: человек был одет во все черное и держал тяжелый арбалет! Ночной ястреб, вот кто это!
Джимми лежал, застыв, как неживой. Столкновение с членом гильдии смерти на работе явно не обещало долгой жизни и тихой старости. Но пересмешники знали, что любая новость о братстве наемных убийц должна сразу же сообщаться мастерам, и этот приказ исходил от самого Хозяина. Джимми решил подождать: если ястреб его обнаружит, ловкость выручит воришку. Может, у него и не было знаменитых достоинств ночных ястребов, зато он обладал самоуверенностью пятнадцатилетнего мальчишки, ставшего самым молодым мастером вором за всю историю существования гильдии. Если его заметят — что ж, ему не впервой спасаться от погони.
Время шло, а Джимми ждал с терпением, не свойственным его возрасту. Вор, который не может сидеть неподвижно в течение нескольких часов, долго не проживет. Время от времени Джимми слышал и видел, как передвигается убийца. Ужас Джимми при виде легендарного ночного ястреба понемногу проходил — ястреб не преуспел в умении оставаться неподвижным. Джимми давным-давно научился тихонько напрягать и расслаблять мускулы, чтобы тело не затекало. Значит, решил он, легенды склонны немного привирать, а авторитет ночных ястребов основывался только на том, что все их боялись.
Вдруг убийца двинулся, плащ соскользнул с плеч: он поднял арбалет. Послышался приближающийся стук копыт. По улице кто-то проехал верхом, и убийца медленно опустил оружие. Он ждал другого.
Джимми подтянулся на локтях немного выше, чтобы получше разглядеть человека, которого уже не скрывал плащ. Воришка подобрал под себя ноги, готовый в любой момент прыгнуть, если возникнет такая нужда, и стал разглядывать человека. Но разглядел он немного — худой мужчина с темными волосами — вот и все. И тут мальчишке показалось, что ястреб смотрит прямо на него.
Сердце Джимми гулко забухало, и он даже удивился — неужели убийце не слышен такой шум? Но человек отвернулся, и Джимми тихо сполз по скату крыши. Он медленно дышал, с трудом подавляя шальное желание захихикать. Наконец, переведя дух, он отважился бросить еще один взгляд на ночного ястреба.
Убийца выжидал. Выжидал и Джимми. Ему было непонятно, зачем убийце такое оружие. Хороший стрелок вряд ли выбрал бы тяжелый арбалет — он гораздо менее точен, чем любой приличный лук. Арбалет скорее подойдет человеку с плохой подготовкой. Стрела из него вылетала с ужасающей силой и несла верную смерть: к ране добавлялся еще и шок от сильного удара. В одной таверне Джимми видел кирасу. В металлическом нагруднике зияла дыра размером с кулак подростка — ее пробила стрела из тяжелого арбалета. Кираса была вывешена не для того, чтобы народ подивился размеру дыры, необычному даже для такого оружия, а потому, что тот, кто ее носил, каким-то чудом остался в живых. Но у арбалета были и серьезные недостатки. На расстоянии более двенадцати ярдов он уже бил неточно, да и вообще дальность боя у него была невелика.
Джимми вытягивал шею, стараясь не терять из виду ястреба. Почувствовав, что затекла правая рука, он перенес вес на левую. Внезапно из-под его ладони выскочила черепица и, с громким хрустом расколовшись, покатилась, стуча по крыше, и вдребезги разлетелась на камнях мостовой. Для Джимми этот звук был подобен удару грома, возвестившему о его конце.
С невероятной быстротой ястреб обернулся и выстрелил. Джимми упал, и это спасло ему жизнь — он, конечно, не успел бы увернуться, но помогла сила тяжести. Он приник к крыше и услышал, как стрела просвистела над самой головой. Ему даже показалось, что сейчас голова лопнет, как переспелая тыква, и, оправившись, он в душе возблагодарил Баната, богапокровителя воров.
Выучка спасла Джимми — вместо того чтобы встать, он откатился вправо. Туда, где он только что лежал, ударил меч. Зная, что ему не удастся намного опередить убийцу, Джимми вскочил и стоял, чуть пригнувшись. Одним движением он вытянул небольшой кинжал из-за голенища правого сапога. Он не любил драк, но рано понял, что его жизнь часто зависит от умения управляться с клинком, и прилежно практиковался, как только предоставлялась возможность. Сейчас Джимми оставалось только жалеть, что его ночная вылазка привела к дуэли на крыше.
Убийца повернулся лицом к воришке и на долю секунды потерял равновесие. Может, ночной ястреб был ловким убийцей, но он не привык, балансируя, передвигаться по крышам. Джимми ухмыльнулся.
— Молись богам, которые занесли тебя сюда, мальчик, — сказал убийца шипящим шепотом.
Джимми решил, что фраза звучит довольно глупо — пожалуй, ни на кого, кроме самого говорящего, она не произвела бы должного впечатления. Убийца сделал выпад, и лезвие рассекло воздух там, где только что был Джимми.
Мальчишка бросился по крыше бегом и перепрыгнул на кровлю дома Трига. В ту же секунду он услышал, как убийца прыгнул за ним. Джимми легко подбежал к краю — и был встречен зияющим провалом. В спешке он забыл, что с этой стороны здания проходила широкая улица, а следующее здание находилось недосягаемо далеко. Он обернулся.
Направив меч прямо на воришку, убийца медленно приближался. Джимми громко затопал по крыше, и снизу немедленно раздался гневный крик:
— Воры! Грабят! — Джимми представил, как сукновал высовывается из окна, призывая городскую стражу, и понадеялся, что убийца подумал о том же. После такого шума дом скоро будет окружен. Джимми молился, чтобы убийца решил скрыться и оставить в покое виновника переполоха.
Но ястреб не обратил внимания на крики сукновала и продолжал подбираться к противнику. Он сделал еще один выпад, а Джимми, нырнув, оказался почти вплотную к нему и ткнул кинжалом. Он почувствовал, как острие входит в правую руку противника. Клинок убийцы, громыхая, покатился на мостовую, крик боли разнесся по округе, заглушая вопли сукновала. Джимми услышал, как захлопываются ставни, и подумал: интересно, каково бедному Тригу услышать такой крик над своей головой.
Убийца увернулся от очередного нападения Джимми и выхватил из-за пояса кинжал. Он снова двинулся к мальчику — молча, сжимая кинжал в левой руке. Джимми услышал крики, доносившиеся с улицы под ними, и с трудом удержался от порыва позвать на помощь. Он не очень был уверен в победе над ночным ястребом, хотя тот и действовал сейчас одной левой рукой, однако ему не хотелось бы объяснять потом, как он оказался на крыше дома сукновала. Кроме того, даже если он позовет на помощь, к тому времени, КОГДА СТража прибудет, войдет в дом и поднимется на крышу, дело уже будет сделано.
Джимми отступал к самому краю крыши, пока его пятки не повисли в пустоте. Убийца подходил все ближе, приговаривая:
— Тебе больше некуда бежать, мальчик.
Джимми выжидал, задумав отчаянный ход. Убийца напрягся. В этот момент воришка согнулся и одновременно шагнул назад, в пустоту. Убийца сделал бросок, но лезвие не встретило ожидаемой преграды, и он, потеряв равновесие, упал головой вперед. Джимми успел ухватиться за край крыши, едва не вывихнув руки из плечевых суставов. Он скорее почувствовал, чем увидел, как мимо него пролетел человек — мелькнул и плюхнулся на камни мостовой.
Джимми еще немного повисел — его руки и плечи словно огнем обжигала боль. Так просто разжать руки и полететь вниз, в мягкую темноту! Но нет. Он заставил протестующее тело напрячься и забрался обратно на крышу. Немного полежав и отдышавшись, он подполз к краю и посмотрел вниз.
Убийца распластался на земле — вывернутая шея свидетельствовала о том, что он мертв. Джимми вздрогнул — страх наконец пробрал его. На улице появились два человека. Они перевернули труп, подняли его и побежали прочь. Джимми подумал: если этот человек был не один, значит, действительно работала гильдия убийц. Но кого они ожидали здесь так поздно ночью? Джимми решил рискнуть и остаться еще ненадолго, чтобы удовлетворить свое любопытство, хотя знал, что через несколько минут сюда непременно явится городская стража.
В тумане эхом разнесся стук подков, и в свете отдаленного фонаря показались два всадника. Как раз в этот момент Триг счел возможным снова открыть ставни и возобновить вопли и стенания. Когда всадники подняли головы, чтобы взглянуть на окно сукновала, глаза Джимми округлились от удивления. Одного из них Джимми не видел более года, но сразу узнал его. Покачав головой, парнишка решил, что сейчас самое время уходить, хотя на сегодня еще не все дела закончены. Ночь, похоже, выдалась длинная. Он поднялся и дорогой воров отправился в Приют пересмешников.
Арута натянул поводья и взглянул вверх: высунувшись из окна, что-то кричал человек в ночном колпаке.
— Лори, чего он хочет?
— Насколько я могу понять из стенаний и проклятий, этот почтенный горожанин только что стал жертвой какого-то злодеяния.
— Об этом я и сам догадался, — рассмеялся Арута. Он не очень хорошо знал Лори, но певец ему нравился — быстрый на ответ, с хорошим чувством юмора. Арута догадывался, что между Лори и Каролиной возникли какие-то трения, почему, собственно, Лори и попросил разрешения сопровождать принца в Крондор. Через неделю вместе с Анитой и Лиамом приедет и Каролина. Арута давно решил для себя: то, о чем Каролина ему не рассказывает, его не касается. Кроме того, если Лори вызвал неудовольствие Каролины, Аруте оставалось только посочувствовать ему. Сестра была второй после Аниты женщиной, чью благосклонность Аруте совсем не хотелось потерять.
Пока принц оглядывался по сторонам, сонные горожане из соседних домов начали выглядывать в окна.
— Ага, скоро тут, похоже, начнется настоящее расследование. Нам лучше уехать.
Слова оказались пророческими — и принц, и Лори вздрогнули, услышав голос из тумана:
— Эй вы там! -Из мглы появились трое мужчин в серых войлочных шапках и желтых накидках городской стражи. Дородный хмурый человек, который шел слева, в одной руке держал фонарь, а в другой — здоровенную дубинку. Средний был постарше — ему, похоже, недолго оставалось до того времени, когда можно будет удалиться на покой; третьим был молодой парень — и все они, судя по тому, как, не сговариваясь, потянулись к большим ножам, висевшим у каждого за поясом, имели изрядный опыт в подобного рода делах.
— Что здесь происходит? — спросил пожилой стражник. В его голосе слышалось добродушие, но вместе с тем проскальзывали и властные нотки.
— Что-то произошло в этом доме, страж, — указал Арута на окно сукновала. — Мы как раз ехали мимо.
— А сейчас, сэр, вы что делаете? Думаю, вы не станете возражать, если мы задержим вас до тех пор, пока не выясним, что же все-таки произошло. — И он дал знак молодому стражнику осмотреть улицу.
Арута кивнул. В это время из дома выскочил человек, похожий на гриб-дождевик, и, размахивая руками, закричал:
— Воры! Они залезли в мою комнату, пока я спал, и украли все мои сбережения! Что творится, если законопослушный горожанин не может быть в безопасности даже в своей собственной постели, я вас спрашиваю? — Указывая на Аруту и Лори, он спросил: — Это они — гнусные воры? — И приняв, насколько позволяла объемистая ночная рубашка, важный вид, воскликнул: — Куда вы дели мое золото, мое дорогое золото?
Тучный стражник дернул крикуна за руку:
— Думай, что говоришь, мужлан!
— Мужлан! — завопил Триг. — Что, спрашиваю я, дает тебе право называть гражданина, причем законопослушного гражданина… — Он замолчал, и лицо его выразило изумление, так как в этот момент из тумана показалась еще одна группа всадников во главе с высоким чернокожим человеком в плаще капитана гвардии принца. Увидев сборище на улице, он дал сигнал своим людям остановиться.
Тряхнув головой, Арута сказал Лори:
— Вот тебе и тихое возвращение в Крондор.
— Стража, в чем дело? — спросил капитан.
Стражник, отсалютовав, ответил:
— Как раз именно это я и хотел выяснить, капитан. Мы решили, что эти двое… — Он указал на Аруту и Лори.
Капитан подъехал ближе и рассмеялся. Стражник искоса глянул на высокого капитана: имеет ли смысл продолжать объяснения. Подъехав к Аруте, Гардан, бывший сержант в гарнизоне Крайди, отдал ему честь:
— Добро пожаловать в свой город, ваше высочество. — При этих словах остальные гвардейцы привстали на стременах, приветствуя принца.
Арута отсалютовал гвардейцам и пожал руку Гардану; стражники и сукновал стояли, не в силах вымолвить ни слова.
— Певец, — сказал Гардан. — Рад видеть и тебя. — Лори улыбнулся и взмахнул рукой в ответ. Он познакомился с Гарданом незадолго до того, как Арута отправил сержанта принять командование городской и дворцовой стражей, но успел полюбить седовласого воина.
Арута глянул на стражников и сукновала. Стражники сняли шапки, и старший сказал:
— Просим прощения у вашего высочества, старый Берт вас не признал. Не хотели обидеть вас, милорд.
Арута покачал головой. В этот поздний холодный ночной час ему стало весело.
— Никаких обид, Берт-стражник. Вы исполняли свой долг. — Он повернулся к Гардану: — Как, во имя неба, ты меня разыскал?
— Герцог Келдрик выслал нам письмо, в котором сообщил о вашем отбытии из Рилланона и указал, каким путем вы поедете. Вас ожидали завтра, но я сказал графу Волнею, что вы скорее всего постараетесь приехать ночью, незамеченным. Раз вы ехали через Саладор, то попасть в город могли только через эти ворота. — Он указал в сторону Восточных ворот, невидимых в ночном тумане. -И вот мы здесь. Ваше высочество прибыл даже раньше, чем я предполагал. А где остальные?
— Половина гвардейцев сопровождает принцессу Аниту в поместье ее матери. Остальные стали лагерем часах в шести езды от города. Я бы не смог провести еще одну ночь в дороге. Кроме того, предстоит многое успеть. — Гардан вопросительно посмотрел на принца, но Арута сказал: — Остальное я сообщу после встречи с Волнеем. Ну, — он посмотрел на сукновала, — а кто этот громкоголосый горожанин?
— Это Триг-сукновал, ваше высочество, — ответил старший стражник. — Он заявляет, что кто-то проник к нему в дом и обокрал его. Он говорит, что проснулся, услышав звуки борьбы на крыше.
— Они дрались прямо над моей головой… над самой головой… — вмешался Триг. Когда он вспомнил, с кем разговаривает, голос его сорвался.
— Ваше высочество, — закончил он, внезапно смутившись.
Мрачный стражник бросил на него суровый взгляд:
— Он говорит, что слышал чей-то крик, но, как черепаха, втянул голову из окна в комнату.
Триг старательно кивал:
— Словно кого-то убивали, на самом деле убивали, ваше высочество. Это было просто ужасно.
Дородный стражник съездил сукновалу локтем в ребра, чтобы тот замолчал.
Из боковой улицы появился третий стражник.
— Это лежало на куче мусора с другой стороны дома, Берт, — сказал он, протягивая меч убийцы. — На ручке немного крови, а лезвие чистое. На мостовой лужа крови, но тела нет.
Арута махнул рукой Гардану, чтобы тот взял меч. Молодой стражник, оглядевшись, понял, что командование перешло к вновь прибывшим, передал Гардану меч и стянул с головы шапку.
Гардан вручил меч Аруте, а тот, не увидев ничего примечательного, вернул оружие стражнику.
— Разворачивай гвардейцев, Гардан. Уже поздно.
— А как же кража? — вскричал сукновал, прерывая свое вынужденное молчание. — Это были мои сбережения, сбережения всей моей жизни! Что же мне делать?
Принц развернул лошадь и проехал мимо стражников, стоявших в ряд.
— Прими мое сожаление, сукновал. Эти люди меня заверили, что сделают все возможное, чтобы вернуть тебе утраченную собственность.
— А теперь я советую тебе все же поспать остаток ночи, — обратился к Тригу Берт. — Утром можешь сообщить обо всем дежурному сержанту стражи. Ему понадобится описание украденного.
— Украденного? Золото, вот что у меня отняли, добрый стражник! Мои накопления, все мои накопления!
— Золото? Тогда вот что, — со знанием дела заметил Берт, — иди-ка домой, а завтра прямо с утра начинай восстанавливать запасы. Не видать тебе ни одной монетки из украденных, и это так же верно, как и то, что в Крондоре часто бывают туманы. Но не печалься, добрый господин. Ты человек работящий, а золото быстро оседает у тех, кто, подобно тебе, обладает и положением, и средствами, и предприимчивостью.
Арута подавил смех. Несмотря на горе, этот человек в льняной ночной рубашке и колпаке, который свисал, едва не касаясь его носа, выглядел весьма комично.
— Добрый сукновал, я возмещу тебе потерю. — Он вынул из-за пояса кинжал и вручил его Берту. — На этом клинке мой фамильный знак. Подобные кинжалы имеют только король и герцог Крайди. Верни его завтра во дворец и взамен получишь кошель с золотом. Мне бы не хотелось, чтобы день моего возвращения в город был ознаменован появлением несчастных сукновалов. А теперь желаю всем спокойной ночи. — Арута тронул лошадь и впереди сопровождающих поехал ко дворцу.
Когда Арута и гвардейцы исчезли в темноте, Берт повернулся к Тригу.
— Ну, мастер сукновал, у твоей истории счастливый конец, — сказал он, передавая Тригу кинжал принца. — А еще помни: ты один из немногих людей простого происхождения, кто может похвастаться, что разговаривал с принцем Крондора, хотя и при весьма необычных обстоятельствах. — Он повернулся к страже: — Пойдем дальше. Подобной ночью в Крондоре не может не случиться чего-нибудь еще.
Он дал знак своим людям следовать за ним и увел их в туман. Триг остался в одиночестве. Посветлев лицом, ой крикнул жене и соседям, все еще таращившимся из окон:
— Я разговаривал с принцем! Я, Триг-сукновал. — Ощущая полнейший восторг, сжав в руке кинжал Аруты, почтенный горожанин направился назад, в тепло своей постели.
Джимми шел по одному из самых узких туннелей, который входил в запутанный лабиринт сточной системы и других подземных сооружений, а их было немало в этой части города, и все эти проходы контролировались пересмешниками. На пути ему встретился только золотарь. Люди этой профессии зарабатывали себе на жизнь, роясь в сточных канавах, при помощи палки разгребая мусор, который поток грязных вод нес мимо. Все, что попадало в канавы, называлось золотом, а золотарь выискивал в нем монетку или что-нибудь другое, имеющее хоть какую-нибудь ценность. На самом же деле этот человек был часовым. Джимми подал ему условный знак и, нырнув под низко нависающую балку — скорее всего когда-то она поддерживала перекрытие в заброшенном ныне погребе, — вошел в большое помещение, вырытое между туннелями. Он оказался в самом сердце гильдии воров — в Приюте пересмешников.
Джимми достал из ножен рапиру.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике