фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Всякий раз, когда кто-нибудь из них поднимался, ливень арбалетных стрел снова укладывал его на землю.
Джимми оглядел комнату и прыгнул на стол. Акробатическим прыжком он перелетел через солдата, которого душил оживший труп, и вцепился в гобелен. Гобелен казалось, выдержал его вес, но потом с громким треском оторвался. Несколько ярдов ткани с головой накрыли Джимми, и ему пришлось поспешно выпутываться из нее. Он ухватил часть гобелена, сколько мог взять в охапку, подтащил к большому камину и сунул в огонь. Затем принялся кидать туда все, что могло гореть.
Арута отбросил очередной труп в сторону и, сдернув еще один гобелен, бросил его Лори. Певец уклонился от удара другого трупа и набросил ткань на него. Быстро обмотав покойника, Лори пинком отправил его в сторону Джимми. Джимми отскочил, обернутый в гобелен покойник свалился прямо в разгоравшееся пламя и закричал.
Жара в комнате становилась невыносимой, дым забивал легкие. Лори подбежал к двери и остановился на пороге.
— Принц! — закричал он лучникам на крышах. — Сейчас выйдет принц!
— Поторопитесь! — ответили ему, и стрела сбила с ног труп, поднимавшийся в нескольких шагах от Лори.
Арута и Джимми выскочили из освещенной огнем двери, за ними — несколько кашляющих солдат.
— Ко мне! — крикнул Арута.
Сразу десяток гвардейцев бросился к нему через улицу, мимо конюхов, державших верховых лошадей. От вони горелого мяса лошади заметались, натягивая поводья, и конюхи отвели их подальше.
Гвардейцы, добежав до Аруты, хватали пробитые стрелами тела и бросали их в огонь. Ночь наполнилась криками горящих трупов.
Арута отошел от двери, а солдаты преградили выход тем мертвецам, которые хотели убежать из страшного пекла. Принц перешел на другую сторону улицы — огонь охватил весь дом, в котором помещался самый дорогой в городе бордель.
Принц позвал одного из солдат.
— Передайте отрядам в туннелях, чтобы никого не выпускали из подвала.
Вскоре дом превратился в огненную башню, вокруг стало светло, как днем. Из соседних домов выбежали обитатели — мог загореться весь квартал. Арута приказал солдатам по цепочке передавать ведра с водой и поливать близлежащие дома.
Меньше чем через полчаса после начала пожара раздался громкий треск, к небу взлетел столб искр и дыма и стены рухнули.
— Вот и конец тем, кто остался в подвале, — сказал Лори.
Арута мрачно отозвался:
— Там остались и хорошие люди.
Джимми стоял, захваченный зрелищем, его лицо было перепачкано сажей и кровью. Арута положил руку ему на плечо:
— Ты опять был молодцом.
Джимми только кивнул.
— Мне надо выпить чего-нибудь покрепче. Боги, от этой вони не избавиться, — проворчал Лори.
— Давайте вернемся во дворец. На сегодня все, — сказал Арута.
Глава шестая. ВСТРЕЧА
Джимми подергал воротник. Мастер церемоний Брайан де Лейси ударил в пол зала жезлом, и парнишка вздрогнул. Сквайры двора принца Аруты в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет знакомились со своими обязанностями на грядущем праздновании бракосочетания Аруты и Аниты. Безупречно одетый, старый мастер, речь свою вел степенно:
— Сквайр Джеймс, если вы не можете стоять спокойно, мы вам найдем какое-нибудь живое занятие, например, осуществлять доставку почты из дворца в городские квартиры.
В ответ раздался едва слышный стон, потому что приезжие гости без конца обменивались посланиями, а городские квартиры, где большинству из них предстояло разместиться, находились не ближе, чем в трех четвертях мили от дворца. Таким образом, посыльному приходилось без остановки бегать туда и сюда по десять часов каждый день. Мастер де Лейси повернулся к тому, кто издал стон, и спросил:
— Сквайр Поль, может быть, вы хотите помочь сквайру Джеймсу? — Ответа не последовало, и он продолжал: — Очень хорошо. Те, кто ожидает посещения родственников, должны знать, что исполнять подобные обязанности придется всем. — После этого сообщения все мальчики зашумели, и снова жезл громко стукнул по деревянному полу. — Вы еще не герцоги, не графы и не бароны! Один-два дня такой службы не доведут вас до могилы. Слугам, горничным и пажам и без того будет немало работы.
Один из новеньких, сквайр Локлир, младший сын барона Края Земли, спросил:
— Сэр, кто из нас будет присутствовать на свадьбе?
— Всему свое время, мальчик, всему свое время. Все вы будете сопровождать гостей к их местам в Большом и в банкетном зале. Во время церемонии вы будете стоять в дальней части большого зала, так что свадьбу доведется увидеть всем.
В комнату вбежал паж, вручил мастеру записку и исчез, не дожидаясь ответа. Мастер де Лейси прочел записку и сказал:
— Я должен подготовиться к приему короля. Все вы знаете, где вам сегодня надлежит быть. После полудня король и его высочество удалятся в кабинет, а мы с вами тогда встретимся здесь же. Тот, кто опоздает, будет носить почту лишний день. На сегодня все. — Когда он уходил, сквайры могли расслышать, как он бормочет себе под нос: — Столько дел, а времени совсем нет.
Мальчики начали расходиться. Джимми уже выходил из зала, когда чей-то голос из задних рядов окликнул его:
— Эй, новенький!
Джимми повернулся, вместе с ним еще двое, но говоривший смотрел на Джимми. Тот кивнул, уже зная, что сейчас последует. Ему придется утвердить свое положение среди сквайров.
Джимми не двинулся с места, и Локлир, который тоже остановился, указал на себя и сделал нерешительный шаг к тому, кто их окликнул. Высокий костлявый паренек лет шестнадцати-семнадцати, пояснил:
— Не ты, мальчик, я вон того звал. — Он указал на Джимми.
На говорившем была коричневая с зеленым форма придворных сквайров, но сшита она была гораздо лучше, чем у большинства из них, — у мальчишки явно имелись средства на личного портного; на поясе у него висел кинжал с ручкой, украшенной драгоценными камнями, а начищенные сапоги блестели, как металлические; волосы цвета соломы были аккуратно подстрижены. Поняв, что это местный задира, Джимми возвел глаза к потолку и вздохнул. Форма плохо сидела на нем, ноги в сапогах были стерты, и пятки нестерпимо горели. Настроение у него было неважное — самое подходящее для того, чтобы побыстрее со всем этим покончить, подумал он.
Джимми медленно подошел к парнишке, которого звали Джеромом. Джимми знал, что отец Джерома был лордом Ладлэнда — города на берегу моря. Титул не очень почетный, но золота своему владельцу приносил немало. Джимми остановился перед ним.
Джером, фыркнув, заявил:
— Мне, приятель, многое в тебе не нравится.
Джимми улыбнулся и вдруг ткнул Джерома кулаком в живот, тот согнулся и упал на пол, но тут же поднялся.
— Что… — начал он и осекся, увидев, что Джимми стоит перед ним, держа в руке кинжал. Рука Джерома дернулась к поясу, туда, где висел его собственный, — и схватила воздух. Он глянул вниз, потом по сторонам…
— Не это ли ты ищешь? — весело спросил Джимми, протягивая кинжал на раскрытой ладони, чтобы была видна инкрустированная ручка. Джером вытаращил глаза. Джимми, двинув одной кистью, бросил кинжал, и тот, воткнувшись в пол между ног Джерома, мелко задрожал.
— А зовут меня не
. Я сквайр Джеймс, оруженосец принца Аруты.
Джимми вышел из зала. Вскоре мальчик по имени Локлир догнал его и пошел с ним рядом.
— Вот это да, сквайр Джеймс, — сказал новичок. — От Джерома никому из новеньких спасу не было.
Джимми остановился, по-прежнему мрачный.
— Это все потому, что вы сами позволили ему. — Локлир отступил и начал бормотать что-то в свое оправдание. Джимми поднял руку: — Погоди. Я против тебя ничего не имею. Я просто занят другим. Слушай, как тебя, Локлир, да?
— Друзья зовут меня Локи.
Джимми внимательно посмотрел на мальчика. Он был невысокого роста и походил скорее на ребенка, которым был, чем на мужчину, которым будет. Большие синие глаза на загорелом лице, каштановые волосы, отсвечивающие золотом. Джимми подумал, что всего несколько дней назад мальчик играл вместе с детьми простолюдинов в песке на пляже возле старинного отцовского замка.
— Локи, — сказал Джимми, — когда дурак к тебе пристает, пни его так, чтобы мало не показалось. Это быстро приведет его в чувство. Слушай, мне некогда сейчас разговаривать. Я должен встречать короля. — И Джимми быстро ушел, оставив удивленного мальчишку в холле.
— Что с тобой, мальчик?
Джимми поднял голову и встретился взглядом с прищуренными глазами высокого старика с сединой в темных волосах: он изучающе разглядывал сквайра. Джимми узнал мастера клинка Фэннона, одного из друзей Аруты из Крайди. Он прибыл на корабле, вошедшем в гавань с ночным приливом.
— Слишком тесный воротник, мастер. Да и новые сапоги жмут.
— Что ж, надо блюсти фасон, нравится тебе он или нет. Принц идет.
Арута вышел из огромных главных дверей дворца и остановился, оглядывая толпу, собравшуюся встречать короля. Широкие ступени вели на площадку перед дворцом. Огромная городская площадь за большими железными воротами была непривычно пуста — разносчиков и торговцев сегодня на ней не было. Крондорские солдаты встали алефом к плечу на всем пути от Восточных ворот до дворца, а позади них толпились горожане, желающие взглянуть на своего короля. Только час назад доложили, что кортеж Лиама на подходе к Крондору, но люди собирались на улицах с рассвета.
Громкие радостные крики возвестили о появлении короля. Лиам ехал верхом во главе колонны на гнедой боевой лошади. Гардан как комендант города ехал рядом с ним. Позади них следовали Мартин и дворяне Восточных земель, потом — рота личной гвардии Лиама и две богато украшенные кареты. Затем показались уланы Аруты, и замыкали шествие фургоны с багажом.
Лиам натянул поводья, остановив своего жеребца перед ступенями: трубачи заиграли приветственный марш. Подбежали конюхи и приняли лошадь короля, а Арута быстро спустился вниз, чтобы приветствовать брата. По традиции титул принца Крондора считался вторым после королевского, принц был самым высокопоставленным лицом из всей знати, но братья бросились друг другу в объятия и протокол был забыт. Мартин тоже спешился, и вот уже все трое обнимались на ступенях дворца.
Лиам представлял своих спутников, а Джимми ждал, когда к ступеням подъедут кареты. Дверь первой кареты распахнулась, и новоиспеченный сквайр вытянул шею, чтобы лучше видеть. Появилась прекрасная молодая женщина, и Джимми в знак одобрения кивнул. По тому, как она приветствовала Аруту, Джимми понял, что это принцесса Каролина. Джимми бросил взгляд туда, где стоял Лори, на лице певца читалось открытое восхищение. Джимми еще раз кивнул: да, это Каролина. За ней вышел пожилой аристократ. Джимми решил, что это Келдрик, герцог Рилланонский.
Открылась дверь второй кареты. Первой из нее вышла пожилая женщина, сразу за ней появилась знакомая фигурка, и Джимми заулыбался. Ему было неловко смотреть на принцессу Аниту, потому что когда-то он испытал к ней совершенно неуместные чувства. Арута приветствовал их, а Джимми вспоминал, как Анита, Арута и сам он прятались, и улыбка помимо воли играла на его лице.
— Что с вами, сквайр?
Джимми опять взглянул на мастера Фэннона. Не желая открывать своих чувств, он ответил:
— Сапоги, сэр.
— Видишь ли, мальчик, тебе придется научиться терпеть неудобства. Не хочу сказать ничего плохого о твоих учителях, но сквайр пока из тебя неважный.
Джимми кивнул и снова перевел взгляд на Аниту.
— Я недавно этим делом занялся, сэр. Еще месяц назад я был вором.
Фэннон оторопел. Через мгновение Джимми не без удовольствия легонько толкнул мастера локтем под ребра:
— Король идет.
Фэннон устремил взгляд вперед; многолетняя военная выучка взяла верх над чувствами. Первым к группе придворных принца подошел Лиам, Арута за ним, на шаг позади; Мартин, Каролина и остальные следовали после них в порядке, предписанном этикетом. Брайан де Лейси представлял королю придворных принца, и Лиам, пренебрегая протоколом, некоторым дружески пожимал руки, а с некоторыми даже обнимался. Многие западные дворяне во время Войны Врат служили вместе с Лиамом под началом его отца, и он не видел их со времени коронации. Граф Волней смутился, когда Лиам положил руку ему на плечо и сказал:
— Отлично, Волней. Ты хорошо управлял Западными землями весь этот год.
Не всем родовитым придворным нравились такие фамильярности, но толпа ликовала всякий раз, когда Лиам вел себя, как человек, приветствующий друзей, а не как король.
Когда Лиам подошел к Фэннону, ему пришлось удержать старого бойца за плечи — тот начал сгибаться в поклоне.
— Нет, — сказал Лиам так тихо, что только Фэннон, Джимми и Арута могли его слышать. — Не кланяйся мне, учитель. — Лиам по-медвежьи обнял мастера клинка из Крайди и со смехом спросил: — Ну, мастер Фэннон, как там мой дом? Как Дела в Крайди?
— Хорошо, ваше величество, в Крайди все хорошо. — Джимми заметил, как повлажнели глаза старика.
— Этот молодой сорвиголова — мой самый новый придворный, ваше величество, — сказал Арута. — Позволь представить тебе сквайра Джеймса Крондорского. — Мастер де Лейси возвел глаза к небу: Арута взял на себя его обязанности.
Джимми поклонился, как его учили. Лиам наградил мальчишку широкой улыбкой.
— Ты, я так понимаю, Джимми Рука, — сказал он, делая шаг назад. Потом прибавил: — Может, мне лучше проверить, все ли на месте в моих карманах? — Он сделал вид, что похлопывает себя по карманам, а Джимми густо покраснел. Он не знал, куда деваться от смущения, но в это время король, бросив на него быстрый взгляд, подмигнул. Джимми рассмеялся месте с остальными, Мальчик повернулся, и оказалось, что он смотрит в глаза небесной синевы, а тихий женский голос говорит:
— Не обижайся на Лиама, Джимми. Он всегда дразнится.
Джимми начал что-то мямлить в ответ, и с некоторым опозданием изобразил неловкий поклон.
Мартин пришел ему на помощь:
— Рад снова встретиться с тобой, Джимми. — Он стиснул руку мальчика.
— Мы недавно вспоминали тебе и гадали, как ты сейчас поживаешь.
Он представил парнишку сестре.
— Братья и принцесса Анита рассказывали о тебе. Рада, наконец, с тобой познакомиться, — сказала Каролина, и они пошли дальше.
Джимми таращился вслед, ошеломленный словами Каролины.
— Вот и я таким же был целый год, — раздался голос за его спиной и Джимми, обернувшись, увидел Лори, который бросился догонять короля и его спутников, подходивших ко входу во дворец. Певец решил, что изумление, написанное на лице Джимми вызвано не обращением Мартина и Каролины, а красотой принцессы.
Джимми вернулся к разглядыванию проходившей мимо процессии. Вдруг его лицо расплылось в широкой улыбке.
— Привет, Джимми, — сказала Анита, останавливаясь перед ним.
Джимми поклонился:
— Привет, принцесса.
Анита улыбнулась.
— Мама, милорд Келдрик, позвольте представить вам моего старого друга Джимми. — Тут она заметила его костюм. — Я вижу, теперь он сквайр.
Джимми еще раз поклонился принцессе Алисии и герцогу Рилланонскому. Мать Аниты протянула ему руку, и он неловко пожал ее.
— Мне бы хотелось поблагодарить вас, юный Джимми. Я знаю, как вы выручили мою дочь, — произнесла она.
Джимми почувствовал на себе взгляды придворных и опять покраснел. Нахальство, на протяжении всей его недолгой жизни служившее ему прикрытием, почему-то сейчас совсем оставило его. Он стоял, неловко переминаясь с ноги на ногу.
— Мы заглянем к тебе попозже.
Анита, ее мать и Келдрик ушли, а Джимми так и остался стоять, потрясенный.
Больше никаких торжественных знакомств не последовало. Король и сопровождающая его свита направились в Большой зал, и все после недолгой церемонии должны были разойтись по своим покоям.
Внезапно раздался барабанный бой, и собравшиеся на площади повернулись к одной из широких улиц. Процессия знати остановилась, а Лиам и Арута вернулись на верхнюю площадку лестницы и встали рядом с Джимми и Фэнноном. Торжественное шествие смешалось. Под грохот барабанов на площадь выехала дюжина вооруженных всадников в плащах из леопардовых шкур, покрывавших их головы и плечи. Свирепого вида чернокожие воины обеими руками били в барабаны, подвешенные к седлам, и одновременно ухитрялись править лошадьми. За ними появилась вторая дюжина вооруженных всадников — эти трубили в огромные медные трубы. Трубачи и барабанщики выстроились в две линии, пропуская строй пеших солдат. На пехотинцах красовались заостренные кверху металлические шлемы с кольчужным выпуском на шее, металлические кирасы и широкие шарообразные штаны, заправленные в высокие сапоги. Каждый воин держал круглый щит с металлическими украшениями, у каждого на поясе висел длинный ятаган. Ктото за спиной Джимми сказал:
— Солдаты-псы.
— Мастер клинка, почему их так называют? — спросил Джимми у Фэннона.
— Потому что в давние времена в Кеше с ними обращались, как с собаками: запирали в казармах, пока не приходило время их на кого-нибудь натравить. И теперь еще говорят: только дай им волю, и они набросятся на тебя, словно свора собак. Они жестокие бойцы, мой мальчик, но мы уже знаем, на что они годятся.
Солдаты-псы открыли ворота. Затем, подняв ятаганы, повернулись к человеку, появившемуся вслед за ними. Он шел пешком — огромный, выше Лиама и шире его в плечах. Его кожа цвета черного дерева сияла на солнце, на нем были надеты отделанный металлическими украшениями жилет и странного фасона штаны, похожие на штаны солдат. На поясе гиганта висел необычной формы меч в половину длины ятагана. Голова его была непокрыта, а вместо щита он держал богато украшенный церемониальный жезл. За ним появились четыре всадника на маленьких проворных лошадках пустыни Джал-Пур. Они и одеты были так, как одеваются жители пустыни — такие одеяния нечасто встречали в Крондоре, — сапоги до лодыжек, развевающиеся плащи из темно-синего шелка длиной до колена, распахнутые на груди и открывавшие взорам белые туники и штаны, синие шарфы, повязанные на головах так, чтобы оставались видны одни глаза. За поясом у каждого был парадный кинжал изрядной длины, рукоятки и ножны кинжалов были искусно вырезаны из слоновой кости. Высокий черный человек уже поднимался по ступеням, и Джимми услышал его низкий голос:
— …пред ним, и сотрясаются горы. Звезды останавливают свой бег, а солнце просит у него позволения взойти. Он — мощь империи, четыре ветра — дыхание его. Он — Дракон Долины Солнца, Орел Вершин Покоя, Лев Джал-Пура… — Говоривший поднялся на площадку, где стоял король, и отступил в сторону. Четыре всадника между тем спешились и тоже начали подниматься по лестнице. Один из них выступил вперед и, по всей видимости, был тем, о ком говорил черный гигант.
Джимми вопросительно посмотрел на Фэннона, и мастер пояснил:
— Это кешианский придворный церемониал.
Лиам вдруг закашлялся и вынужден был, прикрыв лицо рукой, отвернуться к Джимми; парнишка увидел, что короля рассмешило замечание Фэннона. Быстро взяв себя в руки, Лиам посмотрел на приближающихся людей, а кешианский мастер церемоний продолжал представление важного гостя:
— Он — оазис для подданных своих. — Тут мастер повернулся лицом к королю и низко поклонился. — Ваше королевское величество, мне выпала редкая честь представить его превосходительство Абдура Рахмана Хазар-хана, бея Беннишеринского, владыку Джал-Пура и принца Империи, посла Великого Кеша в Королевстве Островов.
Вельможи поклонились на кешианский манер: посол прижал правую руку к груди и поклонился в пояс, отведя левую руку назад и в сторону, три человека позади него опустились на колени и ненадолго коснулись лбами камня. Потом все выпрямились и прижали указательные пальцы правой руки к сердцу, к губам и ко лбу, что означало благородное сердце, правдивый язык и разум, не замышляющий обмана.
— Мы приветствуем владыку Джал-Пура при нашем дворе, — сказал Лиам.
Посол снял повязку с лица, явив взорам изможденное бородатое лицо человека средних лет. На губах его появилась легкая улыбка.
— Ваше королевское величество, ее императорское величество, да благословят боги ее имя, шлет приветствия брату своему, королю Островов. — Понизив голос до шепота, он добавил: — Я бы не стал обставлять свое прибытие такими формальностями, ваше величество, но… — он сделал едва заметное движение головой в сторону мастера церемоний, показывая, что здесь он не властен, — этот человек безжалостный тиран.
Лиам усмехнулся:
— Приветствуем в вашем лице Империю Великого Кеша. Да процветать ей вечно и приумножать богатства свои, — сказал он.
Посол склонил голову в знак благодарности.
— Если пожелает ваше величество, я представлю своих спутников. — Лиам едва заметно кивнул, и кешианец указал на человека, стоящего слева: — Этот достойнейший вельможа — мой главный помощник и советник, господин КамалМишва Дауд-хан, шариф Бенни-Тулара. А эти двое — мои сыновья, Шандон и Джехансуз, шарифы Бенни-Шрайна и мои личные телохранители.
— Мы рады приветствовать вас, милорды, — произнес Лиам.
Мастер де Лейси вернулся к попыткам навести порядок в нестройных рядах знати, как вдруг на другой улице, выходящей на главную площадь, послышался нарастающий шум. Король и принц отвернулись от мастера церемоний, и де Лейси поднял руку.
— Что там теперь? — громко спросил старик, приняв подобающий случаю величественный вид.
Раздался барабанный бой, гораздо громче кешианского, и на площадь выступили ярко одетые люди. За гарцующими лошадьми шагали солдаты в зеленых одеждах. Каждый нес красочно расписанный щит со странными геральдическими изображениями. Трубы наигрывали сложную мелодию, чуждую уху, но выразительную, громкую, зажигательную. Вскоре многие горожане начали отбивать такт, хлопая в ладоши, а некоторые по краям площади даже пустились в пляс.
Перед дворцом появился первый всадник. Арута рассмеялся и толкнул Лиама:
— Это Вандрос Вабонский и гарнизон цурани из Ламута.
Показались марширующие под песню солдаты.
Подойдя к кешианцам, они остановились.
— Посмотрите, воины глядят друг на друга, как разъяренные коты, — заметил Мартин. — Готов спорить, им не терпится схватиться.
— Только не в моем городе, — сказал Арута. Ему замечание Мартина смешным не показалось.
Лиам рассмеялся:
— Да, было бы на что посмотреть. О! Вот и Вандрос.
Герцог Вабонский поклонился королю.
— Прошу извинения за опоздание, ваше величество. По дороге мы встретились с некоторыми неудобствами. Банда гоблинов двигалась от Занна на юг.
— Сколько их было? — спросил Лиам.
— Не больше двух сотен.
—Он говорит
! Вандрос, ты, пожалуй, слишком долго прожил с цурани, — заметил Арута.
— А где граф Касами? — поинтересовался Лиам.
— Сейчас будет, ваше величество.
Как раз в это время на площади показались кареты в сопровождении всадника. Арута переместился поближе к герцогу Вабонскому и негромко сказал:
— Велите вашим людям разместиться рядом с городским гарнизоном, Вандрос. Я хочу, чтобы они были у меня под рукой. Когда устроитесь, приходите ко мне в кабинет вместе с Брукалом и Касами.
Кареты из Вабона остановились перед дворцом, и из них вышли господин Брукал, герцогиня Фелина, графиня Меган и их фрейлины. Сопровождавший карету граф Касами, который во время войны был одним из военачальников в армии цурани, быстро поднялся по лестнице.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике