фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Она отправилась в церковь Святого Иосифа, чтобы вознести Богу хвалу в Его доме.
Жизнь снова стала прекрасной.
7
Пока Джек слонялся по Лексингтон-авеню, не спуская глаз с дверей храма, он думал о сестре Мэгги. По пути к Хулио удалось отделаться от хвоста — утром Дженсен пустил за ним двоих типов. После встречи с монахиней он вернулся на Лексингтон и стал ждать встречи с Джонни Роселли.
Сестра Мэгги... Ему так хотелось как следует встряхнуть ее и убедить — ей надо покинуть монастырь и радоваться жизни. Но он не мог себе этого позволить. Это была ее жизнь, и ей предстояло идти по ней. Неспособность сестры Мэгги увидеть и понять другие варианты бытия отнюдь не уничижала ее выбор.
И все же... он не мог понять его. И наверно, никогда не сможет.
Но мысли вернулись в «здесь и сейчас», едва он увидел Роселли. Тот миновал двери храма и сбежал по ступенькам, направляясь к ближайшему входу в подземку. Джеку пришлось прибавить шагу, чтобы не отстать.
Он нагнал его уже на платформе и вместе с ним сел в поезд 4-й линии. Джонни, по-прежнему облаченный в драную мешковину с пятнами, мыслями был, похоже, за несколько световых лет от этого поезда, который, гремя и позвякивая на стыках рельс, мчался вперед.
Джек размышлял не только о настоящем моменте. Он то и дело мысленно возвращался в кабинет Брейди и к спрятанному глобусу. Он вспоминал то ощущение холодного кома в желудке, которое скрутило его, пока он смотрел на россыпь красных и белых огоньков и линий между ними...
Они доехали до Юнион-сквер, где Джонни пересел на линию L, которая доставила его на конечную станцию на углу Четырнадцатой улицы и Восьмой авеню. Откуда Джек и проследил его вплоть до мясного района.
Когда Джек впервые появился в этом городе, район вполне заслуживал свое имя — в проемах магазинных дверей висели говяжьи окорока и свиные ножки, могучие мясники в окровавленных фартуках, вооруженные острыми тесаками, сновали взад и вперед. По ночам тут кипела совершенно другая жизнь: на обочинах тусовались девочки в пикантных штанишках и микромини-юбках — хотя не все они относились к женскому полу, — предлагая свои достоинства пассажирам проезжающих машин.
Полная путаница с половой принадлежностью повлекла за собой и другие перемены. К настоящему времени большинство мясных лавок уже исчезло, уступив место художественным галереям и изысканным ресторанам. Он прошел мимо «Кабана и телки», оставил за собой бар «Мерзкий койот», где собирались поболтать члены клуба Джека «Худшие фильмы всех времен».
Джонни продолжал двигаться на запад. Что он собирается делать — прыгать в Гудзон?
Сгущались сумерки, ветер окреп настолько, что прохожие стали поднимать воротники. Хотя к любителям скейтборда это не относилось. Порой на них были всего лишь мешковатые драные шорты, безрукавки и бейсболки козырьком назад; проходя мимо них, Джек видел, как они делали сальто и гоняли свои доски по перилам.
Наконец Джонни остановился у бара «Палач». Тот был расположен в нижнем этаже ветхого строения в самом дальнем конце Западного Виллиджа. Дюжина мотоциклов перед входом не оставляла сомнений в природе клиентуры, которая тут собирается. В одном из двух маленьких окон горела неоновая реклама «Будвайзера»; на стекле другого была приклеена записка от руки — «ЕДА».
Еда? Обед в «Палаче»... тут есть над чем подумать. Фирменное блюдо: пирог с рубленым салом.
Но Джонни не вошел в заведение. Вместо этого он открыл ключом узкую дверь за углом от входа в бар и исчез за ней. Примерно через минуту Джек увидел, как зажглось окно на третьем этаже.
Тут он чего-то не понял. Зачем ему нужна комната на третьем этаже в доме без лифта над баром байкеров? По рассказам его матери, этот парень стоит миллионы.
Может, он все отдал дорменталистам. Или, может, все при нем, но он решил пожить в бедности. Джек попытался себе это представить, но потерпел неудачу. Действия сектантов не поддаются объяснениям. Потеря времени.
Да и в любом случае в его обязанности не входило понимать Джонни Роселли. Он должен был всего лишь передать ему послание от матери. Проще всего было бы постучать к нему в дверь, но ему не понравилось, что в таком случае Джонни увидит его лицо.
Хотя почему бы и нет? Передав просьбу позвонить маме. Джек может считать, что его работа закончена. Если бы он продолжал существовать в облике Джейсона Амурри, об этом стоило бы подумать. Он не хотел рисковать, что Джонни заметит его и начнет разговор. Но Джек не собирался впредь переступать порог храма...
Или все же переступит?
У него было смутное ощущение, что в храме осталось какое-то незаконченное дело... дело, имеющее отношение к глобусу Брейди.
Джек запомнил номер на дверях, развернулся и спокойным шагом направился на восток. Вытащив сотовый телефон, он связался со справочной. Но никакого Дж. Роселли по этому адресу не числилось.
Проклятье. Он остановился. Как ни крути, а придется пошевелить мозгами.
Повинуясь внезапному импульсу, он снова связался со справочной и осведомился, не проживает ли по этому адресу некий Ороонт. В яблочко!
Улыбнувшись. Джек сказал:
— Ну не умница ли я?
Он позволил оператору набрать для него номер и через несколько секунд услышал, как звонит телефон. Ответил мужской голос.
— Это Джон Роселли? — спросил Джек.
— Был им. Откуда вы узнали этот номер?
Голос настороженный.
— Не важно. У меня есть для вас послание от вашей матери. Она...
— Что у вас есть? Кто вы такой?
— Ваша мать наняла меня, чтобы я нашел вас. Она беспокоится о вас и...
— Слушай, ты, сукин сын, — скрипнул зубами Роселли, и Джеку показалось, что из трубки вот-вот пойдет дым. — Кто тебя надоумил? Великий Паладин? Ты один из подручных Дженсена и хочешь подловить меня?
— Нет. Я просто...
— Или какой-то грязный Противник Стены хочет достать меня?
Было бы неплохо, если бы Джеку удаюсь закончить предложение.
— И близко нету. Послушайте, просто позвоните матери. Она беспокоится и хочет услышать вас.
— Да пошел ты! — Й собеседник с грохотом швырнул трубку.
Джек попытался созвониться еще трижды. В первый раз он услышал, как трубку подняли и снова бросили. После этого его встречал лишь сигнал «занято».
О'кей. Свое дело он сделал. Послание передал. У Джонни явно были непростые отношения с матерью. Джек мог посочувствовать им, но его умение улаживать сложные ситуации, слава богу, не включало в себя семейную терапию.
Он приближался к Восьмой авеню, где мог сесть на поезд. Перед глазами снова всплыл глобус Брейди... его красные и белые огоньки... сеть пересекающихся линий... он был волнующе близок... стоит выбросить руку — и он дотянется до него...
Джек и коснулся его. Но когда он понял, что оказалось у него под рукой... лучше бы он к этому не прикасался. Мир вокруг него замедлил свое вращение, и он споткнулся.
Огоньки и линии... он видел их расположение и раньше... и теперь он вспомнил, где именно...
Внезапно у него перехватило дыхание. Остановившись, он прислонился к перилам. Нет, Джека не тошнило, но ему захотелось, чтобы его вывернуло наизнанку.
Когда и сердце и легкие обрели нормальный ритм, он оттолкнулся от стенки и снова двинулся в путь. Он собирался зайти к Марии Роселли и рассказать ей, что контакт с ее мальчиком Джонни состоялся, а затем заскочить к Джиа и Вики посмотреть, чем заняты его девочки. Но теперь все отпало. Ему были нужны ответы, нужно было найти кого-то, кто может дать объяснение.
Он вспомнил лишь одного такого человека.
8
Джейми заработалась допоздна — как обычно, — когда позвонил Робертсон. В голосе его чувствовалась напряженность. Он сказал, что им надо поговорить. Что-то произошло — серьезное и очень странное.
Ладно, она в любом случае собиралась уходить. После того как она заверила его, что линия не прослушивается, он сказал, что встретит ее на своей машине — большая черная «краун-виктория». Когда она напомнила, что за ней тенями таскаются эти идиоты, он объяснил, где они встретятся и как добраться туда.
Так что в 8.15 она шла через туннель Сорок второй улицы. Один из этих идиотов тащился за ней, держась в футах пятидесяти или около того. А куда делся второй? Обычно рядом с «Лайт» ее поджидала команда не менее чем из двух человек.
Когда Джейми добралась до станции на Восьмой авеню, она уже с трудом переводила дыхание. Эти проклятые сигареты. Надо бросать.
Вместо того чтобы выйти на одну из платформ, она заторопилась наверх на улицу.
Вот сейчас она в самом деле еле дышала. Джейми заметила на углу большую черную машину. Должно быть, это автомобиль Робертсона, но он сказал ей подождать, пока не даст сигнала. Только она не хотела ждать — ведь один из этих тупоголовых идиотов тащится за ней. Она хотела сразу же оказаться в этой машине.
Внезапно дверца со стороны пассажира распахнулась и знакомый голос позвал:
— Сюда!
Джейми не надо было повторять дважды. Подбежав, она нырнула в салон. Она еще не успела прикрыть дверцу, как автомобиль с ревом рванул по Восьмой.
— Мы должны прекратить встречи, Робертсон.
Отсветы от пролетающих мимо уличных фонарей
падали ему на лицо. Оно было замкнутым и напряженным.
— Зовите меня Джеком. Помните?
— Ох, в самом деле. Кстати, объясните, почему вы хотели, чтобы я ждала на улице, вместо того чтобы сразу залезть в машину — и вперед?
— Я дожидался нужного светофора. Не имеет смысла жечь покрышки только для того, чтобы через квартал остановиться. А теперь, чтобы следовать за нами, им придется найти такси. Но нас они уже не обнаружат.
— Не они. Он. Только в этот вечер. Но скорее всего, он заметил номер вашей машины.
Джек еще плотнее сжал челюсти.
— И не только его. Пока я ждал вас, из гастронома с бумажным пакетом вышел парень, которого я видел в офисе Дженсена, когда получал пропуск. Скорее всего, он нес кофе и сандвичи.
— Думаете, он видел вас?
— Посмотрел на меня, но, кажется, не узнал.
— О, черт! Если они засекли ваш номер...
Джек улыбнулся, но улыбка у него получилась натянутая.
— Они так ничего и не поймут. Но наварят себе кучу неприятностей, если начнут искать подлинного владельца этого номера.
— То есть вы одолжили машину?
— Нет, она моя, но номера — дубликаты с машины другого человека. С которым лучше бы не сталкиваться.
— Кого же?
Он покачал головой:
— Производственный секрет.
Вот опять. Он возбуждал в ней любопытство.
— Я могла слышать о нем?
— Как репортер? А как же!
Интонации, с которой он это произнес, было достаточно, чтобы Джейми завелась. О ком он говорит? Но было очевидно, что с таким же успехом она может задавать вопросы статуе.
Джек сделал левый поворот на Пятьдесят седьмую и погнал дальше на запад.
— Куда мы едем?
— Нам нужно какое-нибудь тихое местечко. Есть идеи на этот счет?
— Мы всего в нескольких кварталах от моей квартиры, боюсь только, что она под наблюдением.
— Неудивительно. Давайте на всякий случай проверим.
Джейми попросила подъехать прямо к парадным дверям своего многоквартирного дома.
— Вот тут я и живу.
Джек ткнул большим пальцем в боковое окно машины.
— А вон там дежурит команда дорменталистов.
Джейми увидела у обочины двухместную машину В салоне было темно. На переднем сиденье угадывался мужской силуэт. Ничего не оставалось, как ехать мимо.
9
Дженсен уже был готов покинуть храм, но тут его рация хрипнула. На связи был Мариготта.
— Босс? Наконец я нашел его изображение.
— Амурри?
— Его самого. Но вам бы лучше зайти посмотреть. Не думаю, что вам понравится.
— Сейчас буду.
Спеша через опустевший холл, Дженсен предполагал, что у него будет совсем другая реакция, когда он увидит эту физиономию.
Могу ручаться, что ее лицезрение доставит мне удовольствие.
Тон Мариготты убедительно дал понять: фотография, которую он нашел, не имеет ничего общего с типом, именующим себя Джейсоном Амурри.
Дженсен нанес короткий удар кулаком в воздух.
Так и знал!
В данном случае инстинкт его не подвел. Он мысленно потрепал себя по загривку, отдавая должное своей наблюдательности. Амурри с первого же дня вызывал у него смутное беспокойство.
Теперь мы его раскололи.
Снова хрипнула рация. Мариготта снова на связи.
— Есть еще кое-что... и это вам тоже не понравится, босс. Только что звонили Льюис и Хатчинсон. Они потеряли свою перепелку.
Мариготта отлично понимал, что во время разговора по рации не стоит называть имен. Чего он и не делал. Но Дженсен знал, кого он имеет в виду.
Яйца Ноомри! Неужели так трудно было проследить за толстухой средних лет?
— Они привели какие-нибудь подробности?
— Пока нет, но у них есть что рассказать — когда появятся. Прибудут через несколько минут.
Дженсен прикинул, что, может, стоит придержать для них лифт и, как только сойдутся створки, устроить им головомойку, но, подумав, отказался от этой мысли. Он не мог дождаться мгновения, когда увидит лицо подлинного Джейсона Амурри.
Мариготта сидел за компьютером в его кабинете. Отодвинувшись от стола, он показал на экран:
— Вот, глядите.
Нагнувшись, Дженсен уставился на размытое изображение мужчины лет тридцати. Ничего общего между этим человеком и тем, кто называл себя Джейсоном Амурри. Более темные волосы, более смуглая кожа, нос крупнее, другая прическа...
— Ты уверен, что это и есть подлинный Джейсон
Амурри?
Мариготта пожал плечами:
— Говорится, что он, но это ничего не значит.
— Что ты имеешь в виду? Ты же вроде сказал...
— Босс, это Интернет. То, что вы видите на экране, не обязательно существует в действительности. Кто угодно может впилить что угодно — настоящее или фальшивое. В Интернете все сомнительное.
— Но зачем кому-то помещать в Интернет поддельное фото Джейсона Амурри, можешь вразумительно объяснить?
10
— Так, — сказала Джейми. — В чем дело? Что за спешное свидание? Предполагаю, отнюдь не из-за моей незабываемой внешности и искрометных талантов.
Поверх легкой рубашки Джек надел синий свитер с остроугольным вырезом у шеи. Он слабо улыбнулся:
— Не стану спорить.
Хороший ответ, подумала Джейми.
Миновав ее квартиру, они направились к центру города. Джек нашел свободное место для парковки на сороковых в районе так называемой Адской Кухни, и Джейми обратила внимание, что он сунул служителю лишних пару долларов, потому что следовало поставить машину так, чтобы она не была видна с улицы. Внимание к деталям — ей всегда нравилась в мужчинах эта черточка. Хотя в этом парне ей нравилось очень многое и кое-что еще. Не говоря уж о том, что опасность сближала.
Короткая прогулка привела их в небольшой бар неподалеку от Десятой авеню. Она вечно забывала его название. Здесь было полутемно и грязновато, но заполнен он оказался только на четверть, что позволило им без труда найти свободную кабинку у дальней стенки.
Она тут же опрокинула в желудок половину порции виски с содовой и почувствовала, что начинает расслабляться. Но лишь немного. Одно дело лишь предполагать, что за твоим домом наблюдают, и совсем другое — увидеть типа, который этим занимается.
— Сегодня я видел глобус, — сказал Джек. Выпивка стояла перед ним, но он к ней не прикоснулся.
— Глобус Брейди?
Он кивнул.
— И рассмотрел его как следует. Основательно.
Если это правда, ему чертовски повезло. Но голос у него был невеселый.
— И?..
— Что-то в этом зрелище огоньков и сплетении линий крепко обеспокоило меня. Не знаю, в чем дело... но даже смотреть на них было тягостно. А спустя какое-то время я понял, что эта картинка мне знакома. Не составило большого труда вспомнить, где я ее раньше видел.
— Потрясающе! Значит, теперь ты знаешь, что это такое.
Джек покачал головой:
— Этого я как раз и не понял. Но покажу, где я видел картинку.
Джек взял небольшой пластиковый пакет, который лежал рядом с ним на скамье. Он прихватил его с заднего сиденья машины, но, когда Джейми спросила, что в нем, лишь помотал головой.
Отодвинув в сторону кружку с пивом, он положил пакет на влажное пятно, которое осталось на столе, и замер в молчании.
Джейми почувствовала растущее нетерпение. Да в чем тут дело?
— Ну же! — не выдержала она.
— Ты не поверишь, что я собираюсь рассказать, — сказал Джек, не поднимая глаз. — Порой я сам в это не верил, но теперь, посмотрев, понял, что все реально.
Звучит словно вступление к роману ужасов, подумала Джейми.
— Выкладывай.
— Ладно. — Дотянувшись до пакета, Джек вытряхнул из него сложенный вчетверо кусок плотной белесой ткани, примерно в фут длиной и почти такой же ширины. Когда он стал развертывать его, Джейми поняла, что видит кусок кожи. Он разложил кожу на столе между ними.
Джейми наклонилась, чтобы присмотреться. Она увидела шероховатую поверхность, усеянную оспинами различных размеров. Самые крупные были тускло-багрового цвета, а те, что поменьше, — бледные и слегка лоснящиеся. Их соединяли между собой сотни четких линий, ровных, как по линейке.
— Та же картина и на глобусе?
Джек кивнул.
— Причина, по которой я не сразу опознал рисунок, в том, что он изображен на сфере и я не мог увидеть его целиком. То есть я бы опознал его, если бы тут, — он ткнул в чертеж, — были очертания океанов и континентов, но они отсутствуют. Тем не менее где-то в голове у меня затрезвонил колокольчик. И в конце концов я установил связь.
— То есть на глобусе то же самое сочетание огоньков и линий. И что же в этом необычного?
— Дело не в этом. Не в необычности.
— Ладно. Тогда в чем же?
Джек не ответил. Он просто смотрел на кожу, легонько поглаживая ее ладонью.
Джейми пропустила еще глоток скотча. Ей это уже начало надоедать.
Она в свою очередь положила ладонь на кожу. Хмм... какая мягкая. Коснулась кончиком пальца одной из оспин.
— А что, эта... штука помогает понять, почему существование глобуса держат в секрете?
— Нет, но...
— Тогда в чем же дело? Где ты ее нашел? Может, в ней таится ключ. Так как это работа не Брейди, то, значит, сделал рисунок кто-то другой. Если бы мы могли поговорить с ним...
— Она мертва.
Она? Мертва? Джейми почувствовала стеснение в груди.
— Каким образом? Скажи, что она умерла от инфаркта. Только, умоляю, не говори, что ее убили.
— Хотел бы я это сделать. Это все, что от нее осталось.
Спазм в груди стал почти невыносимым.
— Я не...
— Это ее кожа... со спины.
Джейми отдернула руку.
— Ты специально пугаешь меня?
Джек поднял на нее глаза. Но еще до того, как он покачал головой, Джейми все поняла.
— Единственная причина, по которой я тебе об этом рассказал, кроется в том, что я не знаю никого, кто знал бы о дорментализме больше, чем ты... только к тебе я и мог обратиться.
— То есть... то есть ты хочешь сказать, что дорменталисты содрали с нее кожу, а потом сели и разрисовали,
— Отнюдь. Присмотрись получше. — Он провел рукой над оспинами и над линиями. — Это не рисунок. Это шрамы. Не спрашивай меня ни о чем, но все это было у нее на спине еще до того, как она умерла.
— До того? Но как?.. Где же все остальное, что осталось от нее?
Джек в упор посмотрел на Джейми, и она увидела боль в его глазах.
— Исчезло.
Джейми не знала, что сказать, но отчетливо осознавала, что ее стакан пуст и что ей нужна еще порция — нужна позарез.
— Пойду долью. Моя очередь. — Она показала на почти полный стакан Джека. — Тебе тоже?
Он покачал головой.
Джейми заторопилась к стойке.
Поначалу Джек Робертсон не производил впечатления психа, но он явно был таковым. Какое еще может быть объяснение?
Но похоже, он был предельно искренен. Нес какую-то чушь, но совершенно серьезно, не моргнув глазом. Неужто он верит во все это?
Но когда Джейми со свежей порцией выпивки вернулась к столу, голова ее тоже просветлела.
— О'кей. Женщина погибла. Но при жизни эти отметины появились у нее как стигматы. Прости, приятель, но я не верю в сверхъестественные явления.
Джек склонился к ней:
— Джейми, мне плевать, во что ты веришь или не веришь. Вот что я пытаюсь в тебя вдолбить — мы говорим о гораздо более серьезном явлении, чем разоблачение загребущей секты. Это куда серьезнее.
Она оцепенела, не в силах пошевелиться.
— Если тебе плевать на мое мнение, почему ты мне все это показываешь?
— Я уже объяснил тебе. Потому что ты, скорее всего, больше любого другого человека знаешь о дорментализме — а он далеко не такой идиотизм, как ты думаешь. Есть ли у тебя хоть какое-то доказательство, какой-то намек, да что угодно... служащее доказательством, что секта имеет отношение к чему-то еще? Чему-то более серьезному, более опасному и темному, к чему-то... — У него мучительно скривились губы, словно им не хотелось произносить это слово — иному.
— Но я могу поискать кого-нибудь, кто это точно знает...
Он еще ближе придвинулся к ней:
— Кого?
Нет, сказала она себе. Не говори.
Но ее захватило напряжение момента. Этот парень считает ее легковерной болтушкой — а теперь пришла ее очередь врезать ему.
— Думаю, что я нашла Купера Бласко.
11
Мэгги знала, что звонок рано или поздно раздастся, но не ждала его так быстро. И уж конечно, не по монастырскому телефону. Внутри у нее екнуло, когда она узнала голос.
— Я в самом деле не могу сейчас разговаривать, — сказала она, обводя взглядом вестибюль. В нем никого не было, но она все же понизила голос.
— Тогда просто слушай. Я хочу знать, когда увижу деньги, которые ты мне должна.
— Я должна? — Она испытала острый приступ гнева. — Тебе я ничего не должна!
— Черта с два не должна! Я спас твою круглую блаженную задницу тем, что придержал эти фотографии при себе. Так что ты у меня в долгу. И кстати, твоя попка прекрасно смотрится.
Мэгги почувствовала, как у нее жарко вспыхнули щеки.
— Сейчас у меня ничего нет, — сказала она, вспомнив наставления Джека. — Позднее что-то будет, но для этого нужно время.
— Ты знаешь, откуда можно получить...
— Я пыталась, но это непросто.
— Легче легкого. Просто начинай каждый день понемногу снимать пенки.
— Там все под контролем.
— Найди способ, девочка, а то твоя хорошенькая маленькая попка, да и все остальное будет красоваться на всех стенах в округе.
— Но это все равно тебе ничего не даст. После этого ты вообще ничего от меня не получишь. А так тебе хоть что-то достанется.
— Даже и не пытайся играть со мной в свои игры. Ты для меня — сущая мелочь. Я покончу с тобой не моргнув глазом.
Мэгги показалось, что она услышала в привычном тоне нотку отчаяния.
— Я делаю все, что могу, — постаралась она придать голосу искренность. — Но не могу дать то, чего у меня нет.
— Так раздобудь это! Сегодня я в хорошем настроении и поэтому даю тебе срок до следующей недели.
— До следующей недели? — Неужели ей придется мучиться в ожидании звонка еще неделю? Сколько еще ждать, пока он от нее отцепится? — Ладно. Посмотрю, что смогу сделать.
— Нет, ты это сделаешь. Раздобудешь к следующей неделе. Все полностью. — И он отключился.
У нее дрожали руки, когда она клала трубку. Судя по его голосу, шантажист явно в отчаянии. Вдруг ее поразила мысль: а что, если он звонит всем своим жертвам и давит на них? В их перечне может оказаться и Майкл.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике