фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— А кто тогда его производит?
Крутой Том пожал плечами:
— Не знаю. Пытался выяснить, думал, может, раздобуду формулу, да где там — наткнулся на стену. Там сербский заслон.
— Драгович?
— Угадал. Потому я и перестал рыпаться. С ним связываться никому не посоветую.
Еще одна деталь, дополняющая общую картину.
— А других игроков нет?
— Люди Драговича никого не подпускают к поставкам. Мне кажется, они идут из Европы. Ведь эта дурь там впервые появилась.
Вот это уже не укладывалось в картину. Если за «берсерком» стоит компания Монне, логично предположить, что они производят его здесь, на своем заводе. Что может быть лучше для прикрытия нелегального производства наркотика, чем легальное фармацевтическое предприятие?
— Можешь продать мне дозу?
— "Берсерка"? Сейчас в активной форме ничего нет. Но у меня есть немного инертного материала. Я с ним работал, пока он не накрылся. Причем в то же самое время, что и порошок, за который посадили того выпускника. Я тебе дам немного. Мне-то теперь от него толку мало.
Том увлек Джека в заднюю комнату.
— Я здесь посижу, — сказал Эйб. — Срисую орнамент у тебя со стен. Может, пригодится у меня в магазине.
В задней комнате находилась лаборатория Крутого Тома. Он специализировался на амфетаминах, и, по отзывам знатоков, его продукция была самого высокого качества.
Когда Том включил свет, полчища тараканов в панике бросились по углам.
— Извини за непрошеных гостей, старик. Но когда живешь под рестораном, без этого никак.
Ротвейлер Манфред, последовавший за хозяином, остановился на пороге комнаты. Джек сразу понял почему. Здесь пахло как в школьной лаборатории, где проводил опыты драмкружок, — смесью растворителя с кошачьей мочой. На столах стояли подносы с белой массой, над которыми крутились вентиляторы. В углу работала вытяжка с новенькой блестящей трубой, уходящей в потолок, но запах все равно оставался.
— Интересно, а сколько ты берешь за унцию?
— За унцию? Ты что, старик, я продаю по граммам. У меня чистый продукт, и кайф от него долгий. — Том искоса посмотрел на Джека. — А зачем тебе?
— Да ты ведь личность легендарная. Мог бы прикупить хату и получше.
— Конечно, мог бы, кто спорит. Может, когда-нибудь и съеду отсюда. Но это для меня не главное. Я человек творческий, и мне надо быть поближе к своей работе.
Сплошные творческие личности, подумал Джек.
— Видишь ли, в своей работе я использую... материалы, особенно растворители, имеющие характерный запах, который может кое-кого заинтересовать. А здесь я подсоединил свою вытяжку к трубе от плиты ресторана. И все мои пары смешиваются с дымом от готовки. Здорово придумано?
— Здорово, — согласился Джек. У него резало глаза, и хотелось поскорей выбраться на свежий воздух. — Так как насчет «берсерка»?
— Сейчас найду, — пообещал Том и начал копаться в куче целлофановых пакетиков. — Я ведь продаю наркотики, чтобы заработать на свое творчество, и знаешь, сейчас я создаю нечто такое, отчего «берсерк» сразу увянет. Он у меня идет под названием «Снег-9». Одной дозы будет достаточно, чтобы словить офигенный кайф на целую неделю. Это мой Святой Грааль. Когда я его найду, — все, могу считать, что я свое дело сделал. Только тогда я завяжу — и ни минутой раньше. Кровь из носу, но «Снег-9» дожму. Так-то, парень.
Валяй, сэр Гавейн, подумал Джек.
— Вот он, — сказал Том, поднимая небольшой прозрачный пакетик, в нижнем углу которого виднелся желтый порошок. — В активном состоянии он вроде бы голубой...
— "Вроде бы" — это как? — попытался уточнить Джек.
— Знаешь, я точно тебе не могу сказать, — растерянно улыбнулся Том. — Странно как-то. Я возился с ним две недели, видел его каждый день, но цвета так и не запомнил. Во всяком случае, он был не желтый. Желтым он становится, когда теряет силу. — Он протянул пакетик Джеку. — На, бери.
— Весь?
— Конечно. Я все равно собирался его выкинуть.
— А как насчет активной формы? Просто для сравнения.
Крутой Том замотал головой, размахивая своей косичкой:
— Сейчас у меня нет. Поставки идут с перебоями, и, когда старая партия теряет силу, новая приходит не сразу. Через денек-другой надеюсь получить.
— Странная манера вести дела, — заметил Джек.
— Не говори. Я бы на их месте запускал новый товар тык в тык, не теряя ни минуты. — Том пожал плечами. — Но кто их знает. Может, у них на то свои причины.
Джек засунул пакетик в карман и повернулся, чтобы идти.
— Постой-ка, — остановил его Крутой Том, поднимая еще один пакетик, наполовину заполненный мелкими прозрачными кристаллами. — Это мой последний продукт. «Снег-7». Хочешь попробовать?
— Нет, спасибо, — поблагодарил Джек, устремляясь к двери.
— За счет заведения. Тебе понравится. Кайф держится три дня, и жизнь становится значительно интересней.
Джек покачал головой:
— В последний год, Том, жизнь у меня была такая интересная, что просто не знаешь, куда деваться.
10
Джиа перестала водить кистью и прислушалась. Кажется, звонят в дверь? Они с дочкой сидели во дворике — Вики в своей беседке, Джиа писала картину — и от входной двери были далеко.
Второй раз звонок прозвучал уже отчетливей. Взглянув на Вики, которая устанавливала маленький стульчик перед маленьким столиком, Джиа вытерла руки и вошла в дом.
Подходя к двери, она гадала, кто это может быть. Джек сказал, что будет весь день занят. Сегодня Джиа не приглашала к Вики ни няню, ни детей, а здесь было не принято заглядывать на чашечку кофе без приглашения.
Прожив в этом фешенебельном особняке несколько месяцев, Джиа так и не почувствовала себя дома. Он принадлежал теткам Вики — Нелли и Грейс, которые с прошлого лета числились пропавшими без вести. Но Джиа знала правду. Обе пожилые женщины были мертвы — их пожрали какие-то индуистские исчадия ада. Если бы не Джек, Вики постигла бы та же участь. Он сжег этих чудовищ вместе с доставившим их кораблем, и их пепел развеялся над Нью-Йоркской бухтой. Когда Грейс и Нелли будут официально признаны умершими, их дом унаследует Вики. А пока за домом присматривала поселившаяся здесь Джиа.
Опять звонок. Пройдя по толстому восточному ковру, устилавшему пол прихожей, Джиа подошла к входной двери. Наверное, это все-таки Джек, забывший ключи. Она посмотрела в глазок и застыла.
Сердце у нее бешено заколотилось — за дверью стояли те самые охранники, которые прогнали их с пляжа у дома Милоша Драговича. Она сразу узнала того противного блондина с кое-как выкрашенной головой.
Что им здесь надо? И как они ее нашли? Почему они здесь?
Джек. Наверняка дело в нем. Вечно с ним какие-то проблемы. Он интересовался Драговичем, а объекты его внимания обычно плохо кончали. Но сейчас сам Джек — а вместе с ним и она — привлек внимание самого известного мафиози в городе.
Джиа вздрогнула — в дверь снова позвонили. Она обернулась, опасаясь, что Вики, услышав звонок, побежит встречать Джека. Лучше затаиться, тогда они решат, что никого нет дома. К счастью, особняки плотно примыкают друг к другу, и они не смогут попасть во дворик. Скорее всего, потопчутся и уйдут.
Через дверь Джиа слышала, как они переговариваются. Язык был явно не английский.
В конце концов мужчины отошли к черному «линкольну», стоявшему у тротуара. Когда машина тронулась с места, Джиа облегченно вздохнула, но они не спешили уезжать. Припарковавшись в конце улицы, они закурили.
Они за нами следят. Проклятье!
Джиа почувствовала, как в ней закипает гнев. Они с Вики попали в ловушку в собственном доме. И все из-за Джека.
Она подошла к телефону и набрала его номер. Он их втянул в это дело — вот пусть теперь и выручает.
11
— В чем дело? — спросил Сол Витуоло, сотрясаясь от смеха и вытирая слезы, текущие из глаз. — Почему ты не смеешься? Что-нибудь не так?
Сол только что продемонстрировал Джеку пленку, снятую накануне вечером.
— Нет, все отлично получилось.
Еще десять минут назад он от души посмеялся бы, наблюдая, как головорезы Драговича бросаются врассыпную, спасаясь от шин. Но ему только что позвонила Джиа и сообщила, что двое этих головорезов дежурят у ее дверей.
Джек сразу догадался, как они нашли ее, — машину засекла скрытая камера у ворот Драговича.
Это моя вина, подумал Джек. Я должен был заметить камеру раньше. Они сфотографировали машину и нашли Джиа по номеру на бампере.
Вот черт! И зачем он только взял их с собой.
Вряд ли Драговичу придет в голову, что Джиа может иметь какое-то отношение к вчерашнему шинному граду. Он просто тыкает наугад.
Но может случайно попасть в цель.
Первой мыслью Джека было посоветовать Джиа позвонить в полицию и сообщить о двух подозрительных типах, околачивающихся у ее дома. Копы их, конечно, спугнут, но потом они все равно вернутся.
Значит, придется управляться самому. Его первым побуждением было их убрать, причем совсем, и пусть полиция разбирается с этим делом. Поскольку оба работают на Драговича, все подумают, что это обычные бандитские разборки.
Все, но только не Драгович. Он-то знает, почему они там оказались, и устранить их — все равно что вывесить над дверями Джиа неоновую вывеску «Я к этому причастна».
Нет, нужен более тонкий подход. Но какой?
Голос Сола вернул его на Стейтен-Айленд.
— Я уже сто раз ее посмотрел, но все равно ржу, как лошадь, — сказал Сол, вынимая кассету из плеера. — Сколько сделать копий и куда мы их разошлем? В «Живого свидетеля»?
— Пока не надо никаких копий.
— Эй, а зачем тогда я ее покупал? — недоуменно спросил Сол, указывая на новенькую видеокамеру. — Разве не для того, чтобы делать копии?
— Именно для этого, — подтвердил Джек. — Но нам надо собрать побольше материала. Завтра ты опять залезешь на дюну и отснимешь вторую серию.
— Я-то залезу, но, может, мы придумаем что-нибудь почище шин? Как насчет битого стекла? Ух! У меня его целые горы.
Джек постарался, чтобы его голос звучал спокойно.
— Шины — это только первая стадия. На второй мы пригвоздим его по-настоящему.
— Пригвоздим? — В голосе Сола послышалось ликование. — Ты собираешься поработать гвоздями? Вот это другой разговор.
Опять он за свое.
— Нет, не собираюсь.
— А что тогда будет на второй стадии?
— Всему свое время, дружище. Да ты не волнуйся. Я все просчитал.
— Но мы уже отработали шины. Хватит с нас шин. Этого мало.
Джек сжал зубы, с трудом сдерживаясь, чтобы не взорваться. Его так и подмывало сказать Солу, что, если тому не нравится его план, он может делать все сам.
Вероятно, сказывалось беспокойство за Джиа и Вики.
Он очень нервничал.
Поднявшись, Джек шагнул к окну. Через грязное стекло он с трудом различал горы старых машин и металлолома, наваленных позади конторы.
— Надо найти что-нибудь получше шин, — завел свою волынку Сол.
— Ладно, Сол, — проговорил Джек, сдаваясь. — Пойдем посмотрим твое хозяйство. Если найдем что-нибудь получше, пустим в дело. Если нет — тогда опять шины.
Возможно, он и найдет что-нибудь подходящее, чтобы турнуть ребят Драговича.
Когда обрадованный Сол вывел его во двор, Джек заметил двоих мужчин, складывающих металлолом в старый автопогрузчик, тот самый, на котором он привез шины к братьям Эш.
Он задумчиво наблюдал, как, загрузив очередную порцию металлолома, подъемник опускается на землю. Край его был скошен и напоминал лезвие ножа.
Это натолкнуло Джека на мысль. Оглядев площадку, он заметил несколько ржавых машин, стоявших в ряд у забора.
— Они еще ездят? — поинтересовался он у Сола, указывая на эти развалины.
Тот остановился и посмотрел в ту сторону.
— Думаю, что да. Но только в один конец.
— А мне и не нужно возвращаться.
— Ты что это задумал?
Джек повеселел:
— В конце концов, могу же я взять часть платы натурой.
12
— Сколько нам тут еще торчать? — проворчал Вук Вуйкович, закуривая очередную сигарету «Мальборо».
Весь день они просидели в этой проклятой машине, ожидая, когда покажется дамочка. Вук беспрерывно курил, и язык у него стал как мокрая картонка. Он чувствовал себя усталым, разбитым и с трудом сдерживал раздражение. В «линкольне» хорошо ездить, но жить там не слишком комфортно. Вук взглянул в переднее зеркало и пригладил свои вытравленные волосы. Они отросли, и у корней пробивалась чернота. Пора снова краситься.
— Сколько можно смотреться в зеркало, — раздался с заднего сиденья голос Иво. — Что, волосы выпадают?
— У меня-то их пока хватает, старина, — отозвался Вук, посмотрев на редеющую шевелюру Иво. — А вот ты скоро станешь лысым как коленка.
— Зато я не похож на педика.
Вук засмеялся, чтобы не показать, что его задело замечание приятеля. Кто-кто, а уж Иво гораздо больше похож на бабу, и причем старую.
— Женщинам нравятся блондины.
Иво хмыкнул.
Они познакомились, когда служили в Югославской армии, и вместе прошли косовскую мясорубку. Позже, когда от армии и страны ничего не осталось, они нанялись в охранники к Драговичу.
Вук посмотрел вокруг. Элегантные кирпичные особнячки на тихой улочке, упиравшейся в небольшой парк на берегу Ист-Ривер. У него на родине так жили только высшие правительственные чиновники. Он попытался представить, во что обходится подобное жилье.
— Ненавижу ждать.
Иво вздохнул:
— Не самый плохой расклад. Мы могли бы сейчас торчать в Белграде и ждать выходного пособия.
Вук снова рассмеялся:
— Или стоять в очереди за газовыми баллонами.
— Ты вспоминаешь о доме? — спросил Иво дрогнувшим голосом.
— Только когда думаю о войне.
А думал он о ней постоянно.
Какое время! Сколько женщин у него было?
Сколько мужчин — бойцов и мирных жителей — выгнал он в поле или поставил у стенки и расстрелял? Не сосчитать. Каким всемогущим он себя ощущал — хозяин жизни и смерти, бесстрастно внимающий крикам, стонам и мольбам о пощаде и единолично решающий, кому жить, а кому умереть. Он чувствовал себя равным Богу.
Вук тосковал по этим дням, иногда так сильно, что на глаза его наворачивались слезы.
— А я стараюсь все забыть.
Вук молча посмотрел на своего приятеля. Иво всегда был мягкотелым, а сейчас и совсем размяк. Это случается со всеми, кто приезжает в Америку. Они теряют твердость.
Да я и сам уже не тот, подумал Вук. Он был несгибаемым воином, а кем стал? Охранником гангстера, который дает всякие дурацкие поручения вроде сегодняшнего. Да, он серб по рождению, но давно уже стал американцем. И все же ему повезло больше, чем его ровесникам в Белграде.
— Думаешь, эта сучка Ди Лауро имеет отношение ко вчерашнему? — спросил Вук, нехотя возвращаясь к действительности.
— Очень может быть, — отозвался Иво. — Но она явно отчалила на выходные, как и вся здешняя публика.
За все время своего сидения они видели лишь нескольких ребятишек, гуляющих с нянями. Вук уже дважды звонил в Ист-Хемптон в надежде, что им разрешат снять осаду. Но им было велено оставаться на месте.
— Мы просто теряем время, — проворчал Вук.
— Это все из-за тебя.
— Почему из-за меня?
— Ты узнал этого парня на пленке. «Я его знаю. Это тот самый тип, которого мы прогнали с берега», — передразнил Вука Иво. — Вечно ты треплешь своим языком.
Обернувшись назад, чтобы послать Иво куда подальше, Вук увидел, что тот застыл на сиденье. На Саттон-сквер появился автопогрузчик без номеров.
Прогромыхав по улице, он резко остановился, уткнувшись в тротуар.
— Похоже, он заблудился, — заметил Иво, с облегчением откидываясь на спинку сиденья.
Некогда белый автопогрузчик, весь в царапинах и вмятинах, был покрыт толстым слоем грязи. Лицо водителя скрывала густая белая борода, на лоб была надвинута бейсбольная кепка. За пыльным стеклом он был практически неразличим. Вытащив карту, водитель стал внимательно ее изучать.
Вот дурак, подумал Вук. Как можно потеряться в городе, где все улицы под номерами?
Найдя то, что он искал, водитель тронулся с места, чуть не налетев на противоположный тротуар. Когда автопогрузчик стал разворачиваться, Вук заметил, что его задняя платформа опущена и находится всего в двух футах от земли. Оказавшись на середине улицы, он вдруг дал задний ход и стал стремительно приближаться к машине.
Вук вжался в сиденье и стал судорожно сигналить, но погрузчик был уже совсем рядом.
— Сейчас он в нас врежется! — завопил Иво.
Вук закрыл глаза и обхватил себя руками. От удара его бросило вперед, но сила его была меньше, чем он ожидал. Открыв глаза, Вук увидел, что угол платформы пробил решетку радиатора. Лобового столкновения, к счастью, не произошло.
— Ах ты, дерьмо! — заорал Вук, распахивая дверь.
Иво выскочил с другой стороны, изрыгая проклятия. Сейчас этот идиот пожалеет, что сунулся сюда.
Но автопогрузчик рванул вперед.
— Он смывается! — крикнул Иво.
Вук бросился его догонять, но погрузчик уже успел набрать скорость. Вук махнул Иво, чтобы тот садился в машину. Проскочив на красный свет, погрузчик выехал на Пятьдесят восьмую улицу и двинулся по встречной полосе.
— Он ненормальный! — вскрикнул Иво, увидев, как погрузчик виляет из стороны в сторону, стараясь избежать столкновения с идущими навстречу машинами. Завизжали тормоза, загудели сигналы, но погрузчик упрямо продолжал двигаться вперед.
Вук не мог допустить, чтобы какой-то старый говнюк на ржавом помойном ведре оставил его в дураках.
Включив фары и отчаянно давя на сигнал, он выскочил на Пятьдесят восьмую улицу. К счастью, машин там было мало, но ехать против движения все равно было страшновато.
Погрузчик, маячивший впереди, свернул на Первую авеню. Они доехали туда как раз вовремя, чтобы увидеть, как он опять сворачивает на Пятьдесят девятую улицу.
— Он едет к мосту, — догадался Иво.
Вук поддал газу, и вскоре впереди опять показался погрузчик, въезжающий на мост Куинсборо. «Линкольн» поехал по откосу, с визгом развернулся и тоже выскочил на мост.
— Вот он! — показал вперед Иво.
Вук усмехнулся. Неужели этот старый дурак надеется от них уйти?
Он нажал на акселератор, и машина рванулась вперед, почти поравнявшись с погрузчиком. Но вдруг она как-то странно задергалась.
— Что случилось? — спросил Иво.
Взглянув на приборную доску, Вук увидел, что стрелка температурного датчика ушла на красное поле.
— Мотор перегрелся!
Двигатель чихнул, дернулся и затих. «Линкольн» встал как вкопанный.
— Дерьмо! — выругался Вук, ударив по рулю. Сквозь клубы пара, вырывающегося из-под капота, он увидел, как автопогрузчик исчезает за аркой моста. — Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!
Иво вылез из машины и подошел к капоту. Вук последовал за ним. Сзади засигналили остановившиеся машины.
— Вот в чем дело, — сказал Иво, указывая на продавленную решетку. — Дыра в радиаторе.
— Ублюдок! — заорал Вук, ударив кулаком по капоту. — Вот уж повезло этой сволочи!
— Думаешь, это везение? — задумчиво спросил Иво, глядя вслед ускользнувшему погрузчику.
— А ты считаешь, старый говнюк сделал это намеренно?
— А почему старый? Из-за седой бороды? Он мог позаимствовать ее из костюма Санта-Клауса.
— Думаешь, это тот парень с пляжа?
Иво пожал плечами:
— Я просто рассуждаю. Если это тот самый парень и он хотел прогнать нас от своего дома, то ему это вполне удалось.
Вук просто кипел от злости. Иво так спокоен, что так бы и врезал ему разок. Вук сплюнул.
— Дерьмо!
И что они теперь скажут Драговичу?
13
Надя закончила работу и собиралась домой. Пока отключалась голографическая установка, она прослушала голосовую почту. Джек предлагал встретиться в диабетической клинике в пять. У него были для нее какие-то новости. На случай, если она не сможет прийти, он оставил номер своей голосовой почты.
Надя посмотрела на часы. Уже около пяти. Она набрала номер Джека и предложила встретиться в начале шестого в аптеке напротив ее работы. Вешая трубку, она услышала, как кто-то произнес:
— Какая самоотверженность.
Надя вздрогнула, узнав голос Монне. Оглянувшись, она увидела, что он стоит в дверях.
— Как вы меня напугали.
— Извините, — произнес он, подходя к ней. — Я пришел забрать пакет и заметил, что у вас горит свет.
— Я уже собиралась уходить.
— Не буду спрашивать вас об успехах. Еще рано говорить об этом... да?
Его слова застали Надю врасплох. Она внимательно посмотрела на Монне. Вблизи он выглядел очень усталым. Ничего удивительного — ведь, по словам Джека, он несколько часов наблюдал, как дерутся люди.
Но дело было не только в усталости. Казалось, доктор был физически и умственно истошен, морально подавлен и близок к отчаянию.
Чем же его заставляет заниматься этот бандит? Как сумел его опутать?
— Да, — призналась она. — Пока нечем похвастаться. Я только что закончила просматривать результаты ваших экспериментов. Вы перекопали большое поле.
Он рассеянно кивнул:
— Я перепробовал все, что мог. Вот поэтому мы вас и пригласили. Нам нужен свежий взгляд.
Надя опустила глаза и стала собирать свои записи. Не могла же она сказать ему, что пребывает в полной растерянности, что рассказ Джека о странных испытаниях в Бруклине и сообщение Дага о тайных покупках акций выбили ее из колеи и не дают сосредоточиться на работе.
Монне откашлялся.
— Есть еще один вопрос, который я бы хотел обсудить с вами. Он касается Дугласа Глисона.
Надя застыла. О господи! Неужели он узнал, что Даг взломал сеть?
— А в чем дело?
— Мне сообщили, что он был в исследовательском центре и даже здесь, у вас в лаборатории. Это нарушение правил.
У Нади отлегло от сердца. Она повернулась к Монне:
— Я думала, это касается только тех, кто не работает в компании.
Ложь... но вполне простительная.
— Нет. Мне кажется, я достаточно ясно дал понять, что сюда могут заходить только работники исследовательского центра. Вы с ним... в близких отношениях? Поэтому и пустили его сюда?
Доктор Монне как-то слишком заинтересованно задал этот вопрос. Почему?
Надя решила скрыть, что Даг впустил себя сам. Она вспомнила, что он не хотел, чтобы об их романе знати на работе.
— В близких отношениях? — с улыбкой переспросила она. — Нет. Мы просто старые друзья.
— Вы часто видитесь? Обсуждаете свою работу? Куда он клонит?
— Он друг нашей семьи.
Опять ложь.
— Иногда мы обедаем вместе. Он очень интересуется... — она чуть не сказала «компьютерами», — научными разработками. Но я уверена, что он никогда...
— Я тоже уверен, — поспешно сказал доктор Монне. На лице у него было написано облегчение. — Но не стоит забывать, что он торговый агент и по долгу службы много и часто разговаривает с людьми. Может случиться, что в один прекрасный день он в порыве энтузиазма случайно проговорится о продукте, который находится в разработке. А если он ничего не будет знать о нем, то уж точно не проболтается. Вы меня понимаете?
— Вполне, — ответила Надя. Он был абсолютно прав. Она обязательно скажет об этом Дагу за ужином. — Обещаю, что Дуглас Глисон здесь больше не появится.
Доктор Монне повернулся и вышел не попрощавшись. До нее долетел лишь его вздох.
14
— О нет, — пробормотал Джек, увидев, что Монне сворачивает с Глен-Коув-роуд. — Только не говорите мне, что он едет в Монро.
Эта поездка началась в центре города после того, как Джек вернулся с Лонг-Айленда от братьев Эш, которым он доставил очередной сюрприз для Драговича.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике