фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Надя улыбнулась. Оказавшись наедине, они смогут заняться не только разговорами...
11
— Только не это! — ахнул Даг, когда вдруг погас монитор, а вместе с ним и все электричество в доме. К счастью, он успел сохранить информацию, иначе пропали бы все новые коды, которые он записал для своей поисковой программы. И все же он лишился целой страницы. В такие моменты он жалел, что не потратился на резервную систему питания.
Он беспомощно заморгал в темноте. Вдруг комнату осветила вспышка молнии и зарокотал гром. Он так увлекся программированием — это состояние было сродни дзен-буддийской медитации, — что полностью потерял чувстве времени и пространства.
— Черт, — пробормотал Даг. — Гроза начинается.
Он встал и подошел к окну. С улицы врывался холодный ветер — предвестник дождя. Опять полыхнула молния, и сразу же послышался раскат грома. Похоже, сейчас накроет, Даг заметил, что в доме напротив горят окна. Значит, у них есть электричество. А почему у него темно? Он не помнил, чтобы во время грозы у него когда-нибудь отключали электричество.
Даг поднял трубку, чтобы позвонить Наде, но телефон молчал. Как, и телефон тоже? Невероятно. Наверное, Надя уже звонила. Но у него же есть сотовый...
Даг вздрогнул, услышав, как загремела пожарная лестница. Такой сильный ветер? Или там кто-то есть? Надо посмотреть.
Окно спальни было по-прежнему распахнуто настежь, ветер раздувал занавески. Даг высунулся в окно и посмотрел наверх. Его квартира была на последнем этаже, под самой крышей. Наверху никого, и внизу тоже. Значит, это ветер. Сильный порыв вполне мог раскачать перила. Справа or него за рекой яркой лентой протянулся Нижний Манхэттен.
Упали первые капли дождя. Даг закрыл окно и вышел из спальни.
В квартире царила темнота, лишь изредка разрываемая вспышками молний. Даг пошел на кухню за свечами. Надо зажечь свет и позвонить Наде. Он чувствовал себя виноватым.
Обшаривая ящики, Даг вдруг почувствовал какое-то движение в коридоре. Он застыл, вглядываясь в темноту. Вспыхнувшая молния осветила пустую кухню. Даг вышел в коридор и проверил входную дверь — она была заперта.
Наверное, все эти страхи — следствие грозы и погасшего света.
Даг вернулся на кухню и вскоре нашел две обгоревшие красные свечи, оставшиеся после их рождественского ужина с Надей. Теперь надо найти спички. С тех пор как он бросил курить, спичек никогда не было под рукой.
Но тут из спальни опять донесся какой-то шум... словно что-то упало...
По спине пробежал озноб. Достав из стола нож, Даг подошел к спальне.
— Есть здесь кто-нибудь? — спросил он, понимая всю нелепость подобного вопроса.
Никто не ответил, да он и не ждал ответа. Не дай бог, чтобы там кто-то действительно оказался. Нож он взял просто для храбрости. Он даже не знал, как с ним обращаться. Даг не умел драться и вряд ли смог бы ударить кого-то даже кулаком, не говоря уже о ноже.
Он осторожно вошел в спальню.
— Эй, кто там?
В комнате было темно. Он вдруг почувствовал какой-то затхлый запах, которого здесь раньше не было. Кажется, никого...
Сверкнувшая молния осветила две массивные фигуры, прижавшиеся к стене.
Даг с криком бросился к входной двери.
— Помогите! Помогите!
Раскат грома заглушил его вопли.
Выскочив в коридор, он столкнулся еще с одним громилой и отлетел назад. Казалось, он наткнулся на бетонную стену. С трудом удержавшись на ногах, Даг повернул назад, но тут свет молнии выхватил из темноты две фигуры, выходящие из спальни.
— У меня нож! — закричал Даг, поднимая руку.
Кто-то ударил его по запястью, и нож отлетел в сторону. Даг хотел закричать, но толстые пальцы зажали ему рот. Вторая пара рук вцепилась в его лодыжки, оторвав ноги от пола. Брыкающегося Дага внесли в спальню, словно капризного непослушного ребенка.
Почему? — лихорадочно думал он, пытаясь совладать со своим мочевым пузырем. — Кто это? Откуда? Чего хотят? Я никого не трогал. Почему вдруг...
Его хакерские проделки! Неужели они из ГЭМ?
Внеся Дага в спальню, незнакомцы вдруг застыли. Опустив его на иол, они стали прислушиваться. Что там?
И вдруг Даг услышал стук, доносившийся из коридора. Кто-то стучал в дверь.
Кровь застыла у него в жилах, когда он услышал знакомый голос:
— Даг? Даг, ты дома?
Надя! О господи, это Надя. У нее же есть ключ. Если он не откроет, она им обязательно воспользуется.
Надо ее предупредить!
Чтобы отвлечь своих похитителей, Даг начал извиваться и брыкаться, пытаясь сбросить руки, зажимавшие ему рот. Он должен крикнуть ей, чтобы она скорее бежала отсюда и звонила в полицию.
Вдруг руки, державшие правую лодыжку Дага, ослабили свою хватку, и он отчаянно дрыгнул ногой, угодив в торшер. Он с грохотом свалился на пол, и нога Дага снова оказалась в тисках.
Даг с ужасом осознал, что шум заставит Надю войти скорее. Он попытался закричать, но сквозь зажимавшие его рот пальцы прорвался лишь слабый стон. Те же пальцы вдруг сдавили ему нос, лишив возможности дышать.
Пытаясь освободиться, он услышал, как Надя окликает его из-за двери:
— Даг? Это ты?
Но сознание уже покидало его, а вместе с ним исчез и Надин голос.
12
— Даг, ты здесь? С тобой все в порядке?
Надя приехала, чтобы высказать Дагу все, что она думает о его поведении, но сейчас забыла о своих обидах.
С ним что-то случилось, думала она, копаясь в сумке, чтобы найти ключ.
Наконец она его обнаружила и, поковырявшись в замке, распахнула дверь.
Но, войдя в квартиру, в нерешительности остановилась. Там было совершенно темно.
— Даг?
Нащупав выключатель, Надя попыталась зажечь свет, но из этого ничего не вышло. Оставив входную дверь открытой, чтобы с лестничной площадки падал свет, Надя прошла по коридору в комнату. Там она опять попыталась включить свет. Безуспешно.
Странно. На площадке свет был. И только у Дага было темно.
Она принюхалась. Какой-то странный запах... так пахнет мокрая шерсть...
Вдруг сверкнула молния и загрохотало. Надя вздрогнула. Ей стало жутко. Выйдя на площадку, она отыскала в сумочке маленький фонарик. Нажав на выключатель, она нахмурилась. Лампочка была еле жива, должно быть, садилась батарейка.
Вернувшись в квартиру, она в нерешительности остановилась. Что ей здесь делать? Если бы Даг был дома, он бы ответил.
А почему его нет? Ведь уже полночь.
Возможно, он пошел пропустить стаканчик, когда отключили электричество. Но все же надо проверить квартиру. И потом, она ведь слышала какой-то глухой звук, словно что-то упало. А вдруг он споткнулся в темноте и расшибся?
— Если с тобой все в порядке, Даг... — шептала она, двигаясь по коридору. — Если ты где-то шатаешься, пока я тут с ума схожу в этой кромешной тьме, то я тебя просто убью.
Надя обвела слабым лучом фонарика всю комнату, но не обнаружила ничего необычного. Так же как и в кабинете. Странно было видеть его компьютер погасшим. Он практически никогда не выключал его.
Когда луч фонарика выхватил из темноты телефон, Надя почувствовала прежнюю обиду. Он ведь мог хотя бы прослушать сообщения, перед тем как уйти. Задумчиво подняв трубку, Надя приложила ее к уху.
Тишина. Вот это уже действительно странно. Последнюю остановку она сделала у Дага в спальне. Постель была не убрана, но это было скорее правилом, чем исключением. Все выглядело как обычно.
Но что тогда упало за дверью?
И почему ее терзают мрачные предчувствия? Откуда это смутное ощущение, что она здесь не одна?
Надя подошла к шкафу и уже взялась за ручку двери, как вдруг фонарик погас.
Этого только не хватало, подумала она. За окном вспыхнула молния, разбросав по углам зловещие тени. Надю вдруг охватил панический ужас. Надо скорее бежать отсюда.
Но сначала... Выйдя на освещенную площадку, она нацарапала на листке из блокнота:
"Даг!
Я к тебе приезжала. Где ты был? Позвони мне, когда вернешься.
Люблю тебя.
Я.".
Войдя в кабинет, Надя прилепила записку к экрану монитора и выбежала в коридор. Запирая дверь, она не могла отделаться от ощущения, что от нее ускользнуло что-то очень важное.

День поминовения
1
Надя схватила трубку после первого звонка:
— Даг?
На том конце провода какое-то время молчали. Затем послышалось покашливание и раздался знакомый голос. Но это был не Даг.
— Это доктор Монне.
— А, доктор Монне... Доброе утро.
Надя откинулась на спинку старенькой маминой софы, стараясь скрыть разочарование. Она пыталась дозвониться Дагу уже несколько часов — и дома, и в клинике, но вчерашние частые гудки сменились голосом автомата, который сообщал, что номер отключен.
— Доброе утро, — поздоровался доктор. — Надеюсь, я вам не помешал.
— Нет, что вы. Я только что вернулась из клиники.
И ждала совсем не вашего звонка.
— Какая преданность делу.
— Ну, мы же оба знаем, что для диабета не существует праздников.
— Это верно. — Доктор еще раз откашлялся. — Я просто хотел узнать, придете ли вы сегодня на работу.
— Вообще-то я не собиралась.
На самом деле она хотела прийти, но только чтобы убрать «берсерк» из голографической установки. После этого она вообще не покажется на работе, во всяком случае, до тех пор, пока ей не объяснят, почему инертная форма наркотика полностью совпадает с молекулой, которую ей предстоит стабилизировать.
Вдруг в голове у нее мелькнула тревожная мысль.
— А вы сейчас там?
— Да, я заехал на фирму. Думал застать вас там и обсудить наши успехи.
Сердце у Нади бешено забилось. Она никак не ожидала, что доктор Монне пойдет на работу в День поминовения. Значит, ей тоже надо бежать туда? Нет, сначала она должна найти Дага и убедиться, что с ним все в порядке.
— Но... у меня другие планы.
— Я понимаю. Извините, но вы, кажется, назвали имя Дага, когда сняли трубку?
Да... Даг. Она вдруг остро почувствовала свое одиночество. Где ты?
После того как она в субботу ввела доктора в заблуждение относительно своих отношений с Дагом, как объяснить, что он запросто звонит ей домой?
— Да. Он... э-э... пригласил меня на ужин вчера вечером, но так и не появился. А сейчас у него почему-то не работает телефон. Я очень беспокоюсь.
— Потому что он старый друг.
Надя не поняла, вопрос это или утверждение. Во всяком случае, в голосе Монне слышалось искреннее сочувствие.
— Да, — подтвердила она. — Я собиралась туда поехать, чтобы выяснить, что случилось.
— Вы думаете, это разумно?
Странный вопрос.
— Что вы имеете в виду?
— Я тоже туда поеду.
— Нет, что вы. В этом нет необходимости. К тому же он живет очень далеко, под мостом.
— Под мостом?
— Да. В Бруклине, под Манхэттенским мостом.
— Не важно. Дуглас Глисон очень ценный для нас работник. Я настаиваю. Дайте мне его адрес.
Надя растерялась. Она дала Монне адрес, и он сказал, что будет ждать ее там.
Такого поворота она не ожидала, но, по крайней мере, доктор Монне уедет из лаборатории. Раз он не упомянул о «берсерке» в установке, значит, он его не видел. Позже она съездит туда и все уберет.
Но сначала надо выяснить, что с Дагом... Тревога за него вытеснила все другие заботы.
2
Люк стоял у кирпичного жилого дома на Уотер-стрит, одного из многих на этой улице. Над головой виднелось голубое подбрюшье Манхэттенского моста и слышался шум проезжавших машин. Не слишком приятное место для проживания, но не все имеют возможность выбирать. Вероятно, вид ночного города, открывающийся отсюда, как-то примиряет с неудобствами.
Люк уже наведался в квартиру Глисона. Он постучал и подергал дверь, но она была заперта. Жаль. Нельзя сказать, что он горел желанием поскорее увидеть труп Глисона, но, обнаружив его первым, он тем самым избавил бы Надю от лишних потрясений.
Люк предупредил Пратера, что с Глисоном следует разделаться по-другому. Макинтош просто исчез — купил билет в Чикаго и не вернулся. У него не было близких друзей, и, когда родные стали его разыскивать, никто не мог им ничего сказать, и менее всего его обеспокоенное и недоумевающее начальство.
Глисон же отнюдь не был угрюмым одиночкой. Иесли пропадет еще один сотрудник ГЭМ, у которого масса друзей и знакомых, налаженные связи с десятками врачей и медсестер, не говоря уже о давних отношениях с Надей, это вызовет слишком большой резонанс. Делом может заинтересоваться полиция, начнется расследование, а этого Люку хотелось меньше всего.
Поэтому Пратеру были даны инструкции обставить смерть Глисона как ограбление. Трагическая и непоправимая случайность. А чтобы спрятать все концы в воду, следовало устроить небольшой погром, унести ноутбук компании и разбить домашний компьютер Глисона, если таковой имелся.
Вот почему Люк так настаивал на встрече с Надей именно здесь. Он постарается смягчить удар, нанесенный ей смертью старого друга. Но так или иначе, она на несколько дней будет выбита из колеи и вряд ли сумеет работать в полную силу.
А ведь сейчас каждый день на счету!
Люк мерил шагами тротуар. Он должен был увидеться с Надей. Сегодня утром он был близок к панике, когда узнал, что ее нет на работе. Что заставило ее остаться дома — праздник, усталость или что-то еще? Взглянув ей в глаза, он моментально поймет, известно ли ей о «берсерке».
К подъезду подъехало такси, из которого выпорхнула Надя. Лицо ее было бледным и каким-то опрокинутым. В глазах застыла тревога.
— Доброе утро, — поздоровался Люк.
Надя кивнула:
— Надеюсь, что доброе. Вам не стоило...
— Давайте не будем обсуждать этот вопрос, — перебил ее Люк. — Я уже здесь. На каком этаже живет Дуглас?
— На последнем, десятом.
Она подняла глаза — во взгляде ее не было ни тени страха или недоверия. Только беспокойство о пропавшем друге.
Что-то уж очень она переживает. По телу Люка поползли мурашки. Слишком много эмоций по поводу так называемого «друга семьи».
— А как мы попадем в квартиру?
— У меня есть ключ, — сказала Надя, направляясь к подъезду.
Идя за ней к лифту, Люк вдруг со всей очевидностью осознал, что их с Глисоном связывают не только дружеские отношения.
Однако он не подал виду и молча проводил ее до двери, где она стала стучать и окликать Дага. Когда она отперла замок. Люк решил взять инициативу в свои руки.
— Позвольте мне, — сказал он, берясь за ручку двери. — Так, на всякий случай.
— На какой случай? — прошептала Надя, бледнея.
— Там может быть все, что угодно.
Монне распахнул дверь и вошел первым. Надя следовала за ним по пятам. Пройдя по коридору, Люк заглянул в комнату и увидел там перевернутую мебель. Быстро повернувшись назад, он схватил Надю за руки, пытаясь остановить.
— Подождите. Не входите туда. Там что-то случилось.
— Что? Что вы хотите сказать?
Дико посмотрев на него расширенными глазами, Надя вырвалась и бросилась в комнату.
Последовав за ней, Люк чуть не уткнулся ей в спину, так резко остановилась она на пороге.
Посередине комнаты валялась перевернутая кушетка, кофейный столик был отброшен к стене, на полу лежал опрокинутый торшер.
— О боже мой, — запричитала Надя. — Боже мой.
Уронив сумку, она побежала дальше по коридору. Люк поспешил за ней. Ее уже не остановить. Надя повернула налево, где, судя по всему, была спальня. Люк же двинулся в противоположном направлении и обнаружил там что-то похожее на кабинет. Пока Надя хлопала дверями в соседней комнате и в коридоре, он успел заметить, что компьютер разломан на куски, а его содержимое разбросано по всей комнате. Жесткий диск, треснувший пополам, уже не подлежал восстановлению.
Повернувшись, чтобы выйти из комнаты, Люк столкнулся на пороге с Надей. Она была близка к обмороку — вероятно, нашла, наконец, своего Глисона. Люк схватил ее за руку, чтобы поддержать.
— Его здесь нет! — выпалила она, задыхаясь, словно марафонец, прошедший дистанцию. — Я везде посмотрела: и в спальне, и в кухне, и в ванной, и в кладовке. Его нигде нет!
Нет? Но он должен быть здесь!
— О господи! — воскликнула Надя, входя в кабинет. — Вы посмотрите, что они сделали с его компьютером! Прошлой ночью ничего этого не было! Господи Исусе, где же он? Что здесь произошло?
Люк тоже хотел бы это знать. Глисон должен был умереть здесь, а не где-то еще. А может быть, — его вдруг ударило, как обухом по голове, — люди Пратера упустили его?
Люк подвел Надю к креслу и усадил.
— Похоже на ограбление и вандализм.
— Я не вижу его ноутбука, — сказала Надя, оглядев комнату. — И ковер куда-то исчез. Зачем им ковер?
Для того чтобы унести тело. Но им ведь не велено было его уносить.
— Не знаю, — ответил Люк. — Но ведь крови вы не видели?
Ему так хотелось, чтобы она сказала: «Нет, видела. Там просто лужи крови», но Надя покачала головой.
Он сжал ее плечо:
— Ну, полно вам. Он, наверное, уехал на выходные с...
— Нет, он не мог уехать! — возразила Надя. По ее щекам текли слезы. — Он бы мне сказал!
— Успокойтесь. У него ведь есть друзья. Возможно, он...
— Он мой жених, черт побери!
У Люка подогнулись колени. Теперь кресло требовалось ему.
— Жених? Но... я думал...
— Даг просил никому об этом не говорить. Он почему-то считал, что руководство компании не одобряет близких отношений между сотрудниками.
В общем-то Глисон был прав. Люк попытался найти подходящий ответ, но в мозгу у него вертелась одна-единственная фраза: «Что мы наделали! Что наделали...»
Потеряв жениха, она вряд ли сможет нормально работать — и это надолго.
Это конец, подумал он. Все. Комедия окончена.
— Я должна позвонить в полицию, — произнесла Надя.
Прежде чем Люк сумел ее остановить, она подняла трубку, но тут же бросила ее обратно.
— Совсем забыла. Он же не работает.
Отшвырнув телефон, Надя устремилась к двери. Люк хотел было ее остановить и убедить не звонить в полицию, но никак не мог найти нужных слов. Ну что он мог сказать? Ведь Глисон исчез, а в его квартире видны следы борьбы.
Надя и полиция... очень опасный альянс. Пытаясь выяснить, кто вломился к Дагу, она неизбежно задаст себе вопрос «зачем?»... Ее непременно заинтересует, почему один компьютер похищен, а другой разбит вдребезги. Вполне возможно, что Глисон рассказал ей о своем проникновении в компьютерную систему ГЭМ. Увидит ли она здесь взаимосвязь? Надя достаточно умна, чтобы сразу догадаться, в чем дело. И она расскажет обо всем полицейским. А если у нее возникли подозрения, что «локи» — это наркотик, она обязательно сообщит им и об этом. После чего ГЭМ окажется под пристальным наблюдением нью-йоркской полиции, Управления по борьбе с наркотиками и ФБР. Начнутся обыски, аресты и наступит конец всему.
Когда Надя вошла в комнату, вытаскивая сотовый из сумки, его первым побуждением было вырвать телефон у нее из рук — да, но что делать потом? Бороться с ней? Он представил, как его руки сдавливают ей горло, как синеет ее искаженное лицо...
Нет, он не сможет. И потом, третий пропавший сотрудник ГЭМ неизбежно вызовет расследование. После смерти Надя будет представлять для него не меньшую опасность, чем при жизни.
Внутри у него все перевернулось, когда он увидел, как она набирает 911. Ожидая ответа, Надя нервно расхаживала по комнате, потом вышла в коридор и стала что-то возбужденно говорить диспетчеру.
Это конец. Надо немедленно уезжать из страны. А как же его вино? Ему понадобится еще пара дней, чтобы упаковать и отправить его за границу, — ну, может быть, день, если он будет работать и ночью...
Но какой смысл уезжать? Во Франции он может спрятаться от Драговича, но не от властей. Его найдут и вышлют в США, где сообщники Драговича вряд ли дадут ему дожить до суда.
Но ведь должен быть какой-то выход. Как же ей помешать?
Его бегающий взгляд остановился на Надиной сумке, и вдруг его осенило. Как же он раньше не додумался!
Люк схватил сумку и стал торопливо рыться в ее содержимом. Его бросило в жар от мысли, что Надя в любую минуту может вернуться и застать его за этим неблаговидным занятием. Наконец, что-то звякнуло, и Люк вытащил ключи. Он успел сунуть их в карман буквально за секунду до ее возвращения.
— Они сейчас приедут, — сообщила Надя, входя в комнату.
Опустив телефон в сумку, она в нерешительности застыла на месте. Потом лицо ее исказилось, она закрыла его руками и разрыдалась.
— Где он? С ним что-то случилось. Я чувствую, что произошло что-то ужасное!
Тронутый ее горем, Люк обнял Надю за плечи. На мгновение в нем проснулась жалость. Но он тут же напомнил себе, что, если бы Глисон занимался своим делом и не совал свой нос куда не следует, Люку не пришлось бы утешать эту женщину, одновременно обдумывая, как ее погубить.
— Все будет хорошо, Надя. Как-нибудь обойдется.
Он действительно так думал. Но имел в виду только себя.
3
— Нет, это уже слишком! — повторял Сол. — Вот это прикол!
Джек не мог сдержать улыбки, наблюдая на 13-дюймовом экране вчерашний разгром у Драговича. Это действительно было слишком.
На свалке у Сола было по-праздничному безлюдно. Кроме сторожевых собак, бегающих вдоль забора, кроме них двоих здесь никого не было.
— Сейчас будет самое смешное, — сказал Сол, тыча пальцем в экран. — Я уже раз сто это прокручивал.
Джек увидел, как Драгович выталкивает из-под стола хорошенькую блондинку и как стол обрушивается на него под тяжестью какого-то толстяка. Он рассмеялся. Вот это действительно здорово.
Сол просто падал со стула.
— Представляешь, что будет, когда это покажут по телевизору? Теперь этот гад и носу не посмеет показать в «Бургер Кинг», не говоря уже о «Студии-54».
Джек хотел сказать, что «Студия-54» уже и так закрылась, но промолчал. Сол имел в виду полный провал Драговича в обществе, и в этом был абсолютно прав.
— Для него это хуже смерти.
Сол нажал кнопку «СТОП» и повернулся к Джеку:
— На мой взгляд, хуже смерти ничего не придумаешь. Я не хочу сказать, что все это плохо, но...
— Ага. По-твоему, этого мало.
Сол улыбнулся:
— Да. Может, я повторяюсь, как заезженная пластинка, но мне все-таки хочется чего-то большего. Ты меня понимаешь?
— Кажется, да. Но это только первый шаг. Иными словами, «разогрев». В следующий раз мы дожмем его окончательно.
— А когда будет следующий раз?
— Сегодня вечером. Мы, наконец, поставим точку.
Джек был этому рад. После сегодняшнего вечера уже никто не будет топтаться у Джиа под окнами. Во всяком случае, он так надеялся.
— Сегодня вечером? Но по моим сведениям, сегодня у него не будет гостей.
— Будут. Мне сказал об этом сам Драгович. Сегодня особая встреча, и твоего друга-ресторатора на этот раз привлекать не будут.
— Так, мы уже сбрасывали на них шины и лили масло. Что теперь? — поинтересовался Сол.
— Сегодня у нас спецсредства. Ты, главное, будь там со своей камерой. Как в прошлый раз. Обещаю незабываемое зрелище.
— Да? — поднял брови Сол. — А что ты собираешься сделать?
— Телефонный звонок.
— И все? Только звонок? Кому?
Джек погрозил Солу пальцем:
— Если я тебе скажу, ты, пожалуй, сочтешь, что мне не за что платить. Главное, будь на месте вовремя. И приготовь оставшуюся часть денег. После сегодняшнего вечера ты уже не скажешь, что «этого мало».
4
— Я думала, мы посмотрим парад, — разочарованно сказала Вики.
— Я тоже надеялся, Викс.
Стоя на тротуаре между Джиа и Вики, Джек всматривался в оба конца Пятой авеню.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике