фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Лоудер Джеймс

Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи автора, которого зовут Лоудер Джеймс. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Лоудер Джеймс - Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи онлайн, причем полностью без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи = 284.68 KB

Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи - Лоудер Джеймс => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



Забытые королевства: Аватары - 4

Джеймс Лоудер
Принц Лжи
Дж. Ф. МАРКОЛИНИ в благодарность за двадцать лет дружбы
ПРОЛОГ
Гвидион был обречен, но продолжал бежать. Сержант отряда кормирских воинов, хваленых Пурпурных Драконов, когда-то окрестил Гвидиона Быстроходом за то, что тот мог обставить любого в состязании наперегонки. Он легко пробегал всю длиннющую прогулочную аллею в Сюзейле, даже не теряя дыхания, тогда как его соперники, оспаривавшие титул Быстроход, начинали пыхтеть задолго до того, как достигали башни Вангердагаст, то есть преодолев меньше половины дистанции. Во время крестового похода, когда Гвидион служил разведчиком, он обогнал троих туйганских конников, доставляя донесение королю Азуну. Его репутация была настолько неоспоримой, что ни одному скептику даже в голову не приходило в ней сомневаться, хотя свидетелей того поразительного подвига Гвидиона не нашлось.
Тем не менее, в эту минуту Гвидион сомневался, что резвость ног его спасет» – ведь не спас же леди Кардию бесценный лук, сработанный эльфами, да и Араму Скраглберду не помогли тысячи заклинаний. Так что черным воронам, кружившим в сером небе, предстояло поживиться не только его павшими товарищами, но и им самим.
Кое-как Гвидион добрался до подножия скалы и, задрав голову, оглянулся на плато, окутанное сумеречными тенями. Завесу тьмы то там, то здесь разрывали длинные блестящие сосульки или пятна снега. У начала тропы стоял великан, освещенный отблесками заходящего солнца. Своим видом он напоминал башню, примостившуюся на краю высокого утеса: сапоги – словно сторожевые флигеля, ручищи – как балконы, а шлем, увенчанный рогами, – зубчатая крыша. Великан стоял не шевелясь, сверля Гвидиона ледяным взглядом синих глаз. Через секунду гигант метнулся вперед.
– Чтоб тебя! – тихо охнул Гвидион и бросился удирать во все лопатки.
Туша исполина, казалось, заполнила собою все небо, а его тень поглотила удирающего человечка. С удивительной проворностью гигант подпрыгнул один раз, потом второй и, наконец, третий, сбегая по крутому каменистому склону. Из-под кованых сапог градом полетели камни и осыпали насмерть перепуганного наемника. Достигнув подножия скалы, валуны подняли тучи снега, и вороны, захлопав крыльями, разлетелись в стороны черными пятнами, парящими в сверкающем снежном тумане.
Когда гигант спрыгнул с утеса, земля под ним содрогнулась на мили вокруг, пробудив от спокойной дремоты множество темных существ, обитавших на Великих Серых Землях Тара.
– От Трима еще никто не убегал! – проревел титан и взмахнул боевым топором, украшенным перьями исполинских орлов и грифонов.
Гвидион стремглав бросился по плоскогорью, держа курс к быстрой речушке, протекающей в нескольких сотнях ярдов. Если только удастся добраться до припрятанной на берегу лодки, то он, скорее всего, сумеет оторваться от преследователя. Иначе его ждет… Гвидион заскрежетал зубами и припустил еще быстрее.
Равнина, по которой мчался воин, имела небольшой скос. Белое покрывало недавно выпавшего снега прорвали несколько валунов, лежавших далеко друг от друга, редкие заросли шишковатого тиса да следы, оставленные несколькими часами ранее Гвидионом и двумя его товарищами, такими же охотниками за сокровищами. Быстроход старался по мере возможности держаться этих следов, надеясь таким образом не угодить в глубокий сугроб или проталины, скрытые снегом. Не так давно Кардия провалилась как раз в такую яму, оказавшуюся расщелиной, когда направлялась в логово великана. Будь она сейчас в живых, мрачно подумал Гвидион, то наверняка сослалась бы на вывихнутую лодыжку, объясняя свою неудачу с Тримом, а так лежит теперь на плато, разрубленная на куски.
Воин опасливо бросил взгляд через плечо. Трим неуклюже двигался за ним, взметая снежные тучи. Гвидион успевал сделать пять шагов, пока великан делал лишь шаг. И все же расстояние между ними упорно сокращалось.
Когда Быстроход заметил расщелину, из-за которой погибла Кардия, он уже ощущал зловоние, идущее от невыделанных шкур под доспехами великана. Колени наемника подогнулись, и он провалился под землю, где, потирая ушибленные ребра, постарался забиться как можно глубже.
А Трим так разогнался, что не успел вовремя остановиться и перепрыгнул через трещину в земле, со свистом взмахнув топором. Этот неловкий взмах, поднявший еще одно снежное облако, не причинил Гвидиону никакого вреда, однако он тут же позабыл от испуга о реке и лодке.
Когда щербатое лезвие топора просвистело мимо лица Быстрохода, он успел разглядеть на нем красные пятна. Запекшаяся кровь Кардии или Арама, подумал Гвидион, хотя он тогда не остался, чтобы наблюдать за жестокой расправой над старым магом. Следующий удар, вероятно, положит конец этому печальному приключению и всей его карьере наемного воина.
– Клянусь чем угодно, Торм, – заверещал Гвидион, – я сделаю для тебя все, что пожелаешь, если ты позволишь мне вновь увидеть Кормир.
Мольба наемника, обращенная к богу Долга, была насквозь фальшивой, как и все клятвы, произнесенные им в минуту отчаяния, но она не осталась без внимания.
«Ступай ко мне, Гвидион».
Этот приказ, произнесенный шепотом, прозвучал у него в голове несколько раз настойчивым эхом. Через секунду он увидел сквозь слезы мигающий огонек, который словно манил его за собой, веля зарыться в наполняющий расщелину снег. Гвидион, отбросив все сомнения, поспешил подчиниться, решив, что над ним сжалилась какая-то великая сила. Подобные вещи частенько случались в Фаэруне, где боги время от времени воплощались в человеческую оболочку, аватару, поэтому чудеса были ограничены только верой и воображением.
Пробив в снегу короткий туннель, Гвидион почувствовал, как под ним дрогнули плотно сбитые снежные массы.
«Еще глубже», – велел голос, утихомиривший боль в стертых до крови руках воина. Окоченевший Быстроход даже перестал дрожать.
Из-под снежной толщи над головой до него доносились грозные проклятия Трима. Великан вновь приближался к расщелине, и земля содрогалась под его мощной поступью. Набрав в грудь побольше воздуху, Гвидион зарылся в слежавшийся снег, словно мышь-полевка, удирающая от изголодавшейся лисы. В следующую секунду снежное покрывало над головой исчезло, сметенное одним взмахом мозолистой ладони Трима.
– Ха! Ты думаешь, меня можно одурачить таким старым трюком? – с издевкой спросил великан. Его голос был холоден, как те сосульки, что свисали с его грязной светлой бороды.
Гвидион уставился на исполина. По обе стороны расщелины возвышались, словно тюремные стены, два железных сапога, из которых ввысь уходили ноги-столбы, обернутые клочковатым мехом. На груди великана красовались ворота Ваазанского дворца, которые теперь служили ему вместо доспехов. Лицо гиганта, обращенное к Гвидиону с высоты трехэтажного дома, почти полностью скрывали неухоженная борода и огромный шлем, только синие глаза злобно поблескивали. Великан прищурился и занес над головой топор.
«Не бойся, – промурлыкал голос в голове Гвидиона. – Я услышал твою молитву».
Снег под ногами наемника подломился. Гвидион только вскрикнул от удивления, проваливаясь в дыру. Под снегом оказался истертый мраморный желоб, по которому он полетел вниз. А наверху в землю ударил топор великана, посылая вслед Быстроходу комья снега и грязи.
Гвидион падал и скользил довольно долго, за это время он даже успел прийти в себя, но едва принял правильное положение, как желоб вынес его в маленький зал, явно построенный когда-то людьми. Воин оказался на полу – оглушенный, исцарапанный, грязный и мокрый, но он ничего этого не замечал, как и не слышал громовых криков Трима, обещавшего ему самые жуткие пытки, боль и страдания, которые навлекут на него шаманы морозных гигантов, оттачивавшие свое мастерство уже много веков.
– Твой долг – преклонить колени перед богом.
Только через секунду приказ пробился в голове Гвидиона сквозь туман страха и благоговения. Наемник заморгал, зашевелил губами в беззвучной молитве и ткнулся лбом в гладкий мраморный пол. В такой неудобной позе Быстроход простоял довольно долго, прежде чем бог его окликнул.
– Можешь взглянуть на меня, Гвидион, – наконец произнесло божество, и наемник робко поднял голову.
Первые несколько секунд Гвидион был ослеплен чудесным светом, наполнившим зал, но потом его глаза привыкли, и он разглядел незнакомца в два человеческих роста. От закованной в латы фигуры шли волны энергии, как идет тепло от бушующего пламени. Незнакомец поднял руку в рукавице с крагами, и раны Гвидиона тут же затянулись. Наемник захлебнулся божественной благодатью, смешанной со страхом и недоумением. В голове у него прояснилось, когда до сознания дошел один неоспоримый факт, потрясший его до глубины: он лицезрел Торма Правдивого, бога Долга, Властелина Верности. В этом Гвидион не сомневался.
Роскошные латы Торма. самые древние в Фаэруне, были окрашены в темно-пурпурный цвет, по обычаю великих воинов, преданных этому божеству. Наколенники и налокотники были утыканы шипами, вырезанными из костей первого злого дракона, убитого в честь Торма. На груди бога латы переливались и мерцали, как тысяча крошечных звездочек. Из-под шлема Торма сияли два солнца – глаза, когда он направил в грудь Гвидиона красный, как роза, короткий меч.
– Люди зовут меня Торм Правдивый, ибо превыше всего на свете я ценю преданность. Они называют меня Торм Храбрый, ибо я готов пойти на любой риск, чтобы доказать свое уважение долгу. – Бог дотронулся до плеча наемника красным лезвием меча. – Любой, кто назовет себя моим последователем, должен поступать так же.
– К-к-конечно, В-ваше Святейшество, – промямлил Гвидион, и по его спине пробежала дрожь. – Я понимаю.
– Когда-то понимал, – отрезал Торм. – Но ты давно свернул с пути покорности и долга.
Слова прозвучали из-под шлема божества как леденящее душу предостережение, посланное из глубины гроба.
– Когда ты сражался под знаменами короля Азуна, ты понимал, что такое честь. Ты прославил меня в битвах с туйганскими варварами и проявил себя истинным рыцарем, верным служителем моей церкви. Но затем ты покинул Пурпурных Драконов, предал свой долг сражаться за справедливость и закон. И ради чего… Чтобы стать наемником, искателем приключений, снующим по земле в поисках наживы.
Гвидион лишь стыдливо потупился, и Торм продолжил:
– Ты пришел в Тар за сокровищем морозных великанов, но уже сам понял, что единственная награда, которую они могут предложить жадным дуракам, – это быстрая смерть. Твои товарищи не успели это понять. У тебя же еще остался шанс вернуть утерянную честь.
– Все что угодно. Ваше Святейшество, – пролепетал Гвидион, заливаясь слезами раскаяния и пытаясь подняться.
– Тогда лицезрей последнее место упокоения Олбана Онира, Святого Рыцаря Долга, известного при жизни врага всех злых великанов.
Торм переместился в сторону, взмыв в воздух, и открыл взору наемника красивого юношу, лежащего при полном параде в каменном гробу. Латы на нем были почти как у самого бога. Кольчуга блестела, словно ее только недавно отполировали. Крепежный ремень и кожаный пояс источали аромат свежего масла. На поясе висели ножны, украшенные каменьями.
Гвидион нервно облизнул губы:
– Я слышал об Олбане Онире, но… – Он смотрел на сияющие латы, на чело уснувшего вечным сном воина. – Но он умер много веков тому назад.
– Это место стало священным в честь великих подвигов Олбана, – сказал Торм и, повернувшись, тоже устремил взгляд на павшего рыцаря. – Душа его обрела покой, но тело не обратится в прах, пока кто-то достойный не займет его место воина, грозы великанов и драконов. – Он медленно протянул руку Гвидиону. – Когда-то я был о тебе хорошего мнения. Ты можешь снова обрести мою благосклонность, но только если стряхнешь с себя трусость и примешь наследие Олбана.
Наемник тщетно попытался стереть с лица удивление. Он никак не мог понять, почему Торм именно на нем остановил свой выбор. Мысли его лихорадочно метались в поисках причины, по которой его наградили такой великой честью. Да, когда-то он храбро сражался в рядах Пурпурных Драконов, десятки раз глядел смерти в лицо во время походов. Наверное, богу этого было достаточно. Гвидион припомнил рассказы о других воинах, благословенных свыше, о мужчинах и женщинах, удостоенных быть наместниками богов в Фаэруне. Картины будущей славы вытеснили последние сомнения.
– Властелин, я не достоин такой чести, – пробормотал Гвидион. хотя в душе верил, что заслуживает всех почестей, которыми Торм мог его осчастливить. Он торжественно опустился на одно колено, демонстрируя покорность.
Торм взмахнул коротким красным мечом:
– Поднимись, наследник величия Олбана, и возьми в руки клинок. Некоторые барды зовут его Титаноборец, и не без причины. Ни один великан не причинит тебе вреда, до тех пор, пока ты владеешь этим мечом. Одного прикосновения заговоренной стали достаточно, чтобы низвергнуть самого сильного исполина. Пусть волшебный меч сослужит тебе хорошую службу.
Гвидион приблизился к гробу, приподнял ножны и вынул из них меч. Оружие буквально срослось с его ладонью, когда он уверенным взмахом со свистом разрубил воздух. Лезвие меча словно служило продолжением его руки или даже самой души. Быстроход заулыбался и поднял Титаноборец над головой, чтобы полюбоваться игрой света на острых краях серебристо-белого лезвия. Таким мечом он легко сумеет прорубить себе – нет, Торму, конечно, поспешил он исправить ошибку – место в истории Фаэруна.
– Благодарю тебя, о Святейший… – Он проглотил конец фразы и оглянулся в потрясении.
Торм исчез. Тело Олбана Онира тоже. Гвидион стоял один-одинешенек в маленькой темной пещере, освещенной слабым лучом, проникавшим из желоба. Быстроход протянул озябшие пальцы к гробу и нащупал грубый выступ камня, в котором лежало несколько древних костей и проржавевшие куски лат. «Благодаря мне Олбан наконец обрел покой», – гордо подумал наемник.
Он крепче сжал рукоять меча и, чувствуя в руке успокоительную тяжесть оружия, направился к желобу. Задрав голову, он увидел тусклое пятнышко света – солнечного света, догадался перепуганный наемник. Бог Долга продержал его под землей дольше, чем он предполагал.
Упираясь спиной и подошвами в стенки узкого колодца, Гвидион начал с трудом карабкаться наверх. Струйки воды отполировали камень до гладкости, сделав восхождение опасным. Он дважды соскальзывал на несколько футов вниз, но оба раза умудрялся остановить падение. Где-то на середине пути Титаноборец выскользнул из ножен, в последнюю секунду Быстроход успел поймать меч за эфес, прежде чем тот улетел в темноту. Гвидион осторожно вернул клинок в ножны, и перед его мысленным взором промелькнуло разгневанное лицо Торма. Прошло несколько минут, прежде чем он сумел унять дрожь в коленях и продолжить путь наверх.
Наконец воин выбрался из желоба в расщелину, укрывшую его от великана. После длинного восхождения он очень устал, но предчувствие скорой битвы придало ему сил. Наемник выглянул из каменистой щели и сразу увидел противника.
Трим дремал на утреннем солнышке, привалившись к скале. Несколько ворон скакали по его рукам и ногам, выискивая насекомых в смрадных одеждах великана. Из-под нагрудной пластины выглянула мышка, вызвав среди птиц переполох. Вороны кинулись на грызуна и разбудили Трима голодным карканьем. Великан смахнул с себя ворон, и они взметнулись в небо. Вскоре, однако, громкий храп начал вновь сотрясать тисовые заросли, заглушая журчание реки. Только тогда вороны вернулись и возобновили пиршество.
– Именем бога Торма, встань и сразись со мной!
Великан лениво приоткрыл прозрачные голубые глаза и уставился на человечка, стоящего перед ним. Через секунду он потер лицо мощной рукой и снова посмотрел. К его удивлению, вор оставался на месте.
– Как рыцарь Торма, я считаю своим долгом позволить тебе сдаться, – объявил Гвидион.
Исполин поднялся во весь рост, и наемник чуть было вновь не скрылся в спасительной расщелине. Пришлось ему призвать на помощь давно позабытую смелость. Поначалу душа у него ушла в пятки, но решительность помогла загасить начинающие разгораться угольки паники.
– Мне следует тебя предупредить, – величаво объявил рыцарь, – что я владею Титаноборцем, уничтожающим всех злых великанов. Пока в моей руке этот меч, тебе со мной не справиться. – Он высоко поднял оружие, любуясь игрой солнечных лучей на лезвии клинка.
Трим недоуменно прищурился и потянулся за топором, лежащим у скалы, как поваленное дерево.
– Совсем свихнулся, – пробормотал великан, замахиваясь для удара.
Гвидион увидел, как его рука, сжимавшая меч, упала на землю, и только потом почувствовал удар огромного топора, прорубившего ему плечо. Рука задергалась, пальцы разжались, выпустив длинную почерневшую кость, которую отчаянно сжимали. Не было никакого Титаноборца, не было подарка богов. Тут боль пронзила грудь наемника, и он увидел, что лежит весь окровавленный в снегу.
– Торм, – прошептал Гвидион, прежде чем великан нанес последний, смертоносный удар.
ЖИЗНЬ ПОД ЗЕМЛЕЙ
Глава, в которой Гвидион Быстроход неожиданно предстает перед вершителем его судьбы, а всемогущий Терм, исполняя свой долг, пытается защитить честь погибшего.
Воздух наполняли взволнованные голоса. Радостные крики, шепот и бормотание, в которых слышались надежда и отчаянная жажда спасения, – все слилось в один сплошной гул, нависший над равниной Фуги. Эта разноголосица обладала какой-то странной силой, которая, благодаря безграничному оптимизму, одновременно успокаивала и волновала. Таковы были молитвы недавно умерших.
– Сильванус, могущественный Отец Дубов! Забери меня к себе в великий круг деревьев – сердце твоего дома в равнине Согласия!
– Мы дети Властелина Утра, рожденные вновь благодаря его неусыпной заботе. Позволь нам, Летандер, подняться на небеса, как солнце на рассвете, и возродить наш дух рядом с тобой!
– О Мистра, богиня Магии, слуга твоей великой церкви робко просит, чтобы ты посвятила его в секреты таинств и наделила частицей волшебной силы, окутывающей весь мир!
В ясном небе над бесконечной снежной равниной вспыхнул свет, предвещая прибытие божьего глашатая. Огромное создание, вырезанное из ониксовой глыбы размером с целый замок, полностью подчинялось своему божественному создателю, служа ему верой и правдой. Марут завис над толпой и внимательно оглядел собравшиеся души глазами, горящими как сапфиры, на круглой неподвижной физиономии. Широкие пластины доспехов, затейливо украшенные золотой чеканкой, не скрывали ни широких плеч глашатая, ни мускулистых рук. От него исходили решительность и сила, за которыми, однако, угадывалась мудрость.
Души, столпившиеся на бесконечной равнине, выжидательно смотрели на глашатая. Тот осенил толпу благословляющим жестом. Стоило ему широко растопырить тупые пальцы, как над темной ладонью засиял голубовато-белый шар. Мягкое свечение постепенно набирало силу и вскоре превратилось в звездный круг, из центра которого заклубилась тонкая струйка красного тумана.
Тени умерших узнали священный символ. Со всех концов равнины послышались крики: «Мистра!»
Из каждой звезды вырвался сноп света, и всю равнину усеяли молнии. Они поражали последователей богини Магии, уничтожая все заботы и волнения, успевшие сковать души твердым панцирем за годы их земной жизни. Слуги Мистры огласили равнину радостными криками. Купаясь в любви и могуществе Повелительницы Волшебства, они широко раскинули руки и поплыли к кругу света. Одна за другой преданные Мистре души превращались в сияющие звезды. Когда все они воспарили над толпой, глашатай закрыл ладонь и исчез.
Оставшиеся на равнине Фуги возобновили свои молитвы в один голос:
– Слышишь, как звенит мой меч, ударяясь о щит! Призываю тебя, о Владыка Битв, и прошу забрать меня в Лимбо и принять в ряды твоего великого войска. Мои победы в твою честь стали легендой, за свою жизнь я прислал на это поле мертвых огромную толпу. Мой верный меч сразил Астолфо с Высокой горы и Фрода Серебряную Бороду. От моей руки пали Магнес, сын Эдрина, и Гема, подлый рыцарь Талоса…
Гвидион Быстроход уставился на закованного в латы человека, который, не переставая молотил своим мечом по треснувшему щиту. Воин выкрикивал имена, которым, казалось, не будет конца, прерываясь только для того, чтобы вознести мольбу к Темпосу: «Забери меня из этого унылого места». Гвидион натыкался и на других последователей бога Войны. Все они вели себя одинаково – хвастались победами и просились в войско бога, чтобы провести вечность в славном беспрерывном бою.
Наемник скорбно покачал головой и побрел дальше. Повсюду мужчины и женщины посылали молитвы своим богам. Менестрели и бродяги образовали мощный хор, воспевая хвалу Повелителю Всех Песен, богу Милилу. В толпе нашелся один-единственный последователь Ловиатар, богини Боли; он двигался среди других душ, нахлестывая себя колючим хлыстом, и не замечал, что творится вокруг. Менестрели тут же расступились, давая дорогу этой обезумевшей тени, и песня их разладилась. Однако пауза была недолгой, и хвала Милилу снова вознеслась в небо, преисполненная такой гармонии, что притихли даже свирепые последователи Малара, Повелителя Зверей.
И среди всей этой многоголосицы Гвидион Быстроход был нем.
Он давно бродил по равнине Фуги, хотя не мог точно сказать, когда именно там оказался. Поначалу наемник еще надеялся, что собственная смерть ему привиделась во сне. Тело ведь у него осталось невредимым – правая рука была на своем месте, остальные раны чудесным образом затянулись. На меховой накидке, купленной специально для путешествия в морозный Тар, не было ни пятнышка крови. И туника, и бриджи, и высокие кожаные сапоги выглядели как новые.
Но его память все еще будоражил вид собственной отрубленной руки, лежащей на промерзлой земле, и кровавый топор Трима, занесенный для второго удара. Стоило Гвидиону только представить эти сцены, как он понимал, что его судьба окончательно решена. Удар топора перенес его из царства живых во владения мертвых.
Сознание этого не пугало и не вдохновляло наемника. В ту секунду, когда он оказался среди бурлящей толпы, его разум окутала густая пелена безразличия. Он двигался как в тумане, не обращая внимания на все необычные звуки и виды, словно находился на каком-нибудь рынке в Сюзейле.
Гвидион кое-что знал из теологии и поэтому сразу догадался, что заполненное людьми пространство вокруг – не что иное, как равнина Фуги. Давным-давно, в бытность свою воином Пурпурных Драконов, ему довелось сопровождать обоз к Брунору Тарану, властелину карликов Мифрил-Халла. Во время этого путешествия на север странствующий проповедник надоел ему до безумия своими сложными объяснениями, какими путями душа попадает в вечность. Теперь же Гвидион гтов бть что угодно, лишь бы узнать, что его ждет за пределами равнины Фуги.
Отвернувшись от тех, кто поклонялся Милилу, тень воина еще раз попыталась обратиться к Торму. Но кому Быстроход ни адресовал бы свою молитву – Торму Правдивому или любому другому богу, – вместо слов из горла вырывалось жуткое карканье. Он не мог помолиться даже мысленно, тщетно стараясь припомнить хоть какие-то строки молитв, – слова ускользали, прежде чем он успевал их поймать.

Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи - Лоудер Джеймс => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи писателя-фантаста Лоудер Джеймс понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Лоудер Джеймс - Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи.
Ключевые слова страницы: Забытые королевства: Аватары - 4. Принц Лжи; Лоудер Джеймс, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, полностью, полная версия, фантастика, фэнтези, электронная
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике