А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

.. Список жертв и пополнялся за их счет — у бедняков нет адвокатов, которые возбудили бы розыск и дело об умышленном наезде... А если происшествие наблюдал собственными глазами Страж Дорог — что ж, стало быть, ему, этому Стражу, повезло. Виновник наезда тут же расплачивался по известной таксе, и дело на этом заканчивалось!
Ох, уж эти эксперименты! Чего только не проделывали! Опыты шли в самых различных направлениях: клонирование, генные эксперименты. Забор крови или опыты с искусственным оплодотворением — обычное дело. Порция семенной жидкости, взятой у подростка, стоила одной кормежки, яйцеклетка молодой девушки тянула и на еду, и на малость денег. «Покупки» делали не только генные инженеры. Свежая сперма ценилась косметологами, да и некоторые дамы не первой молодости пользовались этой жидкостью — по старинке, смазывая лицо по утрам. Но Род еще не дорос до того возраста, когда можно получать деньги на приятном...
Когда Род задумывался на эти темы, у него неизменно вставал вопрос о собственном происхождении. Сколько помнил себя — только детские приюты и улица. Был ли рожден наш мальчик в результате эксперимента над генным материалом? А потом выращен в пробирке? Или он — чей-то клон, ставший по каким-то причинам ненужным? Загадка? Но Род почему-то надеялся в душе, что он просто брошенный ребенок, рожденный нормальным способом или в результате позднего аборта. Когда-то, в древности, сироты в сладких грезах воображали себя подмененными детьми властителей... Сейчас подобные мечты не распространялись дальше, чем у Рода... Мечты быть рожденным, быть «настоящим человеком»!
Может, так оно и случилось. Род был заметно умней сверстников. Многие из ребят — большинство — вообще не умели думать на отвлеченные темы, а их мечты не распространялись дальше жратвы или драки. А Род умел поразмышлять. И память у него была хорошая. Учеба в приюте давалась легко, шла как по маслу. И еще — Род прочитал несколько книг по собственной инициативе, что было редкостью. И запросто обращался с игровыми компьютерами... В прежние времена таких ребят отбирали для дальнейшей учебы. Но теперь никому не хотелось возиться. Более того, если кто из учителей позволял себе заикнуться о способностях подшефного беспризорника... Да, было дело. Молодой учитель хотел замолвить за Рода словечко перед начальником приюта. Рода вызвали, долго били, потом посадили на голодный паек в сырой подвал. Когда выпустили — он снова встретил того учителя. Молодой преподаватель выглядел тоже почти побитым. А может, и не почти...
— И тебе, и мне... Нельзя высовываться, — шепнул ему по-дружески этот, «поумневший» теперь, учитель. — Иначе нам обоим...
* * *
Впрочем, поумнел учитель не до конца. Прошло еще около года, очень важного для Рода года — у него началось превращение из мальчика в мужчину. И вновь короткий разговор с тем неугомонным преподавателем. Учитель спросил, знает ли Род, что такое Интеллектуальный экзамен, который вскоре предстояло пройти пареньку.
О, разумеется, Род знал, что такое Интеллектуальный экзамен! Все мальчишки Всё обо Всём Всегда знали…
Ничего вроде особенного — тест как тест, пристегнут к аппаратуре, зададут вопросы, предварительно введя какое-то лекарство. Вот только после экзамена некоторые дети куда-то пропадали. Причем пропадали, как ни странно, самые умные да смышленые. Разное поговаривали, правды не знал никто. На прямые вопросы преподаватели отвечали, что, мол, самых талантливых забирают куда-то в особые интернаты — проходить усиленный курс наук. Но этому никто не верил — почему тогда забирают спешно? Верили другим, страшным рассказам. Среди детей ходили жутковатые истории о том, что кто-то где-то краем глаза видел трупы детишек, исчезнувших после Интеллектуального экзамена, с распиленными черепами да извлеченными мозгами. Беспризорники были уверены, что у самых умных вынимают мозги и вставляют в каких-нибудь киборгов. У Рода была на этот счет своя гипотеза — погрубее. Самые умные мешали, их попросту ликвидировали. А мозги — их и так навалом…
Как известно, на всякий яд всегда находится противоядие. Дети давно научились обманывать опасное тестирование. Так, сыновья обеспеченных родителей попросту проводили недельку на танцах, под не считанные децибелы грохочущей музыки, в момент превращающей подростков в дебилов. Ну, а беспризорники? У них ведь не было денег на дискотеки?! Собратья Рода поступали просто. Много поколений назад была найдена смесь из трех видов «колес». После недельного глотания этой забористой штуки паренек глупел настолько, что мог запросто попасть под машину или сунуть руку под пресс, глупо ухмыляясь при этом. Действие смеси продолжалось с неделю, а день экзамена был, обычно, известен. Так что Род ничуть не сомневался, что пройдет Интеллектуальный экзамен — у него были приготовлены таблетки в запаске, и был старший друг… Ну, понятно — без друга не обойтись, когда ничего не соображаешь!
А тому преподавателю Род, собственно, ничего не ответил. Прикинулся дурачком… Понял ли учитель его? Вероятно, уразумел, по крайней мере, больше он с Родом не разговаривал.
* * *
— Вопрос не в том, на какой срок мы можем обеспечить полное замирание функций, — говорил один из нанявших Рода людей, а наш мальчик слушал разговор краем уха, не особенно даже прислушиваясь, ведь слышать такие разговоры для большинства случаев — только расстраиваться. — Вопрос состоит в том, чтобы сделать этот срок бесконечным.
— Ты хочешь сказать, что некий гарантированный срок и бесконечность — это две качественно различные категории? — то был голос второго из экспериментаторов.
— Именно! Ты прекрасно знаешь об опытах с анабиозом при низких температурах, там жизненная деятельность замедляется, но продолжается, хотя и на весьма низком уровне.
— Но и у нас в опытах на собаках не было полной остановки жизнедеятельности, вот смотри, одно сердечное сокращение в час, вот — какой-то ритм сверхнизкой частоты на головном мозге, — спорил второй.
— Да нет же! Участок полного отключения функций — вот с этого по этот момент, просто с этого отрезка начинается восстановление...
— А по-моему, это просто участок более глубокого анабиоза, если бы мы подождали подольше, было бы сердечное сокращение.
— Нет, здесь критическая...
Но тут дверь закрыли, разговор предназначался отнюдь не для ушей Рода. Меньше знаешь — крепче спишь!
* * *
На следующее утро началось. Рода тщательно вымыли снаружи и внутри — промывка желудка зондом да три клизмы — и опутали разными датчиками. Потом был операционный стол, но скальпелей нигде поблизости он не углядел. Поставили капельницы, что-то ввели прямо в трубку, и Род провалился куда-то глубоко, в тяжелый сон без сновидений.
Проснулся мальчик на чистой кровати, прикрытый мягким одеялом. Никаких неприятных ощущений не было, разве что сухость во рту. Информация о том была тут же помещена в базу данных одним из экспериментаторов, который тут же устроил Роду опрос и осмотр. Подошел второй. По их лицам было видно, что результаты эксперимента удовлетворяют обоих.
— Вот твои деньги, ты их честно заработал, — сказал первый из ученых, — но нам бы хотелось продолжить. Ты как — еще подзаработать?
— А сколько я спал? — Роду стало почему-то интересно, а может, это было скрытой формой подхалимажа...
— Два дня, если это можно назвать сном.
— А мне кажется, что я заснул всего пять минут назад!
— Прекрасно! Так как, не против — поспать еще недельку-другую? Платить будем поменьше, ты сам ведь знаешь — оптом дешевле!
— Оптом-то дешевле, — Род как-то машинально начал торговаться, — но, наняв другого, вы снова потратите время и деньги на обследование, а я уже готов!
— Ладно, одна монета за два дня! — усмехнулся ученый, — Я бы и не стал уступать, да ты мне понравился, ведь какой аргумент привел в споре! Молодец!
— Тогда накинь еще!
— Ну, и у меня тоже кое-какие доводы имеются, — усмехнулся экспериментатор, — ты ведь спишь, ничего не ешь, таким образом, экономишь. И немало! Еще не известно, кто кому должен останется в нашем случае!
— Но и жизнь у меня проходит, — не сдавался Род, — во сне я старею...
— А вот это, как раз, и неизвестно, — по блеснувшим зрачкам ученого Род понял, что попал не в бровь, а в глаз!
* * *
Подготовка ко второму эксперименту была дольше и короче одновременно. На этот раз мальчика «вычищали» куда как тщательней, заодно залечив все слабые места в организме — подлечили зубы, ликвидировали гнойнички и так далее. Зато не проводили новых обследований общего характера, не было и длительных съемок кардиограмм да энцефалограмм.
Роду дали посмотреть на аппаратуру. Вернее, на часы. Возможно, просто не перед кем было похвастать, вот беспризорник и сошел за слушателя. Тем более что ему и так многое известно.
— Вот это — те самые часы, что отсчитывают время, — экспериментатор показал мальчику на закрытую коробку с простой клавиатурой, — когда их механизм срабатывает, начинается работа весьма простой системы. Собственно, надо просто снизить... — ученый замялся. — Ну, да тебе и не нужно знать эти детали. Короче, ты сразу же проснешься!
— А если часы не сработают?
— Тогда тебя разбудим мы сами! Достаточно просто открыть...
И на этот раз все прошло на удивление легко и безболезненно. Мальчик заснул, как будто провалился, потом очнулся с ощущением, что проспал всего пять минут. Но опомнился он вновь, как и в первый раз, на хорошей, чистой постели. На этот раз Род поинтересовался сразу:
— Сколько я спал?
— Тридцать дней, — последовал ответ.
Через несколько дней Роду был предложен третий эксперимент. На этот раз ему предстояло проспать целый год. Мальчик задумался. Ответить было не просто. Конечно, сумма денег, которую обещали, могла бы надолго обеспечить сытую жизнь. Но не до совершеннолетия. Это, во-первых. А во-вторых, на эти деньги не снимешь жилье. Да еще и регистрация постоянно проживающих — вот задача. Начать жизнь вне системы приютов он пока не в силах, а в приют путь ему может быть закрыт. Почему?
Система приюта для беспризорников задумывалась не только и столько, чтобы помогать им, сколько для контроля. Были времена, когда часть беспризорников, довольно малую часть, держали в приютах постоянно. А на остальных — не обращали внимания, пока они не попадались — на каком-нибудь преступлении. Когда же вторых, живших вне приютов, стало слишком много, их попросту начали отстреливать. Сперва давали разрешение добровольным помощникам Охраны Порядка. Потом — начали организовывать специальные отряды стрелков. Первое время обыватели с воодушевлением шли в такие отряды, но затем энтузиазма поуменьшилось. Против были и жены добровольных «чистильщиков», и просто большинство людей. Волонтеры-убийцы сами оказывались изгоями, и проблему стали решать, нанимая профессионалов.
Профессионал — дело известное, он как умный кот, не станет душить сразу всех мышей, а ловит по одной в день — покажет хозяину, потом съест мышь и то, чем хозяин угостит. И так далее... И не дай бог, истребить этих самых мышей, они — его хлеб. Когда затея с профессиональными стрелками провалилась, стали придумывать еще разные штучки, вплоть до применения роботов...
Но среди тех, кто управлял людьми, появились мнения, противные и такому порядку. Причины были следующие. Первая — не слишком большая эффективность стрелков. Вторая — отсутствие учета и наблюдения за беспризорниками, которая не могла быть налажена, пока они, эти дети, считали себя дичью. Была и третья причина — люди стремительно вырождались. В семьях росли «законные» дети, выращенные искусственным способом. Когда этот способ «беременности» входил в массы, считали, что детей будут получать, используя искусственное оплодотворение. С энтузиазмом заводили банки семенных продуктов известных людей, преимущественно красивых артистов да выдающихся спортсменов. Но дело пошло по совсем другому пути и почти сразу же. Было открыто клонирование людей. И внедрено.
В результате большинство предпочитало получать искусственных детей не методом оплодотворения, а клонируя самих себя. А любой клон — это уже подпорченная генная структура. В процессе жизни на клетки воздействуют различные «портящие» факторы. При нормальном оплодотворении испорченные участки уходят в рециссив, рекомбинации генов как бы излечивают больную ДНК. А вот клонирование, особенно многократное — это верный путь к вырождению. Дело еще более ухудшилось, когда стала популярной генная инженерия. Причем не только популярной, но и общедоступной. Процесс порчи наследственного материала человечества пошел еще быстрей.
Вот тут-то и вспомнили о беспризорниках. Среди них было очень много рожденных проститутками, бродяжками, да и просто бедными женщинами. Рожденными от секса, в результате — со сравнительно здоровым генным аппаратом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов