А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Внезапно горец у костра выпрямился и негромко свистнул, словно
подавая сигнал. Блейд не удивился, когда из шалаша вылезли еще четверо.
Они разделились попарно, сменив наблюдателей; те, сгрудившись у огня,
приступили к трапезе.
Теперь счет времени пошел на секунды. Через двадцать стражи удивятся,
где их последний соплеменник - тот самый, что валялся под скалой с
арбалетным болтом во лбу; еще через двадцать сигнал будет повторен, потом
удивление сменит настороженность. Не к чему их так напрягать!
Блейд сунул руку в колчан, аккуратно разложил на плоском валуне
полдюжины стрел, затем приладил поудобнее арбалет, тщательно прицелился и
выстрелил. Горец у северной тропы нелепо взмахнул руками, захрипел и,
выронив лук, свалился мешком. Его напарник, успевший натянуть тетиву,
встревоженно завертел головой, пытаясь определить источник угрозы, но
стальная стрела пробила его грудь навылет. Раньше, чем сидевшие у костра
сообразили, что дело неладно, Блейд успел снять третьего. Горцы вскочили,
хватаясь за оружие. Кроме луков, у них имелись лишь небольшие топорики, и
странник не сомневался, что в рукопашной схватке преимущество будет на его
стороне; вот только как подобраться к ним поближе? Он уже имел случай
убедиться, что эти парни были отменными стрелками.
Ему удалось прикончить четвертого, прежде чем о камень у самого его
локтя чиркнула первая стрела. Блейд быстро откатился в сторону,
перезарядил арбалет и вскочил на ноги. Горцы, все пятеро, бежали к нему с
искаженными от ярости лицами; еще двое, стороживших восточную тропу,
натягивали луки. Прекрасно! Судя по всему, эта шайка либо полагалась на
свою численность, либо им велели взять беглецов живьем. Блейд вогнал болт
в горло одного из атакующих, телепортировал пяток стрел, нацеленных ему в
ноги и, выхватив меч, ринулся в бой.
Схватка скорее напоминала бойню. Первого горца он ударил в колено
носком тяжелого сапога, расслышав, как хрустнула кость; потом его меч
свистнул дважды, и две головы покатились на каменистый откос. Удар
последнего воина он не успел бы отразить, но Малыш Тил оказался на высоте:
топорик исчез в дюйме от виска странника. Раскрыв рот, горец уставился на
свои пустые руки; ярость в его глазах сменили недоумение и страх. Блейд
прикончил его быстрым и милосердным выпадом в сердце, потом повернулся и
добил человека со сломанной ногой.
Не спеша он поднял свой арбалет, зарядил его и, бросив меч в ножны,
направился к двум оставшимся в живых воинам. Те, нацелив в него стрелы, но
не спуская тетивы, медленно пятились к костру; в их глазах стыл ужас. Этот
страшный великан уничтожил почти весь отряд с такой же легкостью, как
лучник убивает глупую птицу, подставившую грудь! Он был на голову выше
любого из горных воинов, его зрачки горели темным огнем, зубы скалились в
волчьей усмешке. И он был неуязвим для стрел!
Не выдержав, лучник справа спустил тетиву; снаряд растаял в воздухе в
трех шагах от великана. Второй воин бросил лук и закрыл лицо руками.
Бежать было некуда: сзади - костер, шалаш и отвесная скала.
- Где Сиркул? - спросил Блейд, рассматривая противников. Оба -
невысокие, жилистые, поджарые, в меховых колпаках и куртках из козлиных
шкур; их топорики висели на петлях, переброшенных через плечо. - Где Касс
Сиркул, капитан Святой Стражи? - повторил он, поднимая арбалет.
Они молчали. Они боялись его, но страх перед Вечным Огнем был
сильнее: Блейд мог уничтожить их тела, Огонь - души.
Ладно, попробуем иначе, решил он.
- Сиркул говорил вам, на кого идет охота?
- На чужака, совершившего святотатство, - пробормотал воин справа;
губы его тряслись.
- Он вам не все сказал. Я - чужак в Киртане и в вашем мире, это
правда, но пришел я из Бездны. Я - демон.
Лица горцев помертвели. Конечно, демон! Только демон способен
уничтожить десятерых воинов, умелых и полных сил, не получив не царапины!
Обождав с минуту для пущего эффекта, Блейд продолжал:
- Вы знаете, что я могу сделать с вами? - он снова выдержал паузу. -
Отправить на самое дно Бездны. Туда, где ваши души будут страдать
неисчислимое множество лет в ожидании, пока Первородное Пламя пожрет их.
Вы будете гореть в огне... гореть вечно, не сгорая... и с каждым мигом
ваши мучения будут становиться все страшнее...
Они упали на колени, в ужасе закрыв лица ладонями. Да, бедные варвары
и в самом деле оказались очень религиозны! В этом была из сила - и
слабость.
Блейд шагнул к правому, к тому, который стрелял в него, и потряс
воина за плечо.
- Мне нужен Сиркул! Где он? Говори! Или ты хочешь вечно мучиться в
Бездне?
- Господин ушел на юг, к Итору... - прошептал горец. - Точно не знаю
куда... С ним много людей...
Значит, эта застава - не последняя, понял Блейд. Удастся ли обойти
остальные?
- Вас должны сменить? - спросил он. - Кто? Когда?
- Нет. Нам приказано сторожить перевал десять дней... если только
господин не придет раньше... или не пришлет гонца.
- Хорошо, - Блейд кивнул, неторопливо вытягивая меч. Больше эти
дикари ничего не знали. Он не мог подарить им жизнь - да и вряд ли они
приняли бы милость от демона. Скривившись, он ударил - раз, второй. Потом
собрал свои стрелы, оттащил трупы подальше от тропы - чтобы Аста не
напугалась, и поглядел на солнце. До заката было еще с полчаса.
Итак, поле боя осталось за ним. Сунув арбалет под мышку, странник
направился вниз, туда, где оставил Асту, но вдруг стукнув себя ладонью по
лбу, свернул к груде мертвых тел, сваленных меж камней. Он подобрал
длинную горскую стрелу, переломил древко, вымазал его кровью и сунул в
колчан.
Они с Лейтоном не договаривались о конкретном знаке опасности. При
случае он мог послать записку - так, как сделал это в Таллахе; однако не
всегда хватит времени что-то написать. И прочитать! Сломанная стрела или
ветка, нож с окровавленным лезвием являлись более приемлемым сигналом:
получив его, Лейтон отреагирует моментально. Приемный бокс Малыша Тила,
обширный длинный зал с бетонными стенами, в торцах которого были
установлены телепортационные пластины, находился под постоянным
наблюдением телекамер, связанных с компьютером. Блейд знал, что даже
песчинка, возникшая под ярким светом мощных бестеневых ламп, будет тут же
зафиксирована, тревожный звонок поднимет на ноги всю лейтоновскую команду,
и спустя минуту или полторы его вернут. В основном это время уходило на
оценку переданного объекта - посылка или сигнал тревоги, - которая
производилась самим Лейтоном или его ассистентами; компьютер работал
неизмеримо быстрее и мог выдернуть странника обратно за доли секунды.
Правда, Блейду эти ничтожные мгновения в момент переноса представлялись
веками.
Он нашел Асту там же, оставил час назад. Она тихонько посапывала,
свернувшись калачиком, укрытая не только плащом, но и густыми вечерними
тенями, что тянулись от камней и западной стены ущелья. Блейд постоял с
минуту, глядя на каштановые локоны, полуоткрытый рот с пересохшими губами
и голубую жилку, едва заметно дрожавшую у нее на виске. Ради этой девочки
он переправил в Бездну уже два десятка человек - считая с "железными
горшками", пустившимися за ними в погоню в предгорьях. Впрочем, дочь
Ричарда Блейда стоила того; цена чужой крови, которой он расплачивался за
нее с Вечным Огнем, не казалась страннику чрезмерно высокой.
Он похлопал девушку по плечу.
- Что?.. - встревоженно начала она, но вдруг осеклась, заметив
кровавые пятна на его куртке. - Куда ты ходил, Ричар? Ты ранен?!
- Демоны неуязвимы, детка. Это чужая кровь.
- Людей Сиркула?
Он кивнул.
- Да. Тех, что поджидали нас вверху.
Аста вскочила на ноги и пошатнулась. Блейд поддержал ее.
- Сколько у нас времени? Они идут за тобой? - Девушка начала поспешно
сворачивать плащ.
- Они лежат. А мы - мы съедим их ужин, погреемся у их костра и
переночуем в их хижине.
Выпрямившись, Аста прижала руки к груди; Блейд заметил, что пальцы ее
дрожат.
- Ты... ты убил их?
- Разумеется.
- И Сиркула?
- Нет. Его там не было. Одни горцы, несчастные дикари, которых он
пустил по нашим следам.
- О, Вечный Огонь! Столько смертей и крови... ради меня... Сумею ли я
замолить этот грех?
- Сумеешь, - Блейд подтолкнул ее к тропинке. - У женщин это
получается гораздо лучше, чем у мужчин.
- Почему? - в наступающих сумерках ее огромные глаза казались
темными.
- Потому что женщины рожают детей, глупышка. Мужчины уничтожают,
женщины создают... как правило, так... - Они уже шли по тропе к перевалу.
- Вот почему убить женщину гораздо больший грех, ведь она могла бы дать
жизнь целому роду. Смерть женщины - смерть множества ее потомков,
понимаешь? Разве в святых книгах Киртана об этом не сказано?
Она покачала головкой.
- Нет.
- О чем же там говорится?
- Женщина должна услаждать жизнь мужчины... покорствовать его
желаниям... вести дом... молиться...
- Все это ложь! - Блейд обошел девушку справа, стараясь заслонить
груду трупов в двадцати шагах от тропы. Впрочем, в сумерках она походила
на большой округлый валун, застывший в каменной неподвижности. - Вечный
Огонь породил мир - подобно тому, как женщина рождает дитя; разве он
хочет, чтобы женщина в этом мире была игрушкой мужчины?
- Ты говоришь странное, - Аста задумчиво теребила локон, выбившийся
из косы. - В наших книгах написано иначе.
- Потому что их писали люди, а не Бог, девочка.
Она помолчала, потом нерешительно подняла к нему смутно белевшее в
полумраке лицо.
- А ты, Ричар... ты много убивал?
- Много. - Ему не хотелось об этом вспоминать.
- И женщин?.. Женщин тоже?
Блейд вздохнул. Как трудно разговаривать с детьми, особенно с теми,
кто стоит на пороге зрелости!
- Да, - неохотно признался он, - и женщин тоже. Хотя я не назвал бы
их так.
- Почему?
- Видишь ли, детка, женщина, изменившая своей природе, своему
предначертанию, становится чудовищем.
Когда они пошли к шалашу, уже стемнело. Эта неказистая постройка из
жердей и шкур смутно напомнила Блейду индейский вигвам. У порога тлел
костер; рядом, прямо на земле, стоял медный котелок на трех ножках с
каким-то густым варевом - оно было еще теплым. Вероятно, горцы ели эту
кашу руками; Блейд не обнаружил ни чаш, ни чего-либо напоминающего ложки.
Аста откинула полог и они, встав на колени, скользнули в шалаш. С
облегченным вздохом Блейд опустился на травяную подстилку у самого входа,
сбросил с плеча мешок и оглядел убогое жилище. Два полных меха воды,
объемистый куль с крупой, толстый ломоть сала, завернутый в холщовую
тряпицу... Больше ничего. Похоже, эти горцы отличаются спартанскими
привычками, подумал странник.
Расстелив плащ, Аста выбралась наружу, и он услышал, как девушка
возится у костра. Вскоре пламя разгорелось, рыжие языки начали лизать
закопченный бок котелка, потом Блейд ощутил запах пищи, наполнивший его
рот слюной. Покопавшись в мешке, он вытащил две небольшие чаши и тоже
вылез из шалаша.
Варево было вполне терпимым и щедро приправленным салом. Аста съела
немного, но Блейд, стосковавшийся по горячему, опростал половину котелка.
Пища согрела его; казалось, энергия и сила тех, кому не довелось закончить
ужин у этого костра, вливаются в его жилы, наполняют мощью уставшее тело.
- Ложись, Ричар, - Аста коснулась его плеча. - Каждый вечер я
засыпаю, а ты остаешься у костра, стережешь мой сон... - она порывисто
вздохнула. - Сегодня моя очередь. Я успела отдохнуть, пока... пока ты...
- Пока я отвоевывал этот котел с кашей, так? - Блейд усмехнулся. -
Ну, и что ты будешь делать тут, малышка? Одна в ночи, без оружия?
- Почему без оружия? Я возьму твой арбалет!
- Ты сможешь выстрелить в человека? - он приподнял бровь,
всматриваясь в утомленное личико девушки.
Она опустила глаза.
- Нет... наверно, не смогу... - с минуту она молчала, потом, снова
вздохнув, произнесла: - С тобой хорошо, спокойно. Ты добрый...
- Как те старые монахини в Критоне?
- Нет. Они наставляли в покорности... Ты учишь меня совсем иному.
- Нельзя научить тому, чего в человеке нет от рождения, - произнес
Блейд. - Видишь - тебя наставляли в покорности, но ты не захотела
превратиться в покорную подстилку. Не появись я в Ластроме, ты бы все
равно ушла, верно? Другим образом, но - ушла.
Аста кивнула.
- Я хочу спросить, Ричар... - щеки ее порозовели, губы приоткрылись,
как лепестки цветка. - Почему ты помог мне? Как я могу расплатиться с
тобой?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов