А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Одним из таких памятников был Храм.
Усеченная пирамида в километр высотой, увенчанная пятью элегантными башнями, была намеренно изолирована от бурления перекрывающихся электромагнитных полей Корусканта и стойко сопротивлялась тлетворному дыханию времени. С нее открывался вид на крыши, виадуки, воздушные трассы, городские артерии — и все они, будто сговорившись, сплетались в великолепную геометрическую мозаику: колоссальные спирали и концентрические окружности, перекрестья и треугольники, квадраты и ромбы. Величественный и странный знак для тех, кто смотрит со звезд. Или, быть может, недолговечное множество созвездий.
В Храме было одновременно и что-то утешительное, и отталкивающее. Аскетичный и нелюдимый, запретный для туристов и вообще кого бы то ни было, чье желание посетить его было вызвано досужим любопытством, Храм служил постоянным напоминанием о другом, древнем, мире, когда все было гораздо проще.
По замыслу Храм был призван символизировать путь падавана к Посвящению — к единению с Силой через повиновение Кодексам. Но, кроме этого, строение Храма выполняло еще и вспомогательную, гораздо более практичную функцию: его башни — четыре ориентированные по сторонам света и пятая, самая высокая, в центре — были усеяны антеннами передатчиков, которые в ряду обстоятельств и кризисов позволяли джедаям не терять контакт с Галактикой, которой они служили.
Таким образом, возвышенное созерцание и ответственность перед обществом были тут на равных.
Нигде в Храме это единство целей не проявлялось так очевидно, как в зале Малого Совета. Как и в зале Совета Ордена на верхнем этаже соседней башни, здесь был сводчатый потолок и высокие окна по всей окружности стен. Но этот зал был менее официальным, в нем не было расставленных по кругу кресел, предназначенных исключительно для двадцати членов Верховного Совета, которые отвечали за решение важнейших вопросов.
Куай-Гона вызвали на Малый Совет через три дня после возвращения на Корускант. Но короткая передышка была приятной: он спокойно медитировал, изучал древние тексты, мерил шагами мрачные коридоры Храма или принимал участие в тренировках по фехтованию на лазерных мечах.
Благодаря своим знакомствам среди служащих Галактического сената Куай-Гон уже знал о том, что Торговая Федерация потребовала от Республики вмешательства в борьбу с терроризмом и санкции на дальнейшее наращивание оборонительных армий дроидов — в этих требованиях не было ничего нового. Зато Куай-Гон был немало удивлен, узнав о заявлении Торговой Федерации о том, что капитан Коул не только уничтожил «Доход», но и похитил тайный запас слитков ауродиума, который, по слухам, оценивался в миллиарды кредитов.
Эта новость не выходила у рыцаря из головы, пока он шел, чтобы предстать перед Советом. Он и не подозревал, что в Совете в это время напряженно обсуждался инцидент у Дорваллы.
Многие полагали, что Куай-Гон уже давно вошёл бы в Совет, если бы не его склонность обходить правила и следовать собственной интуиции даже тогда, когда эта интуиция противоречила объединенной мудрости членов Совета. Этим он отнюдь не снискал любовь вышестоящих магистров и рыцарей. Скорее наоборот, они видели в его нежелании подчиниться и занять место в Совете еще один признак не исправимой испорченности.
В Малый Совет входили пять членов. Хотя это редко были одни и те же магистры. Сегодня, например, их было только четверо: Пло Коон, Оппо Ранцисис, Али Галлия и Йода.
Куай-Гон отвечал на их вопросы, стоя в центре зала. Ему было позволено сесть, но он предпочел остаться стоять.
— Откуда узнал ты, Куай-Гон, о капитана Коула замысле, м-мм? — спросил Йода, меряя шагами каменный пол, опираясь на посох из дерева гимер.
— У меня был информатор в «Невидимом фронте», — ответил Куай-Гон.
Йода прекратил расхаживать и внимательно посмотрел на него.
— Информатор, говоришь ты?
— Битх, — пояснил Куай-Гон. — Мы встретились на Маластаре, а позже он известил меня о плане Коула напасть на «Доход» у Дорваллы. На Дорвалле мне удалось узнать, что Коул переоборудовал для своих целей грузовую капсулу. Мы с Оби-Ваном сделали то же самое.
Йода покачал головой в крайнем удивлении.
— Новость, да. Один из сюрпризов Куай-Гона многих.
Маленький, сморщенный и неимоверно древний патриарх, в чьей мудрости и силе не сомневался никто, был старшим в Совете Ордена — негласно, потому что считалось, что старшего там нет. Недовольно морща курносый нос, сейчас он снизу вверх смотрел на своего бывшего ученика, которому едва доставал до колена. Сколько он ни старался, сколько ни вбивал в упрямую голову Куай-Гона — иногда в прямом смысле — азы управления Великой силой, падаван предпочитал собственные выводы и концентрацию на живой Силе. И имел наглость объяснять, что он, Куай-Гон Джинн, просто так устроен. Даже в учебный бой он редко вступал, опираясь на продуманную стратегию. Вместо этого он позволял себе импровизировать, менять технику по собственному усмотрению в соответствии с требованиями момента — даже в тех ситуациях, когда дальновидный расчет мог бы оказаться полезным.
— Куай-Гон, — заговорила Али Галлия, — нам дали понять, что «Невидимый фронт» нанял капитана Коула. С какой целью твой ин форматор пытался сорвать операцию, санкционированную «Невидимым фронтом»?
Куай-Гон повернулся к ней. Рыцарю всегда нравилось смотреть на красивых женщин, а Али Галлия была на редкость привлекательна — высокая, смуглая, с длинной стройной шеей, вызывающими глазами и полными губами. Восемь свитых в толстые жгуты прядей волос обрамляли ее лицо, свисая из-под небольшой шапочки, плотно сидевшей на хорошенькой головке.
— Операция не была санкционирована. Именно поэтому я и мой падаван оказались там.
Йода поднял посох и ткнул им в сторону Куай-Гона.
— Объяснить должен ты.
Куай-Гон сложил сильные руки на груди и начал:
— "Невидимый фронт" представляет интересы множества миров провинции и Внешних территорий, которые не приемлют силовые методы и предосудительную манеру вести дела, практикуемую Торговой Федерацией. Многие из этих миров когда-то были колонизированы расами, которые бежали туда от давления цивилизации Центральных миров. Они яростно отстаивают свою независимость и не желают иметь ничего общего с Республикой. И при этом, чтобы торговать, им приходится иметь дело с консорциумами вроде Торговой Федерации. Планеты, которые пытались пользоваться услугами других концернов, вскоре обнаружили себя вовсе вытесненными с рынка.
— Возможно, «Невидимый фронт» и преследует похвальные цели, но его методы неприемлемы, — нарушил недолгое молчание, воцарившееся после выступления, отпрыск королевской династии Тисспиаса Оппо Ранцисис, от макушки до пят покрытый длинными белыми волосами.
Из благородной растительности виднелись только глаза с красными веками да крошечный рот.
— Продолжай, Куай-Гон, — прогнусавил из-под маски, которую ему приходилось носить в кислородсодержащих атмосферах, Пло Коон.
Как и Ранцисис, он был искушен в вопросах военной тактики.
Куай-Гон почтительно наклонил голову в знак согласия.
— Не пытаясь оправдать действия «Невидимого фронта», я все же должен сказать, что прежде чем обратиться к террористическим методам они пытались договориться с Торговой Федерацией мирным путем. И хотя они могли бы добывать средства для своих операций путем контрабандных перевозок пряностей хаттам, они тем не менее отказываются иметь дело с любыми расами, которые потворствуют работорговле. Даже начав прибегать к насилию, они ограничивались в своих действиях тем, что срывали сроки поставок Торговой Федерации, всеми доступными средствами задерживая ее корабли.
— Уничтожение корабля определенно является надежным методом задержать его, — сказал Ранцисис.
Куай-Гон холодно взглянул на него.
— Ничего подобного до последней операции Коула не происходило.
— Тогда что подвигло «Невидимый фронт» на обострение жестокости? — спросила Галлия.
Куай-Гон чувствовал, что она задала этот вопрос не столько от лица Совета, сколько от лица верховного канцлера Валорума, своего доброго знакомого.
— Мой источник утверждает, что в «Невидимом фронте» образовалось радикальное крыло, и именно эти воинствующие активисты захватили руководство организацией.
Йода задумчиво потер подбородок.
— Ауродиум был нужен им, не так разве? Куай-Гон покачал головой.
— Честно говоря, учитель, это заявление Торговой Федерации пока вызывает у меня некоторые сомнения.
— У тебя есть причины для сомнений? — уточнил Коон.
— Это вопрос методов. Торговая Федерация признает, что груз охранялся недостаточно. Почему, в таком случае, она доверила перевозку ауродиума «Доходу», оборонительные силы которого очень малы, а не более тяжеловооруженному «Владельцу», который пребывал на расстоянии одной звездной системы?
— Резонно говоришь ты, — произнес Йода.
— Я полагаю, причина очевидна, — возразил Ранцисис. — Торговая Федерация ошибочно полагала, что никто не заподозрит «Доход» в тайной перевозке такого драгоценного груза.
— Все это не имеет существенного значения, — заговорила Галлия. — То, что в дело вступили наемники наподобие Коула, говорит о начале согласованной кампании, направленной на то, чтобы свести на нет оборонную способность Торговой Федерации и в конечном итоге вовсе лишить ее влияния во Внешних территориях.
— К счастью, капитан Коул больше не представляет опасности, — заметил Пло Коон.
Йода посмотрел на него широко распахнутыми глазами.
— Опасается Куай-Гон Коула еще.
Куай-Гон почувствовал, как недоверчиво смотрит на него весь Совет.
— Я не верю, что он погиб при взрыве, — произнес он, наконец.
— Ты ведь сам присутствовал при этом, разве не так? — спросил Ранцисис.
— Видел он своими глазами, да, — сказал Йода и подмигнул.
Куай-Гон поджал губы.
— Коул все предусмотрел. Он не направил бы корабль к эпицентру взрыва только ради того, чтобы уйти от преследования.
— Но тогда почему ты не схватил его, как рассчитывал? — допытывался Ранцисис. Куай-Гон опустил руки.
— Как заметила магистр Галлия, Коул — не конечное звено цепи. Мы с моим падаваном закрепили на корабле Коула следящее устройство, рассчитывая, что он выведет нас на нынешнюю базу «Невидимого фронта». Эта база может располагаться на любом из миров Внешних территорий, которые поддерживают террористов. После взрыва сигнал от маяка исчез.
Пару секунд Галлия сверлила его взглядом.
— Вы искали Коула? — спросила она наконец.
— Мы с Оби-Ваном не обнаружили никаких признаков его челнока. Насколько нам известно, он проскользнул вдоль границы взрыва, нырнув в гравитационный колодец Дорваллы.
— Вы сообщили в департамент юстиции о ваших подозрениях? — спросил Ранцисис.
— Несколько мест из тех, где может объявиться Коул, взяты под наблюдение, — ответила Галлия за Куай-Гона.
Коон вместе с креслом подъехал ближе к Куай-Гону.
— Капитан Коул, быть может, был лучшим в своем роде, — сказал он. — Но таких, как он, — бессердечных и жадных — в Галактике хватает. У воинствующего крыла «Невидимого фронта» не будет проблем с поиском кандидатов на его место.
Ранцисис глубокомысленно кивнул.
— За этим стоит присмотреть.
Йода проковылял через зал, часто кивая на ходу.
— Избегать стычек с «Невидимым фронтом» должны мы. Деньги сулят сейчас. Скомпрометируют нас завтра…
— Согласен, — сказал Ранцисис. — Мы не можем нарушать нейтралитет.
— Но нам придется нарушить его, — выпалил Куай-Гон. — Я не выступаю на стороне Торговой Федерации. Но пусть действия «Не видимого фронта» ограничиваются задержкой грузовозов. Невинные существа страдать не должны.
Все замолчали, только Йода высказался.
— Настоящий рыцарь наш Куай-Гон, да, — сказал он с мягким упреком. — В поиске своем справедливости всегда.
Глава 8
Неймодия была маленькой и влажной планеткой. Стареющее солнце освещало ее скудно и словно бы презрительно. Словом, Неймодия вовсе не была тем местом, куда все стремятся попасть. Даже сами неймодианцы не любили ее. Близость самоуверенной Кореллии и индустриализированного Куата не только не играли на руку Неймодии, но даже наоборот, добавляла ей поводов для страданий: ни раньше, ни теперь содружество Центральных миров не принимало Неймодию в свой круг. Унизительное положение вечных изгоев пронизывало все слои неймодианского общества.
Это пренебрежение убедило неймодианцев, что успеха и процветания добьется только тот, кто проявит себя не просто способным индивидуумом, но настоящим хищником. Достичь вершины пищевой цепочки можно только по головам более слабых конкурентов. А чтобы удержаться на ней, нужно подмять под себя все ресурсы, до которых сможешь дотянуться, и не подпускать к ним остальных.
Именно эти нехитрые принципы зачастую вспоминали, чтобы объяснить быстрый взлет неймодианцев, в первую очередь связанный с Торговой Федерацией, чьим фирменным знаком была бессердечность.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов