А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— крикнул Эгор.
— Очень хорошо, — вздохнул Тамбу. — Продолжайте.
— Раз уж вы желаете говорить только о флоте, — произнес Эгор, сердито сверкнув глазами, — ладно, давайте оставим в покое Уайти и перейдем к «Скорпиону» и другим кораблям вроде него, которые обязаны следовать вашим приказам. Мы отступили от Элеи при первом же появлении корабля Альянса и не сделали при этом ни единого выстрела — в соответствии с вашими распоряжениями. Выступая от своего имени, от имени моей команды и всего флота, я хочу знать почему. Я мог бы примириться с отказом от преследования звездолетов Альянса, но зачем нам бежать с поля боя?
— Когда вы покинули Элеи, оставались ли еще планеты, которые никем не патрулировались? — спросил Тамбу.
— Конечно, — кивнул в ответ Эгор. — При таком большом количестве обитаемых планет и таком малом числе кораблей обязательно найдутся планеты, которые никем не охраняются.
— Тогда я задам вам один вопрос от своего имени. Вы спрашиваете, зачем вам нужно бежать с поля боя? Я же хочу спросить в ответ: а зачем вам, собственно говоря, сражаться? Чтобы защитить планету? Альянс не станет на нее нападать. Чтобы защитить самих себя? До сих пор они еще ни разу не открывали огонь по вашему кораблю. Чтобы сохранить доходы от планеты? Стоит ли из-за этого беспокоиться, когда существует так много других планет, чтобы возместить потери?
Тамбу откинулся на спинку кресла и вздохнул.
— В конечном итоге, Эгор, все сводится к тому, что вы рветесь в бой из-за вашей неуемной гордости. Вы вообще не склонны отступать — никогда, ни в чем и нигде. Это и есть гордость. А теперь ответьте мне: неужели вам кажется оправданным ставить под удар не только вашу собственную жизнь, но и жизни членов вашего экипажа, и ваш звездолет в придачу, ввязываясь в сражение, которого вполне можно было бы избежать? Является ли такого рода гордость достойной вас? Эгор густо покраснел и сел на место, он все еще кипел негодованием, но был не в состоянии что-либо возразить.
— Благодарю вас, капитан. Ну а сейчас мне бы хотелось услышать о…
— Я чую крысу!(1) Эту миниатюрную фигурку, взобравшуюся на кресло в самой середине аудитории, просто невозможно было спутать ни с кем другим.
— Вот уж никогда бы не подумал, что увижу вас вскочившей на кресло, чтобы спрятаться от крысы, — заметил Тамбу, пытаясь обратить все в шутку. — Садитесь, Эй-Си.
— У меня к вам вопрос, — отозвалась она вызывающим тоном.
— Я уже говорил вам, что не потерплю никаких вспышек эмоций или вмешательства в ход дискуссии, и мое намерение твердо! Сейчас же сядьте, Эй-Си.
Эй-Си заколебалась, но все-таки опустилась на свое место.
— Благодарю вас. Теперь ваша очередь, Джелли. Вы хотите что-нибудь сказать в данный момент? Старик приподнялся со своего кресла.
— Я лучше уступлю право голоса мисс Эй-Си, — объявил он. По аудитории пробежал довольный смешок, и Тамбу понял, что его обошли.
— Очень хорошо, — произнес он вежливо, пытаясь сохранить достоинство. — Эй-Си? Если не ошибаюсь, у вас имелись какие-то замечания?
— У меня есть одно замечание и один вопрос. Первое заключается в том, что нас всех водили за нос! Водили за нос, дурачили и в конце концов загнали в угол! Более того, сделал это не кто иной, как наш собственный обожаемый председатель!
Она обвиняющим жестом указала пальцем на экран, и взоры всех присутствующих обратились в ее сторону.
— Не в обиду вам будет сказано, босс, — продолжала она громко, — но я присутствовала на многих подобных собраниях и хорошо знаю ваш стиль. Если это свободная дискуссия, то тогда я — Микки Маус. Вы действуете на этом собрании по принципу «разделяй и властвуй», в чем сами признались собравшимся. Осуществляя контроль за тем, кому предоставить слово и в каком порядке, вы сами выбираете, какие аргументы хотите услышать и когда. Затем, запретив всем остальным вмешиваться в ход прений, вы используете свое положение председателя, чтобы своими вопросами или замечаниями перебивать ораторов так часто, как вам заблагорассудится. Вы одновременно и принимаете наши доводы, и не оставляете от них камня на камне. Это далеко от ваших обычных методов руководства, но именно так вы сейчас поступаете. Она остановилась, чтобы перевести дух.
— Продолжайте, — подбодрил ее Тамбу, которого невольно позабавила точность наблюдений Эй-Си.
— Ну так вот, я сидела здесь, пытаясь понять, зачем вы все это делаете, и пришла к единственно возможному выводу: вы уже приняли определенное решение по поводу Оборонительного Альянса. Более того, вы не думаете, что ваше решение будет пользоваться особой популярностью среди капитанов, и потому, вместо того чтобы просто взять слово и откровенно в этом признаться, вы затеяли с нами игру в кошки-мышки. Я полагаю, что таким образом вы надеетесь по ходу прений навязать собранию вашу точку зрения, но так, чтобы нам при этом казалось, будто инициатива решения исходила от нас.
Она сделала паузу, облизнула губы и продолжила, слегка опустив плечи:
— Я не знаю. Возможно, все мои заключения ошибочны, однако я не вижу другого объяснения происходящему. Если я не права, то прошу прощения.
Эй-Си гордо вскинула голову, ее глаза словно впились в него с экрана:
— Но если я права, то думаю, что выражу общее мнение, спросив, не могли бы вы отбросить всю эту чушь и прямо сказать нам, что у вас на уме? Вы бы избавили всех от пустой траты времени и лишнего волнения, проявив элементарную честность по отношению к нам. Вероятно, нам это придется не по вкусу, но вам незачем обращаться с нами, словно с малыми детьми.
Она снова села на свое место, а Тамбу поморщился, заметив, как все собравшиеся устремили взгляды на экран, ожидая его ответа.
— Благодарю вас, Эй-Си, — произнес он медленно. — И я говорю это вполне искренне. Мне остается только признать, что вы были совершенно правы.
Капитаны беспокойно зашевелились в креслах и принялись перешептываться друг с другом, Тамбу тем временем продолжал:
— Прежде чем поделиться с вами своими мыслями, я считаю своим долгом внести ясность по двум пунктам. Во-первых, хотя я и манипулировал ходом прений, но я никого не ограничивал. Если бы кто-либо из вас задал с места вопрос, который не был учтен мной при предварительном анализе сложившейся ситуации, я уделил бы ему самое пристальное внимание. Во-вторых, зная, что мое решение вряд ли будет воспринято положительно присутствующими здесь капитанами и, следовательно, потребует детальных объяснений с моей стороны, я постарался объединить их в рамках дискуссии, а не просто диктовать вам свою волю. Теперь я могу лишь от всего сердца извиниться перед капитанами. Независимо от моих намерений, мои методы были не самыми достойными и находились в явном противоречии с моими собственными принципами, да и самим духом наших собраний. Прошу прощения. Больше такого не повторится.
Он сделал короткую паузу. В помещении стояла полная тишина, капитаны замерли в ожидании.
— Что касается моей точки зрения на Оборонительный Альянс, то этот предмет был рассмотрен и изучен мной весьма тщательным образом. Как и все подобные проблемы, она включает в себя логическую и эмоциональную стороны, и, к сожалению, мое окончательное решение также продиктовано как логикой, так и эмоциями. Что касается логической стороны дела, то я попытался разложить ее на несколько простых составляющих. Мы всегда считали себя силой, призванной поддерживать порядок. Хотя мы бываем вынуждены сражаться, чтобы защитить наши корабли или наши экипажи, мирным гражданам с нашей стороны нечего опасаться. Все обвинения или критические замечания в наш адрес мы должны относить на счет недопонимания, недостатка информации или прямой лжи. Оборонительный Альянс также выступает в качестве силы по поддержанию правопорядка. Хотя, судя по всему, мы являемся для них главными противниками, я уверен, что они, не колеблясь, атаковали бы любой пиратский корабль, если случайно наткнулись бы на него. Короче, они несут ту же службу, что и мы, — разве что с гораздо меньшим успехом. Я уже не буду говорить здесь о сражениях, так как не сомневаюсь, что наши корабли и наши воины вполне способны победить их в единоборстве. Я имею в виду повседневную рутину, где вся романтика улетучивается. Они излишне оптимистичны и самонадеянны, если рассчитывают взять над нами верх в деле, которым мы занимаемся вот уже в течение десяти лет. Не думаю, что это им удастся.
Он сделал паузу, чтобы особо подчеркнуть последние слова, и окинул пристальным взглядом сосредоточенные лица на экране.
— Все мои приказы — и моя стратегия в целом — основаны именно на этом убеждении. Они не смогут нас одолеть. Им, как приходилось и нам в свое время, нужно будет вникать в каждую проблему, в каждую неурядицу, возникающую в финансовой сфере или при общении с населением планет, и едва ли у них хватит на это сил! Я полагаю, что они свернут свою деятельность через год, самое большее через два… Если — и это очень существенная оговорка — если только мы со своей стороны не допустим какой-нибудь самой глупой ошибки. Если мы уничтожим часть их флота, у уцелевших появится хороший повод для нанесения ответного удара, и нам никогда не удастся полностью от них отделаться. Если мы уничтожим весь их флот…
Тамбу раздраженно потер лоб рукой.
— Если мы уничтожим весь их флот, то сделаем из них мучеников. Планеты станут выставлять против нас все новые и новые силы, потому что в этом случае мы сами дадим им в руки доказательство того, о чем они твердили с самого начала — что мы гангстеры, грязные шантажисты, которые раздавят или попытаются раздавить любого, кто вторгнется на их территорию. Вот почему я приказываю вам отступать и выжидать. С точки зрения логики, это самый оптимальный план.
Лица на экране по большей части казались задумчивыми, хотя некоторые из присутствовавших качали головами и что-то ворчали себе под нос.
— Такова логическая сторона дела. Что же касается эмоций, то тут мое отношение к вопросу несколько иное.
Та интонация, с которой была произнесена последняя фраза, заставила всех поднять головы к экрану, как будто все они были связаны невидимой нитью.
— Я — Тамбу. Я взял к себе на службу и наделил каждого из собравшихся здесь капитанов полномочиями участвовать в силах по поддержанию правопорядка, и, пока мое имя связано с ними, такими эти полномочия и останутся! Это не тема для обсуждений или голосования — так обстоит дело, и кончен разговор!
Он сердито взглянул на экран. Хотя капитаны не могли его видеть, они ясно ощущали напряжение в его голосе.
— Далее, каждый из вас вступил во флот по собственному желанию. Я не могу силой заставить вас остаться или повиноваться моим приказам. Если вы и ваши экипажи хотите разбрестись по разным уголкам космоса, преследуя на межпланетных трассах корабли Оборонительного Альянса, отлично! Вперед! Вам угодно потребовать для себя от каждой планеты половину всех ее богатств и самых отборных партнеров по постели в придачу? О'кей! Меня это совершенно не касается. Вы желаете подстрелить собственными руками любую грязную свинью, которая плюет вам под ноги, когда вы проходите мимо? Бейте их! Но…
Тон его вдруг стал жестким и холодным.
— Но вы не имеете права делать это, прикрываясь моим именем или пользуясь защитой флота! Независимо от того, буду я командовать двумя сотнями кораблей, или сотней… или десятью, или даже одним, все орудия, находящиеся в моем распоряжении, принадлежат силам охраны правопорядка, и, если вы встанете мне поперек дороги, вас сотрут в порошок, как самых обычных пиратов! Для протокола и для вашего сведения, вот мое решение, продиктованное чистыми эмоциями. Я не намерен его менять!
Он сделал паузу и еще раз окинул взглядом неподвижные и молчаливые фигуры на экране.
— Теперь, когда вопрос исчерпан, — закончил он деловым тоном, — я закрываю сегодняшнее заседание. Хорошо все обдумайте и обсудите между собой. Посовещайтесь со своими командами. Любой, кто пожелает покинуть флот, может связаться со мной по обычным каналам и решить вопрос с выходным пособием. Для тех, то остается, сообщаю, что мы собираемся завтра ровно в восемь часов и там будет видно, сколько кораблей из состава флота мы потеряли. Конец связи.
ИНТЕРВЬЮ Х
— Я полагаю, что большинство из них остались во флоте, — предположил Эриксон.
— Все до единого. Это обстоятельство доставляло мне в то время немало беспокойства.
— Как так? Мне казалось, вам должно было польстить, что в конце концов они приняли вашу точку зрения.
— Вероятно…. если бы только я искренне верил, что мне удалось их переубедить. На самом же деле я знал о том, что некоторые из капитанов были решительно настроены против моих планов. Если бы несколько кораблей вышли тогда из состава флота, я мог бы обманывать себя мыслью, что те, кто остался, разделяли мою точку зрения. В действительности меня не покидало сознание того, что среди капитанов у меня имелись серьезные оппоненты, и что в любой момент могут вспыхнуть беспорядки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов