А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Тогда Си-Джи спросил» не может ли он поговорить со свидетелем, охранником Брауном, — оказалось, что Браун находится сейчас в отделении ФБР, в лаборатории, а затем его следовало бы поместить на некоторое время в больницу, поскольку он перенес психическую травму.
На том разговор и кончился, Президент был здесь не нужен, и его присутствие только усложняло всем жизнь. Си-Джи дождался сообщения, что генератор наконец найден и помещен в соответствующий сейф, вышел в приемную, и к нему придвинулся Жак Мабен.
Си-Джи понимал, и очень отчетливо понимал, что его главный охранник не виновен в случившемся. Преступление было слишком тщательно подготовлено — известно, что террористический акт с использованием автомобиля, нагруженного взрывчаткой, предупредить чрезвычайно трудно. И все-таки. Все-таки он отвел глаза от своего верного сотрудника и попытался его миновать — прошел через обширную приемную, пропустив вперед двух охранников (он уже так привык к непрерывной опеке, что делал это автоматически). Однако Мабен выскочил следом за ним, догнал в коридоре и сказал вполголоса:
— Господин Гилберт, я прошу отставки. Это моя вина. Господин Гилберт остановился и — неожиданно для самого себя — заорал:
— Оставьте меня в покое!! Надо будет, я вас сам уволю!!
И тут сзади послышался топот: кто-то бежал по коридору. Этот «кто-то» налетел на мгновенно развернувшихся телохранителей и был тут же скручен и обыскан.
Мужчина, рост выше среднего, за тридцать. Он стоял, прижатый к стене, и испуганно смотрел на Мабена. Тот узнал его.
— А, Майк! Это испытатель из цеха, можете отпустить, — сказал Жак. — Если позволите, сэр… — Си-Джи кивнул. — Ну, что тебе надо, Майк Уоррен?
— Мы с Ароном, мы получали предложения, господин Мабен.
Си-Джи, двинувшийся было дальше, остановился.
— Какие предложения? — спросил Мабен.
— Рассказать, что за машину гоняли. Мы…
— Что — вы?
— Мы отказались, — трудом выговорил Майк.
Теперь Мабен рассмотрел, что парень одет по-домашнему, что он перепачкан в кирпичной пыли — особенно руки и рукава, — и все понял, Напарника он видел своего, разорванного на куски, вот в чем дело…
— Почему раньше не доложили? — спросил он как мог строго.
— Так боялись, сэр. Они же такие… Говорили, кому доложите — убьем… У меня дети, сэр.
— Кто — «они»?
— Адвокатская фирма «Грум и Кейни».
— Бот так… — сказал Мабен и повернулся к шефу. — Разрешите, сэр, я вернусь с ним к детективу?
— На ваше усмотрение, — отрезал Си-Джи.
Мабен остался в Детройте и принял некоторое участие в следствии. Старший следователь местного ФБР Джо Родригес рьяно принялся за проверку новой информации и уже выяснил, что такая адвокатская фирма на территории Соединенных Штатов не зарегистрирована. Телефон ее — Майк помнил и номер телефона — оказался пустым, то есть ныне никому не принадлежащим. Получив имя человека, который пользовался этим номером прежде, Родригес запустил новую линию розыска, но тут результата можно было ждать через несколько часов.
Тем временем телефаксы по всей стране и на юго-востоке Канады, деловито жужжа, принимали фоторобот террориста и фотографию исчезнувшего водителя «мака» фирмы «Огайо транзит». И — поразительно! — как раз тогда, когда точно выяснили насчет «адвокатов», патруль полиции Линкольн-Парка, что к югу от Детройта, обнаружил труп мужчины, по описанию весьма похожего на человека, описанного Брауном.
— Не повезло вашему Брауну, — флегматично отметил детектив Родригес. — Теперь мы поволочем его в Линкольн-Парк. Ну, это хоть недалеко… А Уоррен этот ваш… Врет он, и плохо врет, без навыка… Подкупили они их — ваши конкуренты или кто там еще. «Грум и Кейни»… Придется его придержать. Попарить.
Мабен кивнул. Как ни жалко парня, но «парить» его требовалось именно сейчас — пока в нем взбудоражена совесть.
Поздно вечером отставной сержант Джеффри Браун опознал человека, найденного в Линкольн-Парке. Человек был убит двумя выстрелами, в спину и в затылок. Когда вконец измученный Джеффри увидел лицо мертвеца, его вырвало.
Мабен, распорядившись об усиленной охране «стальной комнаты», в которой хранился аккумулятор злосчастного электромобиля, вылетел в Нью-Йорк.
Умника в тот день никто не потревожил. Амалия своей властью постановила, что в его доме теперь дежурят двое, посадила Тимоти на кухне и сама до утра сидела в гостиной в кресле, временами чутко задремывая. Ночь тянулась бесконечно. Стояла глухая, одуряющая тишина, только ветер шуршал в высоких кронах дубов на улице, и изредка по Мэйн-стрит проезжали машины.
И вот — утро среды. Утро ответа. Уже к девяти в кабинет Си-Джи явился дядюшка Би собственной персоной; пришлось его впустить. Войдя, он немедля заорал что-то невнятное, «я тебя предупреждал» или что-то еще более остроумное и уместное.
Си-Джи терпеливо слущал старого стервятника, прикидывая в уме разные обстоятельства. Было совершенно и окончательно ясно, что он проиграл. Нефтяные короли сделали безошибочный ход: теперь никто не поверит, что в мир явилось эпохальное изобретение. Ни пресса, ни президент страны, никто. Более того, если он начнет объясняться, вопить, что вместе с опытным цехом детройтского завода взлетело на воздух чудо XXI века, его обвинят в преступлении, да в каком! Что он, желая прославиться, запустил эту утку в национальное телевидение и в крупнейшие газеты Америки, а затем приказал взорвать цех. Чтобы никто не сумел уличить его во лжи. Вот так. И всплывет, что он отослал семью в неизвестном направлении… так-то… И еще обнаружится, что охрана цеха была изменена — охранял ворота почему-то не штатный охранник, а старший офицер заводской полиции…
— Хочешь кофе, дядя Би? — спросил Клем.
— Я хочу, чтобы ты… уважал! старшего! родственника! — проорал дядюшка. — Они бы! Тебя!! Озолотили!!! А ты что?! Три дня ему надо было думать, прежде чем получить два миллиарда! Три миллиарда! Идиотство! Я-то знаю, что… — он осекся, вытер лоб и как бы с недоумением огляделся по сторонам.
— Так что ты знаешь, дядя? — немедленно спросил Клем. — Может, бренди тебе плеснуть?
— Ну, что… Что ты попытался дать интервью Лошадке, — неожиданно смирно ответил Би.
Си-Джи усилием воли заставил себя остыть, не трясти старика за плечи, не наливать себе бренди — не делать очередных глупостей. Нечто жужжало в голове, нечто очень важное, но пока неуловимое. Ночью звонила Энн — узнала в своем европейском захолустье о взрыве. Почему-то спросила, «не пострадал ли наш большой друг», то есть Эйвон. А! Вот оно что!..
— Извини, дядя, — срочное дело. — Он включил интерком. — Мисс Каррингтон, узнайте, пожалуйста, где Мабен, и пригласите его в приемную.
— Да, сэр, — нежно прожурчал динамик. — Очень много прессы внизу, сэр.
— Никого не впускать. Все. — Он подошел к дядюшке, придвинул кресло, сел — колени в колени. — Выкладывайте, сэр. В конце концов, мы одной крови.
— Ну что — выкладывайте… Вчера вечером мне звонили.
— Кто?
— Дан Эрикссон. Компания «Мобил», — добавил дядя неизвестно зачем и умолк. Помолчал и добавил; — Рассказал о твоих… поступках и предупредил…
— О чем?
— Что они аннулируют свое предложение. И просят передать, чтобы ты вел себя благоразумно, Клем наклонился к нему и спросил;
— Они тебе заплатили, дядюшка Би? Уже заплатили? Да?
Старик кивнул — горестно, однако с чувством собственного достоинства.
— Когда?
— Тогда же. В воскресенье утром.
— Эрикссон? Еще один кивок.
— И много? — вырвался у Клема не принятый вопрос. Но дядюшке вроде самому хотелось назвать сумму. Он сказал с некоторой гордостью:
— Пятьсот больших.
— Надеюсь, ты не оприходовал чек в банке?
— Пока — нет, — с вопросительной интонацией сказал Би.
Ага. Вот оно что. Вот он почему приехал. Спросить, может ли он положить на счет эти полмиллиона, полученные неизвестно за что. Не воспоследуют ли для него неприятности. И совершенно неуместно в перегруженной голове президента компании «Джи Си» пролетела мысль: да что же это, ведь мама такое чистое и бескорыстное существо, и богатая жизнь ее не то чтобы не испортила — она ее просто не замечает. А этот… брат ее. Казалось бы, что ему эти полмиллиона, с его-то состоянием? А он за них удавиться готов. Спасибо хоть, что рассказал.
— Чек у тебя с собой? Нет? От чьего имени выписан?
— Неизвестная мне компания, Клем. Какой-то «Голубой ручей», Техас.
— Я бы не советовал класть эти деньги на счет, — сказал Си-Джи. — Знаешь, почему? Минуту… — Он быстро поколдовал над компьютером и проговорил:
— Да, конечно! У меня изрядный пакет акций этого «Ручья» — перспективная нефтяная компания… Игра понятна?
— Ло-о-вко, — с удовольствием объявил дядюшка. — Ты, значит, мне и заплатил? Ловко… Итак, ты полагаешь, не надо приходовать чек?
— М-м.
— Племянник… Что было там… в Детройте?
— Ваши эрикссоны уничтожили опытный образец машины, которая должна была перевернуть наш мир, — сказал Си-Джи. Сказал, может быть, больше себе, чем дядюшке Би. — Погибли люди. Тебе вручили грязные деньги, дядя Бенедикт.
Дядя немедленно завелся:
— Ах-ах! Грязные деньги! Где ты это видел чистые деньги? Платишь гроши своим рабочим, доводишь их до идиотизма на конвейерах, пьешь кровь из дизайнеров, наживаешь сотни миллионов — это чистые деньги, племянник?!
— Ладно, — устало сказал Си-Джи. — Убедил. Я провожу тебя до лифта?
Старик гневно фыркнул и засеменил к двери. Клем все-таки проводил его до лифта и кивнул Мабену, чтобы тот зашел.
— Прикажете докладывать? — спросил начальник охраны.
— Слушаю.
— Да, сэр. Сегодня нашли второй труп, водителя «Огайо транзит». Оба тела обнаружены рядом с шоссе — видимо, убийцы получили задание не скрывать следы преступления. Обнаружен еще и труп третьего мужчины, в точности тот же почерк: выстрелы в спину и в затылок, тело не пытались спрятать. Третий — черный, как и первый. Все, сэр, — И прибавил сдавленным голосом:
— Мерзавцы.
— Спасибо, Жак. Я пригласил вас… Нет, сначала вопрос: как вы полагаете, что эти мясники будут делать теперь, когда… — Он умолк на полуфразе.
— Боюсь, сэр, от них можно ожидать чего угодно. Си-Джи покачал головой.
— Нет. У них четкая цель: воспрепятствовать реализации проекта. Я — наша фирма — мы выведены из игры. Без Эйвона и Басса мы теперь ничего не можем и, следовательно, для этих людей безопасны. Что они должны делать теперь?
— Не знаю, сэр. Извините, сэр. — Мабен, видимо, по-прежнему считал себя виновным в этой катастрофе и потому говорил робко и смотрел исподлобья.
Выл бы собакой, завилял бы хвостом, подумал Си-Джи.
— Могли бы сообразить, Жак. Они должны уничтожить носителей информации. Эйвона и Басса. Скорее даже — Басса первого. Где он, у вас есть о нем что-нибудь?
— Вчера он не приехал в цех. Сегодня — ничего не знаю. Дома, в Хоуэлле, я думаю.
— Немедля взять под охрану. Что Эйвон?
— Час назад мне докладывали: сидит дома. Там охрана жесткая, — сказал Мабен.
Умник действительно во время этого разговора сидел дома. С утра пораньше он навестил своего приятеля — в кондоминиуме через дорогу, в двух подъездах от того, где базировалась группа Амалии. Вернулся очень скоро и против обыкновения не удалился в гараж и не поднялся в кабинет, а заговорил с Нелл, стал расспрашивать о какой-то домашней чепухе, и бабочка, не избалованная его вниманием, заулыбалась и засияла глазами. Нелл не любила рано вставать и еще не успела заняться дневными делами. Ей надо было съездить в торговый центр — в супермаркет и еще в магазин, название которого можно было бы перевести с английского как «Любимое существо», за консервами для Лойера. Почему-то она не желала покупать эти консервы в супермаркете, где выбор был не хуже, — впрочем, Умник не знал ничего о магазинных тонкостях.
Лойер присутствовал при разговоре и, услышав название магазина, затявкал.
— Уймись, хищник, — сказал ему хозяин. Потрепал его по рыже-золотой голове и сказал Нелл:
— Нет уж, сиди дома.
— Почему?
— Потому, что я так сказал. Ты хоть знаешь, что взорвали цех на сборочном заводе?
— В Детрое, что ли? А нам какое дело?
Вместо ответа Умник призвал к себе дежурного охранника, Джека, и распорядился, чтобы госпожу Эйвон ни на шаг не отпускали без охраны, потому как есть основания ожидать, что ее попытаются похитить. {Амалия, по-видимому, отсыпалась после ночного дежурства.)
— По-хи-тить? — воскликнула Нелл. — Да кому я нужна, Умничек!
Видно было, что она испугана, но несколько и польщена. Похитить, как миллионершу в телесериале!..
Между прочим, это также весьма характерно для Нелл: она не знала доподлинно, а только смутно подозревала, что мужик у нее — миллионер. Умник сказал:
— Собачья у вас работа, Джек, я понимаю, но уж попрошу об одолжении — пусть кто-нибудь из ваших сгоняет в магазин и купит по списку, а?
Джек принял задание с полной охотой, потому как вроде привязался к этому чудиле, а Нелл пробуждала в нем чувства, которые он почитал за возвышенные.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов