фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Наумова Марина

Если Ты Человек


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Если Ты Человек автора, которого зовут Наумова Марина. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Если Ты Человек в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Наумова Марина - Если Ты Человек онлайн, причем полностью без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Если Ты Человек = 14.43 KB

Если Ты Человек - Наумова Марина => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



ЕСЛИ ТЫ ЧЕЛОВЕК...


Шел дождь, надоедливый, как помехи в радиоприемнике. "Дворники" время
от времени стряхивали с лобового стекла рябь капель, но дождинки тут же
налипали снова, сливались в водяные дорожки, и казалось, что это оживало
само стекло, грозясь сползти на капот вместе с холодными струйками. Радио
со скрипом и треском пело о счастливой любви, и песня не вписывалась в
мокрый пейзаж. Серела, сплетая деревья в единое целое, лесозащитная
полоса. Местами ее прорывали раздавшиеся бока полей, такие же серые и
унылые. Веером брызг разлетались попавшие под колеса лужи. Дождь шел.
Радио пело. Счастливая любовь... разве что лишь она могла отвлечь от серой
дождливой тоски, надсадно бьющейся в окна.
Мужчине, сидевшему за рулем, было чуть больше тридцати. Он был почти
красив и кое-чего в жизни уже добился. Правда, за этот минимум, дающий
возможность не опасаться за завтрашний день, пришлось заплатить свободным
временем, которого не хватало для устройства личной жизни. Короткие
воскресные вечера и не слишком долгие отпуска дарили иногда случайные
знакомства, но ни одно из них не стало достаточно серьезным - опять-таки
из-за нехватки времени. Постепенно одиночество стало частью привычного для
него порядка, и Альберту все менее хотелось его нарушать. Порядок,
одиночество, порядок... Лишь смутное опасение, что в жизни можно потерять
нечто ценное, предназначенное только ему, заставляло продолжать поиск.
Последнее знакомство, непрочное, как все курортные романы, прошумело и
ушло в небытие всего пару дней назад. Теперь Альберт возвращался домой.
Огорчения он не испытывал - закономерные финалы не вызывают эмоций.
Дождь шел. Изредка навстречу выплывали светящиеся круги фар. На
притаившийся у обочины черный автомобиль Альберт, скорее всего, не обратил
бы внимания, если бы на дорогу не выскочила женщина в желто-зеленом
"ядовитом" платье - этот цвет недавно вошел в моду. "Похоже, приключения
этого сезона не кончились", - равнодушно подумал Альберт, нажимая на
тормоз. Через секунду обладательница "ядовитого" платья вынырнула из дождя
возле его окна. Привычным взглядом Альберт окинул ее фигуру - посмотреть
было на что. Разглядеть лицо оказалось сложней - ко лбу и щекам прилипли
мокрые черные волосы; мешал и дождь.
Было в этой молодой женщине что-то неуловимо загадочное. Что именно,
Альберт не знал: она произносила самые обычные слова, а для того, чтобы
судить о манерах, нескольких секунд явно не хватало. Тем не менее, такое
ощущение оставалось и еще больше усилилось, когда Альберт вышел
посмотреть, что случилось с мотором ее машины. Марку автомобиля незнакомки
он определить не смог, зато поломка была очевидной - Альберта даже удивила
несколько неконкретная формулировка: "что-то произошло". "Да не угнала ли
она машину?" - мелькнула у него мысль.
Незнакомка, полуотвернувшись, стояла рядом.
- У вас шатун полетел, - сказал Альберт. - Можете посмотреть. Я
помочь ничем не могу.
- Мне неприятно, - медленно произнесла она, явно думая о своем.
- Что именно?
- Неприятно смотреть на его внутренности, - тихо и четко произнесла
незнакомка.
Альберт не сразу понял, что она имеет в виду. "Может, она иностранка
и плохо знает язык?" - решил он и переспросил:
- Внутренности?
- Да, внутренности, - ответила незнакомка, и Альберт наконец
догадался, что речь идет о "внутренностях" автомобиля. Местоимение "его"
звучало, как относящееся к человеку.
- "Значит-таки не угнала", - подумалось снова.
- Может, вас подвезти? - предложил Альберт, поеживаясь от холода.
- Нет, спасибо.
- Я себе не прощу, если оставлю вас на дороге, - заявил Альберт,
распахивая дверцу своей "Волги".
- Я останусь здесь. Спасибо, - тем же холодным тоном отозвалась
женщина.
- Вы же здесь не будете ночевать? Садитесь ко мне. Беру вас на
буксир.
Она молча подошла к "Волге" и села на переднее сиденье. Мысленно
проклиная дождь и холод. Альберт полез в багажник за тросом и внезапно
почувствовал чей-то взгляд. Ощущение было неприятным. Незнакомка сидела к
нему спиной, однако странное ощущение чужого, невероятно чужого взгляда,
не покидало его все время, пока он возился с тросом.
...Она сидела мокрая, растрепанная и смотрела куда-то вперед, в глубь
дождя. Альберт устроился за рулем. Его слегка знобило, хотя промок он
гораздо меньше попутчицы.
- Ну и погода, - для того, чтобы начать разговор, произнес он. - Не
скажешь, что сентябрь.
- Да, - бесцветно отозвалась она, всматриваясь в дождь. В сумерках ее
лицо казалось неестественно бледным, удивительно яркий цвет платья
усиливал это впечатление. Альберт включил зажигание. Его глаза невольно
снова и снова возвращались к голым коленям незнакомки. Молча пялиться было
глупо и не очень прилично, но разговор никак не клеился.
- Я довезу вас до ближайшего кемпинга... и, раз уж мы едем вместе, не
лучше ли нам представиться друг другу? Я - Альберт, или Алик, если вам так
проще.
- Карина.
- Интересное имя... В честь этого... Карского моря? Что-то я
слышал...
- Нет.
- Что - "нет"?
Молчание. Только шумит бьющий в стекло дождь.
"Она не для меня", - понял вдруг Альберт и заговорил с ней уже
немного по-другому, не как с потенциальной подругой.
- Знаете, Карина, меня немного удивило, как вы относитесь к своей
машине... Кстати, что это за марка?
- Когда-то он был "Мерседесом", - уже более мягким тоном ответила
Карина.
Она немного расслабилась, откинулась на спинку сиденья и убрала с
лица волосы. У нее была своеобразная внешность, из тех, что кажутся очень
красивыми одним, оставляя других равнодушными: вытянутое, действительно
бледное лицо, без тени загара, на редкость черные глаза, у которых,
казалось, не было белков - одна радужка, слившаяся со зрачком - в легкой
опушке ресниц и синей тенью внизу, крошечный рот с плотно сжатыми губами.
Было похоже, что ее что-то мучает, какое-то давнее горе или болезнь.
- Может, вам нужно зеркальце? - предложил Альберт, сообразив, что у
Карины нет традиционной женской сумочки.
Она странно взглянула на него (ее глаза отсвечивали зеленым, как у
кошки) и отрицательно покачала головой.
- Впервые вижу женщину, которая не торопится после дождя поправить
прическу... Вы, похоже, интересный человек.
- А вы? - прозвучало в ответ. Теперь взгляд Карины стал
заинтересованно-оценивающим.
- Я интересен, как и любой другой. Просто люди делятся на более и
менее интересных. И вы принадлежите к первым. - Альберт уже знал, что
Карина ему нравиться, по крайней мере, пока, и что лед удалось разбить. В
ней было что-то будоражащее (тоже - пока).
- Вы уверены? - Карина смерила Альберта еще более оценивающим
взглядом.
- Да. Ну, хотя бы взять ваш "Мерседес", который похож на все что
угодно, кроме "Мерседеса". Можно подумать, что вы относитесь к нему, как к
живому существу.
- Это так бросается в глаза?
- Еще бы!
- А если это действительно так? Жить - значит существовать и вести
себя. Согласны?
- Ради Бога, Карина, я в отпуске и вообще не люблю философии без
повода. Если вам так нравится - пусть будет так. Кстати, мы уже почти
приехали. Вы здесь никогда не были?
- Была. Но с тех пор прошло много времени.
- Карина, если вы инопланетянка, признавайтесь сразу!
- Увы! Это было бы слишком... интересно.
- Нет, не прикидывайтесь. Считайте, что я вас разоблачил.
Обычно улыбка Альберта на женщин действовала обезоруживающе, не
устояла перед ней и Карина - рассмеялась, но тут же резко прервала смех.
Быстро темнело. Пахло соснами, двигались навстречу огни у въезда в
кемпинг.
- Остановите, - попросила Карина, когда они подъезжали к воротам. - Я
останусь здесь.
- Но почему?
- У меня нет с собой денег.
- Тогда я уплачу - ведь это я вас сюда затащил.
- Мы лучше переночуем тут.
- "Мы"?
- Я и он. - Карина кивнула в сторону ползущего на буксире
"Мерседеса".
- Нет, так не годится. Я же сказал, что уплачу.
- Я против. К тому же, там попросят предъявить документы. А их у меня
нет. Вообще нет. - Она сказала это спокойно, но нога Альберта невольно
нажала на тормоз.
- То есть как... нет?
- А вот так. Нас не существует.
- Нет, подождите. - Что-то было не в порядке со смыслом произнесенной
фразы. - Что ты хочешь сказать?
- Ничего. Я просто хочу остаться тут.
- Ты собрала машину из частей других автомобилей и не
зарегистрировала?
- Нет... Ты не поймешь. - Она тоже перешла на "ты". - А я не знаю,
нужно ли тебе объяснять.
- И у тебя ни разу не проверили права?
- Мы ни когда не нарушаем правила дорожного движения.
Снова "мы" звучало, как относящееся к людям.
- Ну ладно, как знаешь, - нехотя сказал Альберт. - Но, по крайней
мере, поужинаем вместе...
...Ночью Альберту спалось плохо, хотя никакие тяжелые мысли не мучили
его. Скорее всего, сказывалась усталость: спать хотелось еще с утра, но он
слишком хорошо убедил себя в обратном. Постепенно дождь стих и только
последние капли завершали свой путь по длинным сосновым иглам, четко и
звонко оповещая всех о своем падении на жестяную кровлю. За тонкой, едва
ли но просвечивающейся стенкой тоже не спали: играли в карты. Тихо
потрескивал радиоприемник. Поворочавшись на кровати, провисающей, как
гамак, и скрипящей при каждом движении, Альберт, наконец, встал. Спать уже
совсем не хотелось. Накинув куртку, он вышел из крошечного фанерного
домика. В свете низкого мощного фонаря ярко зеленела уцелевшая трава;
сейчас она казалась намного гуще, чем вечером. Неестественно яркими
выглядели и закрытые чехлами автомобили; можно было подумать, что это
чудаки-туристы пристроились здесь со своими странными палатками. Ближе к
ограде появились и настоящие палатки. Света здесь было меньше, и сильный в
центре кемпинга запах бензина и солярки отступал перед смешанным ароматом
сырости, хвои и намокшего мха.
Побродив бесцельно несколько минут, Альберт направился к ограде, за
которой должен был стоять "Мерседес" Карины. Здесь было почти темно, и
только выбивающийся из щелей палаток свет помогал различать дорогу. Нога
Альберта наткнулась на что-то твердое и он чуть не упал. Пошарив перед
собой носком ботинка, он убедился, что перед ним лежит кусок ограды,
достаточно большой для того, чтобы в образовавшуюся дыру могла въехать
машина. "А они еще охраняют вход", - хмыкнул Альберт, и вдруг ему стало
очень неуютно. Неясный смутный страх, возникший вначале как неопределенный
импульс, вдруг охватил ого. Там, за оградой, его ждала смертельная
опасность - Альберт не знал, что вызвало эту уверенность, но ему
захотелось бежать подальше от этого места. Ноги слабели, по позвоночнику
метались электрические мурашки. Ощущение опасности росло с каждой
секундой. Оставаться здесь было нельзя, но уйти не было сил. Страх
гипнотизировал, взъерошивал волосы на затылке и заставлял сердце замирать
едва ли не после каждого удара. Хотелось плакать, кричать, молить о пощаде
неизвестно кого, но крик застревал в горле и неясно даже было, сколько
прошло времени с начала предчувствия ужаса: секунда, две, или целый час.
Понятие времени потеряло смысл, остались только страх и темнота. Собрав
остатки воли, Альберт сделал шаг назад - и тут во тьме вспыхнули огромные
глаза, на миг осветив оскаленные металлические зубы, и из леса донеслось
рычание.
Альберт с воплем кинулся прочь. Кричал он беззвучно. Где-то в глубине
рассудок говорил ему, что это были всего лишь автомобильные фары и звук
заработавшего мотора, но все остальное - сердце, душа, или что там еще
есть у человека, отказывались принять это простое объяснение. Увиденное во
тьме не было автомобилем, не могло им быть, в крайнем случае, там
находилось чудовище, принявшее вид автомобиля, ночной монстр
технологического века.
Такого всепоглощающего животного ужаса Альберт не испытывал ни разу в
жизни. Он мчался на подкашивающихся ногах, и пространство становилось
такой же абстракцией как и время. Он знал, что за ним никто не гонится, но
все равно казалось, что спина ощущает дыхание автомобилеподобного монстра.
"Не сходи с ума!" - требовал рассудок, но голос его не был слышен. Теперь
враждебным казался весь кемпинг - чудовище смотрело на Альберта каждым
клочком тьмы, выглядывало из-за каждого домика, заставляло дрожать свет
фонаря... Почти в полубреду Альберт ворвался в свою комнатку, ухитрился
как-то включить свет, и только тогда смог более или менее взять себя в
руки. Страх был с ним - Альберт почти физически ощущал непрочность стен,
не способных устоять перед чудовищем с мордой автомобиля, - по крайней
мере, теперь можно было попытаться разобраться в своих чувствах.
Что с ним такое случилось? Виноваты нервы? Но он обычно на нервы не
жаловался. Переутомление? Этого объяснения было явно недостаточно. Дело не
в автомобиле - теперь он вновь склонялся к тому, что там находился всего
лишь автомобиль. Было что-то другое, заметное только подсознанию.
Возможно, он уловил боковым зрением какое-то движение, возможно - услышал
странный шум, вспыхнувшие фары довершили эффект. Конечно, и усталость
сыграла свою роль... И все-таки - что могло так ужаснуть уравновешенного
взрослого мужчину? Что это было?
Нервы... А ведь еще раньше, на дороге, ему уже чудился чей-то взгляд,
но тогда это было не страшно, а просто неприятно. Может, так сходят с ума?
Альберт с сожалением подумал, что у него нет ничего успокаивающего -
до сих пор он в таблетках не нуждался. Просить у кого-то означало покинуть
пусть ненадежное, но все-таки убежище...
Однако рано или поздно конец приходит всему - пришел конец и этой
ночи. Посветлело небо за окном, зазвучали по соседству голоса: наступил
день. Про Карину Альберт вспомнил не сразу - просто удивительно, как он
забыл о том, что она ночевала за оградой. ТАМ. Однако мысль о ней ни разу
не пришла ему в голову.
"Не знал, что ты такой эгоист", - сказал он себе, направляясь к
сторожу.
Убедить сторожа в том, что забор не везде цел, оказалось не легким
делом, да и сам Альберт уже сомневался в реальности своего ночного
приключения. Тем не менее, отыскать дыру вскоре удалось. Ворча и матерясь
вполгромкости, сторож шагнул за ограду. Никаких автомобилей напротив дыры
не было, и только поодаль, в кустах, поблескивал черный капот.
Сторож, продолжая материться, удалился, а Альберт, немного
поколебавшись, направился к кустам, словно его тянуло что-то, словно
чей-то голос неслышно просил подойти, так же, как гнал ночью.
За кустами скрывалась крошечная полянка. Посмотрев в сторону случайно
затесавшегося в сосновую компанию дуба, Альберт почувствовал, как по его
спине вновь прокатился цепенящий ветерок страха - жалкий отголосок ночного
урагана. Под дубом лежала Карина. Оцепенение на этот раз прошло быстро:
Карина зашевелилась и подняла голову. Альберт вдруг понял, в чем
заключалась странность ее позы - руки Карины были связаны за спиной, и
конец веревки исчезал в низких ветвях дуба. К ядовито-зеленому платью
пристали иглы и прошлогодние листья, волосы висели спутанными лохмами.
- Ты? - спросила она, когда Альберт обрезал веревку брелочным
ножичком, и сама себе ответила: - Ты! Значит, судьба.
- Что здесь произошло?
- К счастью, ничего.
Альберт помог ей встать.
- В милицию заявлять будешь?..
В ответ Карина рассмеялась, будто не на нее нападали ночью, и
Альберту сразу расхотелось задавать вопросы. Даже когда она совершенно
серьезно заявила:
- А теперь мы поедем к тебе.

Альберт вел машину молча. Карина тоже не пробовала начать разговор.
От нее пахло лесом и сыростью. Миновал полдень, снова пошел мелкий дождь.
Альберт думал о Карине. Что с ней произошло ночью, и почему она так
спокойна? Почему шатун в "Мерседесе" вдруг оказался исправным, и почему,
тем не менее, она бросила машину в лесу? Кто же она, черт побери, такая?
Что означают ее слова: "Значит, судьба"? Какая-то мистика...
Потом остался позади и дождь; знакомый пригород полетел навстречу.
- А ты не боишься идти домой к незнакомому мужчине? - спросил
Альберт, уже поднимаясь по лестнице.
- А ты не боишься? - ответила она вопросом на вопрос и, помолчав
немного, добавила: - Во всяком случае, я выбрала тебя.
От этих слов по спине Альберта пробежал холодок. Его выбрали... Что
это значит? То ли, что имел в виду он сам, говоря подобное женщинам? Или
нечто другое? В самом слове "выбрала" чудилась какая-то угроза, если не
обреченность...
Квартира за отпуск запылилась, кое-где в углах появились треугольники
паутины. Казалось, она отвыкла от хозяина, стала за это время чужой, и
поэтому встречала теперь беспорядком. Альберт покосился в сторону Карины.
Стыда за свое жилище он не чувствовал. "Сама навязалась", - неприязненно
подумал он, и снова стал перебирать все странности их знакомства. "Может,
она просто воровка? Втерлись в доверие, заставила пригласить... Наглость
города берет..."
Между тем, Карина уверенно сдернула с дивана пыльную клеенку, села,
привалившись к подлокотнику, и замерла, как неживая. Альберту показалось,
что она перестала дышать.
- Я поставлю чайник, - неуверенно произнес он. Карина никак не
отреагировала на его слова, Альберт испуганно тронул ее за плечо - и тут
же отдернул руку: ее кожа была неестественно холодной и жесткой. Запах
сырости приобрел какой-то кладбищенский оттенок. Альберт попятился и
выскочил на кухню. Сердце его бешено колотилось, труп в его квартире... В
его квартире! Он прижался лбом к стеклу - и тут же отпрянул от окна.
Наваждение продолжалось - внизу стоял черный "Мерседес". Тот самый,
оставленный в лесу. Вновь горячо - леденящая лава страха пощекотала
позвоночник и вцепилась в затылок. И тут сзади послышался шорох. Альберт
дернулся, больно ударился о край стола и тут же с облегчением вздохнул.
- В чем дело, Бертик? - просто, совсем по-домашнему спросила она.
Живая... Он не знал, что изменилось в ней, но сейчас она была удивительно
теплой - скорее в психологическом, чем в физическом смысле. Отчужденность,
натянутость - все исчезло. Перед Альбертом была просто красивая женщина. -
Почему ты ушел?
Она взяла его за руку и повела из кухни, как водят детей, но в
комнате с ней произошла новая перемена. Теперь от нее шел настоящий жар.
Резко повернувшись к Альберту, Карина вцепилась тонкими пальцами в его
рубашку и принялась энергично расстегивать ее. Отлетевшая пуговица
закатилась под диван, а руки Карины уже жарко шарили по волосатой груди
Альберта. Вслед за рубашкой на поп последовали и брюки, а за ними -
Каринино платье. Альберт был поражен этим неожиданным натиском, но даже не
пробовал сопротивляться. Страстные и вместе с тем томные глаза тянули ого,
как бездна, и падение не только леденило душу, но и доводило до восторга.
Карина толкнула Альберта на диван (должно быть, странно было бы видеть со
стороны, как миниатюрная женщина одним движением сбивает с ног высокого
мужчину). С удивлением Альберт отметил, что Карина действительно горячая -
ее прикосновения обжигали кожу, оставляя красные следы. Легкое сомнение,
что после пережитого у него ничего не получится, почти сразу же прошло. С
"технической" стороны с Кариной все вышло замечательно. Альберту казалось,
что она уверенно управляет его телом. Это было немного унизительно, но
более приятного ощущения ни с одной из женщин Альберт не испытывал.
Альберт был поражен, посмотрев потом на часы: ему казалось, что они
были вместе всего несколько минут, но судя по циферблату, прошло почти
четыре часа. Он чувствовал себя невыносимо уставшим - как много лет назад
на школьной вечеринке, когда это у него было в первый раз. Тогда
получилось только после нескольких попыток, полных мучительного сомнения:
а выйдет ли хоть когда-нибудь? Это уже потом он мог хвастаться перед
своими друзьями "выносливостью султана". Сейчас же он был выжат,
перевернут и перетряхнут. Устала, похоже, и, Карина - она обмякла,
отодвинувшись к стене, и произнесла умиротворенно:
- Ну вот, теперь ты совсем мой... А Он уже приехал?
- Да, - почему-то шепотом ответил Альберт. Он знал, о ком (то есть, о
чем) спрашивает Карина.
- Ну что, теперь начнем разговор?
Альберт кивнул. Он уже был готов ко всему.
- Ты можешь поверить в то, что кажется невозможным, и не считать меня
сумасшедшей?
- Да, - выдохнул Альберт. Для него уже не существовало невозможного.
- Ну что ж... Знаешь, что произошло ночью? Меня никто не связывал - я
связала себя сама. Чтобы никого больше не убить... Для того, чтобы у нас
было это СЕЙЧАС. А теперь - приготовься... Карина сделала паузу. - Дело в
том, что мы с Ним - вампиры. Последние вампиры на земле. Я сама застрелила
нескольких оставшихся, как было между нами решено. Теперь есть только я и
Он, единственный в своем роде. Он пьет чужой бензин, а я убиваю..
Вампиры не должны существовать. Жизнь за счет чужой жизни - это
невыносимо для тех, у кого остался хоть кусочек души. Но не убивать мы не
можем. Как только приходит ночь, мы теряем над собой власть. В этом наше
давнее проклятие... Тебе не понять, как я мечтала быть человеком... Даже
между собой мы не могли сблизиться настолько, чтобы перестать чувствовать
себя изгоями. И тогда несколько наших решили покончить с таким
существованием.

Если Ты Человек - Наумова Марина => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Если Ты Человек писателя-фантаста Наумова Марина понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Если Ты Человек своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Наумова Марина - Если Ты Человек.
Ключевые слова страницы: Если Ты Человек; Наумова Марина, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, полностью, полная версия, фантастика, фэнтези, электронная
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов