А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Наумова Марина

Ночной Народ


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Ночной Народ автора, которого зовут Наумова Марина. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Ночной Народ в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Наумова Марина - Ночной Народ онлайн, причем полностью без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Ночной Народ = 168.1 KB

Ночной Народ - Наумова Марина => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



НОЧНОЙ НАРОД


ПРОЛОГ
Они бежали. Бежали, отдавая бегу всю душу. Бежали исступленно и
восторженно, отчаянно и вдохновенно, удирая от мира - и возвышаясь над
ним.
Да разве это бег? Не могут люди так бегать, нет у них ни причин, ни
надобности, ни чего-то еще - безымянного, но необходимого для того, чтобы
стать частью стихии, имя которой - движение.
Да и люди ли это бегут? Разве известно двуногим хозяевам мира, мнящим
себя венцом творения природы, такое самозабвение? Если кто из них и
считает так, видно, и сам он не человек, только еще не понял, бедняга,
свою истинную природу. Те, кто понял, - те бегут... Потому как не уйти им
от этого бега: не сорвутся они с места сами - так другие люди, подлинные
из подлинных, сгонят их с этого места и бросятся в погоню с улюлюканьем и
гиканьем. От сотворения мира взяла старт эта погоня. С тех пор и бегут...
И летят увлеченные общим порывом души. И мелькают копыта, лапы, ноги
босые... Что за скорость у них? Что за чудо такое?
Глаза горят, стелются по ветру волосы... да и не волосы это - змеи,
иглы дикобразьи, перья птичьи! Но любое уродство в этом бешеном беге
приобретает смысл - а значит, и красоту.
Мчатся они, ненужные миру, изгнанные миром - когда огнем, когда
пулей, а когда и убивающим непониманием. И не остановить их, не удержать,
разве что скрипнуть зубами от досады остается гонителям: не та мишень. Или
можно еще позавидовать их вдохновенности и пуститься однажды вдогонку - с
ними, не за ними.
И счастье их бег - и беда. Ведь сколько ни лети, сколько ни мчись -
всему есть конец. Передохнуть бы - да негде... Но уже вырастают из земли
стены, разверзается лоно ее, даря прибежище гонимым своим детям. Тут уж
только успевай заскочить за ворота и скрыться, сгинуть в старых от
сотворения развалинах. Всех примут они, всех приветят, кто взлетел над
миром и стал им отвергнут. Но беда тому, кто понапрасну потревожит эти
стены, - не будет пощады гонителю изгнанных. Лишь порвавший связи земные,
с кровью отсекший их от себя, имеет право войти сюда. Да и то - кто его
дал, это право? Земля? Луна? Ночные беглецы? Или сам пришедший решил за
себя?
И бегут гонимые, и вопит погоня - но крик ее далек, отстал на века.
Да только отсрочка - еще не спасение, - хотя что такое столетие для
живущих вечно?
И ждут беглецы, когда вновь начнут виснуть у них на пятках псы с
окровавленными мордами, когда охотники протрубят в рога и земля задрожит,
страдая от раздоров разных племен детей своих, будто мало она дала им
места, будто не разойтись им мирно, не ужиться. Но велика зависть одних и
злопамятность других...
И горят глаза, и перья сверкают, и иглы встают дыбом, и шипят змеи,
вросшие в тело, выросшие из тела...
Бегут... И не прекратить тот бег - пока есть еще кому бежать...

1
Он проснулся.
Проснулся, задыхаясь. Руки, ноги, все тело его еще принадлежали
сумасшедшему бегу.
Несколько минут Эрон лежал, ловя ртом воздух. Чувство победы, но и
неудовлетворенности переполняли его. Лишь недавно бег, который внушал
страх, наполнился новым содержанием, вызывая теперь заодно и восторг.
Но бег был во сне, и чем прекраснее ощущал он себя во время полета,
когда можно было забыть о времени, пространстве, оставить позади обиду,
непризнание и пустоту жизненной тусклости, тем с большей реалистичностью и
жестокостью наваливались они вместе с пробуждением на его истерзанную
душу.
Нет чудесного города, нет полета - есть только опостылевшая комнатка
и мир, где ты - никто, где любой может безнаказанно смотреть на тебя
свысока.
Иногда при мыслях о собственном существовании Эрона одолевала такая
грусть, что ему хотелось просто перечеркнуть все это одним ударом. Одним
глотком кофе с цианидом. Одним выстрелом. Одним прыжком с крыши,
наконец...
Последний вариант нравился Эрону больше всего: полет должен был
напоминать ночной бег. И все же Эрон Бун пока еще жил, да и страх перед
снами, в которые хотелось уйти, покинул его слишком недавно.
И еще одна причина держала его на Земле.
Глория.
Глория была единственным светлым пятном на черноте его жизненного
пути. Не бог весть какая красавица, не кладезь ума, но она обладала
удивительной способностью принимать его таким, каким он есть, и появлялась
в тот момент, когда ему нужней всего было человеческое общество. Глория
всерьез подтверждала "теорию половинки" - лишь она могла подойти к Эрону
так и тогда, чтобы он не ощутил при этом ни малейшего дискомфорта, словно
оба и впрямь были частями единого механизма - вроде бы и самостоятельными,
но дополняющими друг друга.
"Глория... Как я хотел бы ее сейчас увидеть", - не успел подумать
Эрон, как от двери послышался чуть хриплый женский голос:
- Привет!
Она была одета в один халатик, застегнутый на пару пуговиц, но, судя
по движению ее пальцев, и тот должен был с секунды на секунду слететь,
обнажая ее полноватые округлые плечи.
Глория всегда умела предчувствовать желания Эрона...
- Доброе утро! - он повернулся на бок и приподнялся на локте,
встречаясь с ней взглядом. Она смотрела ласково, по-матерински...
Ох, какая неудачная мысль!
Эрон не любил вспоминать о их разнице в возрасте. Глория была намного
старше его. Двадцать и двадцать пять - это совсем не то, что, скажем,
двадцать пять и тридцать. Уж лучше обо всем этом не задумываться...
- Как ты? - она присела на край кровати, нежно прикасаясь теплой
ладонью к его щеке. - У тебя все в порядке?
- Да. А что случилось?
- Ничего, - наклонила голову Глория.
"Просто я люблю тебя, и мне тяжело видеть, каким измученным ты
бываешь по утрам!" - сообщили ее глубокие, вечно светящиеся особой
грустинкой глаза.
- Ну и хорошо... - Эрон откинулся на подушку, затем поймал руку
Глории и прижал к своей груди. Ему было приятно прикасаться к ее мягкой,
нежной коже.
- Вот что, Эрон... - Глория сдвинула брови и чуть слышно вздохнула.
Она колебалась, стоит ли начинать этот разговор, и чтобы хоть
ненадолго оттянуть его, окончательно сбросила халат и залезла в кровать с
ногами, усаживаясь на Эрона сверху.
Возбуждаясь от прикосновения ее теплого тела, Эрон потянулся было,
чтобы схватить подругу в объятия, прижать ее к себе поплотнее, но вовремя
заметил выражение ее глаз и замер, давая возможность ей высказаться.
- Я долго думала об этом, - вновь начала она, поняв, что тянуть время
больше невозможно. - Скажи, неужели тебе не хочется уехать отсюда
куда-нибудь далеко, туда, где мы будем совсем одни?
Эрон негромко вздохнул. Совсем недавно и он хотел уехать, не понимая
того, что всюду его будет ждать лишь холодное презрение и отчуждение. Но
теперь-то он это знал... Знание свело на нет все его порывы. К чему
суетиться, если проклятый мир всюду одинаков? А желание Глории остаться
наедине...
- Ты думаешь, что мы сможем быть более одни, чем здесь? - спросил он.
- Послушай, я ведь не шучу... - Глория поморщилась. Разве это она
хотела сказать? До чего обидно бывает, когда слова только мешают
пониманию... но как объяснить все, о чем думаешь? - Я в самом деле готова
отказаться от работы, - продолжила она, - бросить все и уехать куда-нибудь
подальше, где нет никаких срочных дел, никаких телефонных звонков...
Она прищурилась, стараясь оценить, насколько ей на этот раз удалось
передать словами сжигающее ее чувство, но выражение лица Эрона ничего ей
не сообщило. Все так же его взгляд застывал время от времени,
свидетельствуя о глубоком уходе в себя; все та же тоска светилась в нем;
но отклика на ее конкретные слова не было заметно. И сложно было
утверждать, что Эрон действительно их расслышал: Глория не раз ловила себя
на том, что, находясь рядом с ним, на самом деле беседует с пустотой. Но
сейчас Эрон слушал ее на самом деле.
- Ну и что это тебе даст? - поинтересовался он, и наступила пауза,
которой хватило на то, чтобы мысли ненадолго отошли на второй план, а тела
принялись разговаривать на своем языке.
Кожа - к коже, губы - к губам...
Наконец Эрон вновь выпустил ее и Глория села, поправляя сбитую
прическу.
- Кстати, опять звонил Дейкер, - вспомнила она, немного отдышавшись.
- Он не сказал, зачем?
Лицо Эрона изменилось, став напряженнее и жестче.
Упоминания о докторе никогда не казались ему приятными. В жизни
каждого человека есть ряд вещей, без которых не обойтись, но о которых не
хочется упоминать без крайней необходимости.
Что знала о его личных взаимоотношениях с Дейкером Глория? Только то,
что сам Эрон удосужился ей сообщить?
- Нет, я не знаю, чего он хочет, - ответила девушка, и Эрон
почувствовал облегчение.
Чем меньше она будет знать о его ненормальностях, тем лучше...
- Может, он сумеет мне помочь, - глуховатым голосом пояснил Эрон. Он
знал, насколько Глория небезразлична ко всему, связанному с его личной
жизнью. Любопытство могло подтолкнуть ее к тому, чтобы она сама пошла
выяснять у Дейкера, что с Эроном происходит, - и Эрон не смог бы ее в этом
упрекнуть. Так что оптимальным вариантом было говорить ей полуправду:
пусть она считает, что все дело в ночных кошмарах, - и дело с концом. И
все же одного упоминания о Дейкере хватило для того, чтобы Глория
заметила, как Эрон заволновался, как изменились его глаза, даже движения
стали скованней, будто он боялся выдать что-то неосторожным жестом.
"Бедный Эрон, - подумала она. - Если ты хочешь, я не стану тебя
расспрашивать. Я ведь вижу, как тебе тяжело. Если ты не хочешь говорить
мне правду - не надо. Я люблю тебя таким, каким ты есть, и ты не можешь
иметь тайны, способной меня оттолкнуть".
- Ты так думаешь? - скорее машинально, чем сознательно, спросила
Глория вслух и тут же пожалела об этом: на какой-то миг на лице Эрона
возникла гримаса боли, и, хотя она исчезла так же быстро, как и появилась,
девушка успела ощутить легкий укол совести.
- Не знаю, - на лице Эрона заиграли желваки. - Я просто в смятении...
Я не знаю, что и думать...
Эрон замолк и отвел взгляд.
Глория чуть заметно кивнула: "Я понимаю тебя".
"Кто тянул меня за язык? Зачем я заговорила об этом?"
- И ты надеешься, доктор избавит тебя от твоих плохих снов?
И кто это выдумал, что люди должны непременно говорить, общаясь друг
с другом? Одно слово тянет второе, третье, и вот уже что-то лишнее и
ненужное вырвалось наружу, разрушая все, что только можно. Неудачная
мысль, неуместный, неловкий вопрос... Как тут вовремя остановиться?
Глория, во всяком случае, не знала: фраза выскользнула на свет сама и
удержать ее было невозможно.
Эрон отвернулся, пряча от девушки глаза. Сама того не зная, Глория
попала в самое чувствительное место. Не больное - именно чувствительное.
Дорого бы сам Эрон заплатил за то, чтобы ее можно было посвятить в свою
тайну: страх опозориться перед самым близким, нет, даже единственным
близким ему человеком ставил заслон перед откровенностью. Но его Эрон
убрать не мог.
- Ты знаешь... - даже голос его звучал теперь натянуто, - они больше
совсем не плохие!
Эрон прикусил язык, мысленно возвращаясь к собственному сну, и снова
перед его глазами замелькали причудливые лица-маски, мчащиеся навстречу
стебли высокой сухой травы и ворота, за которыми скрывалось нечто
бесконечно ему нужное...
Взгляд Эрона поднялся к потолку и замер.
Глория приподнялась, собираясь спросить его о чем-то еще, но тотчас
передумала: о чем можно расспрашивать человека, которого тут нет?
И в самом деле - Эрон сейчас был очень далеко. Настолько далеко, что
он и сам не мог бы объяснить, где именно.
Зато он знал другое. Там он был у себя.

2
Ночь выдалась лунная - но мирной не казалась. Холодноватый блеклый
свет, щедро разливающий по улицам синие оттенки, был неровным; рваные
черные тучи асимметричными клочками, как сетью, сплетенной шизофреником,
затянули небо, - посмотришь - оторопь возьмет.
Вроде ничего необычного: луна, тучи, небо - но все вместе они
складывались в особую картину - из тех, что следовало бы помещать в залы с
прибитой на двери табличкой: "Не для слабонервных". Странная магия - магия
абстрактного искусства, когда сам зритель не может понять, что заставляет
его вздрагивать от страха или биться в припадке эйфорического хохота, -
была присуща этому подавляюще громадному ночному небу. Тьма бездны,
усмешки темных сил, мрачность веков - все оставило на его полотнище хотя
бы по нескольку мазков.
Есть ночи, созданные для мечтаний, есть - для возвышенной
романтической любви. Бывают ночи и скучно-деловые, когда хорошо
заканчивать сверхурочные работы или спокойно спать, зная, что ничто
особенное тебя не потревожит. Но бывают и ночи, призванные сводить людей с
ума, толкать их на поступки непредсказуемые и жуткие.
Эта ночь относилась к последним.
Не случайно одна сверхтихая и неприметная домохозяйка, выглянув на
секунду в окно, подумала вдруг, что... неплохо бы отравить собственного
мужа. Просто так. Ни за что. Без всякого смысла, себе в ущерб, только
потому, что небо покрыто нелепыми пятнами, а круглый лунный диск
проглядывает сквозь них особо нагло и неприятно...
Эта мысль была столь неожиданной и нелепой, противоестественной для
ее индивидуальности, что Минни Поттер испугалась и отшатнулась, задергивая
занавеску.
"Что со мной?" - растерянно подумала она, вновь очутившись в уютной
гостиной, среди вещей привычных и милых, показавшихся вдруг удивительно
родными. Ей трудно было поверить, что она могла хоть на миг подумать о
таком злодействе.
Минни не имела привычки анализировать свои чувства к мужу. Супруги
Поттеры настолько привыкли друг к другу, существуя при этом каждый своей
обособленной жизнью, что им не нужны были ни ненависть, ни любовь, ни
что-либо другое.
Минни была нежна с Сайласом. Он тоже был всегда приветлив и даже
ласков - но это входило составной частью в общий домашний уют, или, как
теперь нередко выражаются, в микроклимат. Собственно, ради этого
микроклимата оба и жили на редкость тихой и непримечательной жизнью,
способной кому угодно показаться скучной, как бесконечная асфальтовая
автострада: без выбоин, трещин, но и без неповторимой индивидуальности,
придающей прелесть старым, особенно сельским, дорогам. И Минни, и Сайласа
такое невыдающееся существование устраивало; тем более странным выглядело
на этом фоне секундное безумство, навеянное Минни луной.
Неужели их мирок дал трещину? Неужели Минни проглядела, что в их доме
возникли какие-то перемены? Ничто ведь не берется из ниоткуда...
На всякий случай Минни, шаркая разношенными тапками, направилась в
комнату с камином, где Сайлас, как обычно, сидел, уткнувшись взглядом в
телевизор. В этот час шла его любимая программа. Хоккей.
Сайлас сидел в том же самом кресле, в той же самой позе, в какой
Минни могла наблюдать его в течение нескольких лет...
Так откуда же взялась такая бредовая идея - поднять на него руку?
Минни осторожно подошла поближе и, стесняясь самой себя, потрогала
мужа за плечо. Даже на ощупь (как ни смешно это звучит, но для Минни это
имело огромное значение) он был таким, как всегда: немолодой, обрюзгший
мужчина с обвисшей на подбородке кожей - само воплощение неторопливой
жизненной стабильности.
Словно в благодарность за его привычность, Минни обняла Сайласа,
наваливаясь на мужа всем своим немалым избыточным весом.
В этот момент на экране возле ворот сложилась критическая ситуация:
левый полузащитник перебросил шайбу нападающему, тот замахнулся и...
Полное тело Минни напрочь заслонило собой телевизор, и Сайласу сразу
стало душно и жарко.
- Ты мне мешаешь! - протестующе запыхтел он, выворачиваясь из ее
объятий.
- Да ну? - невинно и удивленно спросила Минни.
Сайлас посмотрел на супругу, стараясь понять, что за муха ее укусила,
но вид у Минни казался настолько счастливым и глупым, что он просто не
смог на нее рассердиться.
В конце концов жена для того и существует, чтобы время от времени
одаривать его своей близостью.
- Ах ты проказница! - Сайлас расплылся в улыбке, разгладившей
редковатые мелкие морщины человека, никогда серьезно ничего не
переживавшего. Не остались без движения и его руки - вскоре Минни
вскрикнула и залилась добродушным смешком.
- Нет, это ты проказник! - толстушка шутливо погрозила супругу
пальцем.
Ей было приятно и легко сейчас: глупые и страшные мысли окончательно
канули в небытие.
- Ты есть хочешь? - заботливо поинтересовалась она.
Сама Минни могла ужинать, завтракать и обедать бесконечное количество
раз в день.
- Пожалуй, не отказался бы, - решил поддержать ее на этот раз Сайлас,
лениво вздохнул и вернулся к своему любимому занятию.
За недолгое время их разговора шайба успела перекочевать к воротам
"Носорогов", и к мельканию номеров на спинах игроков приходилось
присматриваться заново, чтобы понять, что к чему.
Уточкой переваливаясь с боку на бок, Минни засеменила на кухню.
- Я пойду принесу, - бросила она на пути.
"Главное - не смотреть в окна, тогда все будет в порядке..."
Вдруг Минни уловила на верху лестницы какое-то движение и вздрогнула
- скорее от неожиданности, чем от настоящего испуга, - но, подняв голову,
тотчас улыбнулась. Правда, еще через секунду напустила на себя строгий вид
- на верхней лестничной площадке стоял маленький Джонни.
- А ты что здесь делаешь? - почти сурово спросила она (настоящей
строгости Минни никогда не могла от себя добиться). - Кажется, я сказала
тебе, чтобы ты шел спать!
- Я не могу, мама! - тоненьким умоляющим голоском проговорил Джонни,
и Минни еле удержалась, чтобы снова не вздрогнуть, на этот раз уже от
смутной тревоги.
- Что это еще за выдумки? - еще строже спросила она. Но голос ее не
дрогнул только чудом.
Минни не понимала, что ее могло напугать, но с каждой новой секундой
ей становилось все неуютней. Одна лунища за окном чего стоит...
- Мама, я видел кое-что! - в голосе ребенка сквозил неприкрытый
испуг. Сердце у Минни екнуло. Лишь необходимость играть до конца роль
матери-защитницы, непоколебимой жизненной опоры для своего мальчика
заставила ее отмахнуться от его слов.
- Ну что ты там мог видеть!
- Мама, я видел мертвеца! - глядя вниз широко раскрытыми глазенками,
проговорил Джонни. И только сейчас Минни обратила внимание, каким бледным
и испуганным выглядит его личико.
Несколько секунд она молчала, стараясь справиться со своими эмоциями.
Конечно, она, как взрослая и трезвая женщина, ни на миг не могла поверить
в то, что Джонни и впрямь мог увидеть что-либо прямо у них в доме, но
вместе с тем безотчетный страх старался убедить ее в обратном.
А что если в доме и на самом деле кто-то прячется? Все может
случиться в такую жуткую ночь... Или все-таки это просто наваждение?
Все вещи в доме на своих местах, Сайлас смотрит свой телевизор... Все
- как всегда. Только вот Джонни не спится, да и в том виновата спятившая
луна и пятнистое небо...
- Ладно, - уже более мягким тоном произнесла Минни, - успокойся и
ложись - тебе это только почудилось.
- Но, мама! - в детском голосе появились нотки безнадежного отчаяния.
- Ложись! - командным тоном проговорила Минни и тут же устыдилась: на
этот раз собственная "удавшаяся" строгость показалась ей проявлением
бессилия перед собственным страхом. И, словно извиняясь, она добавила:
- Я подойду к тебе через минуту...
Она подождала несколько минут, молча наблюдая, не уйдет ли Джонни, -
но он продолжал стоять, сжимая побелевшими ручонками тонкие балясины,
похожие сейчас на прутья клетки, куда его засадили. И Минни отвернулась и
поспешила в сторону кухни, чувствуя, что просто сбегает от его взгляда,
требующего ответа, и от собственного страха.
Но в самом деле, чего можно вот так пугаться?
Все на месте? Все - как всегда?
Вроде и так...
Минни нервно распахнула дверцу шкафа и тупо уставилась внутрь.
Разумеется, она попала не туда: сухой завтрак должен был лежать за самой
крайней створкой, но беспокойство заставило ее перепутать дверцы. Буркнув
себе под нос что-то неразборчивое, Минни исправила ошибку, и в ее руках
оказался пакет с поджаренными ломтиками хлеба.
Все на своих местах, все в порядке...
За окном тихо улыбалась луна.
Вой собак заставил Минни похолодеть. Неужели и впрямь ее нехорошие
предчувствия имели под собой реальную основу? Да нет, не может быть...
Ведь все пока в порядке... Пока...
В порядке?
Уже сама не зная зачем, Минни подошла к холодильнику. (Как страшно
поворачиваться спиной к двери!) Она ничего не собиралась брать оттуда, но
надо же было хоть чем-нибудь заняться, чтобы отвлечься от все растущего
страха.
Джонни видел мертвеца... Сон, конечно, но кто сказал, что этот сон не
относится к категории вещих? Да и собаки воют...
Швырнув продукты на ближайший стол, Минни заспешила к прихожей и
припала к двери. Она не услышала ни звука, но молчание не успокаивало ее,
- наоборот, страшило, как и всякая неизвестность. Уже откровенно дрожащими
руками она защелкнула задвижку. Достаточно ли такой защиты - или нет?
Бледнея от страха, Минни огляделась по сторонам.

Ночной Народ - Наумова Марина => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Ночной Народ писателя-фантаста Наумова Марина понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Ночной Народ своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Наумова Марина - Ночной Народ.
Ключевые слова страницы: Ночной Народ; Наумова Марина, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, полностью, полная версия, фантастика, фэнтези, электронная
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов