А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Теперь от его нерешительности не осталось и следа: ему, дворянину, на глазах у публики получить пяткой в челюсть от какого-то чужеземного холопа! В ярости от бросился на врага. Тургунаец легко уклонился от удара и оказался за спиной у противника, выкрикивая что-то, по всей видимости, обидное. Рыцарь резко развернулся, нанося удар на звук; меч со свистом рассек воздух — но на том месте, где только что был торс тургунайца, теперь оказалась пустота.
Раз за разом представитель Запада атаковал врага, но тургунаец всякий раз оказывался быстрее свистящей стали. Тяжелый меч требовал замаха, и воин Востока безошибочно определял направление удара и уходил из-под него. Сам он больше не атаковал, давая противнику вымотаться. И действительно, рыцарь, пытавшийся все увеличивать темп в тщетных попытках достать противника, уже тяжело дышал, а вскоре и удары его стали реже и медленней. Тургунаец же улыбался, подпрыгивая на пружинящих ногах, словно все происходящее было для него лишь легкой разминкой. Не давая рыцарю передохнуть, он сделал несколько ложных выпадов, явно забавляясь запоздалыми попытками противника блокировать их мечом. Похоже, что в ближайшем будущем он собирался этот меч выбить и закончить бой эффектной победой. Но тут случилось непредвиденное.
Рыцарь в очередной раз бросился в атаку, и тургунаец начал снова легко уходить из-под удара. Но тут рыцарь оступился. Неожиданно для него самого меч резко изменил направление движения, и тургунаец, изучивший простой стиль своего противника и не предполагавший ничего подобного, среагировал слишком поздно. Заминка составила долю секунды — но этого хватило, чтобы хоть и тупое, но узкое стальное ребро всей своей тяжестью обрушилось на голень ханского гвардейца. Зрители в первых рядах явственно услышали хруст ломающейся кости.
Оба противника упали на землю. Рыцарь, которому удар помог приостановить падение, рухнул на колено и на руку; тургунаец повалился на бок. Последний, не получи он травму, вскочил бы быстрее, чем рыцарь, которому мешала тяжесть панциря; однако теперь он смог лишь сесть, в то время как его противник был уже на ногах и заносил меч. Маршал уже хотел подать знак об окончании поединка, но в этот момент тургунаец, зачерпнув с арены песок, швырнул его рыцарю в глаза. Меч бессильно прочертил дугу над землей, не коснувшись откатившегося тургунайца; левая рука рыцаря метнулась к глазам и наткнулась на шлем. С проклятиями он стал стаскивать одной рукой шлем, слепо и бестолково размахивая мечом; его противник тем временем еще раз перекатился по земле и подсек рыцаря резким рывком здоровой ноги. Воин Запада, все еще не избавившийся от шлема, вторично рухнул наземь, и в следующий миг его руку с мечом уже выкручивали сильные пальцы навалившегося сверху тургунайца. Со стоном рыцарь выпустил оружие; мгновение спустя лезвие было прижато к его горлу. Трубный звук рога возвестил конец поединка.
На трибунах стоял невообразимый шум. Многие были возмущены приемом с песком, считая его подлым и бесчестным; но немало было и тех, кто воздавал должное мужеству чужеземца, который, несмотря на тяжелую травму и сильную боль, сумел довести бой до победы. Он и сейчас стоял, опираясь на плечо одного из своих товарищей, с лицом, похожим на бледную маску, стараясь ничем не выдать своих страданий.
— Что они кричат? — спросил он у переводчика.
— Говорят, что кидать песок в глаза — это нечестно.
— Передай им, что в бою честно все, что ведет к победе.
Услышав эти слова, толпа взорвалась новыми криками. Раздалось несколько оскорбительных выкриков в сторону трибуны, где с непроницаемыми лицами сидели послы. Под королевским балдахином нервно переговаривались, решая, как разрядить обстановку. В этот момент граф Айзендорг поднялся и поднял руку. Ближайшие к нему сразу смолкли; затем волна тишины распространилась дальше
— все ждали, что скажет прославленный герой.
— Наш гость не преступил законов турнира, — сказал граф. — Регламент легковооруженных поединков разрешает использовать любое оружие, не превосходящее по весу простого меча для одной руки. Горсть песка полностью удовлетворяет этому условию.
Это было логично, и возразить было нечего; тем не менее, и после слов Айзендорга в толпе остались островки недовольного ропота. Лишь теперь, выслушав одобрительный вердикт, тургунаец покинул арену, опираясь на плечи двух соотечественников.
— Поразительно, — фыркнул принц Артен, — они обвиняют в нечестности человека, который дрался голыми руками против меча! Интересно, многие ли из них решились бы на такое. Полагаю, посол наградит его? — спросил принц у Рандавани.
— Нет, — равнодушно ответил тот, — он будет наказан.
— Наказан? За песок в глаза?
— За то, что позволил ранить себя. Он расслабился с легким противником и допустил ошибку.
— Но ведь он исправил ее!
— Нет. Он выиграл поединок, но его нога будет срастаться еще долго, и все это время он будет только лишней обузой для посольства. Жизнь и здоровье воина не принадлежат ему; они — собственность его господина. Поэтому посол ир-Забих накажет своего слугу за порчу своего имущества.
— Ну и обычаи у вас на Востоке, — пробормотал принц (не в первый, впрочем, уже раз со времени знакомства с Рандавани).
Тем временем маршал, посовещавшись с командиром ханских гвардейцев, объявил, что, раз результат прошлого поединка вызвал нарекания, тургунайцы готовы провести еще один.
— Может, на сей раз они будут биться как люди, с мечом и доспехами? — крикнул кто-то из первого ряда.
— Нет, они хотят поединка по тем же принципам — искусство боя без оружия с вооруженным противником.
Сверкнул вскинутый в воздух меч — кто-то принял вызов. Гибкая юношеская фигурка легко перемахнула через ограждение и направилась к центру ристалища. Новый рыцарь был облачен в легкий кожаный доспех с нашитыми металлическими бляхами, и меч его был короче и легче стандартного (впрочем, на поясе висел еще кинжал в длинных ножнах — это допускалось). По правилам турнира, чем легче доспех, тем больше очков каждый удачный удар приносил противнику; однако среди бойцов в третьей номинации всегда находилось немало таких, кто жертвовал защищенностью ради быстроты и ловкости. Однако с этим облегченным вооружением слабо сочетался глухой шлем, полностью скрывавший лицо.
Бой начался. С первых же минут тургунаец понял, что ему достался более серьезный противник, чем его предшественнику. У молодого рыцаря не было четко предсказуемого стиля — точнее, его стилем была непредсказуемость. Меч так и порхал в его руках, выписывая сверкающие петли и внезапно устремляясь в атаку из самых неожиданных положений. Более того, юноша одинаково хорошо владел левой и правой рукой и во время поединка несколько раз менял их. Будь у тургунайца в руках оружие, хотя бы простая палка, он бы нашел что противопоставить этому натиску — но теперь был вынужден лишь оступать, огрызаясь короткими махами рук и ног, не достигавшими цели. Юноша медленно, но умело теснил его в угол ристалища, пресекая попытки уйти вбок.
Но и тургунаец был непрост. Взмахнув руками, он сделал подряд два сальто назад, оторвавшись таким образом от противника; затем он дернул свой тонкий пояс, и тот развернулся во всю длину, оказавшись длинным узким ремнем с тяжелыми металлическими шариками на концах. Ханский гвардеец прыгнул на землю, перекатываясь вперед и вбок, и в перекате хлестнул рыцаря своим поясом по ногам. Ремень, увлекаемый инерцией шарика, туго обвился вокруг ног юноши, и тот повалился на землю, не выпустив, однако, меча. Тургунаец уже вскакивал, держа конец пояса за второй шарик, но рыцарь резким рывком спутанных ног вырвал этот шарик из руки противника, заставив того вновь потерять равновесие. Воин Востока взмахнул руками, оказавшись прямо над лежащим юношей, и тут же получил двумя ногами в солнечное сплетение. Надо отдать тургунайцу должное — он не согнулся, тщетно ловя ртом воздух, ибо удар пришелся в твердые, как каменная плита, напряженные мышцы брюшного пресса; однако этот удар позволил рыцарю выиграть пару секунд и, откинув шарик и перекатываясь в нужном направлении, освободить ноги. Меч сверкнул навстречу тургунайцу, пытавшемуся этому помешать. Еще мгновение — и противники снова стояли друг против друга, учащенно дыша. Рыцарь утратил свою выгодную позицию, но это, казалось, его не смутило — он вновь начал оттеснять соперника, теперь уже в другой угол ристалища.
Теперь тургунаец сменил тактику и не подпускал противника близко, кружась вокруг него и не покидая центральной части площадки. Тогда рыцарь демонстративно опустил меч, провоцируя нападение. Турганаец, однако, не устремился вперед, а продолжал легко подпрыгивать на полусогнутых — постепенно и почти незаметно сокращая дистанцию с противником. Однако юноша прекрасно видел это постепенное приближение и перешел в атаку первым. Впрочем — на атаку это не походило, ибо, после того как клинок взвился в воздух, его обладатель остался стоять на месте, вращая меч в своей необычной манере — неправильными петлями, что требовало, несомненно, немалой силы и ловкости и совсем не походило на обычные фехтовальные приемы. Тургунаец на мгновение замер, словно выбирая дальнейшую тактику — и в этот миг меч словно бы случайно вырвался из руки молодого рыцаря и полетел прямо в живот ханскому гвардейцу.
Тот среагировал мгновенно и прыжком ушел в сторону, но рыцарь, по первому движению уловив направление прыжка, сам бросился под ноги сопернику. И этот бросок, и летящий меч по отдельности не стали бы для ханского гвардейца проблемой — но с двумя внезапными угрозами одновременно он справиться не смог. Рыцарю удалось сбить противника с ног; тот еще попытался заломить правую руку юноши в захват, но левая рука уже воткнула кончик кинжала в горло тургунайца. На сей раз победа досталась Западу.
Хотя меч, брошенный во врага, также нарушал все обычаи турниров, на сей раз трибуны шумели одобрительно: раз тургунайцы сами провозгласили, что честно все, ведущее к победе, им следовало воздать по их же мерке. Среди нестройного шума голосов стали раздаваться выкрики, требовавшие, чтобы победитель открыл лицо и назвал свое имя. Молодой человек, подойдя к маршалу, что-то сказал; он говорил тихо, к тому же шлем заглушал и искажал его голос.
— Рыцарь обещает, что откроет имя и лицо позже, после участия в призовых поединках, — объявил маршал.
«Ну еще бы, кузина, — мысленно усмехнулся Артен, — сейчас вы никак не можете это сделать».
После того, как зрители убедились, что глухой шлем выбран не случайно, их интерес к личности победителя, естественно, возрос — но не настолько, чтобы затмить другое любопытство. Все ждали, что уж теперь-то тургунайцы выступят в своем вооружении; однако остававшиеся еще на арене воины отвесили церемонные поклоны королевской и посольской ложам и покинули ристалище — как выяснилось, окончательно.
«Ловко, — подумал Айзендорг под недовольный гул толпы, — чертовскиnote 1 ловко придумано. Они показали нам, на что способны без оружия — и оставили нас лишь догадываться, что может сотворить тургунаец с мечом в руках. « Тем временем настала очередь собственно состязаний за приз турнира. Пока шла жеребьевка, Артен, широко зевнув, поднялся со своего места и направился в свои апартаменты, наказав слуге позвать его, когда дойдет до заключительных поединков.
Как и предполагалось, поединки, вместе со всеми перерывами, растянулись на весь день, и когда принц вновь показался на трибунах, солнце уже клонилось к закату. Трибуны были выстроены полуподковой вдоль южной стороны ристалища; утром и вечером над восточным или западным крылом поднимали высокие шесты с натянутой между ними тканью, дабы солнце не било зрителям в глаза. Участники же ранних и поздних поединков могли, выходя из тени, использовать положение светила, занимая позицию спиной к нему. Однако многие рыцари считали ниже своего достоинства пользоваться таким приемом и сражались боком к солнцу или в тени.
Тем не менее, участники боя, на который явился принц (а это был второй полуфинал), этим обычаем пренебрегали. Правда, инициатор нарушения традиции сражался к солнцу лицом — ибо не без оснований полагал, что его надраенный до зеркального блеска круглый щит доставляет больше неприятностей сопернику. Соперником же этим была Элина — принц не сомневался, что это именно она одержала верх над тургунайцем. То, что она добралась до заключительных боев турнира, принца не удивило. Разумеется, в третьей номинации принимала участие не только молодежь, но именно молодые воины, не растерявшие ловкости, гибкости и энергии, часто, как было известно Артену, выходили победителями. В том же, что его кузина владеет мечом как минимум не хуже мужчины, принц уже имел возможность убедиться.
Поединок затягивался.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов