фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Норман Джон

Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора автора, которого зовут Норман Джон. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Норман Джон - Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора онлайн, причем полностью без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора = 315.87 KB

Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора - Норман Джон => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



Хроники противоположной Земли – 4

Вычитка Алекс Быков
«Странники Гора»: Армада; Москва; 1995
ISBN 5-87994-001-2
Аннотация
Роман «Странники Гора» продолжает цикл приключений землянина Тэрла Кэбота, очутившегося на планете Гор.
Став отважным воином, по заданию таинственных владык Гора он отправляется к кочевникам — «народам фургонов», которых еще называли «люди телег», — на поиски некоего предмета, который должен решить судьбу не только планеты, но и всей Солнечной системы.
Джон Норман
Странники Гора
Глава 1. РАВНИНЫ ТАРИИ
— Беги! — крикнула женщина. — Спасайся!
Она была босой, одетой во что-то, отдаленно напоминающее старый мешок; на плече женщина несла плетеную клетку с вулосами — домашними голубями, разводимыми ради мяса и яиц. Из-под тонкого, дырявого платка на мгновение показались испуганные глаза — она уже обгоняла меня.
За ней спешил мужчина с мотыгой — очевидно, её муж, тащивший мешок с домашним скарбом.
Он поравнялся со мной.
— Посторонись, со мной Камень Очага!
Я шагнул в сторону, даже не пытаясь обнажить оружие. Хотя я принадлежал к касте воинов и был хорошо вооружен, а на плече крестьянина лежала лишь грубая мотыга — я не мог не уступить ему дорогу: никто не смеет препятствовать человеку, несущему Домашний Камень.
Убедившись, что я не собираюсь нападать, мужчина приостановился и взмахнул жилистой рукой.
— Они идут! Дуй что есть силы! Беги к воротам Тарии!
Тария — белостенный горианский город, крепость, возвышающаяся среди бескрайних степей, на вольных просторах которых безраздельно властвовали «люди телег», или, как их здесь чаще называли, «народы фургонов».
Тария была неприступна.
Поторопив меня, крестьянин перекинул свой мешок на другое плечо и припустился во всю мочь, изредка испуганно оборачиваясь.
Я долго смотрел вслед этому мужчине и женщине, пока они не смешались со всей толпой.
Казалось, беженцы заполнили всю степь — к воротам Тарии люди стекались со всех сторон, волокли поклажу, гнали домашних животных.
За спиной послышался топот стада. Это неслись перепуганные каийлаки — приземистые, неуклюжие жвачные животные с задумчивыми глазами. Их широкие головы с небольшими рогами покачивались в такт шагов полосатых красно-бурых ног. Даже спасаясь бегством, каийлаки не нарушали положенного строя: самки и молодняк бежали в середине стада, а взрослые и здоровые самцы — снаружи. За стадом показалась парочка степных слинов, которые, хотя и уступают размерами своим лесным собратьям, нисколько не отличаются от них в злобности и коварстве. Эти шестиногие, покрытые густой шерстью млекопитающие длиной около двух метров бежали, сильно изгибая спины, как это делают хорьки, и непрерывно крутили по сторонам своими гадючьими мордами, нюхая ветер. За слинами показался тамит — большая нелетающая горианская птица, чей крючковатый клюв сразу выдавал вкусы пернатого хищника.
Я поднял щит и занес копье, но птица даже не взглянула в мою сторону. Сразу за ней, что явилось для меня полной неожиданностью, из травы возник черный ларл — громадный хищник из семейства кошачьих, обычно встречающийся только в горах. Он ретировался по-королевски гордо и неторопливо. Что могло заставить черного ларла спасаться бегством?
И откуда он идет? Возможно, с самих гор Та-Тасса, чьи вершины неясно вырисовываются среди облаков южного полушария и растягиваются длинной цепью по побережью Тассы — самого большого из морей Гора.
Народы фургонов господствовали на южных равнинах Гора, от гор Та-Тасса до южных отрогов Волтайского хребта, прямого, словно хребет планеты. На севере владения народов фургонов простирались до Картиуса — широкого, полноводного и бурного притока красивой реки Воск. Земли между Картиусом и Воском когда-то принадлежали Ару, но даже Марленус, убар убаров, господин роскошного, сиятельного Ара, никогда не посылал своих тарнсменов на юг от Картиуса.
В последний месяц я держал путь на юг, промышляя охотой и изредка нанимаясь в торговые караваны, следующие с севера. Сардар я покинул в месяце се'вар, когда в северном полушарии задули зимние ветры, и почти месяц продвигался к югу. Наконец я дошел до равнин Тарии — земель народов фургонов.
В южном полушарии Гора наступала осень.
Быть может, причиной тому является иное соотношение воды и суши, но на Горе нет особой разницы в климате северного и южного полушарий. На Горе в целом холодней, чем на Земле. Возможно, это происходит потому, что ветрам есть где разгуляться над гигантской поверхностью суши: хотя Гор меньше Земли и как следствие этого имеет меньшую силу притяжения, площадь его суши, насколько мне известно, больше таковой на Земле.
Известные мне карты Гора описывают только малую часть поверхности планеты, а все остальное пространство для местных ученых является чем-то вроде «terra incognita» Для удобства я хочу перевести в понятную терминологию систему географических наименований, используемую на Горе, поскольку уверен, что читателю нелегко следовать горианскому компасу без должных пояснений. Возможно, вам это покажется интересным: точкой ориентации для сторон света является Сардар — эти горы играют роль, аналогичную нашему Северному полюсу, поэтому два основных направления называются — Та-Сардар-Вар и Та-Сардар-Ки-Вар, проще — «вар» и «ки-вар». Слово «вар» означает «поворот», а «ки» — отрицание, то есть вышеприведенные термины переводятся как «поворот на Сардар» и «не поворот на Сардар», а проще — «север» и «юг». Вообще же горианский компас разделен на восемь главных секторов, как наш на четыре, и каждый из этих секторов сам по себе является указателем определенного направления.
На Горе существует также своя система широт и долгот, однако базируется она на горианской системе исчисления времени, двадцать анов, местных часов, составляют горианские сутки Та-Сардар-Вар — направление, нанесенное на все горианские карты; Та-Сардар-Ки-Вар, естественно, на картах не указывается, поскольку все остальные направления тоже «не на Сардар». Приняв Сардар за Северный полюс, перечисляю направления по земной часовой стрелке сначала Та-Сардар-Вар, далее — Рор, Рим, Тан, Васк (в разговорном — Верус Вар, или «полный разворот»), затем — Карт, Клим, Каийл и снова Та-Сардар-Вар. Берущая начало близ Ара широкая река Картиус, между прочим, получила свое название от направления, в котором она течет. В своем путешествии от Сардара я взял направление на Карт, потом некоторое время двигался на Васк, после чего снова свернул на Карт, пока не достиг великих равнин Тарии — земель народов фургонов. Картиус я пересек вместе с караваном, к которому присоединился; мы переправлялись на барже. Баржи эти, как правило, строятся из стволов поваленных ветром деревьев ка-ла-на и буксируются упряжкой речных тарларионов — огромных травоядных ящеров с перепонками на лапах. Жители прибрежных деревенек из поколения в поколение передавали искусство приручения, выращивания и дрессировки этих животных; когда-то они даже требовали у властей статуса отдельной касты. Картиус — река настолько быстрая, что, несмотря на мощь упряжки тарларионов, нас все-таки снесло на несколько пасангов по течению.
Караван направлялся в Тарию, разумеется. Насколько мне известно, караванов, направляющихся к кочевникам, обычно не бывает — последние обходятся без торговли и не любят гостей. Я оставил караван на другом берегу. Заботы мои вели меня к народам фургонов, а не к жителям Тарии. Странно, но народ Тарии некоторые считали погрязшими в роскоши лежебоками; признаться, меня смущали подобные упреки. Тария умудрилась выстоять на протяжении многих поколений, сохраняя свой статус свободного города в степи, где безраздельно властвовали свирепые народы фургонов.
В течение какого-то времени я молча глядел на скот и людей, лихорадочно спешащих к Тарии.
Я не понимал, отчего народы фургонов вызывают такой ужас. Казалось, даже осенняя трава гнется, устремляя бурые волны в направлении Тарии, трава, мерцающая на солнце, похожая на коричнево-рыжий прибой под летящими низкими облаками; даже шальной ветер во всем своем неистовом объеме и движении, кажется, желает во что бы то ни стало прижаться к высоким стенам далекого города.
Переведя взгляд туда, откуда бежали перепуганные люди и животные, я увидел в пасанге от себя столбы черного дыма, поднимавшегося с горящих полей в холодном воздухе.
Казалось, вся прерия была подожжена. Однако приглядевшись, я понял, что горят только крестьянские поля. Трава прерий, которая служила кормом боскам кочевников, оставалась нетронутой.
Там же, вдали, словно черное зарево, растущее клочьями, вставала пыль, поднятая той силой, что напугала спасающихся животных и людей, — без сомнения, из-за горизонта вот-вот должны были показаться бесчисленные стада кочевников.
Народы фургонов не занимались земледелием.
Это были прирожденные пастухи и временами — разбойники. Питались они исключительно мясом и молоком босков. Кочевники высокомерно считали горожан забившимися в норы крысами, трусами, боящимися жизни под открытым небом, ублюдками, предпочитавшими не сталкиваться в открытую с теми, кто завладел степями и пастбищами их мира.
Боск, без которого народы фургонов не представляют себе жизни, — похожее на быка, неуклюжее, злобного вида создание с горбом, косматой, длинной шерстью, широколобой головой и крошечными красными глазами, порой гневно вспыхивающими, как у обозленных слинов; у взрослых животных расстояние меж остриями длинных, угрожающе изогнутых рогов порой превосходит длину двух копий.
Если мясо и молоко босков потребляется кочевниками в пищу, то его шкурами кроют повозки, в которых живут, из них же шьют кожаные и меховые одежды; толстая кожа холки боска идет на щиты, жилы — на нитки, распиленные кости и рога — на сотни предметов — от шил, игл и ложек до наконечников копий. Из копыт готовят клей, салом умащивают тело во время холодов, в дело пущен даже навоз, им топят костры — в степях редко встречаются деревья.
Среди кочевников бытует поверье, что боск — мать народов фургонов, и, следовательно, к нему нужно относиться с должным почтением — убивший боска случайно или по недомыслию удушается ремнем или шкурой погубленного им животного. А если погибает беременная корова, но теленок извлечен из чрева живым, приостанавливается весь марш кочевников до тех пор, пока детеныш не подрастет и не сможет передвигаться самостоятельно.
Казалось, прерии передалось возбуждение несшихся во весь опор животных и людей — ветер, огонь вдали, близящаяся зыбь волнующейся пыли, пеленой тянущейся от горизонта в ярко-синее осеннее небо.
Вскоре и я почувствовал сквозь подошвы сандалий, что почва трясется; волосы на затылке встали дыбом, а руки покрылись гусиной кожей.
Сама земля сотрясалась под копытами стад кочевников.
Они приближались.
Вскоре должны были показаться разъезды разведчиков.
Я поднял щит на плечо. Правой рукой я подбросил и покрепче ухватил горианское копье.
Я медленно двинулся навстречу вздымавшейся вдалеке пыли по волнующейся, дрожащей земле прерий.
Глава 2. ЗНАКОМСТВО С КОЧЕВНИКАМИ
Всю дорогу меня мучил вопрос: зачем я ввязался в это дело, за каким, собственно, чертом я, Тэрл Кэбот, землянин, а позже воин горианского города Ко-Ро-Ба, Города Утренних Башен, потащился за тридевять земель в дикие прерии юга?
Я много успел за долгие годы, что провел на Противоземле, — познал любовь, обнаружил, что жить не могу без приключений, сотни раз подвергал свою жизнь опасности и сотни раз восхищенно замирал перед красотой и могуществом природы; теперь же в сотый раз я спрашивал себя: был ли в моей жизни хоть какой-нибудь поступок столь же глуп, как то, что я сейчас делаю?
С тех пор прошло, быть может, два, а может, и все пять лет. В момент кульминации веками длившейся интриги двое человек — жителей высокостенных горианских городов ради спасения древнейшей цивилизации Царствующих Жрецов предприняли длительное и опасное путешествие с целью доставки некоего препорученного им Царствующими Жрецами предмета кочевникам — людям народов фургонов — как наиболее свободному, изолированному и воинственно настроенному народу планеты.
Те двое сумели все сохранить в тайне, как того требовали Царствующие Жрецы. Преодолев опасности и преграды, под конец путешествия они стали друг другу дороже братьев, но, воротясь домой, оба погибли в безжалостной войне враждующих городов, где без разбору убивали всех. Вот почему среди людей (и кочевники, похоже, здесь не были исключением) секрет был утерян. Так получилось, что в тайных чертогах Сардара я был посвящен в тайну их миссии. Я знал, что они несли; теперь, надеюсь, за исключением кого-либо из кочевников, я — единственный человек на Горе, доподлинно знающий природу этого таинственного объекта, некогда унесенного двумя смелыми, умевшими хранить тайну людьми в бескрайние равнины Тарии. К слову сказать, даже я не знаю, как выглядит этот объект, и вовсе не уверен в том, что, даже обнаружив его, сразу смогу опознать.
Должен ли был я, Тэрл Кэбот, человек смертный, рыскать по белу свету в поисках неведомого предмета лишь для того, чтобы вернуть его Царствующим Жрецам, как желали того они; вернуть в потаенные чертоги Сардара, дабы исполнилась его краткая, но уникальная роль в предопределении судеб народов этого варварского мира — Гора, нашей Противоземли?
Понятия не имею.
Что это за предмет?
О нем можно говорить как о тайне великой интриги, ключе к разгадке войны в недрах Сардара, борьбы, неведомой обыкновенным жителям планеты; как о предмете, сокрывшем в себе драгоценную надежду разумных и древних существ, но лучше — просто как о зародыше, кусочке живой ткани, дремлющем, неразбуженном семени богов — как о яйце — последнем и единственном яйце Царствующих Жрецов.
Но почему именно я?
Почему не Царствующие Жрецы со своей властью, могучим вооружением, воздушными кораблями и фантастической мощью?
Царствующие Жрецы боятся солнечного света.
Царствующие Жрецы похожи на тараканов, и люди могут их убить.
Завидев их, люди ни за что не поверят в то, что это и есть их Царствующие Жрецы.
Люди мнят богов человекоподобными.
Яйцо может разбиться ещё до того, как я привезу его в Сардар.
Если оно уже не разбито. И только то, что оно — яйцо Царствующих Жрецов, оставляет мне надежду (хоть и слабую), что где-то внутри этой таинственной овоидной сферы (если она ещё цела), затаившись в ожидании своего часа, все ещё теплится жизнь.
И потом, если я и разыщу его, с чего они взяли, что я не разобью его сам и не покончу таким образом с цивилизацией Царствующих Жрецов, предоставив этот чудесный мир своему собственному виду — людям, чтобы те жили в нем, как хотели, безо всяких ограничений со стороны Царствующих. Ведь Царствующие тормозят наше развитие и прогресс.
Некогда мне приходилось беседовать на эту тему с одним из Царствующих Жрецов, и тот ответил мне так:
— Человек человеку — ларл; дай вам волю — вы станете ларлами и Царствующим Жрецам.
— Но человек должен быть свободным… — возразил было я.
— Самоубийство давать свободу тем, кто лишен разума, — ответил мне Жрец. — Люди неразумны…
Нет, я не разобью яйца — и не потому, что в нем теплится жизнь… Дело в том, что все это чрезвычайно важно для моего друга Миска. Однажды при весьма удивительных обстоятельствах мы с ним вели долгую беседу о странных и вечных вещах… большую часть жизни этого благородного создания поглотили заботы о будущем Царствующих Жрецов, мечты о возрождении рода, новых начинаниях, готовности покинуть старый мир и снова начать жизнь с нуля…
Иметь и любить своих детей — так представлял себе новую жизнь мой друг — Царствующий Жрец — бесполый и все же умевший любить Миск.
Мне никогда не забыть ту ветреную ночь у подножия Сардара, когда мы говорили о времени, покое и долге, о красоте трех горианских лун… Потом я покинул его и спустился с холма; спустился, чтобы спросить у предводителя торговцев, к которым примкнул чуть раньше, путь в далекую страну народов фургонов.
И вот я нашел их…
Клубы пыли близились, казалось, сама земля увеличилась в объеме.
Я опустился на траву.
Кто знает, быть может, стараясь сохранить Царствующих Жрецов, я спасаю людей. Спасаю от аннигиляции, которой непременно подвергнется человечество вскоре после того, как производство оружия станет неконтролируемым. Конечно, со временем люди одумаются и разум, любовь и терпимость восторжествуют в их душах. Тогда они смогут вместе с Царствующими Жрецами обратить свой взор к звездам.
И все-таки последствия моих действий, если они увенчаются успехом, будут настолько запутанны, сложны, а факторы, вовлеченные в анализ, столь многочисленны и разрозненны, что все это с трудом поддается расчетам… Однако же я обещал Миску.
Если же все обернется в худшую сторону, я не смогу далее заниматься тем, что пообещал своему другу Миску — ему и его доблестному роду. Я считал ранее Царствующих Жрецов врагами, но, узнав поближе, научился уважать их и любить. Если меня убьют, то я не смогу сделать большего, чем уже сделал для своего друга и его народа. И это не будет ни бесчестьем, ни обманом чьих-то надежд, убеждал я себя. Это будет вполне достойно профессионального воина Города Утренних Башен — Ко-Ро-Ба. «Здравствуйте, я — Тэрл Кэбот из Ко-Ро-Ба. У меня нет ни верительных грамот, ни доказательств, но я послан Царствующими Жрецами и должен вернуть им предмет, который вам от них принесли много лет назад. Помните тех двоих? Так вот, теперь предмет нужно вернуть. Большое спасибо. Всего хорошего Пока!».
Я рассмеялся.
Скорее всего, мне заткнут рот прежде, чем я его открою.
Может, этого яйца у них давно и в помине нет.
Кроме того, в народы фургонов входят четыре племени — паравачи, катайи, кассары и наводящие ужас тачаки.
Кто мне скажет, у кого из них яйцо?
Может, они его спрятали и думать забыли куда?
А может, теперь оно у них предмет поклонения — немного необычный, но вполне подходящий для того, чтобы вызвать благоговейный трепет, — и кощунство даже думать о нем. А что если его имя нельзя произносить? Может, народы фургонов давно уже убивают даже за попытку на него взглянуть? Хорош я был бы со своей приветственной речью.
Но, положим, я как-то и стащу его, как мне переправить его обратно в Сардар?
Тарна у меня, естественно, нет (это горианская птица для верховых полетов), нет и чудовищного тарлариона, «скакуна», в буквальном смысле тяжелой кавалерии.
Я странник на равнинах юга, в бескрайних степях Тарии, на земле народов фургонов…
Поговаривают, у кочевников существует неприятная традиция убивать чужаков Слова «чужестранец», «странник» и «враг» — синонимы на Горе.
Я должен действовать открыто. Если я спрячусь близ лагеря или стад, уверен, ночью будут выпущены сторожевые слины. Они для кочевников и пастухи, и сторожа; народы фургонов с приходом темноты всегда выпускают их из клеток, и те всю ночь напролет шныряют по прерии, передвигаясь молча и проворно, на человека нападают в случае, если тот нарушил территорию, которую они успели пометить как свою; откликаются они только на голос хозяина, и если тот убит либо покинул мир по каким-нибудь иным причинам, его зверя попросту съедают.
Мне не хотелось выслеживать кочевников по ночам. В конце концов, я сведущ в местных диалектах и могу рассчитывать на то, что меня правильно поймут. В противном случае, что ж… погибну как воин — с мечом в руке. Вообще-то, если уж мне суждено найти здесь смерть, то лучше погибнуть в бою — из всех, кого я знал на Горе, только народы фургонов имели касту палачей, специально обученных, подобно книжникам и врачам, своему изящному искусству.
Кое-кто из них сделал карьеру во время бесконечных войн враждующих горианских городов, кто-то — оказав услуги высокой касте посвященных, убарам или ещё кому-нибудь из заинтересованных в столь узкопрофильных специалистах. По понятным причинам палачи рядились в одежды с капюшоном. Поговаривают, что они сбрасывают колпак во время казни, так что осужденный на смерть мог надеяться увидеть лицо палача.
Меня раздражало, что, несмотря на то что я ясно различал клубящуюся пыль, что толчки под ногами, вызванные поступью могучих стад, становились все ощутимей, я ещё не приблизился к ним. Правда, теперь мне отчетливо слышался гонимый ветром к стенам далекой Тарии рев тысяч животных. Пыль стала тяжелой, словно в воздухе сгустилась ночная тьма; трава, земля — все сотрясалось подо мной.
Я миновал горящие поля, пылающие крестьянские лачуги, дымящиеся крыши амбаров с полопавшимися скорлупками черепиц, поваленные стены птичников, клетки, в которых некогда держали небольших верров — домашних и безобидных, так отличавшихся от своих диких сородичей — крупных, злобных хищников с Волтайского хребта.
Неровная линия над горизонтом видоизменялась — теперь над ним, подобно смерчу, круговороту, поднималась бескрайняя, высокая арка, соединившая небо с тучными стадами — смерчи вздымающейся пыли, подобно черному дыму, тянулись в небо, сливаясь там в одно могучее, зловещее облако. Оно надвигалось.
И вот появился первый всадник. Он поскакал мне навстречу; солнце блеснуло на острие его копья. У него был маленький, круглый, обитый кожей щит, конический, отороченный мехом шлем и маска из мелкой металлической сети, спущенная со шлема на лицо и оставлявшая только узкие прорези для глаз Стеганая меховая куртка открывала развитую мускулатуру рук и груди. Кожаные сапоги были тоже украшены мехом. Ремень поблескивал пятью пряжками Я заметил легкий кожаный шарф, плотно намотанный на шее, чтобы уберечь чувствительную кожу от пыли, ветра и солнца.
Он держался в седле очень крепко. Копье оставалось притороченным на спине, в руке воин сжимал небольшой, но мощный костяной лук — типичное оружие народов фургонов, и сбоку у седла болтался черный лакированный колчан, вмещавший до сорока стрел. Кроме того, к луке седла крепилась свернутая в моток веревка — лассо для ловли босков. И с другой стороны — длинное бола с тремя грузами — оружие, используемое для ловли тамитов и людей. У седла, так, чтобы всадник легко мог дотянуться до оружия правой рукой, имелось семь ножен — футляров легендарной кайвы — оружия, давно заменившего кочевникам и меч, и нож. Как я слышал, кочевнику отец и мать сначала дают лук, кайву и копье, а затем уже имя. Кстати, именем кочевники дорожат и всячески избегают произносить его без нужды, как, впрочем, многие на Горе. Пока ребенок не научится обращаться с луком, копьем или кайвой, он числится как «первый», «второй» или просто «сын такого-то отца».
Народы фургонов вели между собой нескончаемые войны, прекращающиеся, насколько мне известно, лишь на некоторый промежуток времени, называемый кочевниками Годом Предзнаменования.
Тариане, следует сказать, начинают свой календарный год днем летнего солнцестояния. В основной же своей массе гориане отмечают начало каждого нового года в день весеннего равноденствия, естественным образом приурочивая начало года к весеннему пробуждению природы. У народов фургонов Предзнаменование продолжается несколько месяцев. Их год в соответствии с кочевым образом жизни, вынуждающим их перемещаться по бескрайним степным просторам, делится на три сезона, называемые ими Периодом Прохождения Тарии, приходящимся на осеннее время года, Зимовкой, когда кочевники обычно находятся к северу от Тарии, по берегам Картиуса, и Периодом Возвращения к Тарии, весенним временам года, называемым кочевниками также Временем Короткой Травы.

Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора - Норман Джон => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора писателя-фантаста Норман Джон понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Норман Джон - Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора.
Ключевые слова страницы: Хроники противоположной Земли - 4. Странники Гора; Норман Джон, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, полностью, полная версия, фантастика, фэнтези, электронная
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике