А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Леонид машинально захлопнул стекло гермошлема – в какой-то момент ему показалось, что он задыхается...
– Ну и как?.. – сдавленным голосом спросил Дэн. Он тяжело дышал. – Теперь ты понял? – Стекло его гермошлема было тоже опущено.
– Эффектно!.. – откликнулся Леонид. Он был ошарашен, но страха по-прежнему не испытывал. – Вот это да!..
Экран был темен и пуст. Лишь наверху, наискось пересекая верхний левый угол обзора, одиноко ползла зеленая запятая.
– Что это? – спросил Леонид.
– «ЮП-Следопыт». Беспилотчик. Я попросил диспетчеров отвести их подальше. В такой свистопляске недолго и врезаться. Знал, что ты обязательно сунешься в Рой. Ну как? Для первого знакомства неплохо?
– Где Рой? – полюбопытствовал Леонид.
Заработали двигатели, Дэн развернул катер, поманеврировал, и на экране появился Рой.
– Далековато... – сказал Леонид, поднимая стекло гермошлема.
– Так было и в прошлый полет, – сказал Дэн. – Проскочишь его, развернешься, а он уже еле виден.
– Давай обратно, – сказал Леонид.
Рой стремительно приближался. «Песочных часов» не было и в помине. Были кольца. Три из них почти соприкасались краями, образовав кольчатый треугольник, шесть других расположились вокруг центральной группы по углам правильного шестиугольника.
– Совещаются, – сказал Дэн. – Изобретают новую каверзу...
– Боишься?
– Нет. Поначалу было, правда, не по себе. Теперь нет. А ты не боишься?
– Нет. Я испытываю к нему родственные чувства, – пошутил Леонид. – Как-никак, а в нем содержится триста стержней с записью работы моих мозговых извилин. Все мы обязаны испытывать к нему родственные чувства.
– Я не обязан, – возразил Дэн.
– Верно... Ты не обязан.
В центре экрана быстро росли три сомкнутые треугольником тороида. Мерцающая сеть каналов была теперь, как показалось Леониду, гуще, чем во время стадии «песочных часов».
– Постарайся, – сказал Леонид, – уравнять орбитальные скорости.
– Дрейф внутри Роя? Постараюсь... Но думаю, что это безнадежно.
– Постарайся, – сказал Леонид.
На этот раз белого не было. В рубку ворвался пурпурный вихрь, просочился сквозь стены, исчез... Дэн мгновенно развернул катер обратно. Рой был едва ли не дальше, чем в прошлый разворот. Дэн выругался.
– Уму непостижимо! – возмущенно кричали наушники. – Ты что-нибудь понимаешь? Так мы его никогда не поймаем! Я говорил, что это бесполезно!
– Вот что... – сказал Леонид. Помолчал, размышляя: – Мы для него инородное тело, и он нас просто выплевывает, как ребенок сливовую косточку. Попробуем стать для него полноценной сливой. То есть, источником информации. Тогда, возможно, он выплюнет нас не сразу... Включай передатчик.
– Ты думаешь?.. – с сомнением спросил Дэн, но передатчик включил. – Можно поймать музыкальный маяк и пропустить это в наш излучатель. Ютавр послушает, и мы заодно...
– Не надо, – сказал Леонид, наблюдая, как индикатор на передатчике пульсирует в такт словам. – Ютавр прекрасно чувствует все маяки и без помощи нашего излучателя.
– Да, но тогда какую же информацию ты собираешься ему поставлять?
– Мы уже поставляем. Нашу с тобой болтовню. Правда, я не уверен, что он от нее в восторге, но в том, что это новая для него информация, я убежден.
Леонид смотрел на экран. Рой приближался. Теперь он принял форму трехлучевой звезды. Каждый луч состоял из трех вложенных друг в друга воронок и чем-то напоминал короткую гирлянду высоковольтных изоляторов, и все это просвечивало сквозь густую сетку замысловато переплетенных усов.
– Что же ты замолчал? – спросил. Леонид. – Перед входом в Рой необходимо болтать беспрерывно.
– А когда понимаешь, что это необходимо, так вроде и не о чем говорить.
– Верно... Есть такая зависимость.
– Может, что-нибудь ему споем? – предложил Дэн.
Они посмеялись.
– Ничего из этого не выйдет, – сказал Дэн. – Он снова нас выплюнет, вот увидишь.
– Посмотрим.
– Тут и смотреть нечего. Выплюнет.
– Увидим.
– Неуловимый он, понимаешь?
– Да?
– Неуловимый прайд.
– Хорошо. Давай дальше... Нужно все время что-нибудь говорить.
– Мы уже входим в него...
– Самое главное не прекращать разговора. Особенно когда войдем.
– Когда войдем, полыхнет красным, и все. Вот видишь, уже начинается...
– Это пчелиное жужжание и прошлый раз было?
– С Маккоубером? Нет, прошлый раз его не было. Смотри, какая воронка!..
– Да, вижу. Километров десять в диаметре.
– Двенадцать. Ну и махина!.. Смотри, мы идем прямо в раструб.
– Вижу, конечно. Осторожненько притормози.
– Не стоит. Мы сближаемся очень медленно. Гляди-ка, что творится в воронке! Будто водоворот! Слушай, Лео, а ведь сливы иногда глотают прямо с косточками...
– Страшно?
– Нет... Удивительное дело! Мы уже почти в воронке, а красное не появляется. Это, наверное, работают твои извилины, Лео.
– И твои тоже. Молодец. Продолжай говорить.
– Все, – сказал Дэн. – Уже розовеет...
– Да, – сказал Леонид. – Сейчас полыхнет... Жаль. А я уж подумал, что нам удалось.
Красный вихрь вошел и остался.
– Нет, – сказал Дэн. – К сожалению, не удалось. А задумано было прекрасно... Ну что ж, хоть прокатимся вниз вдоль этой льдины. Отлично скользит. А на вид какая-то желтая и бугристая, хотя все вокруг очень красное...
– Ничего, – сказал Леонид. – Главное, чтобы скользила...
– Правда, весело? Жаль, что здесь нет Бригитты.
– Нет, это как раз хорошо. Могут быть перегрузки.
Дэн рассмеялся.
– Для Бригитты что есть перегрузки, что нет. Ей все нипочем!
– Смотри, – сказал Леонид. – Льдина кончается.
– Да. А впереди красное море... Одна половина красная, другая оранжевая. Вдоль берега золотая кайма...
– Ты не на берег смотри. Видишь, какой пузырь выпирает из моря!
– Разве это пузырь! Это столб поднимается. Красный, раскаленный столб. Куда он прет? Да быстро как!..
– Верхушка рассыпается фейерверком. Дэн, это не столб. Это взрыв.
– В жизни не видал таких длинных взрывов!.. А море стало прозрачным. Видишь? Несколько террасовых этажей, и все обведены золотой каймой по внутреннему контуру.
– Раскаленная бездна... Вот еще одна льдина явилась. Не там – прямо над головой. Как материк... Желтый светящийся материк.
– Справа тоже идет материк. Только черный...
– Наверное, они сейчас столкнутся, Дэн.
– Наверное... Уже почти касаются краями. Ну, кто кого?..
– Никто никого. Черный материк идет повыше, и они сойдутся, как ножницы.
– Да. И разрежут на две половинки вон тот сияющий синий шар.
– Вряд ли... Это, видимо, плазменный шар. Что-нибудь вроде шаровой молнии, величиной с Амальтею... Вот видишь, взорвался.
– Странно как-то взорвался. Просто расплескался синими волнами. А волны, действительно, будто взрываются. Мельтешат синими судорогами... Посмотри-ка, Лео! Я видел, как под черным материком что-то блеснуло, и вот теперь сквозь него растет фиолетовый гриб. Шляпка черная и клубится...
– Это он кажется фиолетовым, потому что сам он красный, но его окружает синяя оболочка. Видишь, она поднимается вверх и оплывает под шляпкой...
– Посмотри на меня. – Дэн рассмеялся. – Я такой же, как ты? Вот потеха!
– Чего веселого? Лицо как апельсин и будто стеклянное... А ниже ты почти совсем прозрачный – просто красный стеклянный скелет!
– Ты выглядишь нисколько не лучше. Вот потеха! И мослы у тебя вперед коленками, словно присел, и руки вперед... Выпрями ноги.
– Нет, не могу.
– И я не могу. Словно присел и не могу разогнуться...
– Руки у тебя очень длинные, Дэн. Они и так длинные, а когда кости – еще длиннее. Опусти их.
– У меня в руках что-то есть, Лео. Я могу это сжимать, но когда сжимаю, мне тяжело и трудней говорить.
– Мне тоже... гораздо трудней. И все вокруг расплывается. Ничего, Дэн, я потерплю. А ты нажимай. У тебя в руках управление катером...
Леонид почувствовал, что погружается в красную мглу. Глубже, глубже и глубже, и красное становится все темнее, темнее, а потом начинается черное, и дышать уже почти невозможно... Но это быстро проходит, и черное раскаляется до жаркой красноты, и снова туда погружаешься, но уже с другой стороны, и так погружаться значительно легче, хотя дышать по-прежнему трудно. Черное несколько раз возвращалось, но уже не такое широкое – просто большими тяжелыми гладкими валунами, и гладко накатывалось, сжимая дыхание...
Потом в ушах прорезался вон. Леонид с огромным трудом приподнял тяжелые веки, и ему показалось, что в сером пространстве туманно светят огни. Надоедливый непрекращающийся вой заставил его прийти в себя окончательно. В рубке светились приборы. На экране переднего обзора судорожно вспыхивали отсветы зеленых зарниц, мельтешили зеленые искры. Катер трясло и подбрасывало, как на ухабах проселочной дороги, руки на подлокотниках ощущали вибрацию, надрывно и жутко выло в ушах, и к вою примешивался отдаленный гул...
В скафандре было до невозможности жарко. Леонид приподнял стекло, но тут же захлопнул – воздух в рубке был удушающе жаркий и с резким, неприятным запахом...
– Дэн! – позвал Леонид.
Ответа не было. Катер трясло и швыряло из стороны в сторону, голова Леонида тряслась в шлеме. Ему стало страшно. Тряска и вой... Но больше его испугало молчание Дэна.
– Дэн!.. Ты меня слышишь?!
Ответа не было. Закованное в скафандр тело пилота покачивалось в кресле, руки лежали на подлокотниках, и Леониду вдруг показалось, что Дэн без сознания. Несмотря на жару в скафандре, Леонида прошиб холодный пот. Что-то нужно было делать... Что-то нужно было делать немедленно!..
На пульте, прямо против левого подлокотника, сияла красная кнопка. Последнее средство... Леонид отстегнул плечевые ремни, потянулся к пульту. До кнопки он дотронуться не успел. Дэн перехватил его руку, резко отшвырнул в сторону и снова вцепился в рукоять управления. Леонид почти без сил откинулся в трясущемся кресле.
– Застегни ремни! – прорычал Дэн.
Леонид застегнул. Катер трясло и швыряло, вой нарастал, гул, жара, перегрузки, вибрация, но с Дэном было все нормально, и Леонид ощутил огромное облегчение.
– Я ничего не понимаю, Дэн, – сказал он. – Где Рой? Что, наконец, происходит?
Ответа не было. Экран заливало полыхание зарниц, мелькали искры. Казалось, в такой кутерьме ничего разглядеть невозможно, однако едва под верхним обрезом экрана возникла зеленая мутная точка, Леонид сразу остановил на ней взгляд. Дэн странно крякнул, шевельнул рукояткой, и мутная точка, дрожа и покачиваясь, вышла на центр. Леонид услышал в наушниках шорох и звонкий щелчок, Дэн хрипло произнес:
– «Мастодонт»-шесть, «Мастодонт»-шесть! Я – «Тайфун»-двадцать пять. Вошел в атмосферу. Выйти не в состоянии. Принимайте в режиме экстренной посадки. Разогрев корпуса предельный. Примите меры предосторожности.
Леонид подался вперед и сжал подлокотники до хруста в пальцах. Точка в центре экрана расплывалась мутным продолговатым пятном. Сквозь завывание, шорох и треск был слышен чей-то далекий голос: «Принимаем вас, принимаем... Понял вас хорошо. Принимаем. Держите пеленг. Удачной посадки!»
Леонида грубо швырнуло назад и вдавило в сиденье. Перед глазами поплыли цветные круги... Когда он опомнился, катер била тяжелая дрожь и Леониду вдруг показалось, что накалившийся корпус не выдержал. Он снова вцепился в свои подлокотники и с замиранием сердца вслушался в грохот и вой, с надеждой, что корпус все-таки выдержит. Раздался скрежет... Леонид зажмурил глаза, но его так встряхнуло сильнейшим ударом, что лопнули плечевые ремни.
Наступила неясная тишина. Тряски не было. Что-то лопнуло очень близко и оглушительно, металлически загрохотало и стихло, и Леонид, наконец, догадался, что это посадка и Дэн отстрелил боковой люк.
– Быстрее, быстрее! – хрипел Дэн и тащил его за руку. В рубке стоял зеленый туман.
Они протиснулись в люк, наткнулись на невидимые в тумане поручни. Дэн тащил его за руку дальше, и они скатились вниз по металлическим ступенькам трапа. Сквозь клубы тумана жарко светилось что-то багровое. Потом откуда-то со стороны ударили лучи прожекторов, зашевелились голубыми дымящимися столбами.
– Быстрее, быстрее!.. – хрипел Дэн, не выпуская руки Леонида. Они бежали под слепящий свет прожекторов.
Дэн быстро нашел отверстие кессона, ударом плеча втолкнул туда Леонида, впрыгнул сам, и отверстие с гулом закрылось.
Они стояли, тяжело дыша, Дэн все еще держал Леонида за руку. Леонид попробовал освободиться. Дэн его отпустил. Кессон был освещен, но сквозь плотный туман они почти ничего не видели. Где-то далеко провыла сирена, и пол внезапно ушел из-под ног. Взмахнув руками, они повалились друг на друга. Леонид сел и ощутил через пол еще одну судорогу, но послабее.
– Вот и все!.. – произнес Дэн. Было слышно, как он облегченно вздохнул. Потом он добавил уже с огорчением: – Хорошая была машина...
– Взорвалась? – спросил Леонид.
– Нет, – сказал Дэн. – Это было бы слишком... Просто вышвырнули ее отсюда. На всякий пожарный случай. – Он хлопнул Леонида по плечу и хрипло рассмеялся.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов