А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— А где Рут? — голос доктора немного дрожал.
— С мистером Айронсмитом, сэр. Она прислала вам подарок к Дню Пробуждения.
Боль при мысли о том, что Рут и Айронсмит по-прежнему вместе, довольно быстро рассеялась — осталось лишь любопытство.
В комнате появился второй гуманоид, принесший подарок Рут — небольшую прямоугольную коробочку с отшлифованной поверхностью, покрытой позолотой. В ней лежало письмо, написанное аккуратным почерком Рут.
«Дорогой Клэй!
Мы очень рады, что с тобой снова все в порядке и ты наконец сможешь стать счастливым.
Рут и Фрэнк».
Счастье — любимое словечко Рут. Записка хранила легкий аромат знакомых духов. Доктор дважды перечитал ее, не сразу поняв смысл написанного.
— Пожалуйста, поблагодарите их обоих и передайте, что я желаю им счастья. — Как ни странно, голос его звучал совершенно спокойно, хотя слезы умиления навернулись на глаза.
— Мы передадим, но у вас есть экран, и вы можете повидаться с ними в любой момент. — Ответила машина.
Доктор покачал было головой, вспоминая свою ревность и злость, но неожиданно обнаружил, что от них не осталось и следа. Он быстро прошептал:
— Включите экран.
Гуманоид нажал что-то возле стенной панели, и темная поверхность засветилась мягким светом. Форестер увидел многочисленные яркие здания и зеленую долину, где располагался Институт психофизики. Фрэнк Айронсмит и Рут, держась за руки, вышли оттуда и приветственно помахали Форестеру. Математик стал немного упитаннее, выглядел увереннее в себе, его загорелые челюсти медленно двигались — Айронсмит по-прежнему жевал чуингам. Рут, стройная и светящаяся от радости, смотрела на бывшего мужа. Доктор отметил выражение спокойствия и умиротворенности, появившееся на ее лице. Улыбаясь, Рут и Айронсмит подошли ближе к экрану. Через несколько секунд раздался щелчок и экран погас, а Рут все еще стояла перед глазами Форестера. Он подумал, что бывшая жена никогда не выглядела такой молодой — даже в день их свадьбы.
Доктор улыбнулся молчаливой машине.
— Передайте, что я очень рад за них обоих. А теперь я хочу посмотреть в окно.
Машина послушно двинулась к панели, нажала небольшую кнопку, и панель стала прозрачной. Наблюдая за гуманоидом, Форестер не переставал удивляться изменениям, произошедшим в его сознании. Он не чувствовал больше ни ревности, ни злости, ни ненависти — осталось лишь спокойствие и умиротворение.
Андроид отвлек его от мыслей о себе, указав на что-то за окном.
— А вот и крейсер. Мистер Уайт прибыл к вам, сэр.
Доктор поднял глаза — посыпанная красным гравием посадочная площадка ничуть не изменилась с тех пор, как он видел ее в последний раз. Дальше, там где раньше простирались желтоватые пески пустыни, появились голубые озера, изумрудные долины, виллы, построенные неутомимыми гуманоидами. Вместо безжизненных камней землю покрывала густая растительность.
Целые леса успели вырасти, пока его не было дома!
«Сколько же времени я провел в системе?» — размышлял Форестер. Он обернулся, не осмелившись задать мучавший его вопрос гуманоиду, и заметил черную точку крейсера в голубом небе. Овальный корабль медленно снижался и замер, коснувшись земли. Марк Уайт с легкостью спрыгнул на площадку, не дожидаясь помощи гуманоидов.
— Привет, Клэй! — радостно прогремел гигант.
Доктор не сразу ответил на бурные приветствия, подумав, что время, за которое в Стармонте успели вырасти леса, совсем не коснулось Марка Уайта. Огромная борода и развевающиеся на ветру волосы не затронула седина, а походка стала еще энергичнее.
— Удивлен? Мне знакомо это чувство! — продолжал Уайт.
Форестер подошел к старому знакомому и пожал протянутую руку. С удивлением замечая искрящийся свет в голубых глазах великана, которые во время последней встречи не выражали ничего, кроме ледяного забвения, доктор тихо спросил:
— Сколько времени прошло, Марк, сколько лет?
— Это пятидесятый День Пробуждения.
Холодок пробежал по спине Форестера.
— Так называется день, когда система освобождает индивидов, готовых к самостоятельной жизни. Это настоящий праздник, и мы приготовили тебе сюрприз. Поедем вместе на Драконью скалу — Мэнсфилд уже там. Мы все ждем тебя — и Форд, и Грейстон, и Оверстрит — они пробудились год тому назад.
— А как же Джейн Картер?
— Ее там нет — Уайт разочарованно покачал головой. — Но мы обязательно присоединимся к ней — увидишь, в какую красавицу превратился этот грязный заморыш!
Форестер заметил восхищение, появившееся во взгляде Уайта, когда он заговорил о Джейн. Что же с ней сделала система?
— Думаю, она здорово выросла и повзрослела.
Если импульсы созидательной энергии, проходя через платиновые реле, исправляли любые повреждения человеческого тела и даже сводили на нет разрушительное действие времени… Неужели люди стали бессмертными?
— Присоединимся к ней? Где? — спросил он.
— В миллионе световых лет отсюда. Где-то в галактике Андромеды — нашей ближайшей соседки. Джейн занимается изучением планет, схожих с нашей, для нового проекта колонизации. Она ожидает нас в точке, намеченной для организации первой колонии, — гигант совершенно спокойно, как о чем-то само собой разумеющемся, говорил о расстоянии в миллион световых лет!
Форестер невольно вздрогнул.
— Андромеда! Далековато для колонистов!
Уайт радостно ответил:
— Расстояние нам не преграда. Единственная сложность состоит в том, что там гуманоиды не смогут помогать нам — родомагнитные лучи не достигают столь отдаленных точек. Так что первые поселенцы будут вынуждены обходиться своими силами.
— Невелика сложность, — Форестер нахмурился от минутного чувства необъяснимой радости Неожиданно для себя самого он сказал.
— Думаю, что захочу там остаться.
— И останешься. Именно поэтому мы попросили Айронсмита продержать тебя в системе так долго — чтобы натренировать тебя для будущей работы в колонии, — ответил Уайт.
У Форестера перехватило дыхание.
— Наше первое поселение, место для которого подобрала Джейн, станет новым системным центром. Там надо будет создать еще одно родомагнитное реле. Именно ты положишь начало распространению гуманоидов в Туманности Андромеды! Первые секции реле будут соединены и опробованы без помощи машин, а тебя выбрали на роль главного инженера-родомагнетика.
Форестер пытался понять, почему все тело его непроизвольно напряглось и почему он едва не покачал головой в знак протеста. Он хорошо помнил времена, когда ненавидел гуманоидов и не доверял Фрэнку Айронсмиту. Но теперь, хотя воспоминания оставались довольно отчетливыми, владевшие им когда-то эмоции растворились без следа. Это был лишь страшный сон, а теперь он закончился.
Раньше предложение помочь распространению гуманоидов на планеты иных галактик вызвало бы у доктора лишь приступ гнева. Теперь же, пожав плечами, будто бы стряхивая собственные сомнения, он размышлял о том, почему бы совершенным правилам Основной Директивы не действовать повсюду, где существует жизнь. Но как колонисты смогут позаботиться о себе без помощи машин? Конечно, особенно одаренные в телургии индивиды создадут для себя все необходимое — а как же остальные?
Бывший непримиримый враг гуманоидов кивнул в сторону ожидавшего крейсера и произнес:
— Ты готов? Джейн ждет нас.
Форестер несколько секунд колебался, глядя на неподвижную машину, стоявшую в комнате, готовую в любую минуту исполнить любое желание человека. Доктор знал — пока новое платиновое реле не начнет работать, андроид будет бесполезен в новой колонии. Тем не менее Форестеру хотелось держать его при себе до отъезда.
— Идем со мной! — скомандовал он.
Гуманоид последовал за доктором на крейсер, и Форестер обернулся, взглядом приглашая Уайта идти за ними.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов