А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


- Объяснитесь, юноша.
- Я только что сообразил, профессор Лэнджер, что мир дельфинов, или, возможно шире, китов, - отвечает формальным признакам стабильной культуры. Но в тоже время маловероятно, чтобы Гегемония пожелала иметь их в своем составе, - Джек говорил взахлеб, торопясь поделиться нахлынувшими мыслями. - Дельфины перемещаются по морским просторам, они слишком свободны для Гегемонии. И эта полная свобода - основа, душа их мира; им не нужно бороться друг с другом и убивать себе подобных, война противна их природе. Хотя, - тут же оговорился Джек, - в глубинах океанов случается множество трагедий. Говоря вашими словами, сэр, мир дельфинов представляет собой другой тип равновесия. И Гегемония никогда не примет его и не согласится с его принципами. Если воспользоваться предложением Тюфяка и поселить дельфинов на той далекой планете, полностью покрытой водой, то Сердце Звездного Мира истребит их. Культуры, не поддающиеся тотальному контролю, не имеют права на существование - такова главная заповедь Гегемонии.
- Вы умница, Джек, - с горечью проговорил профессор. - И очень точно выразили мои мысли... А что касается идеи Джерри, то не все так фатально. На водной планете обитают свои формы млекопитающих, чем-то напоминающие дельфинов. У них впереди долгий путь развития, и моллюски, тот вид, которому благоволит Гегемония, еще не скоро сумеют сумеют догадаться и разоблачить развившийся интеллект своих океанских собратьев, - Лэнджер излагал свои соображения нарочито спокойно. - Людям понадобилось пять тысяч лет, чтобы придти к мысли о разумности дельфинов, хотя ключи к разгадке тайны были рассеяны повсюду.
- И они хотели стать нашими друзьями! - добавил Тюфяк. - Благодарение богу, что дельфины заговорили с доктором Лилли, и он сумел понять их. Готов держать пари, что попытки выйти на контакт с десятиногими не последовало бы.
- Что ж, они имеют на то полное право, - согласился профессор. Возможно, это и к лучшему. Но я полагаю, что в случае согласия дельфинов на переселение, они адаптировались бы на новом месте таким образом, чтобы не вызвать подозрений у Гегемонии... Жаль, если не договоримся, такая попытка имела бы для науки исключительное значение.
Заботы, заботы... Утром следующего дня Тюфяк внезапно сказал:
- Я долго думал о наблюдательных станциях Федерации. Они вели и ведут слежку за нами, и конца этому удовольствию не видно. Нам необходимо принять ответные меры, иначе все может очень плохо кончиться.
- Согласен, - улыбнулся капитан "Арго", - но что вы предлагаете, молодой человек?
- Отраву, сэр, - уверенно выпалил Тюфяк. - Скорее всего, станции созданы по одному проекту. Следовательно, они окружены атмосферой либо ксенона, либо другого инертного газа, предохраняющего технику от коррозии и других нежелательных воздействий. Связь между машинами, как вы рассказывали, обеспечивается при помощи лазерных лучей. Газ слабо ионизирован, и это обстоятельство необходимо использовать.
- Не понимаю вас, Джерри, - нахмурился профессор.
- А что вы скажете, сэр, о паре миллионов кубических метров фтора? в азарте вскричал Тюфяк. - Который начнет интенсивно взаимодействовать с ионизированным ксеноном? Пройдет время, но в конце-концов вы не найдете и следа инертного газа. Не знаю, как будут работать их приборы, но гарантирую тонкий слой мелкодисперсного порошка гексафторида ксенона на каждой поверхности внутри станции.
- То, что процесс окажется длительным, нам на руку, - подхватил Лэнджер. - Гегемония сочтет, что станция наблюдения просто вышла из строя по истечении срока службы. В борьбе со временем даже Сердце Звездного Мира не всесильно.
- А как ты доставишь на орбиту такое количество фтора, не вызвав подозрений? - ехидно спросил Джек, который, к своему удивлению, сам стал играть роль адвоката дьявола.
- О, нет проблем, - снова вмешался профессор; на его лице появилось выражение загадочного умиротворения, свойственное людям, подобравшим ключи к сложной задаче. - Станции очень стары, и так часто подвергались атакам метеоритов, что к этому давно привыкли, и наш сосуд с газом будет просто одним из них. Первым мы выберем объект не обязательно рядом с Землей, но находившийся под метеоритным дождем чаще других, и постепенно нанесем удары по всем форпостам врага, отравим их! - Лэнджер удовлетворенно потер руки, в глазах его горел зеленый огонь. - Но и это еще не все! Клянусь Хартией Вольности, в нужное время мы подготовим дополнительные сюрпризы! Перед тем, как настанет час открытой схватки с Гегемонией, мы закачаем водяной пар во все внутренние объемы сателлитов, и несвязанный фтор снова активизируется, разъедая оставшиеся металлические поверхности вместе с силовыми кабелями. Микрокристаллы превратятся в триоксид фтора, который настолько взрывоопасен, что отпадет надобность в детонаторе, и следующее попадание метеорита окажется последним, а Сердцу Звездного Мира будет некого обвинить в злом умысле, так как следов, похоже не останется. Капитан "Арго" вздохнул полной грудью и добавил: - И тогда впервые в нашей истории мы выйдем из под их мерзкой опеки. Настанет великий день, хотя никому из нас не удастся увидеть его собственными глазами.
- Нам бы выпутаться из этой переделки, - мрачно уточнил Тюфяк, которому удалось детектировать слабый сигнал. На экране прибора появился импульс сложной формы. - Ну, вот и они, профессор! Поздравляю, нам сели на хвост!
Ошибка исключалась. Астронавты могли различить зондирующий импульс среди сотен других. Кроме того, амплитуда сигнала быстро увеличивалась со временем.
Через несколько минут цуг одинаковых импульсов заполонил экран, напоминая о носе ищейки, неотступно идущей по следу.
С холодным спокойствием путешественники не отрывали от них взора. Земляне ничего не знали о таинственном излучении, проникающем в замкнутый объем корабля в пространстве Гертеля, но видели, что оно существует. С некоторыми достижениями галактов приходилось смириться и воспринимать их как данность, отдавая себе в этом полный отчет.
Два дня прошли в тревоге и постоянном наблюдении; астронавты вверили себя року. Внезапно исходный сигнал расплылся и разделился на два, продолжавших, в свою очередь, медленно изменять форму, интерферируя друг с другом. Процесс деления на этом не остановился, и к концу недели на экране в строгой последовательности располагалось шесть импульсов.
- Они взяли нас в клещи, - прошептал Джек. - Шесть кораблей Гегемонии быстро приближаются к нам. Без сомнения, их погоня будет успешной, в нужный момент они захватят нас безо всяких усилий.
- Захватят или нанесут удар, - уточнил Тюфяк.
- Это определяется их состоянием в многомерном и многосвязном пространстве Гертеля, - объяснил профессор. - Важно, находятся они в нашей связности или нет. Во втором случае выстрел, по моим представлениям, окажется невозможным.
- Сэр, - криво усмехнувшись, возразил Джек, - найдя нас, они уже свершили невозможное.
- Догадываюсь, - коротко бросил в ответ Лэнджер. - Я не недооцениваю их, поверьте. Но если бы они могли нанести удар, то не посылали бы шесть кораблей в погоню, вполне хватило бы и одного, - капитан "Арго" медленно обвел глазами свою немногочисленную команду. - "Арго" не вооружен, это галактикам прекрасно известно; у них было время изучить каждый дюйм внутри нашего звездолета. Нет, джентльмены, мы имеем дело с группой захвата. Но так или иначе нам нечего им противопоставить.
Картина на экране прибора жила своей собственной жизнью. Импульсы объединялись, уширялись, делились, меняли форму. К концу второй недели их число достигло шестнадцати. Невзирая на драматизм ситуации, профессор Лэнджер провел серию измерений и сделал несколько фотоснимков с экрана. Физическая теория утверждала, что допплеровские эффекты не имеют места в пространстве Гертеля, но если предположить обратное, то относительная скорость кораблей Гегемонии превышала в девятнадцать раз скорость "Арго" в максимальном режиме режиме работы генераторов Нернста. Тем временем шестнадцать волновых цугов дали на экране такую картину, что в ней не смог бы разобраться квалифицированный эксперт.
"Арго" удалось уже преодолеть половину пути по направлению к Земле. Где-то впереди проходила невидимая демаркационная линия, отделявшая сферу влияния Сердца Звездного Мира от остальной Галактики. Но никто из экипажа не питал иллюзий о возможности пересечь эту границу. Гегемония приготовилась захлопнуть клетку, развязка стремительно приближалась.
Каждый из кораблей вражеской флотилии находился в своем сгустке пространства Гертеля. К моменту захвата галактики решили объединиться и создали единое возмущение многомерного искривленного пространства-времени которое выдергивало их звездолеты из сгустков, словно проводя операцию по опустошению пластиковых контейнеров. В новом состоянии армада кораблей Гегемонии могла открыть огонь по звездолету землян, но судить об их истинных намерениях было трудно. Кольцо неотвратимо сжималось, по всем помещениям "Арго" прокатывались один за другим сигналы тревоги, но астронавты пребывали в роли пассивных наблюдателей; им оставалось только покорно ждать дальнейшего развития событий.
- Вот так и работает система, - задумчиво произнес профессор, словно нехотя отрывая взгляд от пульта управления. - Мы могли предотвратить такой печальный финал, если бы обладали даром предвидения...
- Каким образом, сэр? - удивился Тюфяк.
- Адаптируя двигатели к условиям промежуточного состояния Гертеля, спокойно произнес Лэнджер и, помолчав, добавил: - На этом принципе работал "Марк-1", на котором Гаррард летал в первую межзвездную экспедицию к Альфе Центавра. В этом случае в пространстве Гертеля наблюдается побочный эффект: тэта-время и тау-время периодически меняются местами, и детекторы малансов зафиксировали бы, что наш сгусток в многосвязном пространстве-времени представляет из себя пустой баллон. Но и догадайся галактики об истинном положении вещей, их контакт с нами был бы невозможен.
- Хорошо, а почему вы отказываете малансам в праве изменить конструкцию своих двигателей? - не унимался Тюфяк.
- Боюсь, - покачал головой Лэнджер, - что для них это дела давно минувших дней... В седой дали веков пользовались галактики такими кораблями, поэтому они просто не смогли бы интерпретировать наши действия, - профессор невесело усмехнулся. - К тому же, эта игра крайне опасна... Эффект, о котором мы говорим, обрекает людей на борту звездолета на неподвижность; они погружаются в опасное и нежелательное состояние "псевдосмерти". Вот почему мы после первой же экспедиции мы отказались от "Марка-1".
- Да-а, стыдно, что мы слышим об этом в первый раз, - протянул Тюфяк. - Что стоило разработать автоматический режим перехода к состоянию "Марка-1" и обратно по поступлении первого зондирующего импульса галактов и до исчезновении сигнала.
- Я записал на пленку рассказ о том, что с нами произошло, - перебил своего дублера Полномочный Посланник. - Настройте передатчик, Джерри, и попробуем выйти в эфир, хотя шансов практически никаких. На Земле получат наше сообщение через пару тысяч лет, но это единственное, что мы в силах предпринять.
За время их разговора "Арго" попал в центр сферы с радиусом в двадцать пять миль; корабли малансов окружили его со всех сторон. В груди у астронавтов все оборвалось. Пронзительно завыла сирена, на пульте управления тревожно замерцали красные лампочки...
- Перегрузка! - завопил Тюфяк что было мочи.
- Спокойно, Джерри, - устало откликнулся капитан. В его голосе звучала необычная покорность судьбе. - Попробуем изменить режим работы двигателей. Пусть лучше нас захватят на целом корабле, чем его искореженные останки рассеются вместе с нами во Вселенной...
При этих словах астронавты застыли на месте. Минута напряженного молчания, а затем за их спинами возникло ослепительно яркое свечение, заполнившее собою весь корабль и обратившее людей в бледно-серые силуэты.
- Галактики тянут нас в обычное трехмерное пространство, - выкрикнул Тюфяк, в отчаянии крутя головой по сторонам, словно ища поддержки.
И она пришла - в момент абсолютной безнадежности, когда никто ее уже не ждал... Из включенного передатчика зазвучал ровный, хорошо знакомый голос.
- Вы не ошиблись, враги и в самом деле сделали такую попытку, но не застали меня врасплох. А теперь галактов ждет самый большой сюрприз за их долгую воинственную историю.
От изумления астронавты потеряли дар речи. Опомнившись первым, профессор Лэнджер и выдавил из себя:
- Кто вы?
- Это же я, Гесперус... не узнаете меня, профессор? Неужели вы думали, что Звездные Странники бросят вашу экспедицию на произвол судьбы? Мне было дано поручение сопровождать вас; генератор Нернста приютил меня, и я прекрасно провел там время, лучшие дни моей богатой событиями жизни.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов