А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Движутся к нам.
- С чего ты взял?
- Только что сработала сигнальная пара. Это в двенадцатом квадрате, неподалеку от старого родника.
- Ты сам-то их видел?… Але, Финн! Ты видел их?
- Только в бинокль. Но точно могу сказать, что их двое. Одеты в гражданское, но не туристы и вообще не чайники. Очень уж резво шагают.
- Может, у них корзины имеются? Или удочки, к примеру?
- Ничего. Только легкие сумки и собака-ищейка. Идут точно по твоей тропе.
- Вооружены?
- Кажется, да, но толком не рассмотрел. На всякий случай, свяжитесь с патрулем на дороге. Там сейчас Сема Кулак. Пусть тоже посматривают в оба.
- Понял тебя, Финн. Кулака обязательно предупрежу.
- Так мне вас ждать?
- Само собой! Беру ребят и выдвигаюсь к тебе.
- Тогда вот еще что… Обувку этих бабенок надо бы прихватить. Или какие-нибудь тряпки…
- Обувку? - Лесник озадаченно потер лоб, но уже в следующую секунду взгляд его прояснился. - Ах, вон ты о чем! Молоток, Финн, соображаешь! Все сделаю, как надо…

***
Мох не просто довел ее до дома, но даже помог взобраться по ступеням. На крыльце и сам потоптался, старательно отряхивая сапоги. Мариночка его не приглашала, но он все-таки вошел.
- Это еще что за номер? - Маргарита чуть привстала на своем ложе. - Зачем ты его привела?
- скорее, это не я его, а он меня привел. Видишь ли, сразу за околицей мне стало плохо…
- Плохо?
- Точно. Похоже то, самое, о чем толковала Лиза.
- Хорошенькое дело! - Маргарита продолжала обеспокоено взирать на незваного гостя. Второй раз за день он являлся к ним в комнату, и ничего хорошего от этого визита она не ждала. Мариночка тоже чувствовала смущение, не зная, как объяснить компаньонке свое ухудшившееся состояние. Как ни странно, выручил ее сам Мох. Двигаясь как-то боком, он приблизился к печке, неловко присел на крайний табурет.
- Я вот чего… - хрипло произнес он. - Извиниться хотел. И за себя, и за Шнурка. Правда, хотел.
- Ну, то, что ты хотел, это мы видели.
- Да я совсем в другом смысле… - Мох окончательно смешался, и девушки с изумлением пронаблюдали, как заросшая физиономия гостя начала стремительно пунцеветь.
- Я ведь не насильник, правда! И сюда попал по недоразумению… - он глухо прокашлялся. - Я, девоньки, у себя городе - в Пышме, значит, - дворником работал. Самая по мне профессия. Мечтал родную улицу в конфетку превратить. Иной раз даже по ночам трудился. Думал, вот люди встанут, выглянут в окно и ахнут.
- И что? - Мариночка поневоле ощутила интерес к рассказу.
- Да ничего. Я прибирал, а люди ходили и гадили. Ты, значит, подметешь, в баки все скидываешь, а они ходят туда-сюда и снова мусорят. Кто бумажку кинет, а кто бутыль об асфальт хлопнет. В выходные возле стен нужду справляли. Туалетов-то у нас нетути, вот и приноровились людишки в наш двор забегать. Опять же собак прогуливали, а это все то же говно, извиняюсь за выражение. - Мох снова смешался, растерянно поглядел на свои огромные руки. - Вот и начал я потихоньку ненавидеть людей. Не всех, понятно, а тех, что гадили. Стал даже счет им вести и понял, что чистоту без крови никак поддержать невозможно.
- Ты… - глаза у Маргариты полезли на лоб. Взглянув на нее, Мох обрадовано кивнул.
- Ну, да, стал, значит, чистить город от смрадных людишек. Не сразу, конечно, - сначала собачек травить пытался, крысиный яд им в фарш подмешивал. Фарш они, понятно, съедали, а вот умирать не спешили. Плохой яд оказался. Вот и решил иначе действовать. В смысле, значит, душить… Начал с собаки, что любила гадить в песочнице. Только неудачно. Хозяйка меня увидела, вой подняла. Пришлось и ее кончить. Утро-то раннее было, никто ничего не заметил. А тела в мусорные баки запихал, сверху коробками забросал. И быстро так все получилось, сам удивился. - Мох шумно вздохнул. Рассказ давался ему непросто. - А еще через день алкаша местного придушил. Он в моем подъезде мочился и бутылки любил бить. Вот я его и кончил… А там пошло-поехало. Кого ломиком охаживал, кого шилом, а кого и просто руками. Хуже всего с бультерьером одним вышло. Не знал, что он так кусаться, может. Прежде чем сдохнуть, кость мне, падла, прокусил. Такой был верткий…
- Ну, и чего ты добился? Стало во дворе чище? - тихо поинтересовалась Маргарита.
Мох обреченно помотал головой.
- Разве что самую малость… Не успел я. Очень уж многих надо было мочить. А после меня самого вычислили.
- Милиция?
Мох кивнул.
-Они… Пришли в дом, предъявили ордер и начали шарить. Это бы ничего, но они вещи стали разбрасывать, в обуви грязной по ковру бегать, вот я и психанул. Двоим ребра поломал, понятых в дверь вытолкал… Ну, а как сообразил, что дальше будет, собрал манатки и в лес подался. Так вот и попал сюда.
Некоторое время они сидели молча. Девушки, как и сам рассказчик, пытались усвоить услышанное, Мох же тискал в пальцах грязную кепку и тупо глядел в пол.
- А Мохом тебя почему назвали?
Вопрос был легкий, и гость оживился.
- Это уже здесь прозвали. Как увидели мою заросшую рожу, так и приклеили погоняло.
- Ну, а нам ты зачем это все рассказал?
Лоб гостя пошел глубокими морщинами. Он явно не знал, что ответить.
- Так это… Типа извиниться. Я ведь душегуб, но не насильник.
- А есть разница?
- Конечно, есть! - Мох даже удивился. - Насильники - они все уроды, их мочить надо, а мое душегубство от жизни тяжелой, от безысходности. Вот я и решил вам все объяснить. Чтобы, значит, камня за пазухой не держали. На меня и Горбунья зла не держит. Мы с ней часто беседуем.
В словах Моха прозвучали горделивые нотки.
- И ты ее слушаешь?
- Как же ее не слушать! Она ведь графского звания. Считай - из голубых кровей. Опять же колдовством владеет.
Вскинув голову, Мариночка в упор взглянула на подругу.
- А ведь это она ему приказала прийти сюда.
Мох испуганно замотал головой.
- Я сам! Сам решил… Типа покаяться…
- Покаяться? Да ты слова-то такого не знаешь! - убежденно произнесла Мариночка, снова обернулась к подруге. - Это ее текст, точно тебе говорю!…
Их прервал стук в дверь. Мгновением позже в помещение влетел кривоногий мужичок. Был он невысок, но довольно крепок. Широкие скулы делали его похожим на китайца, а массивная, выпирающая из ворота шея напоминала ствол крепенького дуба. Кличка у гостя была Убогий, хотя на убогого он совсем не походил. Напротив - отличался суетливой подвижностью, устойчиво стоял на ногах. Конечно, с Мохом ему трудно было тягаться по силе, но Убогий легко и просто влезал на любое самое высокое дерево, был неутомим в ходьбе и с удовольствием вскапывал для Горбуньи огороды. Когда-то, по его словам, он даже выступал на первенстве области по дзюдо, но этому не слишком верили. Умом лесной брат не блистал, а манерами вызывал приступы брезгливости даже у местных, ко всему привычных бродяг. Собственно, за это и получил он свое неприятное погоняло.
- Чего расселся-то? Ноги в руки и бегом к Леснику!
- А что стряслось?
- Значит, стряслось!… - Убогий хмуро покосился в сторону девушек. - Сигналка сработала, вот чего!
- Откуда известно?
- Оттуда!… - Убогий сморкнулся через одну ноздрю, тут же растер сапогом. - Финн только что сообщил. По рации. Короче чужаки в лесу объявились. Двое. Вот Лесник и собирает братву…
Про Финна Убогий помянул с явной неохотой. В лагере знали, что с этим парнем он в давних контрах. Когда-то Финн наотрез отказался жить с ним в одной избе, мотивируя это тем, что от Убогого несет, как от козла. В чем-то он был прав: все квартиры Убогого пахли одинаково - табаком, мочой и алкогольным запустением. Эту дурную смесь он умудрился принести и сюда, и никакие лесные фитонциды не могли вытравить из него ядовитых ароматов. Впрочем, за обиду Убогий попытался Финна примерно наказать, но не помогли ему ни крученые мышцы, ни навыки дзюдо. Резкий и порывистый Финн хлесткими ударами трижды укладывал его на землю, и всякий раз Убогий поднимался лишь с помощью товарищей. Наверное, лег бы и в четвертый раз, но дурака пожалел Лесник. Именно он скомандовал им тогда «брэк», разогнав по «углам».
- Вон, значит, как… - Мох тряхнул головой. Сказанного хватило, чтобы наваждение прошло. С лицом, вернувшим осмысленность, он бодро поднялся на ноги. Уже у порога оглянулся на подруг, открыл было рот, но так ничего и не произнес.
- Дела-а! - протянула Маргарита. - Еще и чужаки какие-то объявились. Может, это наши?
- Что-то рановато. Хотя чем черт не шутит…
- А что насчет Горбуньи? - Марго заговорила чуть тише. - Ты всерьез считаешь, что она играет с нами в какую-то игру?
- Вполне возможно. - Мариночка нервно прошлась по комнате, встав возле окна, проводила глазами уходящих мужчин. - Моха-то она к нам послала. Могу даже спорить, что и все его покаяние - ее рук дело.
- Но зачем ей это нужно?
- Откуда же мне знать? Может, ей так общаться с нами легче. И легче, и безопаснее.
- Безопаснее?
- Ну да, ты же видишь, как они тут живут. Точно псы цепные. Вот и получается, что если она сама с нами поговорит, это одно, а если передаст что-то бывший дворник - совсем другое. Всегда можно сослаться на чужие фантазии, понимаешь?
- Честно говоря, не очень.
- Да и я тоже. - Мариночка рухнула на табурет, устало свесила руки между колен. - Только вот что я тебе скажу, подруженька. Я ведь не только в институте училась, еще и начальницей пару лет успела поработать, - так что знаю, как любят интриговать в маленьких коллективах. Иной раз на такие ухищрения пускаются - волосы дыбом становятся. Так что и в эту игру Горбуньи я готова поверить. Если она владеет гипнозом, ей это ничего не стоит.
- А владеет ли?
Вздрогнув, Мариночка припомнила недавний свой обморок. Организм отозвался на воспоминание зябкой дрожью. Кажется, все слагаемые вставали на свои законные места. Потихоньку и полегоньку девушки постигали окруживший их волчий мир, его законы и его характерные особенности. Постигали, поскольку иного выхода у них не было.
- Владеет, подруженька, - тихо произнесла Мариночка, - еще как владеет! Уж в этом можешь не сомневаться…

Часть 2 ОКТАГОН
Глава 1
Деньги Татьяна зарабатывала исключительно телом. На то имелись свои причины. В детстве она была дурнушкой - этаким гадким утенком, но подросла и разительно переменилась. Откуда что взялось! - стройные ножки танцовщицы, впечатляющая грудь, симпатичная мордашка! И тут же неожиданно выяснилось, что для жизни этого вполне достаточно. Татьяна не заканчивала мудреных институтов, не посещала языковых курсов, никогда не обучалась игре на скрипке или фортепиано. Зато легко и просто она освоила искусство обольстительно улыбаться, «пожирать» глазами неосторожных мужчин и довольно пластично передвигаться по сцене. Танцем ее кружение назвать было сложно, но гибкие телодвижения Танечки завораживали мужчин, не позволяли им отводить от нее взгляда. А потому программа у нее была совсем несложная. Она просто крутилась вокруг шеста, мало-помалу освобождая себя от одежды, опасно перегибалась в талии и время от времени принимала умопомрачительные позы. Есть магия голоса, а есть магия глаз, - Танечка для себя открыла магию тела. И неудивительно, что в ее трусики без конца совали завернутые в стодолларовые купюры визитки и записочки. Ну, а после, когда она возвращалась с помоста, ей оставалась самая малость - перечесть все внимательнейшим образом и, отделив «зерна от плевел», согласиться на свидание с одними и вежливо отказать другим. Заработанные таким образом деньги она тратить не спешила, предоставляя это право своим кавалерам, и постепенно на ее банковском счете скопилась вполне приличная сумма. Если же порой и приходилось на что-то тратиться, то свои накопления она пускала прямиком в «дело», вкладывая их не в золото, не в акции компаний, а в собственную внешность. Танечка превосходно понимала, что именно являлось ее главным богатством, и потому без особого смущения рассматривала себя, как наживку, которую раз за разом следовало забрасывать в океан жизни. Обычно клевала мелочевка, но подобно большинству своих подружек Татьяна твердо верила, что когда-нибудь повезет и ей. Надо было лишь набраться терпения и научиться ждать, а уж тогда рано или поздно ей удастся поймать если не розового принца, то белую акулу. К слову сказать, второй вариант устраивал ее даже в большей степени, поскольку хорошо известно, что именно акулы обгладывали этот мир со всех сторон, позволяя своему ближайшему окружению питаться остатками роскошной трапезы.
В конце концов, то, чего она желала, произошло. Чудо случилось, и Танечка не выразила никакого удивления, когда однажды на нее вышел со своим предложением загадочный Доктор - именно так представился ей полковник. Собственно говоря, он только подтвердил правоту ее стратегии, попросив играть роль все той же приманки, завлекая к нему в логово тех или иных клиентов. Она даже не пыталась артачиться, сразу положив на Доктора глаз, решив про себя, что именно этот мужчина является ее вожделенной целью. То есть сам полковник полагал, что девушка работает на него ради денег, но в реалиях цель Танечки была совершенно иной.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов