А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Когда я здесь загораю, я должна быть одна. И ты это знаешь. Он не хочет, чтобы ты на меня смотрел. И, если честно, я тоже.
– Я никому ничего не делаю, – сказал он.
– Я здесь не для твой радости. Я – девушка Сида, а не твоя. Так что давай, катись отсюда.
– Мне казалось, что ты неплохо ко мне относишься.
Она сердито надула губки:
– Слушай, иди отсюда, пока он тебя не застукал.
– Он не застукает. Он качков смотрит по телику.
– Мне плевать. Убирайся.
– Это ты должна убираться. Почему ты с ним живешь, если он постоянно тебя избивает?
– Он не постоянно меня избивает. И вообще, это не твоего ума дело.
– Если бы ты была моей девушкой, я бы тебя никогда не бил.
– Но я не твоя девушка, Тоби. Так что...
– Я бы с тобой обращался очень хорошо.
– Конечно. Только я никогда не была бы твоей девушкой, Тоби.
– Почему нет? – спросил он.
У него внутри все сжалось, потому что он уже знал ответ, еще до того, как она сказала:
– Посмотри на себя в зеркало.
– Очень приятно. – Он был раздавлен ее ответом.
– Ну, так ты собираешься уходить?
– Да. Разумеется. Прости, что я тебя побеспокоил.
Дона молча опустила голову на подстилку и закрыла глаза.
– Пока, – сказал Тоби.
Она не ответила.
Утром Тоби оставил пистолет Шерри в фургоне, чтобы не вносить его в дом. А сам фургон он бросил на стоянке в нескольких кварталах отсюда.
Ему не хотелось туда тащиться.
Кроме того, ему не хотелось, чтобы соседи услышали выстрелы.
Поэтому он вошел в дом, взял связку ключей, быстро вышел на улицу и открыл гараж. Нашарил рукой выключатель. Над головой зажужжала флуоресцентная лампа, зажегся свет.
Машин в гараже не было.
В день, когда хоронили родителей, Сид отогнал «мерседес» и «мустанг» на зады гаража, а сам гараж переделал в гимнастический зал с новейшими тренажерами и зеркальными стенами.
Но верстак он оставил на месте.
Порой ему нравилось поработать над чем-нибудь, кроме собственной мускулатуры.
И он очень гордился своим набором инструментов.
По пути к верстаку Тоби взглянул на себя в зеркало.
Зрелище было просто омерзительное.
Я – мешок с салом хренов, все правильно. Неудивительно, что все меня ненавидят.
На верстаке стояла новая Сидова дрель, Black&Decker последней модели на двенадцативольтовой батарее. Из патрона торчала маленькая пузатая отвертка.
Тоби повернул патрон и вытащил отвертку.
А на ее место вставил сверло диаметром примерно в полдюйма и длиной дюйма в четыре. Туго закрутил патрон. Покачал сверло. Оно держалось прочно. Он улыбнулся.
Положил дрель на верстак.
Дрожащими руками стянул с себя всю одежду.
На крючке над верстаком висел перочинный нож. Тоби снял его, вытащил ногтем стальное лезвие – острое как бритва – длиной в дюйм и положил нож на верстак рядом с дрелью.
В шкафу Тоби нашел садовые перчатки. В основном это были старые мамины перчатки, которые были слишком малы для Тоби. Но он обнаружил и несколько пар побольше. Обычно их надевал отец, когда шел копать ямки для кустов, и Тоби их тоже несколько раз надевал, когда отец заставлял его хоронить животных.
Ты убил их, больной придурок, ты и хорони.
Больной придурок, подумал Тоби. Классное прозвище для родного сына.
– А теперь угадайте, кто будет смеяться последним, – сказал он вслух, надевая на руки большие матерчатые перчатки.
Потом взял в руки нож и дрель.
Он был абсолютно голый, не считая перчаток.
На обратном пути он еще раз взглянул на себя в зеркало.
– Больной придурок за работой, – сказал он своему отражению.
Он улыбался, но его губы дрожали. Казалось, он весь дрожит, хотя в зеркалах этого не было видно. В зеркалах он выглядел спокойным и нисколечки не встревоженным.
– Это просто безумие, – сказал он и хихикнул.
Тоби открыл дверь в дом и сразу услышал музыку и голоса из телевизора. Он пошел прямиком в комнату Сида. Его ноги дрожали. Прежде чем переступить через порог, он спрятал руки за спину.
Сид так и сидел, развалившись в кресле. В своих пятнистых плавках под леопарда, с «Кровавой Мэри» в руке. Он оторвал взгляд от экрана, обернулся к Тоби и с удивлением вытаращился на него.
– Ты что, с дуба рухнул? – спросил он резко.
– Да нет. Просто подумал, что ты, может быть, у меня отсосешь, – сказал Тоби.
– ЧТО?!
– Давай, возьми его, крошка.
– Да я тебя просто убью, уродец ты жирный! - заорал Сид.
Он грохнул стаканом о столик, вскочил на ноги и бросился к Тоби.
Тоби спокойно его поджидал.
Он заметил, что в глазах брата мелькнуло сомнение.
Наверное, странно ему, что я стою и вроде бы не боюсь. А может, пытается угадать, что у меня за спиной.
Но сомнение – если оно и было – длились всего лишь секунду, а потом злобная ярость вновь захватила Сида целиком. Ярость и непрошибаемая самоуверенность. Потому что, в конце концов, что этот маленький жирный гаденыш сделает против него, воплощения силы и ловкости?!
Сид зарычал и протянул к Тоби обе руки, готовясь его схватить.
Тоби вытащил из-за спины дрель и нажал на выключатель. Дрель пронзительно завизжала. Тоби поднял ее повыше и вонзил четырехдюймовое сверло Сиду в глаз.
Сид взвыл, точно раненый зверь, врезался в Тоби и сбил его с ног.
Тоби рухнул на пол, Сид упал на него.
Сверло так и осталось у Сида в глазу.
Тоби надавил пальцем на выключатель.
Пронзенный глаз дрожал, как желе, и брызгался буквально в дюйме от лица Тоби. Дрель продолжала визжать.
Сид бился с такой зверской яростью, что Тоби больше уже не мог удерживать дрель неподвижно. Она дергалась из стороны в сторону, раззенковывая глазное гнездо. Через секунду от глаза уже ничего не осталось. Кровь хлестала из раскромсанной дырки, заливая и дрель, и лицо и руки Тоби.
Выключатель стал скользким от крови. Палец Тоби все-таки соскочил. Дрель затихла.
Сид тихонько скулил и дрожал.
Тоби медленно вытащил сверло из залитой кровью глазницы.
– Ну, как тебе яблочки? – спросил Тоби.
Сид молчал.
– Я задал тебе вопрос, – сказал Тоби.
Сид ничего не говорил, только дергался и выл.
– Что такое? У тебя бананы в ушах?
Так и не дождавшись ответа, Тоби воткнул четырехдюймовое сверло в левый глаз Сида и нажал на выключатель. Инструмент заработал, Тоби медленно надавил на сверло.
Сид забился и заорал.
Глава 41
Шерри опять, села в кресло, чтобы Питу было удобнее смазывать ей голову перекисью водорода.
– Что тут с тобой делали? – спросил он.
– Дубиной били.
– Нормально.
– Я думала, он меня пристрелит... но все-таки не пристрелил. Почему-то.
Пит отодвинулся, уступая место Джефу, который подошел, чтобы смазать ей рану неоспорином.
Шерри дернулась, когда он провел пальцем с мазью по ране.
– Осторожнее, – сказал Пит.
– Все в порядке, – сказала Шерри. Пит сел перед ней на корточки, намочил еще один ватный шарик в перекиси и протянул руку к ее лицу.
– Я встану, – сказала она, – так будет удобнее.
– Да, наверное. – Пит отступил назад.
Шерри взялась руками за подлокотники кресла. Она медленно оттолкнулась, вздрогнула и поморщилась. Потом отпустила кресло и сделала несколько шагов вперед, прихрамывая, как старуха.
– Легче сказать, чем сделать, – сказала она, выпрямляясь.
– Все нормально? – спросил Пит.
– Нормально. Давай, я готова.
– Я тоже, – сказал Джеф, который стоял рядом с баночкой неоспорина в руках.
Так нечестно, подумал Пит.
– Слушай, Джеф, – сказал он. – Может, сначала мы вместе ее обработаем перекисью?
– Давай ты будешь перекисью, а я – за тобой с этой кашицей. Как конвейер.
Вот сволочь.
Ладно, не стоит заострять на этом внимание, подумал он. Шерри может догадаться, почему я хочу мазать ее этой мазью.
– Ладно, уговорил.
– Ты первый, я – за тобой.
Блин!
– Хорошо, – повторил он. – Давай так.
Он подошел к Шерри и принялся обрабатывать ссадины у нее на лице, макая ватные шарики в перекись. Потом он смазал ей шею и плечи, потом – верх спины. Когда он заканчивал с определенным участком, Джеф его смазывал мазью.
Трогая ее всю.
Пит старался не обижаться.
Джеф здесь вообще посторонний. Если бы он не приперся сегодня утром, она могла бы достаться мне одному.
Да, конечно. Только вся штука в том, что он-то ее и нашел. Если бы он не пришел – и не завел бы всю эту возню с моей книгой, – я бы вообще никогда не узнал, что она лежит там, за домом. И еще неизвестно, что бы с ней тогда сталось. Она могла там умереть.
Пит вдруг обнаружил, что он пригнулся и пристально смотрит на левую грудь Шерри. Помимо синяков, на ней было много кровавых царапин.
– А как... э... здесь? – спросил Пит.
Она посмотрела вниз.
– Давай.
– Точно?
– Ага. Давай.
Джеф кашлянул и сказал:
– Если туда попадет инфекция, это будет погано.
Пит покосился на него.
– Хочешь, я сделаю? – спросил Джеф.
Пит промолчал, опустил голову и капнул перекисью водорода на новый ватный шарик. Смазал царапины на груди Жидкость шипела и пенилась, соприкасаясь с ранами. Пит протер сосок, чувствуя его напряженную твердость через мягкий комочек ваты.
Потом он присел пониже и осмотрел глубокий кривой порез под грудью. Кровь из него не текла, но на вид он был глубже всех остальных ран.
– Парень работал бритвой? – спросил он.
– Ножом.
Джеф присел рядом, взглянул на рану и покачал головой:
– Ну и ну.
– Но он не очень глубокий, – заметил Пит.
– Он просто хотел... привлечь мое внимание.
– Придурок гребаный, – пробормотал Джеф.
Пит осторожно провел по порезу ватным шариком, потом сдвинулся в сторону и принялся обрабатывать другую грудь Шерри.
– Кто это сделал? – спросил он.
– Один парень.
– Мы догадались, – сказал Джеф.
– Твой знакомый? – спросил Пит.
– Типа того.
Пит покосился на Джефа, который трогал ее сосок кончиком пальца, намазанным жирной мазью.
Боже!
– Попадись он мне, я его просто убью, – сказал Джеф.
– И я тоже, – сказал Пит.
– И я, – сказала Шерри.
– Порвем ему задницу, – сказал Джеф.
Закончив с грудью, Пит перешел на живот и бока.
– Ты знаешь, как его зовут? – спросил Джеф.
Пит присел на корточки и заглянул Шерри между ног. Там было несколько кровавых ссадин.
Нужно ли спрашивать разрешение?
Ты же знаешь, что она скажет, сказал он себе.
Просто делай, что должен.
Он капнул перекисью на новый шарик, вытянул руку и осторожно смазал рану. Шерри дернулась.
– Извини, – сказал он. – У тебя там какие-то порезы.
– Да... он кусал меня.
– Здесь?!
– Ага.
Пит застонал.
– Ну и дела, – пробормотал Джеф.
– Продолжай, – сказала Шерри.
Пит провел влажным шариком по мягким краям раны и подумал: О Господи. Мне даже не верится, что я действительно это делаю. И она мне разрешает.
Закончив с ранами там, он занялся правым бедром.
Джеф занял его место.
Пит украдкой наблюдал за ним.
Шерри поежилась и сказала:
– Я не помню... как его зовут. Не помню.
– Кто бы он ни был, я его убью.
Шерри слегка наклонилась вперед и потрепала Джефа по голове.
– Спасибо, – сказала она. – Но я... сама разберусь.
Глава 42
Тоби долго стоял под душем, пока не смыл с себя всю кровь. Потом он выключил воду и вылез из ванной. Он не стал вытираться. Вода струилась по его распаренному телу.
Он подошел к столику, хмуро взглянул на дрель – всю в крови, – потом перевел взгляд на нож.
Нож был еще вполне чистым.
Он взял его и прошелся по дому. Проходя мимо спальни он глянул на Сида, лежащего на полу. Под его головой расплылась омерзительная лужа. Что мне с ним делать?
– Начинать надо с самого главного, – пробормотал он. Прошел в гостиную, раздвинул стеклянные двери и вышел на улицу.
Дона так и лежала на животе на шезлонге у бассейна. Она подложила руки под голову. Лицо по-прежнему было повернуто влево, в сторону Тоби.
Он подумал, что она, наверное, спит. Если бы она не спала, она бы сейчас уже орала. Да. Точно спит.
Пряча нож за спиной, он медленно пошел к ней. Ее левый глаз был закрыт.
Они оба закрыты, а то бы здесь уже было ТАКОЕ. Ее лифчик по-прежнему был развязан. И теперь, когда ее руки лежали у нее под головой, Тоби мог рассмотреть ее голые бока вплоть до самых зеленых трусиков. Ему была хороша видна ее левая грудь.
Он присел рядышком, чтобы рассмотреть получше. Ее гладкая, загорелая кожа блестела от масла и пота. Дона дышала ровно и глубоко. Тоби решил, что она спит. Он потянулся ножом к ее бедру, осторожно просунул кончик лезвия под пояс трусиков и тихонько поднял его. Нож был острым как бритва, и ткань сразу же разошлась.
Теперь весь бок был голый.
Дона спала.
Тоби встал, обошел шезлонг, присел и разрезал пояс с другой стороны.
Снова встал. Зажал нож в зубах, наклонился и осторожно убрал трусики, обнажив ягодицы. Она даже не шелохнулась.
Затем сделал шаг назад и глубоко вздохнул.
Просто фантастика, подумал он.
Сердце бешено колотилось в груди. Во рту пересохло. Твердый пенис болел.
Что дальше?
Он подошел к ней слева. Присел и зажал нож в зубах. Дона вроде бы не проснулась.
Он взял свисавшую до самого пола веревочку лифчика и осторожно привязал ее к алюминиевой трубке шезлонга.
Потом взялся за раму двумя руками.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов