А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Лотар потер глаза, в них попал клуб дыма, и они заныли такой с детства знакомой болью, что едва ли не смеяться хотелось. Ходя это был бы грустный смех.
- Да он и не боец, Рубос. Он всего лишь маяк. Хорошо оснащенный, явно подпитываемый из мощного источника живой маяк, посылающий сигнал, что необходим его единственному господину - той сущности, которую назвал Сухмет. Он показывает солдатам типа Торсингая, Сун Ло и Рампаширосома, куда идти, и с кем биться.
Рубос приподнялся на локте.
- А разве маяком служит не это? - Он указал на скалу.
Лотар посмотрел на небо. Так хорошо было думать, глядя на звезды.
- Не думаю. Жалын вполне может быть источником сигнала, то есть маяком. Учти, не линзой вроде тех грубых подделок под Дракона Времени, которые мы обнаружили в пещере Заморы и в доме КамЛута, а источником. У него хватит для этого и выучки, и магических ресурсов. А помещать сигнал куда-то еще, в тех мирах, где невелика ценность слуги перед господином, в данном случае самого Жалына перед Нахабом... просто рискованно и неэкономично. Это лишает поддержки со стороны господина, понижает заслуги перед господином, и, в конце концов, у господина появляется мысль, что можно обойтись и без него.
- Ага, значит, это страховка?
- Пожалуй, можно сказать и так. Все-таки в любой игре, где ставки довольно высоки, а сама игра, несмотря ни на что, может пойти неизвестно как, следует думать о страховке. Тем более, как ты сам заметил, он - не воин.
- Значит, чтобы справиться с ситуацией, господин мой, нам нужно избавиться от Жалына?
Голос Сухмета говорил, что он стал прежним - обычным, мягким, безотказным другом, но все равно таинственным восточником.
- Если он будет настолько нерасторопен, что предоставит нам такую возможность, - улыбнулся Лотар. - Пока все складывается наоборот.
- Приятно сознавать, что мы наконец знаем, что нужно делать, проговорил Рубос.
Лотар подтвердил это так серьезно, что мирамцу даже стало не по себе от своего зубоскальства:
- Да, очень приятно, Рубос. Все-таки я здорово рисковал, оставаясь тут, на Шонморе. А если бы я ошибся, и мои предположения заставили нас только время потерять? И мы бы ничего не выяснили?!
- Ну, ты в таких предположениях никогда не ошибаешься, - произнес Рубос примирительно.
- Еще как ошибаюсь. Только, к счастью, не на этот раз. - Лотар помолчал и решил, что он слишком уж накинулся на Рубоса. - Ну, в общем, все оказалось правильно. Да и Жалын, кажется, считал, что может с нами расправиться, не подставляясь в открытом бою. То есть я ждал, что он проявит себя и попытается напасть.
- На это ты тоже рассчитывал? - спросил Сухмет.
Лотар улыбнулся:
- Сейчас, когда дела наши так блестящи, мне, естественно, хочется ответить - да!
Посмеялись, посерьезнели.
От посоха Гурама отделился еще один шар сгущенного воздуха, или что там это было, и ушел в темноту накрывать янтарную скалу плавающим покровом.
Рубос вдруг сказал:
- А все-таки, что-то зависит от этой скалы? Я не большой знаток магических хитростей, но мне кажется, что без нее Жалын - бумажный змей, который сгорит от первой же искры. Независимо от того - есть в нем источник сигнала или нет. - Он разгорячился. - Поймите, мы же взяли в залог его важнейший инструмент, почему не попробовать просто-напросто уничтожить его?
- Можно, завтра? - попросил Сухмет. - Сегодня я подустал, давно не спал, почти два дня подряд.
Лотар хмыкнул. Рубос обиделся:
- Вот вам бы только зубоскалить, а дело-то серьезное. За все нужно браться, все пробовать.
- Да он и пробует, Рубос, - примирительно ответил Лотар. - Ты просто не замечаешь. Он все время только к этой скале и присматривается. Да и существо он такое - его хлебом не корми, дай поэкспериментировать с чем-нибудь новым. Даже если бы от этого и не зависела судьба Западного континента, он бы набросился на скалу со своими пробами, как голодный тигр на свежее мясо.
- Да? Я и впрямь не заметил... Сухмет, и что ты можешь о ней сказать?
- О скале? - сонно переспросил восточник. - Пока немногое. Это, кажется, спрессованное время, уложенное с немыслимой плотностью каким-то энергетическим конденсатором неизвестного мне устройства. Сейчас это целое море времени, оно подтаивает, как кусок льда на солнце, и с избытком питает энергией все магические построения Жалына. Но он каким-то образом сумел замкнуть его на себе полностью, привязать только к себе. То есть его силу никто другой перехватить не может. Если прикончить его, эта штука уйдет из нашего мира навсегда.
- Я жалеть не буду, - буркнул Рубос. - А почему в ней Санс утонул?
- Время - идеальный разрушитель. Собственно говоря, лучше оружия во Вселенной не существует.
- Ну, если не считать некоторых из моих друзей, - ответил мирамец.
- Что ты хочешь этим сказать? - удивился Сухмет.
- Ничего особенного. Кроме того, что появилась первая по-настоящему хорошая новость с тех пор, как мы принялись за это дело.
- Поясни, пожалуйста.
Мирамец победоносно улыбнулся в свете догорающих веток:
- Если вы с Лотаром столько знаете о противнике, сколько ты рассказал, считай, победа нам обеспечена - разве это не хорошая новость?
Глава 38
Проснувшись поутру, они сходили на реку. Почему-то это было очень важно для Сухмета. Потом погрызли какие-то корешки, которые Рубос выкопал на ближайшем поле, и принялись за дело.
Собственно, за дело принялся Сухмет. Он прочитал с десяток защитных заклинаний, которые очень смахивали на просительные молитвы. В них было столько тревоги, что Лотар так и не смог сосредоточиться на тренировке, которую собирался устроить для себя и Рубоса.
Так всерьез ни за что и не взявшись, они сели на корягу смотреть, что делает восточник. Наверное, Рубосу было скучновато: он ерзал, вздыхал, попытался пару раз завести разговор, но Лотару, который, не отрываясь, следил за манипуляциями Сухмета, было не до того.
Сухмет же творил чудеса. Сначала он снял ауру янтарной скалы. Правда, она так быстро восстанавливалась, что ему пришлось выбить в этой ауре довольно внушительную шахту и по ее периметру поставить оборонительный пояс, чтобы она не затягивалась. Это было очень важно для того, чтобы можно было работать с янтарным океаном без наводок, абсолютно чисто и непредвзято.
Потом он попробовал проникнуть в толщу янтарных слоев, но быстро отказался от этой затеи, потому что оттуда исходил только солнечный свет но не тот, к которому они все привыкли, а какой-то чересчур резкий, голубой, очень раздражающий. Словно солнце светило в какие-то другие, незнакомые, немыслимо отдаленные от них времена. Чтобы с ним работать, Сухмет даже нарастил на роговицу глаз белесую пленку, что привело Рубоса в немалое замешательство. Лотар подумал, уж не послать ли мирамца, например, еще корешков насобирать?
С этим светом почти ничего не выходило. Единственное, чего Сухмет добился, так это подтверждения, что этот скромный на вид, не очень громоздкий валун Жалын собирал чрезвычайно долго, может быть, миллионы лет. Но и власть его над временем благодаря этому инструменту стала практически неограниченной.
Около полудня Лотар решил, что на сегодня Сухмет уже выдохся, но восточник вдруг резко сменил стиль своих экспериментов и теперь работал с той энергией, которой пользовался, вероятно, и Жалын. Это было очень эффектно: сначала Сухмет резко помолодел снаружи и изнутри - стал выше ростом, прямее и гораздо энергичнее. Потом, наоборот, стал сам на себя не похож - другое лицо и повадки.
А напоследок, после очень странного полутанца-полувызова этой энергии, вдруг исчез. Лотар тут же перешел на магическое видение и различил контур старого друга, нарисованный в воздухе каким-то маревом. Но для Рубоса и волшебника среднего класса он попросту испарился на месте.
Считывая его состояние прямо из сознания, Лотар понял, что Сухмет ориентировался по тем предметам, которые находились тут достаточно давно, самой янтарной скале или коряге. Но не улавливал меняющиеся проявления этого мира, например Лотара или Рубоса.
Когда он вынырнул, то, задыхаясь, словно выскочил из воды, произнес:
- Господин мой, тебе нужно это тоже попробовать.
- Что именно?
- Это ныряние в какой-то подвременной слой, где ты видишь окружающее и в то же время остаешься недосягаемым для него. Да и сам себя не очень-то видишь.
- Как это? -спросил Рубос.
- Ну, каким-то образом не совпадаешь с существующим миром. И это гораздо эффективнее, чем, например, магия невидимости, которой мы пользовались для "Летящего Облака". Она-то частенько не действует. Например, в сильный дождь...
- Разве? - удивился Рубос.
- Да, в дождь капли обозначают тебя не хуже, чем цветные флажки. Хотя, конечно, нужно уметь и это видеть.
- Понятно,
- А что с этим твоим подвременным слоем? - спросил Лотар.
- Представь, ты находишься в одном и том же пространстве, например, у этого камня или в комнате, но через разные промежутки времени. Скажем, час спустя. Но каким-то образом через этот вот микропереход в подвременном слое можешь этот час преодолеть. Получается что-то странное, предметы, которые час назад были на одном и том же месте, для тебя видимы, и даже можно на них оказывать влияние, например, сдвинуть их подвременные тени, хотя это проявится через час, но в то же время...
- Стоп! - заорал Рубос. - Ты хочешь сказать, что я могу нырнуть в это твое проницаемое время, подойти к часовому, зарезать его, а через час из нанесенной мной раны у него ударит фонтан крови, и он умрет? А я буду все это время совершенно недосягаем для его оружия?
Лотар посмотрел на Сухмета с ожиданием, а на Рубоса - с уважением. Он и сам не мог бы лучше задать тот же вопрос.
- Ну, - от напряжения Сухмет даже прищурился, - все немного сложнее. Кровь пойдет сразу, и рана сразу появится, и ты тоже будешь в пределах досягаемости, если часовой тебя поймает. Так что, конечно, вариантов гораздо больше, но в общем - да, ситуация примерно такова. Хотя и то, что ты описал, наверное, возможно. Просто я еще не думал о таком образе действия, хотя они очень похожи на методы отложенной смерти... Господин мой, - он снова обратился к Лотару, - тебе нужно нырнуть туда, чтобы понять, что я имел в виду.
Тишина, которая повисла над тремя друзьями, была содержательной и напряженной, как будто кто-то падал с большой высоты.
- Так они и застрелили Боста, из этого самого подвременья, предположил Лотар.
Сухмет кивнул, соглашаясь. А Рубос произнес:
- А мне это, напоминает еще одну странную историю. Восемнадцать лет назад, когда мы разговаривали с Кнебергишем, врачом мирамского князя, он рассказал, как к нему в лабораторию ввалились люди, которые пытались его убить или похитить. И они были абсолютно невидимы. Им не удалось расправиться с лекарем, потому что они плохо ориентировались в том виде, в каком у него там оказались... Не были ли они в состоянии этого подвременного ныряния?
- Я помню эту историю. Возможно, ты прав, - быстро ответил Сухмет, который ничего не забывал, тем более за такой микроскопический отрезок, как восемнадцать лет.
- Тогда я не очень поверил Кнебергишу, а теперь выясняется, что он говорил правду, - пробормотал Рубос.
Лотар посмотрел на восточника:
- Мы можем это использовать?
- Как именно?
- Для боя, разумеется. Нас же, как ты, может быть, еще помнишь, кормит меч, - Лотар усмехнулся.
Сухмет нахмурился. Он думал.
- Мы можем этим открытием пользоваться. Но придется очень много тренироваться - не меньше, чем для нормального владения этим самым мечом, господин. А может, даже больше.
Лотар кивнул:
- Я не против.
- Вот и отлично. Мы попробуем это позже. Сейчас я хотел еще проникнуть в природу того купола, который образуют над скалой пузыри, выходящие из посоха. Кажется, это очень вредно для тех правил, по которым он работает и по которым создавался.
- А вот мне кажется... - заговорил Рубос, но тут произошло несколько вещей одновременно.
От посоха Гурама снова отделился большой шар сгущенного воздуха и поплыл к вершине янтарной скалы. Откуда-то очень издалека зазвенели колокола опасности. И на песчаном склоне, по которому они катались вчера весь день, появилось большое облако, а потом, почти сразу за ним, еще одно. К ним кто-то очень хотел присоединиться.
Лотар выхватил Гвинед и Акиф, потому что такого тембра своих колокольчиков не слышал ни разу в жизни. Он знал, что сейчас предстоит бой не на жизнь, а на смерть. И почему-то все мыслимые шансы сложились так, что работали против него. Он не стал на этом останавливаться, потому что задумываться сейчас было смертельно опасно, но это знание выстроилось перед ним с такой очевидностью, словно у него появилось еще одно качество возможность предвидеть собственные похороны.
Когда песчаное облако улеглось, из него вышли двое. Лотар сначала не поверил своим глазам, но чем дольше он всматривался, тем тяжелее ему становилось дышать, тем больше хотелось пить. Он понял, что впервые за очень много лет боится, просто боится, как нормальный человек, как боялся тогда, когда был учеником наемника в отряде Рубоса.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов