А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Баркер Клайв

Жизнь смерти


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Жизнь смерти автора, которого зовут Баркер Клайв. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Жизнь смерти в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Баркер Клайв - Жизнь смерти онлайн, причем полностью без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Жизнь смерти = 31.5 KB

Жизнь смерти - Баркер Клайв => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



Баркер Клайв
Жизнь смерти
Клайв БАРКЕР
ЖИЗНЬ СМЕРТИ
Сидя в приемной клиники, Элейн жадно читала свежую газету. Зверь, которого считали пантерой, и который два месяца терроризировал окрестности Эппинг-Фореста, был застрелен и оказался дикой собакой. Археологи в Судане исследовали фрагменты костей, которые, как они полагают, могли бы полностью изменить представления о происхождении человека. Девица, которая однажды танцевала с младшим отпрыском королевской фамилии, была найдена убитой недалеко от Клэпхема, пропал яхтсмен-одиночка, совершавший кругосветное плавание. Она прочитывала сводки о мировых событиях и о житейских с одинаковым пылом - пусть хоть что-нибудь отвлечет её от предстоящего осмотра - но сегодняшние новости были слишком похожи на вчерашние, изменились только заголовки.
Доктор Сеннет сообщил ей, что заживление идет нормально как изнутри, так и снаружи, и что она вполне может вернуться к своим обязанностям, как только почувствует достаточно психологической уверенности. Ей следует ещё раз записаться на прием в первую неделю нового года, сказал он, а затем пройти окончательный осмотр.
Мысль сесть в автобус и вернуться домой казалась ей невыносимой после стольких часов томительного ожидания. Она решила пройти пару остановок пешком: эта прогулка будет для неё полезна.
Однако её планы оказались слишком смелыми. Уже через несколько минут ходьбы её начало подташнивать и в нижней части живота появилась тупая боль, так что она свернула с дороги в поисках места, где можно было бы отдохнуть в попить чаю. Ей не мешало бы и поесть, она это знала, хотя никогда не отличалась хорошим аппетитом, а после операции и подавно. Она побрела дальше. Отыскала небольшой ресторанчик, который не оглашался гомоном посетителей, хотя было уже без пяти час - время ленча. Невысокая женщина с бесцеремонно-искусственными рыжими волосами подала ей чай и омлет с грибами. Она старалась есть, но так и не смогла. Официантка была не на шутку озабочена.
- Вам не нравится пища, - спросила она немного раздраженно.
- О, нет, - уверила её Элейн, - мне очень нравится.
Тем не менее, официантка выглядела обиженной.
- Будьте любезны, принесите ещё чаю, - сказала Элейн.
Она отодвинула тарелку, чтобы официантка её забрала. Вид пищи, застывшей на безыскусной тарелке, не привлекал её. Она ненавидела эту свою непрошенную чувствительность: это абсурд, что тарелка с недоеденными яйцами вызывает отвращение, но она ничего не могла с собой поделать. Всюду она находила отголоски своих собственных бедствий. В смертях, во внезапных морозах после мягкого ноября, в луковицах растений на своем подоконнике, в воспоминании о дикой собаке, застреленной в Эппинг-Форесте, о которой она прочитала утром.
Официантка принесла горячего чаю, но так и не забрала тарелку. Элейн её окликнула; та, нехотя, подчинилась.
Кроме Элейн посетителей больше не осталось, и официантка деловито собирала обеденные меню и готовила столы к вечеру. Элейн сидела и задумчиво смотрела в окно. Пелена зеленовато-серого дыма в считанные минуты заволокла улицу, затмив солнечный свет.
- Опять жгут, - проворчала официантка. - Этот проклятый запах проникает повсюду.
- Что там жгут?
- Там какой-то общественный центр. Они его сносят, и строят новый. Бочка без дна для денежек налогоплательщиков.
Дым и вправду уже проникал в ресторан. Элейн он не показался неприятным: это было сладко-благоухающее напоминание об осени, её любимом времени года. Заинтересовавшись, она допила чай, расплатилась, и решила побродить и посмотреть, откуда берется дым. Ей не пришлось идти далеко. В конце улицы она нашла небольшой сквер - в нем и располагалось здание. Впрочем, её ждала одна неожиданность. То, что официантка назвала общественным центром, оказалось на самом деле церковью или, точнее, когда-то ею было. Свинец и шифер уже были содраны с крыши, оголяя небу торчащие брусья, окна без стекол зияли пустотой, дерн исчез с лужайки возле здания, и два дерева там были срублены. Это их погребальный костер производил тот мучительно-сладкий запах.
Вряд ли это здание было красивым, но даже по его остаткам можно было догадаться, что оно обладало какой-то притягательной силой. Его обветренные камни не вписывались в окружающий кирпич и бетон, но участь осажденного (рабочие рвались в бой; бульдозер наготове, жадный до камней) придавала ему некое очарование.
Кое-кто из рабочих заметил, как она стояла и смотрела на них, но не попытался удержать, когда она прошла через сквер к главному входу в церковь и заглянула внутрь. Интерьер, лишенный декоративной кладки, кафедры, скамей, купели и прочего, был просто каменным помещением, не создающим никакой атмосферы и не вызывающим эмоций. Впрочем, кто-то все же нашел там нечто интересное. В дальнем углу церкви спиной к Элейн стоял человек и пристально разглядывал землю. Заслышав шаги, он виновато обернулся.
- О, - сказал он, - я зашел только на минутку.
- Ничего страшного, - ответила Элейн. - Похоже, мы оба вторглись в чужие владения.
Мужчина кивнул. Он был одет скромно - даже невзрачно, - выделялся только его зеленый галстук-бабочка. Черты его лица, несмотря на своеобразный стиль одежды и седые волосы, были на удивление невозмутимыми, как будто ни улыбка, ни хмурые морщины никогда не нарушали их совершенного спокойствия.
- Довольно грустная картина, не так ли? - сказал он.
- Вы бывали раньше в этой церкви?
- Приходилось как-то, - ответил он, - но она никогда не была популярна.
- Как она называется?
- Церковь Всех Святых. Скорее всего, была построена в конце семнадцатого века. Вы интересуетесь церквями?
- Не очень. Просто я увидела дым и...
- Сцена разрушения всем нравится, - сказал он.
- Да, - отозвалась она, - наверное, вы правы.
- Все равно что наблюдать за похоронной процессией. Только не своей, верно?
Она что-то пробормотала в ответ, но мысли её были уже далеко. Опять клиника. Опять боль и заживление. Опять её жизнь, спасенная лишь ценой другой, несостоявшейся жизни. Только не своей.
- Меня зовут Каванаг, - он шагнул к ней и протянул руку.
- Рада познакомиться, - ответила она. - Я Элейн Райдер.
- Элейн, - сказал он, - замечательно.
- Вы, очевидно, пришли взглянуть в последний раз на это место, прежде чем оно навсегда исчезнет?
- Да, вы правы. Я тут разглядывал надписи на каменных плитах, на полу. Некоторые из них весьма красноречивы. - Он смел ногой строительный мусор с одной из плиток. - Жаль, если все это пропадет. Уверен, что они просто раздробят эти камни, когда начнут вскрывать пол...
Она взглянула под ноги на плитки, разбросанные тут и там. Не все были надписаны, на многих из них просто имена и даты. Но были и надписи. Одна, слева от того места, где стоял Каванаг, содержала почти стертый рельеф, изображающий перекрещенные наподобие барабанных палочек берцовые кости, и краткую фразу: искупи время.
- Должно быть, в свое время там устроили потайной склеп, - сказал Каванаг.
- Да, понимаю. Л это люди, которые были там погребены.
- Ну, что ж, я тоже не вижу другой причины для этих надписей. Я вот хотел попросить рабочих... - он помолчал, раздумывая. - Боюсь показаться вам не вполне нормальным...
- О чем вы?
- В общем, просто хотел попросить рабочих не разрушать эти занятные камни.
- Думаю, это совершенно нормально, - сказала Элейн. - Они очень красивы.
Он заметно воодушевился её ответом.
- Пожалуй, прямо сейчас пойду и поговорю с ними. Я ненадолго, вы меня извините?
Оставив её стоять в центральном нефе как брошенную невесту, он вышел потолковать с одним из рабочих. Она медленно пошла к тому месту, где раньше был алтарь, читая по пути имена. Кому теперь дело до тех людей, что лежат здесь? Они умерли двести лет назад, их ждала не любовь потомков, но забвение. И тут неосознанные надежды на жизнь после смерти, которые она хранила все тридцать четыре года, улетучились, её больше не отягощали призрачные видения загробной жизни. Однажды, может быть, сегодня, она умрет, как умерли все эти люди, и это не станет событием. Зачем к чему-то стремиться, на что-то надеяться, о чем-то мечтать. Она думала обо всем этом, стоя в круге мутного солнечного света, и была почти счастлива.
Переговорив с бригадиром, вернулся Каванаг.
- Так и есть, там находится склеп, - сказал он. - Но его ещё не вскрывали.
- О-о...
Они все ещё там, под ногами, подумала она. Прах и кости.
- По-видимому, они пока не могут проникнуть внутрь. Все входы тщательно закрыты. Поэтому они сейчас копают вокруг фундамента. Ищут вход.
- Что, склепы всегда так тщательно закрывают?
- Но не так, как этот.
- Может быть, там вообще нет входа, - предположила она.
Каванаг принял это очень серьезно.
- Может быть, - сказал он.
- Они оставят вам какой-нибудь из этих камней?
Он покачал головой.
- Они говорят, это не их дело. Они здесь мелкая сошка. Очевидно, у них есть специальная бригада, чтобы проникнуть внутрь и перенести останки к новому месту захоронения. Все это должно быть сделано самым пристойным образом.
- Слишком уж многого они хотят, - сказала Элейн, разглядывая камни под ногами.
- Да, пожалуй, - отозвался Каванаг. - В жизни обычно бывает не так. Но тогда, выходит, мы совсем перестали бояться Бога.
- Возможно.
- Как бы то ни было, они предложили мне прийти через пару дней и поговорить с перевозчиками.
Она рассмеялась при мысли о переезжающем доме мертвецов, представив, как они упаковывают свои пожитки. Каванаг был доволен своей шуткой, хотя и непроизвольной. На волне успеха, он предложил:
- Может быть, выпьете со мной чего-нибудь?
- Боюсь, что не смогу составить вам подходящей компании, - ответила она. - Я очень устала.
- Мы могли бы встретиться позже, - сказал он.
Она отвела взгляд от его загоревшегося желанием лица. Что ж, он довольно приятен, хоть и незатейлив. Ей нравился его зеленый галстук - как усмешка на фоне его общей непритязательности, - и его серьезность. Но она не могла представить себя в его обществе, во всяком случае, сегодня. Она извинилась, объяснив, что ещё не оправилась после болезни.
- Тогда, может быть, завтра? - поинтересовался он вежливо. Отсутствие нажима в его предложении казалось убедительным, и она сказала:
- Да, с удовольствием. Спасибо.
Перед тем как расстаться, они обменялись телефонами. Забавно было видеть, как он уже предвкушает их свидание, она почувствовала, что, несмотря на все выпавшие на её долю беды, все ещё остается женщиной.
Вернувшись домой, она обнаружила посылку от Митча и голодную кошку у порога. Накормив страждущее животное, она приготовила кофе и вскрыла посылку. Там, упакованный в бумагу, лежал шарф, как раз на её вкус, невероятная интуиция Митча и на этот раз не подвела. В записке было только: Это твой цвет. Я люблю тебя. Митч. Она хотела тут же схватить телефон и позвонить ему, но вдруг мысль услышать его голос показалась ей опасной. Он обязательно спросит, как она себя чувствует, а она ответит, что все в порядке. Он усомнится: хорошо, но все-таки? Тогда она скажет: я пустая, они вытащили из меня половину внутренностей, черт бы тебя побрал, и у меня уже никогда не будет ребенка ни от тебя, ни от кого другого, понял? От одной только мысли о разговоре с ним её начали душить слезы, и в порыве необъяснимого гнева она затолкала шарф в шелестящую бумагу и сунула его в самый глубокий ящик комода. Черт с ним, не сейчас надо было делать такие вещи. Раньше, когда она так нуждалась в нем, он все твердил лишь о своем отцовстве, и как её опухоли мешают ему в этом.
Вечер был ясным, холодная кожа неба растянулась от края до края. Ей не хотелось задергивать шторы в передней, потому что сгущающаяся синева была слишком прекрасна. Так она сидела у окна и смотрела на сумерки. Лишь когда угас последний штрих, она задернула потемневшее полотно.
У неё не было аппетита, тем не менее она заставила себя немного поесть и с тарелкой села к телевизору. Еда все не кончалась, она убрала поднос и задремала, слушая телевизор лишь урывками. Она уже прочла обо всем, что ей было нужно, утром: заголовки не изменились.
Впрочем, одно сообщение привлекло её внимание: интервью с яхтсменом-одиночкой, Майклом Мейбьюри, которого подобрали после недельного дрейфа в Тихом Океане. Интервью передавали из Австралии, и качество передачи было плохим, бородатое и сожженное солнцем лицо Мейбьюри то и дело пропадало. Изображение почти отсутствовало: его рассказ о неудавшемся плавании воспринимался только со слуха, в том числе и о событии, которое, кажется, глубоко потрясло его. Он попал в штиль и, поскольку его судно не имело мотора, вынужден был ждать ветра. Но его все не было. Прошла уже неделя, а он не сдвинулся ни на километр, океан был безразличен к его судьбе, ни птица, ни проходящее судно не нарушало безмолвия. С каждым часом он все сильнее чувствовал клаустрофобию, и на восьмой день его охватила паника. Обвязав себя тросом, он отплыл от яхты, чтобы вырваться из тесного пространства палубы. Но, отплыв от яхты и наслаждаясь теплым спокойствием воды, он не захотел возвращаться. А что, если развязать узел, подумал он, и уплыть совсем?
- Почему у вас возникла такая странная мысль? - спросил репортер.
Мейбьюри нахмурился. Он достиг кульминации в своем рассказе, но явно не желал продолжать. Репортер повторил вопрос.
Наконец, запинаясь, он начал говорить.
- Я оглянулся на яхту, - сказал он, - и увидел, что кто-то стоит на палубе.
Репортер, не поверив своим ушам, переспросил:
- Кто-то стоит на палубе?
- Да, это так, - сказал Мейбьюри. - Там кто-то был. Я видел фигуру совершенно отчетливо: она передвигалась по палубе.
- Вы... Вы разглядели, кто был этот безбилетный пассажир? - последовал вопрос.
Мейбьюри помрачнел, догадываясь, что его рассказ будет воспринят с недоверием.
- Так кто же это был? - не унимался репортер.
- Не знаю, - ответил Мейбьюри. - Наверное, Смерть.
- Но вы ведь, в конце концов, вернулись на яхту.
- Конечно.
- И никаких следов?
Мейбьюри посмотрел на репортера, в его взгляде было презрение.
- Но ведь я пережил это, не так ли?
Репортер пробормотал, что это ему не вполне понятно.
- Я не тонул, - сказал Мейбьюри. - Я мог бы умереть, если бы захотел. Отвязал бы трос, и утонул.
- Но вы этого не сделали. А на следующий день...
- На следующий день поднялся ветер.
- Это необычайная история, - сказал репортер, довольный, что самая душещипательная часть интервью позади. - Вы должно быть, уже предвкушаете встречу со своей семьей, как раз под Рождество...
Элейн не слышала заключительного обмена остротами. Мысленно она была привязана тонким тросом к своей комнате, её пальцы перебирали узел. Если Смерть может найти лодку в пустыне Тихого Океана, то почему не может найти её. Сидеть рядом с ней, когда она спит. Подстерегать её, когда она предается своему горю. Она встала и выключила телевизор. Квартира мгновенно погрузилась в безмолвие. Срывающимся голосом она крикнула в тишину, но никто не ответил. Вслушиваясь, она ощутила соленый вкус во рту. Океан.
Выйдя из клиники, она получила сразу несколько приглашений отдохнуть и оправиться после болезни. Отец предлагал ей поехать в Абердин, сестра Рейчел звала на несколько недель в Букингемшир, наконец, был жалостливый звонок от Митча - приглашал провести отпуск вместе. Она отказала им всем, сказав, что ей, мол, нужно как можно скорее восстановить привычный ритм жизни: вернуться к работе, к коллегам и друзьям. На самом деле причины были глубже. Она боялась их сострадания, боялась, что слишком к ним привяжется и станет во всем полагаться на них. Природная склонность к независимости, которая в свое время привела её в этот неприветливый город, вылилась в осмысленный вызов всеподавляющему инстинкту самосохранения. Она знала, что если уступит нежности их призывов, то наверняка пустит корни в отеческую землю и ничего не увидит вокруг ещё целый год. И кто знает, какие события пройдут мимо нее!
Итак, достаточно оправившись, она вернулась к работе, рассчитывая, что это поможет ей восстановить нормальную жизнь. Но какие-то её навыки были утеряны. Каждые несколько дней что-нибудь да происходило - она могла прослушать какую-нибудь реплику, или поймать на себе взгляд, которого не ожидала, - и это заставило её понять, что к ней относятся с какой-то настороженной предупредительностью. Ей хотелось плюнуть в лицо своим подозрениям, сказать, что она и её матка - вовсе не одно и то же, и что удаление последней не так уж трагично.
Но сегодня по дороге в офис она не была уверена, что они так уж ошибаются. Элейн казалось, что она не спала уже неделю, хотя в действительности она спала долго и глубоко каждую ночь. Из-за огромной усталости её глаза слипались, и все в тот день виделось ей как-то отдаленно, словно она отплывает все дальше и дальше от своего рабочего стола, от своих ощущений, от своих мыслей. Дважды в то утро она обнаруживала, что говорит сама с собой, а потом удивлялась, кто же это говорил. Это, конечно, была не она: она слишком внимательно слушала.
А потом, после обеда, все пошло как нельзя хуже. Ее вызвали в офис управляющего и предложили сесть.
- Ну, как дела, Элейн? - спросил мистер Чаймз.
- Все в порядке, - ответила она.
- Тут небольшое дело...
- Что за дело?
Чаймз, казалось, был в затруднении.
- Ваше поведение, - наконец сказал он. - Ради Бога, Элейн, не подумайте, что я вмешиваюсь в чужие дела. Просто вам, видимо, нужно ещё время, чтобы окончательно восстановить силы.
- Я в полном порядке.
- Но ваши рыдания...
- Что?
- То, как вы сегодня целый день плачете. Это беспокоит нас.
- Я плачу? - удивилась она. - Я не плачу.
Управляющий был озадачен.
- Но вы плачете уже целый день. Вы и сейчас плачете.
Элейн судорожно поднесла руку к щеке. Да, так и есть, она действительно плакала. Ее щеки были мокрыми. Она встала, потрясенная своим собственным поведением.
- Я... Я не знала, - проговорила она. Хотя слова звучали нелепо, они были правдой. Она действительно не знала. Только сейчас, поставленная перед фактом, она ощутила соленый вкус в горле: и с этим вкусом пришло воспоминание, что все это началось прошлым вечером перед телевизором.
- Почему бы вам не отдохнуть денек?
- Да, конечно.
- Отдохните неделю, если хотите, - сказал Чаймз. - Вы полноправный член нашего коллектива, Элейн, в этом нет никаких сомнений. Мы не хотим, чтобы вы как-то пострадали.
Последняя фраза больно ударила её. Неужели они думают, что она склонна к самоубийству? Не потому ли они с ней так заботливы? Бог свидетель, это были всего лишь слезы, к которым она была настолько безразлична, что даже не замечала их.
- Я пойду домой, - сказала она. - Спасибо за вашу... за ваше участие.
Управляющий посмотрел на неё сочувственно.
- Должно быть, вам пришлось многое пережить, - сказал он. - Мы все это понимаем, хорошо понимаем. Если у вас возникнет потребность поговорить об этом, то в любое время...
Ей хотелось поговорить, но она поблагодарила его ещё раз и вышла.
Перед зеркалом в уборной она поняла, наконец, что и в самом деле ужасно выглядит. Кожа горела, глаза опухли. Она сделала, что могла, чтобы скрыть следы этого недомогания, надела пальто и пошла домой. Но, добравшись до подземки, она осознала, что возвращение в пустую квартиру - не очень правильный шаг. Она снова будет терзаться своими мыслями, снова будет спать (она и так очень много спала эти дни, и совершенно без сновидений), но так и не обретет душевного равновесия. Колокол с часовни Святого Иннокентия, разливая звон чистому и ясному дню, напомнил ей о дыме, сквере и мистере Каванаге. Она решила, что это как раз подходящее место, чтобы прогуляться и развеяться. Наслаждаться солнцем и думать. Не исключено, что она встретит там своего ухажера.
Она довольно быстро нашла дорогу к Церкви Всех Святых, но там её ждало разочарование. Рабочая площадка была окружена кордоном, там находилось несколько полицейских постов, между ними находилось красное флуоресцирующее заграждение. Площадку охраняло не менее четырех полицейских, которые направляли прохожих в обход сквера. Рабочие со своими кувалдами были изгнаны из-под сени Всех Святых, и теперь в зоне за ограждением находилось множество людей в форме и штатских, одни что-то глубокомысленно обсуждали, другие стояли среди мусора и разглядывали несчастную церковь. Южный неф и большая площадь вокруг него были скрыты от глаз любопытных брезентом и черным пластиковым покрытием. Время от времени кто-нибудь высовывался из-за этой завесы и переговаривался со стоящими на площадке. Все они, как она заметила, были в перчатках; на некоторых были также и маски. Это выглядело так, как будто они делают какую-то необычную хирургическую операцию под защитным экраном. Может, у Всех Святых тоже опухоль в кишках?
Она подошла к одному из полицейских.
- Что там происходит?
- Фундамент неустойчив, - сказал тот. - Здание может рухнуть в любую минуту.
- Почему они в масках?
- Это просто мера предосторожности против пыли.
Она не стала спорить, хотя ответ показался ей неубедительным.
- Если вам нужно на Темпл-стрит, обойдите вокруг, - сказал полицейский.
Больше всего ей хотелось стоять и смотреть, что будет дальше, но она побаивалась соседства с этой четверкой в форме, поэтому решила не искушать судьбу и отправилась домой. Не успела она выйти на главную улицу, как заметила неподалеку на перекрестке знакомую фигуру. Ошибки быть не могло Каванаг. Она окликнула его, хотя он уже почтя скрылся из виду, и, как она отметила не без удовольствия, он все же вернулся и приветливо ей кивнул.
- Просто здорово, - сказал он, пожимая ей руку. - Признаться, не ожидал увидеть вас так скоро.
- Я приходила взглянуть на остатки церкви, - ответила она.
Его лицо зарумянилось от мороза, и глаза блестели.
- Я так рад, - сказал он. - Не откажетесь от чашки чаю? Здесь как раз неподалеку.
- С удовольствием.
По дороге она спросила, что ему известно о происходящем с Церковью Всех Святых.
- Это все из-за склепа, - сказал он, подтверждая её подозрения.
- Они его вскрыли?
- Точно известно, что они нашли вход. Я был там утром.
- По поводу ваших камней?
- Именно так. Но они уже успели к тому времени все накрыть брезентом.
- Некоторые из них в масках.
- Думаю, там внизу воздух не самый свежий. Слишком? много времени прошло.
Ей вспомнилась брезентовая завеса - между ней и тайной:
- Интересно, что бы там могло быть?
- Страна чудес, - ответил Каванаг.
Хотя ответ был довольно непонятным, она не стала переспрашивать, во всяком случае сразу, но позже, когда они разговаривали уже целый час и она чувствовала себя свободнее, снова вернулась к его словам.
- Вы что-то говорили о склепе...
- Что?
- Что там страна чудес.
- Я так говорил? - он немного замешкался. - Что я такого сказал?
- Вы просто немного меня заинтриговали. Мне было интересно, что вы имели в виду.
- Мне нравится бывать там, где мертвые, - сказал он.

Жизнь смерти - Баркер Клайв => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Жизнь смерти писателя-фантаста Баркер Клайв понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Жизнь смерти своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Баркер Клайв - Жизнь смерти.
Ключевые слова страницы: Жизнь смерти; Баркер Клайв, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, полностью, полная версия, фантастика, фэнтези, электронная
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов