А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

ботнику просить у нас помощи? Почему человек, за которым он гнался, так легко от него ушел? И вообще - ушел ли? И - почему Диккенс вообще бросился бежать? Молдер, я уверена - док убегал не от нас. Он обрадовался, когда нас увидел. А убегал - от агента Чапела.
- У тебя паранойя, Скалли.
- А у тебя сотрясение мозга. Что, если именно агент Чапел убил нашего товарища в Сиракузах?
- Мне что, так и написать в отчете?
- Я бы написала.
- Еще бы отчитываться-то мне! Ты переходишь всякие границы…
- Да это не я это ты переходишь…
- Давай считать по пальцам. Три абсолютно идентичных человека пропадают или погибают - так? Четвертый просит помощи, но потом убегает и скрывается причем делает это несколько необычным способом, ты не находишь? И после этого ты говоришь, что у меня мозги набекрень. Где логика, Скалли? Где разум?
- Агент ФБР погиб из-за того, что мы стали заниматься этим делом…
- Мне жаль. Но мы все рискуем. Работа такая - связанная с риском. Сами выбирали, никто не заставлял - ведь так?
Скалли молча прошла до прихожей, где оставила пластиковый пакет, вернулась. Достала из пакета итальянскую туфельку с неровной дырой в подошве.
- Вот посмотри. Вчера я во что-то влипла. Может быть, у меня и паранойя, но у обуви-то наверняка все в порядке с мозгами. И влипла я точно в том самом месте, где этот тип, Чапел, сказал мне, что док от него удрал. Я хочу сказать… ведь трупов-то не было нигде, так? Может быть… она почему-то смешалась.
Молдер задумчиво поковырял в дыре авторучкой, потом посмотрел подошву на свет.
- Отдай это нашим лабораторным крысам, вдруг они выцарапают что-нибудь из этой красивой дырочки… У меня к тебе просьба, Скалли: давай сходим в морг.
- Зачем?
- Видишь ли… наши патанатомы не могут определить причину смерти агента Вайса. Здорово, правда? Тот, кто убил агента, был таким умным, что не оставил никаких следов воздействия…
Штаб-квартира ФБР Вашингтон, округ Колумбия
Маленький морг судебно-медицинской лаборатории находился в подвале третьего корпуса, небольшого одиноко стоящего здания. Рядом, за бетонной перегородкой, располагался тир баллистической лаборатории, и доносящиеся оттуда звуки свидетельствовали об активной работе экспертов-баллистиков.
Тело агента Вайса, прикрытое простыней, все еще излучало холод морозильной камеры.
- Итак, следов механического воздействия нет, - подводила итог Скалли. - Ни малейших. Внутренние органы не повреждены. Токсикологические анализы отрицательны. Непосредственная причина смерти: резкое сгущение крови за счет выхода жидкой фракции - плазмы - сквозь стенки сосудов в окружающую ткань. Но из-за чего стенки сосудов вдруг уподобились мелкому решету, сказать невозможно…
- Если этот врач готовился отравлять банк крови, как говорил Чапел, то, может быть, он применил против Вайса какой-то из своих препаратов?
Открылась дверь, заглянул один из экспертов, доктор Де Альмейда:
- Агент Молдер, замдиректора Скин-нер усиленно вас разыскивает.
- Спасибо. Все, Скалли, я отправляюсь на ошкуривание…
- Знаешь, надо будет еще раз покопаться в вещах, которые собрали в доме доктора Диккенса. Они сейчас на складе вещественных доказательств. Если люди идентичны… ты меня понимаешь?
- Займись этим, хорошо?..
- Слушай, а что ты скажешь, когда Скиннер спросит, почему ты в таком жутком виде?
- Правду: попал под машину, за рулем которой сидела симпатичная блондинка.
Но Скиннер ни о чем таком не спросил. Он просто встал и пошел навстречу.
- Сэр, я прошу прощения за задержку, - начал Молдер, - но некоторые данные поступили слишком поздно…
- Я искал вас не для этого, агент Молдер, - сказал Скиннер. - Звонил ваш отец. Случилось что-то, что требует вашего непременного присутствия дома.
- Спасибо, - Молдер почувствовал, как останавливается сердце. Он сделал вдох, повернулся и поплыл к двери.
Только в коридоре он сообразил, что не отдал папку с докладом. Но возвращаться не стал.
Из кабинета он позвонил домой. Трубку сняла мать.
- Фокс? Фокс, это ты?
- Да, я. Что-то с папой?
- Нет-нет. Все в порядке. Сейчас я дам ему трубку.
Шорох. Шаги.
- Папа, что случилось? Мне сказали, что-то экстренное…
- В общем, да. Но не по телефону. Приезжай немедленно.
- Ничего не можешь сказать? Почему?
- Потому что еще сам в это не верю. Приезжай. Увидишь.
Гудки отбоя…
С горящими глазами влетела Скалли:
- Вот чего мы не заметили!
Она держала в руках медицинскую сумку. К ручке сумки была прикреплена бляшка: «Д-р Джеймс Диккенс, 32/43, ул. Эдмонтон, Германтаун».
Здорово, бросил Молдер. Проверь адрес, о'кей?
А ты куда? - Домой…
Германтаун, штат Мэриленд
Строение под номером 32/43 представляло собой громадную нелепую коробку из гофрированного железа. Скалли вышла из машины, йетер, летя поверху, выл и свистел; казалось, вздрагивают стены.
Потом скрипнула дверь; только тогда Скалли ее и увидела.
Достав и взведя пистолет, она проскользнула внутрь. В помещении было полутемно. За поворотом вдруг сверкнула ослепительная вспышка, и что-то стеклянное, похожее на высокий аквариум, рухнуло и разлетелось со звоном. Волна вязкой жидкости докатилась почти до самых ног Скалли, обратив ее внимание на лужу все той же зеленой гадости…
Хорошо, что заметила. Так можно вообще без обуви остаться.
Потом она услышала шаги. Осторожно выглянула из-за угла…
Это был агент Чапел.
Он шел, давя что-то тяжелыми башмаками.
Скалли неслышно отступила за угол. Потом так же неслышно выбралась наружу.
Но, наверное, она все-таки нашумела, потому что, уже отъезжая, заметила в зеркале заднего вида агента ЦРУ Амброза Чапела. Он стоял и смотрел ей вслед.
Дома она попыталась дозвониться до Молдера, но тот не брал трубку. Она надиктовала на его автоответчик короткий рассказ о посещении строения 32 /43 и об агенте Чапеле, который там был и что-то делал…
Мартас Вайнярд, штат Масачусетс
Господи, когда же я был здесь в последний раз, с ужасом подумал Молдер, взбегая по широкой пологой лестнице, ведущей от дороги к лужайке перед домом. Год назад… да, больше года, в прошлый сочельник. С ума сойти…
Все комнаты были ярко освещены, а на затемненной веранде он увидел яркую точку горящей сигары. Туда он и повернул в первую очередь.
- Матери нужно дать еще немного времени, - услышал он голос отца. Сигара разгорелась, высветив тяжелые черты лица. - Побудь пока здесь.
- Ты сказал, что я должен торопиться. Что дело срочное. Что…
- Это все так, сын. Но… чуть повремени.
Да что же, в конце концов!.. Отец медленно встал, подошел к Молдеру. От него пахло хорошим табаком и твидом старого домашнего пиджака.
Это мама настояла, чтобы ты приехал, Фокс.
Он протянул руку, и Молдер пожал ее. Ладонь отца была слабая и горячая.
- Но, папа! Что же все-таки случилось? Отец сделал еще шаг вперед, Молдер вынужден был чуть посторониться - и оказался как раз напротив щели между портьерами. В комнате лицом к нему сидела мать со смятым платком в руках, а перед нею - какая-то женщина…
- Определенность - чертовски комфортабельная штука, - сказал отец. - Мы так привыкаем к ней, так стремимся сохранить, что когда она рушится - нам кажется, что рушится мир…
- С кем это там мама разговаривает? - перебил его Молдер.
- С твоей сестрой…
Молдер хотел что-то сказать, но вдруг понял, что забыл абсолютно все слова. Его перенесло с веранды прямо в комнату, и там две женщины, очень похожие, хотя одна была совсем седая, встали ему навстречу. Потом молодая вышла вперед. Она была невысокая, с длинными вьющимися волосами, перехваченными у затылка, и светло-серыми глазами. И то, что не спутаешь ни с чем: ямочка на подбородке: не в центре, а чуть правее…
- Фокс…
Под утро мать утомилась так, что чуть не упала с кресла, и Молдер отвел ее в спальню.
- Ты светишься, - сказал Молдер. Мать улыбалась, почти его не слыша.
Наверное, в ушах ее звучала другая музыка.
Потом она тревожно встрепенулась.
- Фокс, - прошептала она, - Фокс… Как ты думаешь, это она?
- Ну, а кто же еще? - удивился Молдер. - Разумеется…
Но сам он ни в чем не был уверен.
Накинув пиджак, он вышел на веранду. Солнце еще не встало. Воздух был прохладным и теплым одновременно: так иногда случается перед рассветом. Начинали просыпаться птицы.
В кресле, где любил курить отец, сидела Саманта, закутавшись в плед. Она сама напоминала какую-то птицу: красивую, но немного неловкую на земле.
- Фокс… Еще не слишком поздно, чтобы поиграть в «Стратегию»? …… улыбнулась она Молдеру, наклоняясь вперед и подбирая ноги, словно готовая в любой миг вскочить и бежать - играть в мяч, в «Стратегию», в шахматы, в которые Фокс так и не успел научить ее играть правильно…
- Чуть поздновато, - сказал Молдер. - Хотя… что нам каких-то там двадцать два года?..
- Да… Странно, папа все время молчал. Неужели ему было нечего мне сказать? Он просто сидел и смотрел…
- Что удивительного? Произошло то, чего уже перестали ждать… Ты им сразу все рассказала?
- Конечно…
Саманта, зябко ежась, встала и подошла к перилам.
- Я помнила себя с одиннадцати лет, - сказала она, глядя в небо. - А что было до того - не помнила. Это было страшно. Я жила у приемных родителей и почему-то знала, что они приемные, хотя не помнила ни маму, ни папу… ни тебя. А потом… потом страх стал усиливаться. Я боялась всего. Несколько лет назад это стало совершенно невыносимо. Мне предложили пройти курс регрессивной гипнотерапии. Ты знаешь, что это такое?
- Да уж… знаю.
- И у меня… ко мне начала возвращаться память. Иногда я думаю, что лучше бы… Понимаешь, все это: похищение, потом анализы, потом… это то, чего лучше не знать. Если уж оно с тобой случилось… то лучше не знать…
И вдруг она порывисто обернулась к Молдеру и на секунду прижалась к нему. Потом отстранилась, скрывая неловкость за улыбкой. Нос ее покраснел от слез.
- Я не говорила родителям, но тебе должна сказать. Мне грозит опасность…
- Какая?
- Один тип охотится за моим отцом и другими врачами, ты же знаешь…
- Твоим… отцом?
- Приемным отцом. Тем, кто воспитал меня. Он, видишь ли… он здесь проездом. Он из тех, кого люди называют пришельцами. Он и его друзья - эмигранты, они здесь скрываются. И вот - прибыл киллер, который убивает их. Одного за другим. Уже многие погибли. Ты с ним ветречался, Фокс. Он умеет влезть в доверие. Притвориться кем-то другим. Он не остановится, пока не убьет всех. Всех… нас. И меня тоже.
- Здравствуйте, это Дэйна Скалли. Меня сейчас нет, пожалуйста, оставьте ваше сообщение, я перезвоню позже.
- Скалли, возьми трубку. Если ты меня слышишь, возьми. Черт… Скалли, слушай внимательно. Ни в коем случае не доверяй нашему приятелю из ЦРУ. Ты меня поняла? Это может быть очень опасно. И дозвонись до меня. Обязательно дозвонись.
Если бы Скалли задержалась на полминуты, она бы услышала это сообщение - и многое из того, что произошло потом, могло бы не произойти вовсе или произойти иначе. Если бы у нее порвался шнурок на кроссовке или опять куда-то подевался ключ…
Но нет - шнурок выдержал, а ключ оказался там, где и должен был быть, - на столике у двери. Поэтому Скалли не услышала сообщения.
Четверть часа спустя:
Вы позвонили Фоксу Молдеру. Оставьте ваше сообщение после гудка.
- Молдер, куда ты пропал? Слушай меня внимательно. Я решила сменить дислокацию. Звоню тебе из автобуса. Остановлюсь в мотеле «Деревенские каникулы» на шоссе И-90 вблизи Германтауна. За мной никто не следил, по крайней мере, я не заметила ничего. Обязательно дозвонись до меня, я должна сообщить тебе кое-что очень важное…
Германтаун, штат Мэриленд
Дверь здания 32/43 была заперта на замок, но Скалли предвидела такой поворот событий и запаслась маленькой аккумуляторной дрелью. Две минуты - и дверь поддалась.
Теперь, при дневном свете, Скалли сумела рассмотреть внутренность помещения. Даже после разгрома, учиненного здесь агентом Чапелом, можно было с уверенностью сказать, что недавно здесь была какая-то биологическая лаборатория, оборудованная очень неплохо. Скалли, неслышно, по-кошачьи ступая в своих мягких белых кроссовках, переходила от одной стойки с аппаратурой до другой, от одного лабораторного стола к другому…
Чапел уничтожал далеко не все. Ему плевать было на компьютеры и комирессоры, наборы реактивов и медицинское оборудование. Но шесть опрокинутых скелетов, оставшихся от разбитых аквариумов, и какие-то связки оборванных проводов, свисающие с консолей под потолком, свидетельствовали: Чапел знал, что здесь главное…
Под ногами мягко чвакало; запах был своеобразный: смесь больничной палаты и пыльного чулана.
В жиже среди стеклянных осколков и специфического медицинского тряпья Скалли заметила наполненный чем-то мешок для инфузий. Она осторожно, двумя пальцами, подняла его. За прозрачным мягким пластиком в мутной жидкости плавал эмбрион, примерно пятимесячный. Скалли хотела сунуть его в сумку для дальнейшего анализа, но тут отчетливо почувствовала чужой взгляд. Она брезгливо уронила инфузионный мешок на пол, мотивированным жестом поднесла руку к карману, - то ли вытереть руку о полу, то ли достать платок, - и выхватила пистолет, одновременно присаживаясь и разворачиваясь в сторону взгляда.
1 2 3 4 5
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов