А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Кинг Роберт

Ravenloft - 6. Карнавал страха


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Ravenloft - 6. Карнавал страха автора, которого зовут Кинг Роберт. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Ravenloft - 6. Карнавал страха в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Кинг Роберт - Ravenloft - 6. Карнавал страха онлайн, причем полностью без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Ravenloft - 6. Карнавал страха = 488.63 KB

Ravenloft - 6. Карнавал страха - Кинг Роберт => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



Ravenloft - 6

Дж. Роберт Кинг
Карнавал страха
Памяти Фрэнка У. Кинга, который верил в добрые шутки, великие книги, внуков и сны.

Пролог
Ферин Айронгрод отступил от массивного гранитного камня и внимательно оглядел буквы, которые только что высек. Осколки гранита весело поблескивали на полуденном солнце. Мастер отряхнул узловатые мозолистые руки от каменной пыли и убрал зубило в карман фартука, где лежали инструменты.
– Большой Карнавал, ха? – пробормотал он. – Большой Карнавал Л'Мораи. – Он аккуратно вычистил крошки из острых углов буквы М, смахнул пыль с камня и начал полировать его мягкой тряпкой. – Больше похоже на Большое представление уродов.
Резкий порыв ветра налетел на травянистый холмик, на котором стоял Ферин, закрутив вереск странными кругами. Место, отведенное для Карнавала, было пустынным и казалось еще больше из-за завывания ветра под холщовыми тентами.
Отвернувшись на минуту от камня, каменщик бросил взгляд на песчаную дорожку, ведущую к круглым площадкам, на которых стояли тенты, палатки, открытые сцены и будки кукольников, которые окружал раскидистый вереск. Вся территория была огорожена живой изгородью из ежевики, вдоль которой тянулся ров с водой. Были и металлические ворота, обозначавшие вход на Карнавал.
Слева от Ферина треугольником располагались шатры и повозки артистов. О том, что там живут люди, свидетельствовали тонкие черно-серые струйки дыма, тени которых тянулись к небу. Жилье отгораживал от будок и павильонов белый забор. Большинство палаток Карнавала было сшито из ткани, и лишь немногие сколочены из сосновых досок, наспех окрашенных белилами. Между ними артисты разбили импровизированные дорожки и улицы. Вечером эти улицы должны были заполнить парни из Л'Мораи, но сейчас Карнавал был пустынным.
Обойдя камень, который он отделывал, Ферин заметил полотна вывесок, натянутые между палатками.
– Аллея уродов, – прочитал он, качая головой. – Потрясающая глотательница огня… Женщина с тремя ногами… Мальчик с лошадиной головой… Злой волшебник. – Он поежился, читая последнее объявление: ведьмы и эльфы всколыхнули любопытство людей Л'Мораи.
– Нравится мой Карнавал, да? – Голос, налетевший, как гром, раздался из-за камня.
Ферин развернулся.
– Месье Сайн, – прошептал он, увидев владельца балаганов, одетого в темное. Он был большим, неряшливым и носил черный плащ с капюшоном. Из тени капюшона выглядывали густые брови, крючковатый нос и редкие желтые зубы. Ферин, избегая его взгляда, ответил, махнув в сторону камня:
– Нравится, да. Настоящий карнавал. Месье Сайн кивнул. На его темном лице появилась тень улыбки:
– Может быть, закончив работу над камнем, ты присоединишься к нам? Мне нужен карлик-шпагоглотатель. Или тебе больше нравится компания фокусников и волшебников?
Ферин опустил угольно-черные глаза:
– Сцена не место для карликов.
– Для цивилизованных, возможно, – ответил громовым голосом владелец, – но наши ребята-волшебники совершенно дикие, уверяю тебя.
Ферин вдруг понял, что вытащил зубило из кармана и держит в руке, будто приготовившись ударить.
– Нельзя так обращаться с людьми – дикие они или нет.
– Я обращаюсь так со всеми уродами, – легкомысленно отозвался мсье Сайн. Он протянул жилистую руку с длинными крючковатыми ногтями к камню и провел по рельефу букв. – Если бы не я и мой Карнавал, все эльфы, волшебники и карлики – даже цивилизованные карлики – были бы убиты народом Л'Мораи. Ведь в конечном счете, – добавил он, обнажая желтые зубы, – уроды есть уроды.
Ферин немного нервно наблюдал за тем, как движется по камню рука черного мсье.
– Я закончил название, видите. Внизу я наметил написать ваши имена.
Пальцы задержались на букве М, и голос стал холоднее.
– Наметил? Все надо сделать к вечеру.
– А я и не собирался тут оставаться дольше, – проворчал Ферин, глядя на спускающееся солнце.
Владелец Карнавала кивнул, и голова в капюшоне качнулась вместе с плечами.
– Пусть мое присутствие не отвлекает тебя от работы, мой маленький мужчина.
Ферин кивнул и поднял глаза. Только тут он заметил, что над широким зубастым ртом карнавальщика тянется, задевая одну ноздрю, глубокий шрам. Лицо Ферина вспыхнуло, он снова отвел глаза, делая вид, что смотрит на инструмент. Он установил зубило на камне и начал выбивать букву О, мерно ударяя по зубилу молотком. Острый конец инструмента ударил по камню, оставив метку, обозначавшую верхнюю точку буквы. Ферин чувствовал, что карнавальщик сзади придвинулся ближе, почти нависнув у него над плечом. Он слышал его гнилостное дыхание. Стараясь не обращать внимания на непрошеного наблюдателя, Ферин закончил верх О и принялся за ее середину.
– Подожди-ка! Что ты делаешь? – вдруг спросил карнавальщик.
Карлик сжал зубы и остановился. Он кивнул на незаконченную букву.
– В каком смысле – что делаю? Я высекаю букву О.
Сайн одной рукой схватил каменщика за рукав, а другой показал на разметку.
– Основатели: Андрэ и Джурон Сайн. Что это?
– Если хотите, чтобы ваше имя стояло первым, мсье, вам надо поговорить с братом, – ответил Ферин, дрожащим голосом.
– Я – бог Карнавала, урод – не может быть моим братом, – прошипел Сайн. – Мое имя будет на камне единственным.
– Когда ваш брат договаривался со мной…
Слова застряли у Ферина в горле, когда костлявые руки сомкнулись у него на шее. Сердце карлика застучало, а земля поплыла под ногами. Он почувствовал, как его подняли и встряхнули, он пытался лягаться, чтобы освободиться, но хватка врага была железной. Глаза его выкатились из орбит, а небо окрасилось в пурпурные тона. Владелец Карнавала поднял его высоко над землей, и Ферин теперь близко видел его искаженное лицо, а когда тот Заговорил, сразу почувствовал тошнотворную вонь.
– Это не могильный памятник, мсье Карлик. Это краеугольный камень. И на нем никогда не появится имя моего брата. Так решил я. Переделай разметку. – Он выдыхал после каждого слова, извергая зловоние.
Ферин мог только моргать, кровь прилила к его голове. Холодная улыбка обнажила кривые зубы мсье Сайна, и он медленно опустил Ферина на землю. Карлик широко открыл рот, и глубокий вдох насытил его легкие холодным воздухом. Он бросился к камню и прижал к его холодной поверхности пыльные руки.
– Как хотите, сэр. Но я уже начал букву О. Без имени вашего брата нарушится симметрия.
– Затри это О и начинай сначала, – рявкнул Сайн, отворачиваясь. – Все должно быть готово сегодня. – Не говоря больше ни слова, Джурон Сайн направился в сторону палаток.
Прежде чем солнце совсем село, Ферин замазал начатую букву О и доделал всю надпись. Получив плату, он устремился вниз по дороге, с тревогой вглядываясь в темноту на востоке.
Осмотрев работу карлика.
Джурон Сайн облокотился на камень, глядя вслед удаляющемуся Ферину. Понимающая улыбка кривила его неприятный рот. «Ты вернешься», – думал он, тихо посмеиваясь про себя. Он был уверен, что вскоре его Карнавал обогатится отличным шпагоглотателем.
Несколько вечеров спустя Джурон Сайн лежал у того же камня под черным и беззвездным небом. На расстоянии трех ярдов от него в ворота Карнавала входили один за другим члены попечительского совета. Огни их факелов образовывали горящую цепь над вересковой тропой. Раз они пришли, значит, готовы были платить.
Джурон с удовлетворением прислушивался к голодному рокоту толпы и звяканью монет, падающих в корзинки, какофонии музыки и криков со стороны самого Карнавала.
– Мой Карнавал, – прошептал самому себе Джурон, стягивая с головы черный колпак. Медленная улыбка удовлетворения снова пробежала по его губам, и он опять повернулся в сторону ворот, чтобы рассмотреть толпу горожан, вливавшуюся в железные ворота.
Их безразлично-любопытные лица мерцали в огнях факелов. Жирный мясник сунул руку в карман, достал монету, бросил ее в корзинку и тут же двинулся к палаткам буфета, которые начинались сразу за воротами.
– Заходи каждый! Заходи все! – выкрикивал узенький человечек в полосатой рубашке и с гипсовой повязкой на лбу. – Поглядите на уродов Л'Мораи – обиженные природой, отринутые судьбой – все живые! Заходите на Карнавал – взгляните в лицо своим глубинным страхам!
В белой будке недалеко от него сидел толстый человек в красной шелковой рубашке.
– Будущее ждет! Отыщите его щедрую руку в лабиринтах случая! Сыграйте в игру с удачей! Нищие становятся королями, а короли нищими.
– Огромные мерзкие существа – все как один убийцы. Посмотрите – они на привязи. Посмотрите, как они будут умирать. Глядите, как они будут драться на ринге единоборства. Драться на смерть! – кричал третий, держащий огромное бревно на загорелых плечах.
Джурон рассматривал толпу, стекавшуюся на Карнавал.
– Они прошли весь путь от Л'Мораи, – бормотал он, – как скотина идет на забой, с широко открытыми глазами и ничему не сопротивляясь.
Внимание Джурона привлек мальчишка, который болтался возле камня. Ребенок провел ручонкой по блестящему граниту, а потом отступил на несколько шагов и, не замечая отвратительную тварь, которая притаилась в тени, начал по складам читать:
– Боль-шой Кар-кар-карнавал Л'Мораи. Ос-основа-основатель Джурон Сай-Сайн. 1272. – Радуясь собственной находчивости, мальчишка снова подошел к камню и нащупал маленькой ручонкой букву О. Цемент был неровным на том месте, где мастер заделал свою ошибку.
– Да, мой мальчик, – произнес Джурон. – В нынешнем, 1272 году, здесь будет построена большая арена.
Испуганный неожиданным хриплым голосом вороноподобного существа, мальчишка кинулся бежать со всех ног. Сайн долго смотрел ему вслед, не упуская ни единого шага, ни одного движения малыша, пока тот, нырнув под большой тент, не скрылся из виду.
Сайн, вздохнув, снова привалился к камню. Он полез в глубокий карман плаща и достал свечу и трутницу. Под привычными пальцами коробочка легко открылась, и он достал оттуда огниво, потом зажег свечу, прикрыв пламя жилистой ладонью.
– А как там мой братец? – взволнованно пробормотал он.
Навалившись на камень, он сдвинул верхушку гранитной глыбы, и перед глазами предстала небольшая темная комната. Неожиданно налетевший ветерок заставил пламя свечи зловеще колебаться.
Успокоив огонек между ладонями, Джурон поднес свет к комнатке. До пола было фута четыре. Пламя вспыхнуло ярче, осветив остатки семи или восьми свечей, сгоревших до основания – до капель воска, которые покрывали пол жирными пятнами.
Джурон заглянул внутрь. С остатков свечей он перенес свое внимание на ногу человека, который лежал в углу каменного мешка. Кости выпирали через пергаментно-белую кожу, а вены рисовали красно-синюю карту на его худой икре. Глаза, закрытые в беспокойном полусне, были опухшими, а губы – сухими и бугристыми. Отвратительно улыбаясь, Джурон положил свечу возле ноги. Пламя начало лизать истощенную плоть.
С криком боли человек проснулся и поджал ногу, чтобы спастись от огня. Он широко открыл глаза и уставился наверх, шепча:
– Это ты, Джурон?
– Ты с каждым днем становишься все больше и больше похож на меня, братец, – отозвался Джурон.
Андрэ покачал головой и сел, прислонившись к холодной стене.
– Что – что ты со мной делаешь, Джурон?
– Ты что, не помнишь, Андрэ? Лекарство было таким же сильным, а?
– Пожалуйста, Джурон, я умираю от жажды.
– Прости, братец, – последовал холодный ответ. – Еды и воды больше не будет. Ты и так достаточно загадил камень. Пришло твое время умирать.
– Чем я это заслужил?
– Лучше будет, если я тебе не отвечу, – спокойно бросил Джурон. – Молись о прощении. – Он порылся в складках плаща и вытащил поблескивающую рубиновую подвеску. – Ты видел, что я нашел? Голос из камня стал бешеным:
– Отдай это мне, Джурон! Отдай! Это мое по праву рождения.
– Тебе осталось только побеспокоиться о правах смерти. К тому же его целительная сила распространяется на болезни и раны, а не на голодное угасание.
– Если ты собираешься убить меня, то дай мне хотя бы умереть, не снимая своей подвески. Умоляю тебя…
– А разве ты дал мне поносить камень, когда меня обезобразила чума? Мольба Андрэ перешла в рычание:
– Отдай мне подвеску, Джурон. Или я прокляну тебя, и тогда твои муки превзойдут мои вдвое!
– Завтра начнется строительство арены. Будет выложен первый ряд камней, начиная с этого – в котором лежишь ты. А потом будет еще один ряд, и еще…
– Я буду кричать.
– Как вчера и позавчера? Думаю, нет. Этот порошок делает тебя молчаливым, – ответил Джурон, открывая стеклянную баночку.
– Я ненавижу тебя, Джурон. Вся моя любовь обратилась в ненависть.
– В конечном счете, мы одинаковы, – отозвался Джурон, высыпая тончайший порошок в каменную могилу брата.
Глава 1
Мария отбросила назад угольно-черные волосы и поправила повязку, закрывающую глаза. Затем, оставив на столе перед собой все кинжалы, кроме одного, она подняла клинок и приготовилась кинуть его. Толпа затихла. Сильным броском кисти, молодая женщина послала кинжал прямо в душный воздух. Острый нож взлетал все выше и выше, и в тишине Мария прекрасно слышала резкий звук, с которым он режет воздух. После минутного замешательства она услышала взрыв толпы и резкий всхлип холста тента где-то наверху.
– Видите, – крикнула она хорошо поставленным актерским голосом, – точность – инстинкт, а не зоркость глаз.
Переступив босыми ногами по песку, она продолжила:
– Вы уже убедились, что я слепа. Я ношу повязку только для тех, кто этому не верит. – Она подняла руку и выставила перед зрителями открытую ладонь. – Но для того, чтобы поймать кинжал, мне нужны не глаза, а руки.
Шорох падающего кинжала потонул во вздохе толпы. Ладонь сомкнулась на рукоятке ножа, Мария взмахнула им и, широко улыбаясь, добавила:
– Инстинкт важнее глаз.
Она раскланивалась, а толпа взрывалась неутихающими аплодисментами. Подойдя к столу на сцене, Мария глубоко вздохнула, готовясь к новому номеру, и взяла еще два кинжала. На сцене воняло потом и дымом – сегодня собралась самая большая толпа за весь год. Мария кинула в воздух первый нож, за ним быстро последовал второй, она поймала первый и тут же из быстрых рук выпорхнул третий. Толпа замерла, а Мария чутко прислушивалась к ритму ножей, которые ловила и подбрасывала.
– Искусство жонглирования – древнее и благородное, – говорила она в промежутках между падением и взлетом острых стальных клинков. – Сам Совет Л'Мораи – труппа жонглеров, поддерживающая бесконечный круговорот справедливости и свободы, закона и прав. Я рада, что они мастерски владеют приемами жонглирования. Даже вы – простые люди – и те жонглеры. – Она подбросила последний нож, который держала в руках, и прибавила еще один со стола. Толпа взорвалась аплодисментами.
– Конечно, ни советника, ни простолюдина нельзя назвать совершенным жонглером. Мы всего лишь люди. Мы стареем, и часы наших сердец теряют свой четкий ритм. – Говоря, она не прекращала жонглировать, но теперь пропускала некоторые ножи. – В конце концов сердца теряют последний пульс. – Она отложила два ножа и послала в воздух только два последних. – Мы стареем, а потом ритм прекращается вовсе. – Она подбросила два клинка и дала им спокойно вонзиться в песок у своих босых ног. – И мы умираем. Но едва только ритм восстанавливается, – она опять стала подбрасывать пять клинков, – мы живем снова.
Вдруг что-то больно ударило Марию в лоб, она испуганно отступила назад, стараясь удержаться на ногах, и упавшее лезвие скользнуло вдоль ее икры. Она тяжело осела на песок, подтянула ногу к себе и прижала к ране вспотевшую ладонь.
Только в это мгновение Мария услышала смех толпы и почувствовала запах гнилого яблока, которое ударило ее. Придерживая рану, она попыталась встать, но голова и тело будто налились свинцом.
– Ну и как твой ритм? – раздался крик из рядов зрителей.
Сжав зубы от боли, Мария старалась не упасть в обморок. Толпа была огромной и возбужденной, а нога уже раскалилась от крови. Почувствовав, как становится мокрым песок, на котором она сидела, она беспомощно повернула голову к людскому морю. Тихий стон сорвался с ее губ.
И тут сквозь смех зрителей она услышала шорох шелковых плащей и топот чьих-то ног.
– Арлекины, – прошептала она с облегчением.
К ней вразвалочку подскочил арлекин и завопил:
– Чертовски хорошо сыграно, Мария. Пробирает до крови! – Толпа взорвалась новыми аплодисментами, криками и свистом. Пара рук в перчатках коснулась ее ноги, а другая пара схватила за руки.
Потом одна из перчаток взметнулась наверх, и арлекин закричал:
– Глядите-ка! Она повязала нас кровью!
Ответом каменной арене был хохот.
Выкрикивая шутки и непристойности, арлекины подхватили Марию и потащили с арены, каждые несколько шагов подбрасывая в воздух с криками:
– Э-эх!
Шум и свист были прерваны глубоким басом владельца Карнавала.
– Пусть нас услышит Мария – очаровательная слепая жонглерша! – Он сделал паузу, и ряды зрителей взорвались аплодисментами. – А теперь позвольте мне представить артистов, которые не обладают ни грацией, ни красотой, ни мужеством Марии: приготовьтесь к встрече с арлекинами Л'Мораи!
Эти слова тоже сопровождали аплодисменты, а арлекины уже несли Марию к каменному спуску с арены.
– Ты справишься с ней, Антон? – спросил один арлекин, отпуская Марию. – Нам пора на выступление, чтобы успокоить эту толпу.
– Все в порядке, – раздался задыхающийся голос Антона, который взвалил Марию себе на плечи. – Я отнесу ее в палатку.
Мария оттолкнула вонючий воротник клоуна и пробормотала слова благодарности.
Широкоплечий рассмеялся и шагнул с посыпанного песком пола, неся Марию мимо клеток рычащих собак и уродливых клоунов. Шум арены слышался меньше, когда она добрались до арки выхода и ступили в свежесть ночи.
– Карнавал на этом месте уже давным-давно, – пробормотал Антон, – а они все еще кидаются яблоками.
– Четыреста лет, мой друг, – уточнила Мария, – и гнилые яблоки тоже. – Ее пустые глаза, казалось, были устремлены назад к залу. – Чем больше толпа, тем отвратительнее она себя ведет.
– Это так страшно, Мария, – вздохнул арлекин, и его большие ботинки сделали еще несколько шагов по утоптанной дорожке. – Они запретили себе развлекаться и поэтому приходят сюда, чтобы веселиться за наш счет.
– Спасибо тебе и всему братству шутов, – произнесла Мария с волнующим смешком, прижимаясь к нему покрепче.
– Эх, – отозвался Антон с дурацким присвистом, – нам – уродам – надо держаться вместе. – Они подошли к двери ее палатки. – Вот мы и на месте. Если хочешь, я помогу тебе забинтовать рану.
– Ты уже здорово помог мне, – спокойно отозвалась слепая жонглерша. – Все будет в порядке. А вот ты можешь опоздать на представление, – добавила она с грустной улыбкой. – Кукольник свернет тебе шею, если ты не выйдешь на сцену.
– Думаешь, из меня получится хороший безголовый? – спросил Антон, смеясь и опуская ее на землю. – Ты точно сама справишься?
Мария уже шла к своему вагончику.
– Я видала вещи и похуже, – ответила она. – Если тебе попадется кто-нибудь с руками, перепачканными яблочным соком, передай ему от меня привет. – Она помахала окровавленной ладонью.
– В твою честь! – в шутливом салюте вскинул свою испачканную руку Антон и отправился назад к сцене.
Мария с болью улыбнулась, а потом уперлась рукой в дверь, пытаясь открыть ее. Вдруг острый запах теплой крови ударил ей в нос, и у нее закружилась голова.
– Надо потерпеть, – приказала она себе, стискивая зубы.
Девушка открыла дверь и с трудом добралась до угла, где стояли кувшин и тазик. Руки дрожали, когда она выливала воду в таз. Вымыв руки, она на ощупь нашла чистое полотенце, которое висело рядом на стуле, оторвала от него полоску, намочила из кувшина и протерла рану, а потом завязала икру остатком ткани.
Это был не первый случай, когда она получала рану во время представления, но до сих пор порезы бывали случайностью, а зрители никогда не смеялись. Мария с трудом облокотилась о стол, а в ушах не замолкали шум и хохот. СМЕХ И КРОВЬ. СМЕХ И КРОВЬ. Это была строка из старой поэмы, которую часто читал ей отец. У нее до сих пор сохранилась та книжка, стоявшая сейчас на полке у двери вместе с другими сказками. Впрочем, теперь ей не нужны были книги – чума унесла и отца, и ее глаза.
Приволакивая раненую ногу, она добралась до стула рядом с умывальником. Сиденье было теплым и мокрым. Поправляя сзади юбку, она почувствовала, что пальцы снова стали липкими. Кровь.
– Нога кровоточит больше, чем я думала, – пробормотала она себе под нос. Сделав еще несколько неуклюжих шагов по комнате, молодая женщина решила прилечь, а кровь вытереть позже.
Двигаясь к кровати, Мария поскользнулась и чуть не упала, с трудом удержав равновесие.
Пол был мокрым.
Снова кровь.
Сердце неприятно заныло у нее в груди. Она набрала побольше воздуха и потащилась к кровати, опустилась на нее, но тут же поняла, что и кровать влажная. Сердцебиение стало еще сильнее. Она провела пальцами по покрывалу, но тут же отдернула руку. Кругом была теплая кровь. Подавив тошноту, Мария пересела на середину узкого ложа.
Ее рука наткнулась на ногу.
Она встала и повернулась, будто могла что-то увидеть. Ни звука, кроме громкого стука ее собственного сердца. Она тихо протянула руку к ноге и снова потрогала ее. Нога не двигалась. Она попробовала ущипнуть кожу, никакого эффекта. Человек был мертв.
Впрочем, это был не совсем человек – нога была слишком короткой – нога карлика. Она стала нервно ощупывать тело: мускулистые икры, острые коленки…, чем выше поднималась ее рука, тем более влажной была одежда. Девушка была так испугана, что почти ждала, что неподвижное тело сейчас встанет с кровати и вцепится ей в горло, но тут рука нащупала нечто, что заставило ее вздрогнуть и похолодеть от ужаса: из живота карлика торчал острый клинок.
Мария метнулась прочь от кровати, ударилась о полку, с которой посыпались книги, она опять поскользнулась на мокром полу, но удержалась на ногах, схватившись за спинку стула.
Потом наступила минута тишины, и она услыхала дыхание. Нет, это не было дыханием карлика или ее собственным, вырывающимся из сдавленной страхом груди, дышал кто-то, спрятавшийся в углу комнаты, кто-то, видевший, как она вошла, наблюдавший, как она мыла руки и бинтовала ногу, как хромала к кровати и как обнаружила тело.
Убийца.
Она чувствовала, что он смотрит на нее, ощущала на его лице жестокую улыбку убийцы. Отступив назад, Мария оказалась возле сундука у кровати. Дрожащей рукой она откинула крышку… Раздались шаги.
Ее рука нырнула в сундук и вытащила оттуда кинжал. Не раздумывая, Мария бросила его туда, откуда слышались звуки. Раздался крик удивления – мужской голос – и шаги в сторону двери. Мария достала второй кинжал и метнула его в спину убийце. Нож прорезал одежду и достиг плоти. Третий кинжал. Убийца вскрикнул, бросаясь вон из двери. Мария была в двух шагах от него, она схватилась за косяк, чтобы не упасть в лужу крови. Она услышала его шаги впереди и поняла, что он убежал. Убежал в сторону людного Карнавала.
Девушка выбежала из вагончика и упала на колени в траву у порога.
– Помогите! – закричала она. – Пожалуйста, помогите! Здесь произошло убийство!

Ravenloft - 6. Карнавал страха - Кинг Роберт => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Ravenloft - 6. Карнавал страха писателя-фантаста Кинг Роберт понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Ravenloft - 6. Карнавал страха своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Кинг Роберт - Ravenloft - 6. Карнавал страха.
Ключевые слова страницы: Ravenloft - 6. Карнавал страха; Кинг Роберт, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, полностью, полная версия, фантастика, фэнтези, электронная
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов