А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Песок пролетел
насквозь, а его рука - нет.
Органика и неорганика? Нет, потому что сквозь барьер пролетела
мертвая ящерка, а ящерка, даже мертвая, - это все равно органика. А
растение? Он отломал сучок и ткнул им в барьер. Сучок прошел насквозь, но
когда до барьера дотронулись его пальцы, сжимавшие сучок, они не прошли.
Значит, Карсона барьер не пропускает и Пришельца тоже. А камни,
песок, мертвую ящерицу...
А живая ящерица? Он принялся охотиться за ними под кустами и скоро
поймал одну. Он осторожно бросил ее в барьер, и она отлетела назад и
побежала прочь по голубому песку.
Насколько можно было судить, это был окончательный ответ. Барьер
преграждал путь живым существам. Неживое и неорганическое вещество могло
проникать сквозь него.
Выяснив это, Карсон снова взглянул на свою раненую ногу. Кровотечение
ослабло - это значило, что ему не нужно думать о турникете. Но нужно было
разыскать немного воды, чтобы обмыть рану.
При мысли о воде он понял, что страшно хочет пить. Если схватка
затянется, рано или поздно необходимо будет найти воду.
Слегка хромая, он начал обход своей половины арены. Касаясь барьера
одной рукой, он дошел до полукруглой стены. Она была видима - вблизи она
казалась серо-голубой - а на ощупь была точно такая же, как и барьер.
Карсон на всякий случай бросил в нее горсть песка - песок прошел
насквозь и исчез из виду. Значит, полукруглая стена - это тоже силовое
поле. Но сплошное, а не прозрачное, как барьер.
Он пошел вдоль стены, пока не вернулся к барьеру, а потом вдоль
барьера к тому месту, с которого начал.
Воды не было и следов.
Обеспокоенный, он начал ходить зигзагами между барьером и стеной,
внимательно разглядывая пространство между ними.
Воды не было. Голубой песок, голубые кусты, невыносимая жара. И
больше - ничего.
"Наверное, мне только кажется, что я так уж страдаю от жажды", -
сказал он себе. Сколько прошло времени? Конечно, по меркам его
пространства-времени - нисколько. Ему же было сказано, что пока он здесь,
там время стоит на месте. Но жизненные процессы в его организме идут и
здесь. Сколько же прошло времени, если измерять его этими процессами?
Вероятно, три-четыре часа. Во всяком случае, не так долго, чтобы начать
серьезно страдать от жажды.
И все-таки он испытывал сильнейшую жажду. В горле у него пересохло.
Может быть, дело в жаре. А было в самом деле жарко! Наверное, градусов 55.
Сухая жара без малейшего движения воздуха.
Он сильно хромал и был совершенно измучен к тому времени, как кончил
бесплодный обход своих владений.
Он поглядел на неподвижного Пришельца и подумал: надеюсь, что и ему
так же скверно. Очень может быть, что так и есть; Ведь нам сказали, что
обстановка здесь одинаково незнакомая и одинаково неприятная для нас
обоих. Может быть, на планете Пришельцев нормальная температура - градусов
90. Может быть, здесь, где Карсон медленно поджаривается, Пришелец
замерзает.
А может быть, воздух здесь слишком плотен для Пришельца, как он
слишком разрежен для Карсона. После прогулки он просто запыхался. Теперь
он сообразил, что воздух здесь не плотнее, чем на Марсе.
И никакой воды.
Это означало, что для борьбы поставлен предел - во всяком случае, для
него. Если он не найдет способа проникнуть сквозь барьер или убить врага,
оставаясь по эту сторону, - рано или поздно его убьет жажда.
Он понял, что нужно спешить. Но все-таки он заставил себя присесть,
чтобы немного отдохнуть и подумать.
Что делать? Ничего. И тем не менее дел много. Вот, например, разные
виды кустов. Они выглядят не очень многообещающими, но нужно внимательно
их изучить. Потом нога: с ней что-то нужно сделать, хоть и без воды.
Приготовить боеприпасы в виде камней. Найти камень, из которого можно было
бы сделать хороший нож.
Нога к этому времени сильно разболелась, и он решил начать с нее. На
одном из кустов росли листья или что-то вроде листьев. Он сорвал горсть
листьев и решил рискнуть. Листьями он стер песок, грязь и запекшуюся
кровь, потом сделал компресс из свежих листьев и привязал его к ноге
усиками с того же куста.
Эти усики оказались неожиданно прочными. Они были тонкие, но зато
гибкие и упругие, и он не мог их переломить, как ни старался. Пришлось
отпиливать их острым краем голубого камня. Те усики, что были потолще, в
длину достигали целого фута, и он на всякий случай запомнил, что, если их
связать по нескольку штук, получится вполне приличная веревка. Может быть,
веревка ему пригодится.
Он продолжал исследовать кусты. Оставалось еще три разновидности.
Одни кусты были без листьев, сухие, хрупкие, похожие на сухое
перекати-поле. Другие были мягкие и крошились, почти как гнилушка. Похоже
было, что из них получится прекрасный трут для костра. Третьи были больше
остальных похожи на деревья. У них были нежные листья, которые
сворачивались при прикосновении, а стебли были хотя и короткими, но
прочными и крепкими.
Было жарко. Невыносимо жарко.
Сильно хромая, Карсон подошел к барьеру и пощупал, здесь ли он еще.
Барьер все еще был здесь.
Некоторое время он стоял и глядел на Пришельца. Тот держался на
безопасном расстоянии от барьера и там что-то делал, двигаясь взад и
вперед. Что он делал, Карсон разглядеть не мог.
Один раз он остановился, немного приблизился и как будто уставился на
Карсона. И снова Карсону пришлось бороться с приступом тошноты. Он швырнул
в Пришельца камнем, тот отступил и продолжал заниматься своим непонятным
делом.
По крайней мере Карсон мог держать его на расстоянии.
"Очень много от этого толку", - подумал он с горечью. Тем не менее
следующие два часа он провел, собирая камни подходящей величины и
складывая их в аккуратные кучки поблизости от барьера.
Горло у него горело. Он почти ни о чем не мог думать, кроме воды.
Но ему приходилось думать. О том, как проникнуть сквозь барьер, как
добраться до этого существа и убить его, пока жара и жажда не убили его
самого.
Барьер с обеих сторон доходил до стены. А вверху и внизу?
Некоторое время у Карсона в голове стоял какой-то туман, и он никак
не мог сообразить, как бы ему это выяснить. Сидя неподвижно на голубом
песке (а как он сел - этого он не помнил), он бесцельно смотрел, как
голубая ящерка перебегает от одного куста к другому.
Карсон улыбнулся ей. Может быть, у него в голове что-то было неладно;
потому что он вдруг вспомнил старые россказни марсианских колонистов:
"...Скоро тебе становится так одиноко, что ты начинаешь заговаривать с
ящерицами, а потом приходит время, когда они начинают тебе отвечать..."
Конечно, ему надо бы думать о том, как убить Пришельца, но вместо
этого он улыбнулся ящерице и сказал:
- Привет!
Ящерица сделала несколько шагов в его сторону.
- Привет! - ответила она.
Карсон оцепенел от изумления, а потом пришел в себя и разразился
хохотом. И смеяться ему было не больно - не настолько уж у него пересохло
горло.
А почему бы и нет? Почему бы существу, которое изобрело это кошмарное
место, не обладать и чувством юмора? Говорящие ящерки, которые отвечают
тебе на твоем языке, - разве это не мило?
Он улыбнулся ящерке и сказал:
- Иди сюда.
Но ящерка повернулась и убежала, перебегая от куста к кусту, пока не
скрылась из виду.
Он снова почувствовал жажду.
И потом нужно что-то делать. Он не может победить, просто сидя здесь
и предаваясь отчаянию. Нужно что-то делать. Но что?
Проникнуть сквозь барьер. Но он не может пройти сквозь него, не может
и перелезть. А если подлезть под него снизу? И ведь к тому же, чтобы найти
воду, копают колодцы. Одним выстрелом двух зайцев...
Преодолевая боль, Карсон подошел к барьеру и начал копать песок
голыми руками. Это была медленная, трудная работа: песок осыпался, и чем
глубже он копал, тем шире приходилось делать яму. Он не знал, сколько
часов прошло, но на глубине четырех футов он уперся в скалу. Скала была
совершенно сухой - никаких признаков воды.
А силовое поле доходило до скалы. Все зря. И воды нет. Ничего.
Он выполз из ямы и лег на песок, задыхаясь. Потом он поднял голову,
чтобы посмотреть, что делает Пришелец. Должен же он что-то делать.
Так и есть. Он что-то сооружал из веток кустарника, связывая их
тонкими усиками. Странное сооружение высотой фута в четыре, и почти
квадратное. Чтобы разглядеть его получше, Карсон взобрался на кучу песка,
которую он выкопал. Сзади из машины торчали два длинных рычага, один из
них заканчивался углублением наподобие чашки. "Похоже на какую-то
катапульту", - подумал Карсон.
И верно - Пришелец положил в чашку увесистый камень, одним щупальцем
подвигал вверх-вниз другой рычаг, потом слегка повернул машину, как будто
целясь, а потом рычаг с камнем метнулся вверх и вперед.
Камень пролетел в нескольких метрах над головой Карсона, так далеко,
что он даже не стал нагибаться, но он прикинул, на какое расстояние
полетел камень, и присвистнул. Он не мог бы бросить камень такого веса
дальше, чем на половину этого расстояния. И даже если он отступит к задней
стене своих владений, эта машина достанет до него, когда Пришелец
придвинет ее к самому барьеру.
Над ним пролетел еще камень - уже поближе.
"Это может быть опасно", - решил он. Нужно что-то предпринять.
Двигаясь из стороны в сторону вдоль барьера, чтобы катапульта не
могла взять его в вилку, он запустил в нее десятком камней. Но он увидел,
что от этого не будет никакого толку. Так далеко он мог бросать только
небольшие камни. И если они попадали в машину, они отскакивали от нее, не
причинив никакого вреда. А Пришелец на таком расстоянии легко увертывался
от тех камней, которые падали около него.
Кроме того, у него сильно устала рука. От изнеможения у него болело
все тело. Если бы только он мог немного отдохнуть и не увертываться каждые
тридцать секунд от снарядов катапульты...
Он, шатаясь, отошел к задней стене. Но и это его не спасало. Камни
долетали и туда, только реже, как будто приходилось дольше заводить
механизм катапульты.
Он снова устало потащился к барьеру. Несколько раз он падал и с
трудом поднимался на ноги. Он знал, что его силы на исходе. И все-таки он
не мог остановиться, пока не выведет из строя эту катапульту. Стоит ему
задремать, и больше он не проснется.
Первый проблеск идеи появился у него после очередного выстрела
катапульты. Ее снаряд попал в одну из кучек камней, которые он запас у
барьера, и от удара вылетела искра.
Искра. Огонь. Первобытные люди добывали огонь, высекая искры. А если
использовать эти сухие крошащиеся кусты как топливо...
К счастью, один такой куст оказался как раз около него. Он сломал
его, поднес к куче камней, а потом принялся терпеливо молотить камнем о
камень, пока одна искра не попала на древесину, похожую на трут. Дерево
занялось так быстро, что пламя обожгло ему брови, и превратилось в пепел
за несколько секунд.
Но теперь он уже знал, что делать, и через несколько минут под
защитой горки песка, который он выкопал из ямы, горел маленький костер. На
растопку он взял мягкие ветки, а огонь можно было поддерживать ветками
другого куста, которые тоже горели, но медленнее.
Прочные усики, похожие на проволоку, почти не горели - с их помощью
было легко делать зажигательные снаряды. Пучки хвороста с маленьким камнем
внутри - для веса, обвязанные усиками с петлей, чтобы сильнее замахнуться.
Он запас полдюжины таких снарядов, потом зажег и бросил первый. Он не
попал в цель, и Пришелец спешно начал отступать, таща за собой катапульту.
Но у Карсона было готово еще несколько снарядов, и он швырнул их один за
другим. Четвертый застрял в машине, и этого было достаточно. Пришелец
тщетно пытался погасить расползавшееся пламя, закидывая его песком, -
когтистые щупальца не могли захватить его помногу. Катапульта сгорела.
Пришелец откатился на безопасное расстояние от огня и снова
сосредоточил свое внимание на Карсоне. Снова Карсон почувствовал эту волну
ненависти и тошноты. Но уже слабее: или сам Пришелец ослабел, или Карсон
уже научился защищаться от такого нападения.
Он показал Пришельцу нос и отогнал его камнями на почтительное
расстояние. Пришелец откатился к задней стене своей половины и снова начал
собирать ветки. Наверное, он собирался сделать еще одну катапульту.
Карсон в сотый раз проверил, действует ли еще барьер, и вдруг
обнаружил, что сидит у самого барьера на песке, слишком ослабев, чтобы
встать.
1 2 3 4 5
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов