А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Вы должны узнать настоящее испанское гостеприимство, поэтому приезжайте и останавливайтесь у нас, — оживленно говорил мужчина. Сочный, громкий голос Рамиро разносился по огромной гостиной. — Мы всегда любим принимать у себя молодежь. К сожалению, мы поздно поженились, и, хотя Бог даровал нам дочь, боимся, наша жизнь кажется ей скучноватой. Изабелла наверняка думает, что родители уже стоят одной ногой в могиле!
Когда к их группке присоединился Алекс, Кэти удивилась, что в его приветствии не было ни капли теплоты. Ее муж вообще держался очень сухо, хотя Рамиро, оказалось, был расположен к Алексу более дружески, чем кто-либо из собравшихся родственников. Но затем Кэти вообще перестала думать: от выразительного взгляда Алекса все тело затрепетало с головы до ног.
— Ты выглядишь усталой, дорогая, — многозначительно заметил муж.
Кэти стала пунцовой, но со светской улыбкой Александр уже уводил жену из гостиной. Она успела обернуться, бросить на Энрику извиняющийся взгляд и заметила опечаленное лицо золовки. Только тут молодая женщина сообразила, что Алекс и словом не перемолвился с сестрой. Но когда Кэти сказала об этом мужу, тот заставил жену замолчать страстным поцелуем, сразу же воспользовавшись тем, что чопорная гостиная осталась позади и супруги стояли на нижних ступеньках изящной лестницы. Глаза Кэтрин засияли как звезды, и она моментально потеряла голову. Алекс нагнулся и подхватил жену на руки, совершенно не заботясь о том, что их может увидеть кто-нибудь из слишком правильных родственников.
— Как тебе моя семья? — сдержанно спросил Алекс, поднимаясь по лестнице.
— Честно?
— А иначе зачем мне спрашивать?
— Они просто ужасны. — Кэти испуганно ойкнула и закрыла глаза, боясь посмотреть на мужа. — Хотя, может, они более сердечны, чем кажутся.
— Менее.
Глаза жены широко раскрылись.
— О, Алекс… — прошептала Кэти, чувствуя, как сжимается сердце от жалости.
— Ну-ну, — насмешливо улыбнулся Александр, — я уже большой мальчик.
— Рамиро и Энрика — они действительно милые. Кажется, вся эта семья очень тебя любит, — залепетала Кэти, стараясь утешить мужа. — А Рамиро похож на тебя… да, правда, мне даже показалось, я его где-то видела!
Алекс застыл на месте, поставив одну ногу на мраморную ступеньку.
— Ты с ума сошла! — с неописуемой яростью воскликнул мужчина. — Рамиро мне даже не родня!
Кэтрин растерянно заморгала. Ну да, конечно, с запозданием сообразила она. Рамиро с ее мужем просто в свойстве-не кровный родственник, а зять, муж его сестры, и даже более того… более того…
— Но тебе никто из них не родня! — неожиданно вырвалось у Кэти. В ту же секунду женщина осознала всю непоправимость сказанного и была готова откусить себе язык, увидев потрясенное лицо Алекса.
Через десять секунд Кэти стояла на полу спальни. Алекс внес жену и захлопнул дверь ногой.
— Ну-ка повтори, что ты сказала… — зловещим тоном произнес мужчина.
У Кэти подогнулись колени, и она почти упала на кровать. Глаза неожиданно наполнились слезами.
— Прости меня. Я совсем забыла, что мне не полагается это знать.
— Понятно… И как давно ты об этом узнала?
— Я скажу, только обещай, что не будешь сердиться на человека, который рассказал мне об усыновлении. — Последнее слово Кэти произнесла шепотом, не зная, как отреагирует Алекс. — Понимаешь, она думала, что я знаю…
— Она?
Видно, потребление алкоголя не способствует сохранению тайн, уныло подумала Кэти. Кажется, я уже все выболтала.
— Никто в моей семье не доверил бы тебе этого! — настаивал Алекс.
— Изабелла сказала…
— Белла? — Алекс явно не верил жене.
С большой неохотой Кэти передала разговор, затеянный его племянницей. Алекс был потрясен.
— И эта пигалица все время знала о страшной тайне семьи Серрано? Боже, мне это и в голову не приходило!
— Я объяснила твоей племяннице, что усыновление-глубоко личное дело. Честное слово, я уверена, она больше не заикнется об этом, — поспешила заверить Кэтрин, вовремя прикусив язык и не сказав, что считает эту трагедию не стоящей выеденного яйца.
Теперь, когда Кэтрин познакомилась с кланом Серрано, ей совсем не трудно представить, что эти отжившие мумии считали усыновление чем-то позорным, что нужно тщательно скрывать и ни в коем случае не выносить за пределы семьи. Если Александр воспитан в тех же традициях-а по-другому и быть не могло, — то ее муж, похоже, считает этот вопрос слишком деликатным, чтобы обсуждать с посторонними.
Несколько минут, показавшихся бесконечными, Алекс просто стоял, опустив красивую голову. Кэтрин очень хотела, чтобы муж поделился своими мыслями, но не стала отвлекать его. Однако время шло, а он все еще стоял в задумчивости и выглядел таким потрясенным, что ее сердце не выдержало. Кэти поднялась и подбежала к мужу обнять и утешить.
Алекс удивленно вскинул голову.
— Забудь, — горячо сказала Кэтрин, недоумевая, как решилась на такой поступок, и сама удивляясь вспыхнувшему внутри покровительственному, почти материнскому чувству к этому огромному мужчине. — Это все такая ерунда…
К ее изумлению, Алекс, рассмеявшись, обнял стройные бедра жены и прижал к своему горячему гибкому телу.
— Ну, если ты и впрямь так считаешь…
Кэтрин подумала: в детстве он, окруженный толпой этих замороженных типов, наверняка испытал мало ласки. Да и могут ли любить эти хранители условностей по-настоящему? Ведь, по сути, Алекс не был Серрано.
И кого из этих далеко не приятных людей защищал Алекс? Ради кого жертвовал своей свободой?..
— Эй, похоже, ты за тысячу миль отсюда. Оторвавшись от своих дум, Кэти посмотрела в черные глаза мужа, и слабый румянец окрасил ее щеки.
— Я здесь и хочу тебя, — нежно сказал муж.
Все ее существо немедленно откликнулось на эти слова: сердце пустилось вскачь, во рту стало сухо; прильнув к мужу всем телом, она стала ластиться как котенок и, за мгновение до того как жадный, горячий рот припал к ее губам, услышала, что у Алекса участилось дыхание.
Его страсть застала Кэти врасплох, как и нахлынувшее волной собственное непреодолимое желание. Она таяла в сильных руках как воск. Ставшее таким знакомым мускулистое тело вызывало чувства, не поддававшиеся контролю; Кэти руководило только стремление утолить ненасытную жажду.
Малиновый жакет упал на ковер; искусные пальцы, пробежав по ее спине, ловко расстегнули застежку лифчика, и наконец напрягшиеся от томительного ожидания груди оказались в мужских ладонях, отчего из горла Кэти вырвались звуки, похожие на рыдание.
Алекс уложил жену на кровать и стал по очереди целовать набухшие соски. Жар разлился по всему телу-каждый дюйм ее хрупкой плоти трепетал от разожженного им желания. Затуманившимися глазами Кэти смотрела, как муж нетерпеливо срывает с себя одежду, не отводя от ее тела алчного взгляда, в котором явственно читалось безумие.
Кэти увидела себя глазами Алекса-лежащую с обнаженной грудью, с бесстыдно задранной юбкой, оголявшей широко раздвинутые бедра, — и почувствовала себя последней развратницей. Тем не менее она и не подумала сдвинуться с места, пригвожденная к кровати мощью исходившей от мужчины страсти.
— Именно об этом я и думал, пока вел церемонные разговоры за чашкой кофе, — с неослабевающим напряжением глядя на жену сверху вниз, признался Алекс. — Я не мог думать ни о чем другом. А теперь я чувствую то, что превосходит все мои ожидания.
Учащенно дыша, Кэтрин смотрела на Алекса; ее грудь вздымалась и опускалась. Обнаженный муж был великолепен: мускулистое тело напоминало греческую статую. Когда Алекс наклонился над Кэти, чтобы сдернуть юбку, от него исходило ровное сухое тепло, и покорная и смирная женщина лежала в сладком томлении, лишь чувства были обострены до предела.
Язык Алекса добрался до нежной впадинки на ее животе. Закрыв глаза и слепо вытянув руки, Кэтрин подалась навстречу, чтобы прижать мужчину к своему изнемогающему от желания телу. Алекс повиновался, и Кэти с сильно бьющимся сердцем обхватила мускулистые плечи. Кожа его была горячей и слегка влажной; Алекс перекатился на бок, увлекая ее за собой и срывая с нее последний лоскут разделявшей их одежды.
— Да, да, — застонала она, извиваясь в сладостной муке, когда, нежно проведя рукой по ее напряженному животу, Алекс стал ласкать там, где больше всего хотелось, впрочем, каждая клеточка кожи тоже отчаянно томилась в ожидании прикосновения.
— Не знаю, с чего начать, — хрипло пробормотал он, не отрывая губ от ее пухлого рта. Бедра Кэти ощущали горячую возбужденную плоть. — Я хочу… хочу сразу все, что у тебя есть…
Изумленные сапфировые глаза встретились с горящими агатовыми, и Кэтрин охватило неистовое возбуждение. Алекс гортанно сказал что-то по-испански и вдавил ее тело в жесткий матрас. Язык Алекса проник в рот, жгучие ласки довели се до безумия, и после этого не осталось ни мыслей, ни чувств-только всепоглощающая, захватывающая жажда еще большего безумия.
— И немедленно, — сказал муж, приподнимаясь и прижимая ее бедра к постели. Алекс вошел в нее одним сильным, мощным толчком, заполнив всю, к на Кэти обрушилось острое, доводящее до умопомрачения наслаждение.
— О, Ал, я умираю… — в экстазе всхлипывала она. Такого Кэти еще не испытывала. Необычные ощущения захлестнули, заставив напрочь забыть о реальности.
— Пора вставать, маленькая…
Кэти с трудом выбралась из пут сна, и удовлетворенная улыбка заиграла на ее губах. Рот Алекса слегка прикоснулся к ней, но, когда Кэти потянулась к нему, мужа рядом не оказалось. Тогда Кэти открыла глаза. Алекс стоял у кровати с мокрыми после душа волосами и ослепительно улыбался:
— Обед через час…
Но Кэти не могла заставить себя поторопиться, хотя знала, что надо вымыть голову. Женщина тонула в воспоминаниях о последних нескольких часах, а наблюдать за тем, как одевается Алекс, оказалось так захватывающе интересно, что она не променяла бы это зрелище ни на какой сериал. Кроме того, процедура одевания в ее присутствии делала Алекса таким близким… Кровь прилила к щекам Кэти, когда она припомнила, сколько времени они провели в постели и чему она за это время научилась, а заодно и те упражнения, которые супруги проделала для закрепления навыка. С особым удовольствием Кэти подумала о своем открытии: оказывается, Алекс так же уязвим и беспомощен перед лицом страсти, как и она.
— Надень вечернее платье, — сказал муж, застегивая белую шелковую рубашку. — Полагаю, будут танцы. А так как моя матушка не одобряет подобного времяпрепровождения, то я могу предположить, что она идет на это неслыханное нарушение канонов только для того, чтобы произвести впечатление на клан Марфори.
Сев на постели, Кэти пальцами поправила всклокоченные волосы. Устремленные на Алекса все еще сонные синие глаза были полны нежности.
— Зачем ей это? Александр странно засмеялся.
— Когда расстроилась наша помолвка, обе семьи перестали близко общаться. С тех пор в отношениях между кланами наблюдается некоторая холодность. — Серрано с недовольным лицом слегка пожал плечами. — Но я не могу сказать, что время для примирения выбрано удачно. Приличия требовали, чтобы сегодняшний вечер был только семейным. И будь мать помоложе, я бы обязательно сказал все, что думаю, по поводу того, как она обошлась с тобой, — угрюмо закончил Алекс.
— Ради Бога, не надо ссориться из-за меня, — взмолилась Кэти, но ей было приятно, что Алекс понял ее чувства и оскорбился за жену.
— Честно говоря, я приехал сюда только по обязанности. Ненавижу этот дом и презираю большинство людей, которые здесь живут.
Потрясенная откровенностью мужа, Кэти неуверенно проговорила:
— Дай им привыкнуть ко мне… Белла недавно рассмешила меня. Знаешь, что она сказала? Вся твоя семья надеется, что ты бросишь меня и женишься на Марии.
Прищурившись, Алекс оглядел жену, и губы мужчины скривились в непонятной усмешке.
— Мария — счастливая замужняя женщина, и даже моя семья должна отбросить всякую надежду! — раздраженно заключил Серрано.
Он не знал. Понятия не имел, что брак Марии распался.
— Если верить твоей племяннице, Мария разошлась с мужем, — спокойно проговорила Кэтрин.
Завязывавший «бабочку» Алекс так и застыл с поднятыми руками. Лицо мужа словно окаменело. Повернувшись к Кэтрин, он резко спросил:
— И когда же это произошло?
По спине Кэти пробежал странный холодок.
— Не знаю… Я вообще ничего не знаю.
— Энрике следовало бы повесить на рот своей дочери амбарный замок, — резко сказал Алекс, снова поворачиваясь к зеркалу.
А потом наступило молчание. Кэти поспешно вскочила с кровати и скрылась в ванной. Ясно, сама не подозревая, она взорвала бомбу. Алекс явно потрясен новостью, и хотя по его лицу ничего нельзя понять, но очевидно — он напряженно обдумывает ситуацию. Многое ли меняло в их отношениях известие, что Мария обрела свободу? Все… или ничего? Может, Серрано раздосадовало, что бывшая невеста не рассказала своему другу об этом сама?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов