А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Я этого не люблю. У нас должны установиться деловые рабочие отношения в рабочее время и нормальные человеческие - в часы досуга, если таковые будут иметь место. Должны иметь. Хотя порой досуг оказывается непосильным испытанием, - добавил он под нос, как бы сам себе. - Да, итак я хотел бы выслушать ваше мнение как ведущих специалистов. Я уже неоднократно предупреждал, что такой разговор состоится... Кто хотел бы начать?
Перец прошелся взглядом по присутствующим. Видимо, сказывалась старая бюрократическая привычка - никто не хотел встречаться с ним глазами, никто не хотел высовываться в этот смутный период. В такие моменты высовываются только Наполеоны, если они наличествуют.
Ким что-то подсчитывал в блокноте, Квентин смотрел на Риту голодными глазами, а Рита с отсутствующим видом смотрела в окно, словно происходящее здесь нисколько ее не интересовало. Странная женщина. Похоже, она знает нечто, о чем прочие в Управлении даже не догадываются, даже предположить не способны. Но почему она тогда молчит?
Беатриса Вах, только что, одновременно с Перецом, возглавившая группу помощи местному населению, нервно теребила носовой платочек и одновременно крутила на коленях свою, видимо, любимую коричневую папку. Надо полагать, ее проект отлова детей местных аборигенов имел успех у прежнего директора. Если она, конечно, встретилась с ним. Может быть, вопрос был решен на уровне мосье Ахти? Переца этот проект не вдохновлял. Не было в нем (в проекте) ни любви, ни понимания - одно усердие. А усердие без понимания, как известно, ведет к "ломке дров". Но надо работать с теми кадрами, которые имеешь. Никто ведь не может заставить Переца дать ход этому проекту.
Стоян Стоянов пожирал глазами Алевтину, демонстративно не обращавшую на него ни малейшего внимания. Правда, сегодня она ему, все же, один раз улыбнулась, когда он, наконец, решившись, лично вручил ей букет ядовито зеленых лесных цветов. Но больше ни одного взгляда в сторону несчастного влюбленного. По идее, Перец должен был бы ревновать, но ему было жалко Стояна. Отличный мужик, а пропадет ни за понюх табаку. Впрочем, может, это Переца надо жалеть, а не Стояна, который "прекрасно болен" той болезнью, которая создала Великое Искусство?! А вот Перец, похоже, никогда не сможет испытать это чувство... Эсфирь!.. Ах, Эсфирь... Она и в смерти была прекрасна!.. От воспоминания у него потемнело в глазах, и он вынужден был опереться рукой о стол. Усилием воли Перец вернул себя в рабочее состояние. И первое, что увидели его обретшие свет глаза, были те самые лесные цветы. Но, странное дело, они изменили цвет с зеленого на желтый, как у молодых одуванчиков, а стебли в громадной хрустальной вазе, водруженной в центр стола, отходящего ножкой буквы ''Т" от директорского письменного, активно шевелились, будто живые.
"Почему будто, - подумал Перец, - они и есть живые. Но мы этого не хотим замечать, отрывая их от родной почвы без всякого сожаления... Наверное, это то же самое, что отлавливать детей. И они тоже будут слепо тыкаться оборванными стеблями в стенки хрустальной вазы... Хорошо, если хрустальной, а не помойного ведра...
- Может, вы, Стоян, начнете как специалист, имеющий самое непосредственное отношение к изучению Леса, - неожиданно для самого себя сделал выбор Перец.
До Стояна явно не дошло, что обращаются к нему. Квентин ткнул его локтем в бок. Стоян растерянно огляделся, увидев, что взоры всех обращены на него.
- А я что? А почему я ? - пробормотал он еле слышно. Его никто и не услышал. Только Алевтина усмехнулась уголками губ.
- Вы ко мне обратились, господин директор... Перец... Не знаю... переспросил Стоян.
- Да, к вам, Стоян, вы каждый день находитесь в непосредственном общении с Лесом, - решил поддержать его Перец, - кому как не вам определять, что полезно и что вредно для познания Леса.
- Я ботаник, а не администратор, - пожал плечами Стоян, - Ну, что полезно? Чем больше средств на научные исследования, тем полезней. Поэтому, мне кажется, Управление стоило бы закрыть, а освободившиеся средства направить на развитие Биостанции. Приборы там, аппаратура, научные кадры...
- Как так?! - возмутилась Беатриса Вах, - А местным населением тоже будет заниматься Биостанция? Это уже социология, психология, этнология, лингвистика!
"Лингвистика! - отметил про себя Перец. - Вот, может быть, где мое место?.. Но меня же не пускали в Лес..."
- Успокойтесь, уважаемая Беатриса, - поднял ладонь Перец, - мы не приняли решения, а только обмениваемся соображениями... Предположим, господин Стоянов, мы выполним вашу рекомендацию. Оформление заказов на оборудование, финансовые операции, отбор кадров, статистическую отчетность будете осуществлять сами?
- Я ботаник, а не снабженец, - буркнул Стоян, - тем более, не бухгалтер.
- Значит, кто-то кроме вас, работников Биостанции, должен заниматься этим?
- Да уж, лучше бы не мы. Нам работать надо, - согласился Стоян.
- Я кратко перечислил самые элементарные функции Управления в обеспечении эффективности вашей профессиональной деятельности... Но, как правильно заметила уважаемая Беатриса (Беатриса при этих словах смущенно зарделась), изучение Леса не ограничивается и не должно ограничиваться сферами научных интересов Биостанции. И другие специалисты собирают и анализируют информацию о Лесе, вовсе не связанную с Биостанцией. Вся эта информация должна стекаться к некой группе... уж не знаю, как назвать... глобального анализа или стратегических исследований... не в названии суть, а в том, что эта группа должна обобщать информацию, получаемую "узкими" специалистами. Так сказать, моделировать Лес как единую экосистему... Эх, глобального эколога бы нам! Мосье Ахти, вам как нашему специалисту по кадрам поручается найти такого ученого. Может быть, через Академию... Посоветуйтесь с нашими ведущими специалистами. В самое ближайшее время... Без общего взгляда, без концепции, без идеи Леса мы ничего не поймем. И все будет зря... Алевтина, пожалуйста, зафиксируйте поручение и проконтролируйте... Конечно, в эту группу должны войти все наши специалисты. Можно сказать, это будет Ученый Совет при директоре нашего Управления. По типу академических институтов... Вот скажите, Стоян, как ботаник - эти цветы, что вы принесли, были зеленые, очень даже слишком зеленые, а теперь желтые...
- Потом будут красные, - кивнул Стоян.
- Вот, и красные будут, - продолжил Перец, - и стебли у них шевелятся, смотрите, даже загибаются и растут вверх, ползут по стенке вазы... Почему?
- Ну, цвет - это изменение метаболизма при изменении условий окружающей среды, а стебли - так они почву ищут. Понятное дело, - пожал плечами Стоян. - Я об этом статью опубликовал.
- Если статью, значит, вы понимаете их... Скажите, Стоян, а может, изменением цвета они сообщают нам о чувствах?..
- Ну, разумеется, я их и принес сюда, чтобы они сообщали о чувствах, покраснел Стоян.
Алевтина стрельнула глазами в его сторону.
- Да не о ваших чувствах, - улыбнулся Перец, - а о своих. И это могут быть совсем другие чувства. Например, зеленый цвет - сигнал нормального состояния... метаболизма, как вы выразились, для цветка, а у зеленого человека явно что-то не в порядке с метаболизмом... Или, к примеру, для вас желтый цвет - символ тоски разлуки, а для цветка - признак тревоги, страха, опасности. Может быть, они хотят сказать: - Стоян! Что ты с нами сделал?!.. А красный цвет... Надо же - действительно розовеют... Для вас это символ страстной любви, а для цветка - гнев, горе, предчувствие смерти, вопль: Стоян! Как ты жесток, как ты мог поступить с нами так? Одумайся!
- Красиво, - еще больше покраснел Стоян, - но это больше поэзия, чем ботаника.
- А это легко проверить, - вдруг сказала Рита. Перец уже некоторое время ощущал на себе ее внимательный взгляд.
Она встала и, выхватив из вазы почти уже пламенеющий букет, поднесла его к громадной кадке с землей, из которой торчал довольно чахлый фикус. Стебли цветка тут же обвили руку Риты, будто ребенок, в страхе хватающийся за мать.
Рита аккуратно освободила руку и поднесла букет к земле. Стебли тут же вытянулись в струнку.
- Квентин, полей, - призвала она на помощь мужа.
Квентин схватил со стола вазу и бросился на помощь.
- Аккуратней, - предупредила Рита.
Квентин полил сухую почву, и стебли прямо на глазах стали зарываться в нее. Через пять минут Рита убрала руки, и в кадке ярко зазеленел пышный букет, в гуще которого вскоре затерялся фикус.
- Однако! - воскликнула пораженная Беатриса Вах. - Господин директор, да вы и есть самый настоящий специалист по Лесу. Может, нам и не нужен никакой глобальный эколог?
- Нет, - не согласился Перец, - нужен. Пусть он не будет специалистом по Лесу, пусть он будет просто специалистом. А что касается специалистов по Лесу... Боюсь, что среди нас пока нет такового. Есть ботаники, биологи, микробиологи, социологи, даже лингвисты, как ваш покорный слуга. А специалистов по Лесу нет... Вот вы, Беатриса, даже не как социолог, а просто как человек, как женщина, что вы можете сказать по поводу нашего маленького эксперимента с цветами?
- Я? - растерялась Беатриса. - Ну, хорошо, когда цветы растут в почве.
- А дети? - неожиданно спросил Перец.
- А причем тут дети? - побледнела Беатриса.
- Как же - "цветы жизни", - галантно подсказал мосье Ахти.
- Вы хотите сказать, что мой проект создания интернатов для детей аборигенов... такой же... такой же... жестокий? - поняла она намек.
- Я этого не утверждаю, - покачал головой Перец, - у меня слишком мало информации, чтобы так утверждать... Может быть, так сказать, "почва" отравлена, мертва и на ней ничего больше расти не может. Если родители алкоголики, изуверы, больные... Или дети больные... Всякое может быть экологические катастрофы, эпидемии, войны, революции, когда детям угрожает смертельная опасность... Тогда, возможно, лишить детей привычной почвы единственный путь их спасения, и ваш проект благороден... Я и говорю, что нужен глобальный анализ, пусть приблизительная, но модель Леса. Наверное, сейчас наибольшая концентрация информации происходит в группе научной охраны Леса. Не так ли, Ким?
- Да, в некотором смысле... Правда, в весьма специфическом. Цифры, цифры, цифры...
- За которыми не видно Леса? - улыбнулся Перец. - Я в этом уже убедился, работая под вашим началом. Но, возможно, в этом виноваты не цифры, а отсутствие грамотной их интерпретации? Я, конечно, не очень силен в математической статистике, но и нам, лингвистам, она не чужда. Очень полезный аппарат при анализе текстов. Гистограммы, регрессии, корреляции. Очень интересно... Вот вам, Квентин, не интересно ли было бы оценить степень взаимосвязи функционирования "клоаки" или ''генератора биомассы", как я тут еще читал о ней в бумагах, и интенсивности лилового тумана?
- Очень даже интересно! - воскликнул Квентин, - Я и так вижу, что есть зависимость.
- Почему же вы не попросили Кима провести соответствующий анализ?
- Да в голову не пришло... Да и потом у всех свои утвержденные в начале года планы... Что уж лезть... Теперь попрошу. Сделаешь, Кимчик?
- Сделаю-сделаю...
- Вам, Ким, надо бы персонально поработать с каждым из ведущих специалистов и совместно поставить задачи для анализа силами вашей группы. Вам же, совместно с мосье Ахти, надо будет заняться формированием группы глобального анализа... Не только из начальников подразделений... А вы, Рита, что вы думаете о нашей дальнейшей деятельности как Управления по делам Леса?
Рита с удивлением воззрилась на Переца.
- Да никаких у вас общих дел с Лесом нет, и управлять поэтому нечем. Я бы построила высокую стену, поставила охрану и никого бы не пропускала ни туда, ни обратно. Каждый имеет право на собственную жизнь.
Алевтина неприязненно посмотрела на Риту. Перец давно обратил внимание, что Рита явно не нравится Алевтине. По целому ряду признаков в поведении Алевтины уловил. Этому он уже научился.
Взгляд Квентина был исполнен муки и безнадежности.
- Знаете, Рита, - признался Перец, - Я тоже неоднократно думал об этом. Мне категорически не нравилось, что кто-то распоряжается моей жизнью. И на материке, и здесь. Но я никак не мог избавиться от этой подчиненности... Потом я понял, что и сам кем-то распоряжаюсь. И не по злому умыслу, а по неизбежности совместной жизни... Ну, представьте, что все мы возвели бы вокруг себя бетонные стены - то ли колодцы, то ли башни... У некоторых, может, и из слоновой кости... Такое нередко случается. Но если все и одновременно... то мы, просто, вымрем. Или начнем сначала сходить с ума, как эти несчастные цветы, - показал он на бывшую кадку с фикусом, а ныне с цветами, победно достигшими уже потолка... Сначала пожелтеем, потом покраснеем, а потом все равно вымрем, потому что не умеем жить друг без друга. Как, увы, и вместе не умеем. Но стараемся...
- Но причем здесь Лес? - спросила Рита.
- Может быть и ни причем, - пожал плечами Перец. - Но мне кажется, что Лес и мы, все мы как единое, то же, что, например, вы и Квентин - трудно вместе и невозможно врозь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов