А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Липатов Виль Владимирович

Бесцеремонный роман


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Бесцеремонный роман автора, которого зовут Липатов Виль Владимирович. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Бесцеремонный роман в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Липатов Виль Владимирович - Бесцеремонный роман онлайн, причем полностью без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Бесцеремонный роман = 160.82 KB

Бесцеремонный роман - Липатов Виль Владимирович => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу




Вениамин Гиршгорн, Иосиф Келлер, Борис Липатов
БЕСЦЕРЕМОННЫЙ РОМАН
Н. Ф. Александреев. СТОЛЕТИЕ «ЕСЛИБИСТОВ»
Читатель, поди, признается, что в мысленной неге хоть раз да призадумался он над тем, что было бы, если… Если бы на пути потопа гуннов стал один-единственный пулеметный взвод, если бы провод с током отпрянул от магнита не у Фарадея, а у Архимеда, если бы Coco Джугашвили родился девочкой.
Такие «еслибствия» по отношению к будущему – занятие, по определению, в меру плодотворное.
А по отношению к прошлому? Нет, тут что-то не так, тут сладковато попахивает пороком.
Но мало ли у нас пороков? А этот – на вид безобиден, особенно если предаваться ему понемножку, в свободное от общественно-полезных занятий время. Если понемножку, то это даже приветствуется. Во-первых, упражняешься в начатках абстрактного мышления; во-вторых, отключаешься от воспаленных проблем современности, избавляешь занятых людей и организации от своих докучных запросов: то тебе не так, это не туда; витай себе во вчерашних облаках – благое дело!
Бесполезность «еслибствий» противу злобы дня очевидна. Как было, так было, проверять свои домыслы негде и не на чем. Да и грош им цена, родившимся от чужих книжных упрощений, невольных или лукавых. Но зато какое ощущение всевластия испытываешь! Одна приятность: все цивилизации в твоих руках что воск, цезари и моисеи по твоей указке ходят, все три Мойры ты зараз: и прядешь, и вяжешь, и отсекаешь. От нужды придумал когда-то Эйнштейн «мысленные эксперименты», а у тебя для них уж и целая «мысленная прядильня» готова.
Впрочем, не у всех так уж и готова.
Но на помощь неразворотливым спешат мастера из литературного цеха. И тут тебе чего только нет!
Кто из авторов печется о лоске, изобретают себе в подмогу специальные аппараты – «машины времени» и напускают вокруг научную видимость. Кто попроще, обходятся без этого. В самом деле, зачем машины, когда перескочить во времени-пространстве можно куда угодно, отворив калитку или там дверцу облезлого шкафа или просто от крепкого удара по голове в молодецкой драке?
А за мастерами зорко следят ревнивые наездники-пародисты.
Пародист – творец особого склада. Пока тобою ничего не написано, его как бы не существует, он и сам о своем таланте не знает, но только напиши – он тут как тут и лучше разбирается, что хорошо, что плохо.
И сооружает из авторских огрехов диван. Так приятно покататься-поваляться на таком диване.
И надо сказать, аудитория у пародиста часто гораздо шире, чем у автора. Многие и не читывали автора, знать о нем не знают, но пародии на него репетуют наизусть, широко и задушевно улыбаясь, а среди слушателей немало таких, кто готов подхватить со второй строки при общем радостном чувстве, что делается доброе дело.
Иной автор взъярился бы, возразил бы, что нет, недоброе, но авторы обычно при оглашении пародий не присутствуют; может быть, их не позвали, может быть, их уж нет на свете. И дело, по общему приговору, так и записывается добрым. Пусть записывается, раз участники довольны.
Бывают и на пародистов пародисты, но это уж редчайшие случаи, мы их не затронем, тем более что не о них и речь.
А речь о «еслибной» литературе. Вот мы и вернемся к ней.
«Еслибная» литература обширна и разнообразна.
Исключим из рассмотрения упражнения псевдоисториков и популярных публицистов, «еслибствующих» с серьезным видом, мороча головы простофилям с прорехами в мировоззрении.
Исключим и трагические случаи, когда документы утрачены, а события былых дней так завлекательны, что к фалангам «если-бистов», не устояв, временно примыкают отчаявшиеся авторы исторических гипотез, люди во всем прочем засвидетельствован-но порядочные и до, и после.
Разумеется, исключим «еслибствия», обращенные в будущее. О них, надеемся, разговор еще предстоит.
Что останется?
Останутся обращенные в прошлое «еслибствия» чисто беллетристического содержания. Подавляющую часть из них объединяет одно: так или иначе их авторы «еслибствуют», одновременно взывая к читательскому чувству юмора. Очень редко кто из писателей «ес-либствовал» без улыбки и хитрых подмигиваний в сторону вовсе не «еслибных» обстоятельств. Да, «еслибство» охотно смыкается с эзоповым языком, разговор на эту тему, вообще говоря, не лишен смысла, но здесь не к месту. Здесь к месту указать, что «еслибисты» и «эзопоязычные» равно старательствуют в поисках добротного смеха.
А возможности для смешного в «еслибствиях» и впрямь настолько велики, настолько близки к поверхности, что разрабатывать их можно открытым способом, не тревожась об истощении запасов. Избавим читателя от перечисления примеров.
Наша цель в том, чтобы представить читателю настоящую книгу, включающую два произведения на указанную тему.
Одно из них не так уж и нуждается в представлении. Это всемирно известный роман знаменитого юмориста – «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» Марка Твена. Роману в 1989 году исполнилось сто лет, а его все переиздают и переиздают и читают повсеместно…
‹…›
Прошло тридцать пять лет, и совсем в другой стране, только что пережившей чудовищную перетряску, трое молодых екатеринбуржцев (город только-только переименован в Свердловск, к новому названию еще надо привыкнуть, как, впрочем, и к новейшему экономичному способу поминания путем переименования чужих трудов) открыто заимствуют сюжетную схему «Янки», накладывают ее не на легендарные, а на вполне исторические обстоятельства наполеоновской эпохи, сдабривают Уэллсовой концепцией «машины времени» и поддельным лестным отзывом Альберта Эйнштейна. И с обезоруживающей непосредственностью оправдываются названием, которое дают своему дитяти, – «БЕСЦЕРЕМОННЫЙ РОМАН».
Название надо писать полностью заглавными буквами, чтобы соблюсти тройственную авторскую волю и не истолковать однозначно ту двусмыслицу, которая в нем заложена. Ведь «Бесцеремонный роман» – это была бы характеристика произведения, а «бесцеремонный Роман» – характеристика героя. Авторы хотят, чтобы оба смысла мерцали читателю то враздробь, то вместе, наш долг – уважать их желание. Рукопись рекомендует к изданию известный поэт Николай Тихонов, и в 1927 году она выходит из печати в Москве.
Иного читателя из современных фантастофилов «БЕСЦЕРЕМОННЫЙ РОМАН» разочарует. Разочарует он и любителя непритязательного юмора. А ценитель исторических романов, найдя в книге полтора десятка занимательных страниц, от остальных отвернется с недовольной миной: известных деятелей прошлого здесь дергают, как кукол, заставляют выделывать кунштюки по авторской прихоти, читать про это местами как-то тягостно, и не выручает, а усугубляет дикарство этого театра бесшабашность, отдающая студенческим капустником. Одно слово – фарс.
А фарс тут даже очень при чем.
На поверхности лежит упоминание о пьесе Сарду «Мадам Сан-Жен», а внимательное изучение текста обнаруживает прямое сродство с этим произведением, в своем роде образцовом по легкости в мыслях и профессиональной точности, с какой эта легкость отбалансирована. «Ах, „Мадам Сан-Жен"!» – вздохнет матерый театрал, мигом припомнив, как ломились на этот спектакль в послереволюционные и послевоенные годы, с каким восторгом принимал замордованный штормами истории зритель тех лет ухватки и словечки парижской прачки, взявшей с бою положение герцогини-маршальши, тяготящейся правилами поведения придворной дамы и щеголяющей по сцене в неглиже. Какие актрисы сражались за эту роль! Королевы! Но только уж истинный театрал – зубр, со знанием иностранного языка, припомнит, что французское выражение sans g?ne означает по-русски «бесцеремонный» – вот он, оказывается, где корешок названия предлагаемого чуда-юда, охоту принять которое в свои запасники обнаруживают сейчас одни пародисты.
Пародисты? «БЕСЦЕРЕМОННЫЙ РОМАН» – пародия? Роман-пародия? Разве может быть такое?
Современный русский читатель такого не знает, никогда в глаза не видел. Пародия – язвительное стихотворение по поводу неудачной строки какого-нибудь зарапортовавшегося пииты, особенно уродливо смотрящейся вне контекста. Это да, к этому нас приучили периодическая печать и телепередачи «Вокруг смеха». Знатоки припомнят, что существуют и прозаические пародии, обыгрывающие не столько хромоту, сколько просто манеру чьего-то письма. Но только конченые книжники смутно припоминают сейчас, что пародия может противопоставить себя жанру целиком, наконец, пласту культуры, господствующему мировоззрению. Припоминают, да за примерами ходить приходится далеко-далеко, в другие века и заморские страны. А оказывается, этот пряный фрукт выращивали и в наших садочках, да вот не успели вывести морозоустойчивый сорт.
Мудрая муза Урания согласно кивнет, заслыша такие слова. Да, по определению, пародия – знак неприятия явления, символ осознания механизма его воздействия, веха преодоления этого воздействия способом воспроизведения в карикатурном виде. А масштаб у явления может быть любой: хоть строка, хоть вселенский обычай.
Правило пародии – насыщенность текста и, как следствие, краткость. Исключения есть (одно из них перед нами), они подтверждают правило. Развернутая пародия теряет в насыщенности, теряет остронаправленность, пестрит, раздергивается на мелочи, автор быстро утрачивает власть над утомившимся вниманием читателя и если кого и тешит, то только самого себя.
Нашим глазам «РОМАН SANS-G?NE» отчетливо кажет эти изъяны. Но не авторским, но не глазам тогдашних читателей. Почему? Потому что явился в пору краткой передышки на всеобщем перекате «из огня да в полымя».
Позади… Лучше не вспоминать, что позади; главное, остались живы. Впереди… Слух идет, впереди мировой пожар. Повезет ли так, как повезло? А вокруг мир, тишина, как они призрачны, как хрупки! Хочется кувыркаться, орать, скоморошничать. Что тут за этики-этикеты! Цена им – непросохших пол-«лимона», как раз столько давали во времена «огня» на барахолках и в шалманах. А ты молод, жив, черт побери, насмеяться бы до упаду, успеть мазнуть по всему на свете! И что с того, что обхохочешь беспризорные монументы, навек застывшие руки в растопырку над крапотой лузги? Их прежней чести нет, а от грядущей… А будет ли грядущая? Вот сейчас как бабахнет!…
Может быть, именно этим ощущением проносящегося интервала между «огнем» и «полымем» так привлекают внимание книги тех лет. Что «полымя» шарнуло вовсе не то, что ждали, это неважно, важно дух захватывающее чувство стремительности общего потока; спасибо авторам, что запечатали меж страниц и послали нам это распахнутое, вздернутое до предела состояние ума и сердца.
Трое авторов «БЕСЦЕРЕМОННОГО РОМАНА», безусловно, из их числа.
Прискорбная обнищалость нашего восприятия собственной истории такова, что не вдруг можно назвать литературные и общественные явления, которым достается от авторов «РОМАНА». Стоило бы, наверное, провести всесоюзную викторину: кто укажет большее число китов, стоя на которых «РОМАН» изловчился лягнуть. Со всей определенностью можно сказать, что «Янки» здесь ни при чем, авторы в него не метили, как раз наоборот. В традициях капустника – благодарное избрание в качестве основы общеизвестного сюжета. Зритель (в данном случае читатель), заранее зная сюжет, не отвлекается на его перипетии, а всецело отдается репризам, малым эпизодам, а им соотносимость с главной сюжетной линией может нечаянно придать некоторую глубину и блеск. Авторы явно надеялись вызвать смех, не столько адресуясь к Марку Твену, сколько турнув безупречнейшего из` моралистов графа Сен-Симона в министры полиции, а прекраснодушного Шарля Фурье, по своей прихоти, выставляя осрамившимся бюрократом, проторговавшимся на дележке общественного продукта.
Просматривается, что в «РОМАНЕ» достается не только литераторам и политикам, но и деятелям киноискусства тех лет, да вот сохранились ли в Белых Столбах те лихие киноленты, что так намозолили глаза молодым свердловчанам?
О языке «БЕСЦЕРЕМОННОГО РОМАНА» говорить страшновато.
Здесь и низкопробная газетная скороговорка, и напыщенный словарь неоромантиков, и диалоги-ипереводизмы» обезоруживающе инфантильного склада, и школярские потуги на стиль – и не вдруг скажешь, где это сознательное пародирование, где просто тогдашняя норма речи для литературы подобного сорта, случайная взвесь на ветрах великой социальной бури, вольготно витающая в опустошенных дворцовых залах прежней щепетильной иерархии художественного слова.
Дело осложняется еще и тем, что, по нашему ощущению, намерения и возможности трех авторов существенно различались.
В тексте чувствуется разнобой манер и средств от иронической прозы (а местами и вовсе не иронической, вполне респектабельной) до откровенного бурлеска, до коверной сценки-репризы, подобно многоступенчатой ракете, взметывающей заключительное словцо на рукоплесканье публики.

Бесцеремонный роман - Липатов Виль Владимирович => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Бесцеремонный роман писателя-фантаста Липатов Виль Владимирович понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Бесцеремонный роман своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Липатов Виль Владимирович - Бесцеремонный роман.
Ключевые слова страницы: Бесцеремонный роман; Липатов Виль Владимирович, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, полностью, полная версия, фантастика, фэнтези, электронная
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов