А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Так что, сам видишь, сматываюсь, чтобы исправить ситуацию. Письмо тебе перешлю через Бейлисса. Сейчас позвоню ему, пусть упакует зубную щетку и прочие мелочи. Как только пришвартуемся в Нью-Йорке, тут же помчусь на «Поло Граундс» посмотреть лапту и протелеграфирую тебе счет. Ну вот, наверное, и все. До свидания, или даже — прощай, пока что…
Джимми.
Папа, я знаю, ты поймешь. Иначе поступить нельзя. За меня не волнуйся, у меня все в порядке. Вернусь на старую работу, добьюсь бешеного успеха. А ты — полный вперед! Заполучи титул и встретимся у входа в «Поло». Жду.
Я — мерзавец!»
Молодой клерк в агентстве прямо возликовал, увидев Джимми снова. С солнечной улыбкой он выхватил из-за уха карандаш и погрузил его в чрево «Атлантика».
— Как насчет «Е» за сто долларов восемь центов?
— Вполне.
— Немножко, конечно, опоздали, в список пассажиров уже не включишь…
Джимми не ответил. Он сурово смотрел на только что вошедшую девушку с рыжими волосами.
— Вы тоже плывете на «Атлантике»?! — воскликнула она, взглянув на схему. — Вот совпадение! И мы только что решили отплыть на нем. В Англии нас больше ничего не держит, мы так соскучились по дому. Как видите, меня не задавило после того, как мы с вами расстались.
От чудесного разрешения загадки поехавший было чердак встал на место; так гром разряжает наэлектризованный воздух. Чувство, что он сходит с ума, растаяло, разгадка тайны проста. Видимо, девушка слышала о нем в Нью-Йорке или даже знала его знакомых, и неприязнь к нему, которую так вольно и убежденно она выражала в ресторане, порождена слухами, а не личным знакомством. Она не знает, что он — Джимми Крокер!
— Ваше имя, пожалуйста.
Мозги его снова качнулись. Ну, почему именно сегодня все это о ним творится? Ему требуется нежнейшее обхождение! У него разламывается голова! Клерк смотрел выжидательно. Английские фамилии, все до единой, выскочили у Джимми из головы. Потом сверкнуло озарение.
— Бейлисс! — воскликнул он.
— Значит, вот вы кто, — протянула руку рыжая девушка. — Я — Энн Честер. Рада познакомиться, мистер Бейлисс.
Клерк кончил заполнять билет и пришлепнул на него ярлык и розовую бумажку. Бумажка, тупо сообразил Джимми, это бланк, который надо заполнить. Он просмотрел его и нашел, что документ чересчур уж доскональный. На некоторые вопросы ответить можно было с ходу, другие требовали длительных раздумий.
«Рост?» — Просто. Пять футов, одиннадцать дюймов.
«Волосы?» — Тоже просто. Каштановые.
«Глаза?» — Проще не бывает. Голубые.
Но следующий вопрос был более обидного свойства.
«Сколько раз женаты?»
Ответить Джимми мог. Один, один, один. Одной жены вполне хватит, при условии, что у нее золотисто-рыжие волосы, золотисто-карие глаза, четкого рисунка губы и ямочка на щеке. Какие бы сомнения ни роились у него относительно других пунктов, здесь он не колебался.
«Сидели ли вы в тюрьме?» — Пока нет.
И самый сложный.
«Нет ли психических заболеваний?»
Джимми засомневался. Чернила на пере высохли. Он размышлял.
В темных недрах Паддингтонского вокзала нетерпеливо фыркал поезд, готовый везти пассажиров к пароходу, изредка разнообразя фырканье пронзительным вскриком. Стрелки вокзальных часов указывали без четверти шесть. На платформе роились путешественники, носильщики, багаж, сундуки, торговцы булками и фруктами, продавцы газет и журналов, друзья, родственники и Бейлисс, стоявший, как верный пес, рядом с большущим чемоданом. На человеческий прибой, который кружил и разбивался об него, он не обращал ни малейшего внимания. Дворецкий высматривал своего молодого хозяина.
Джимми врезался в толпу, как боевой клин. Двое мальчишек с булками-фруктами, загораживающие проход, отлетели, точно листья под осенним ветром.
— Молодец! — Джимми взял чемодан. — Боялся, вы не сумеете приехать.
— Хозяйка обедает вне дома, мистер Джеймс. Вот и удалось ускользнуть.
— Упаковали все, что требуется?
— Сколько вместил чемодан, сэр.
— Чудесно. А, кстати! Передайте это письмо моему отцу, ладно?
— Хорошо, сэр.
— Рад, что вам удалось удрать. Мне показалось, что голос у вас какой-то неуверенный.
— Удивился очень, мистер Джеймс. Ваше решение крайне неожиданно.
— Как у Колумба. Слыхали про такого? Увидел яйцо — и сорвался с места, точно американский заяц.
— Извините мою вольность, мистер Джеймс, но, может, несколько опрометчиво…
— Не лишайте жизнь радости, Бейлисс. Да, я круглый болван, но постарайтесь забыть про это. Напрягите волю.
— Добрый вечер, мистер Бейлисс! — окликнул голосок позади.
Обернулись оба. Дворецкий застенчиво посмотрел на видение в прекрасном сером костюме.
— Добрый вечер, мисс, — нерешительно отозвался он. Энн удивленно взглянула на него, но тут же и улыбнулась.
— Как глупо с моей стороны! Я обращалась к другому мистеру Бейлиссу, вашему сыну. Мы с ним сегодня в пароходном агентстве познакомились. А перед этим он спас мне жизнь. Так что мы старые друзья.
Бейлисс растерянно поперхнулся, чувствуя, что ему не выдержать интеллектуального напора беседы, и изумился еще больше, заметив предупреждающую гримасу Джеймса. Такого разворота событий тот не предвидел, но не подкачал.
— Как поживаете, мисс Честер? — сказал он. — Отец вот пришел меня проводить. Это, папа, мисс Честер.
Британского дворецкого из седла вышибить нелегко, но Бейлисс откровенно провалил нежданное испытание. Челюсть у него отпала, он не мог выдавить ни словечка.
— Папа расстроился из-за моего отъезда, — доверительно шепнул Джимми. — Немного не в себе.
Энн была не только тактична, но и добра. Одним взглядом она оценила Бейлисса. Каждая черточка в нем кричала, что это — почтенный слуга из высшего круга. Ни одна девушка на земле не страдала меньшим снобизмом, чем Энн, но все-таки ей не удалось сдержать слабого приступа разочарованности. Значит, ее новый знакомый — скромного происхождения! Она сразу поняла все — и глаза у нее наполнились слезами, когда она повернулась, чтобы не мешать последним минутам расставания отца с сыном.
— Увидимся на пароходе, мистер Бейлисс! — кинула она.
— А? — тут же откликнулся дворецкий.
— Да, да, — заторопился Джимми, — до свидания.
Энн прошла в свое купе. У нее было ощущение, будто она только что залпом прочитала длинную книгу, пухлый том английского романа. Она знала всю историю. Отец — честный, добропорядочный дворецкий, чья единственная цель — воспитать любимого сына джентльменом. Год за годом он экономил деньги, возможно, послал сына в колледж, и теперь, с отцовского благословения, с остатками сэкономленных отцовских денег, тот отправляется в Новый Свет, где доллары растут на деревьях, и никому не важно, кто у тебя отец.
В горле у нее застрял комок. Бейлисс удивился бы, узнай, каким трогательным и достойным персонажем казался он ей. Потом мысли ее обратились к Джимми, и на нее нахлынуло умиление. Его отец преуспел в своих желаниях, сын стал джентльменом. Как легко и просто, без намека на снобизм или неловкость, он познакомил ее с отцом! Он — хороший человек. Не стесняется отца, который дал ему шанс в жизни. Она обнаружила, что ей на редкость нравится Джимми.
Стрелки часов передвинулись на без трех минут шесть. Водяными жуками сновали взад-вперед носильщики.
— Сейчас я не могу объяснить, — втолковывал Джимми. — Не думайте, Бейлисс, это не временное помутнение рассудка. Так диктовала необходимость.
— Ладно, мистер Джеймс. Думаю, вам уже пора занять место.
— Вот это правильно! Вся затея погибла бы, укати поезд без меня. Бейлисс, вы видели такие глаза? А волосы! Приглядывайте без меня за отцом. Не позволяйте всяким там герцогам досаждать ему. И еще, — Джимми вынул из кармана руку, — как приятель приятелю…
Бейлисс взглянул на похрустывающую купюру.
— Не могу, мистер Джеймс. Пять фунтов! Нет, не могу!
— Чепуха! Что уж вы, как чужой!
— Прощу прощения, мистер Джеймс. Правда, не могу! Вам сейчас нельзя расшвыриваться деньгами. Не так уж у вас их много. Извините за нотацию.
— Ничего подобного! Держите! О, Господи! Поезд тронулся! До свидания, Бейлисс!
Паровоз испустил пронзительный прощальный взвизг. Поезд заскользил вдоль платформы, до последнего преследуемый мальчишками, оптимистично сующими булочки на продажу. Поезд набирал скорость. Джимми, высунувшись из окошка, дивился зрелищу, которое можно приравнять к современному чуду. Нельзя сказать, чтоб дворецкий находился в расцвете спортивной формы, но бежал он храбро. Поравнялся с дверью купе, протянул руку…
— Прошу прощения за вольность, мистер Джеймс… — отпыхивался он, — но я правда не могу!
Он потянулся, всунул в руку Джимми что-то хрусткое, потрескивающее и, осуществив свою миссию, отстал, остановился, махая белоснежным платком. Поезд нырнул в туннель.
Джимми глядел на пятифунтовую купюру. У него, как и у Энн, комок застрял в горле. Он медленно сунул деньги в карман. Поезд бежал все быстрее.
ГЛАВА VII
Бурные волны и порывы шквалистого ветра, хлеставшего за бортом, загнали почти всех пассажиров в каюты или в теплую духоту библиотеки. Шел пятый вечер плавания. Пять дней и четыре ночи корабль несся по гладкому океану, но сегодня утром ветер повернул на север и принес шторм. Уже начинало темнеть. Нависло угрюмо-черное небо, в сумерках слабо проблескивали белые гребешки волн, свистел в снастях ветер.
Уже с полчаса Джимми и Энн гуляли одни по лодочной палубе. Джимми был хороший моряк. Его возбуждало сражение с ветром, и он охотно гулял по вибрирующей палубе, то встававшей дыбом, то опрокидывавшейся под ногами. На компанию Энн в такой вечер он не рассчитывал; но выйдя из салона — маленькое личико обрамлял капюшон, гибкая фигурка терялась в огромном плаще, — она присоединилась к нему.
Джимми пребывал в полной экзальтации. Последние несколько дней его одолевала перемежающаяся меланхолия — он открыл, что не только он один жаждет общества Энн, чтобы разнообразить монотонность океанского путешествия. Когда он пустился в приключение, мир состоял исключительно из них двоих, и до самого Квинстауна, он никак не учитывал, что в него вторгнутся другие субъекты мужского пола. Горечи добавляло то, что их нежелательное внимание Энн не отвергала. Почти сразу после завтрака, в первый же день, какой-то тип с черными усиками и сверкающими зубами обрушился на нее с бурной радостью, удивленно напомнил, черт бы его драл, что встречал ее и раньше на Палм Бич, в Бар Харборе, в десятках других мест, и увлек играть в идиотскую игру с деревянными кружочками.
И то был случай не единственный. Джимми начал прозревать. Энн, на которую он смотрел как на Еву, играющую наедине с Адамом в безлюдном саду Эдема, была очень известна и популярна. Клерк в пароходном агентстве нагло наврал, утверждая, будто на «Атлантике» в этот раз мало пассажиров. На самом деле пароход забит, его просто распирает. Нахально попирая все законы Плимсолла, он перегружен Ролло и Кларенсами, Дуайтами и Томми, которые долгие годы водили знакомство с Энн, плавали с ней, танцевали, катались на машинах, верхом, играли в гольф. Преотвратный субъект под названием не то Эдгар, не то Тедди обогнал Джимми на корпус в гонТсе к палубному стюарду и получил приз — шезлонг рядом с Энн. Джимми не вытерпел и убрался с палубы, не в силах смотреть, как этот мерзкий тип возлежит, укутавшись пледом, и читает Энн вслух.
С самого начала путешествия Джимми едва ее видел. Когда она не гуляла с Ролло и не играла в кружочки с Томми, то сидела внизу, ухаживая за «бедняжкой тетей Нестой», хронически страдающей от морской болезни. Иногда Джимми замечал коротышку — скорее всего, ее дядю — в курительном салоне; а раз наткнулся на мальчика, когда тот очухивался после сигары в укромном уголке лодочной палубы. Но в общем, семья была так же далеко от него, как если б он и не был знаком с Энн, и уж тем более не спасал ей жизнь.
Сейчас она явилась, как подарок небес. Они были одни; с ними гулял лишь бодрящий, чистый воздух, подстегивающий дух шквала. Все Ролло, Кларенсы, Дуайты, не говоря уж об не то Эдгаре, не то Тедди, отлеживались внизу и, как надеялся Джимми, умирали. В их распоряжении был весь мир!
— Мне нравится такая погода! — сказала Энн, поднимая личико навстречу ветру. Глаза у нее блестели. Вне всяких сомнений, другой такой девушки во всем мире не было. — А бедной тете Несте — нет. Ей и в мертвый штиль худо было, а шторм ее доконает. Я только что спускалась вниз, старалась ее подбодрить.
Джимми задрожал от восторга. И без того прелестная Энн показалась ему неотразимой в роли ангела-хранителя. Он порывался сказать ей об этом, но все слова куда-то делись. Они дошли до конца палубы и повернули. Энн взглянула на него.
— Я вас с самого отплытия почти не видела, — сказала она не без укоризны. — Расскажите мне про себя, мистер Бейлисс. Зачем вы плывете в Америку?
У Джимми вертелись на языке обвинения против всяких Ролло, но Энн закрыла вступительную часть так же быстро, как начала.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов