А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Темняки, да? — Джесс вновь нащупала в кармане успокаивающую тяжесть «Представления».
Рекс пожал плечами.
— Может, и темняки… А может, все случилось средь бела дня.
6

23:02

ПРИКОСНОВЕНИЕ
— Ты уверена, что готова к этому? — спросил Рекс.
Мелисса, сидевшая на переднем сиденье старенького «форда», искоса поглядела на него.
— Прямо не знаю, это такой серьезный шаг…
Рекс почувствовал, как заливается румянцем.
За восемь лет он привык к тому, что Мелисса может чувствовать его эмоции и понимает его лучше, чем кто-либо. Только вот ему не было от этого легче: ведь она запросто могла использовать свои способности, чтобы поставить его в неловкое положение.
— Я хотела сказать, — продолжила она, — что не хочу этого делать, если ты не готов.
— Я думал, ты…
У него свело челюсти. Все это было ее затеей, а теперь нате вам: она же еще и смеется над ним якобы из-за его волнения. Очень похоже на Мелиссу: она воспринимала полночь и ее знания очень серьезно, гораздо серьезнее остальных, но иногда пыталась сделать вид, будто все это для нее не больше чем просто шутка. Бесполезная трата драгоценной энергии, которую она создавала одним своим существованием в мире. Даже когда Рекс пересказал ей новости, услышанные от Джессики, Мелисса не очень-то насторожилась, словно ее, невозмутимую богиню, не волновала какая-то там угроза со стороны человеческого рода.
Мелисса кивнула и потянула за пальчики одной перчатки.
— Да, это все я придумала. Но, возможно, мы торопим события. Не хочу разрушать прекрасную дружбу.
Эти слова вызвали у Рекса сдавленный смешок. Он поднял глаза от ее рук и увидел, что улыбка Мелиссы смягчилась. Его злость быстро улетучилась, забрав с собой и беспокойство, нараставшее весь сегодняшний день. Он прочистил горло.
— Я так же буду уважать тебя и утром.
Девочка засмеялась, на минуту просияв. Но потом ее лицо снова посерьезнело, и Мелисса посмотрела в ветровое стекло.
— Посмотрим.
Теперь Рекс заметил, что и она волнуется. Естественно, если верить Хранилищу знаний, он должен почувствовать, насколько сильно она волнуется. Прикосновение обычного человека вызывало у Мелиссы отвращение, становилось своего рода двойным вторжением в ее разум. Она и к врачам-то ходила через силу. Но в случае с полуночником связь протягивалась в обе стороны и становилась только крепче. Рекс проглотил комок в горле: его снова охватили опасения, но он напомнил себе, что ждал этого уже давно. Ведь это будет испытание, способ выяснить больше о том, как вместе работают два таланта. Может, так он даже сможет разрушить скорлупу, в которую спряталась Мелисса, и наконец соединить ее с остальной группой.
А еще Рекс втайне надеялся, что сможет сам соединиться с Мелиссой, чего ему всегда хотелось и чего он так и не сумел добиться. Он подавил эту мысль.
— Просто давай поскорей покончим с этим, — сказала Мелисса.
— О'кей. Копов не видно?
— Да я же проверяла три минуты назад!
Но она все-таки вздохнула и покорно закрыла глаза. Они уехали далеко от центра города, и здесь телепатическое видение Мелиссы было самым ясным. Позади остался дребезжащий шум мыслей всего Биксби: в этот, поздний час большинство людей давно спали мертвым сном. А существа из пустыни, которые наполняли разум телепатки чужеродными ощущениями и древними страхами, существа полуночные, еще не проснулись.
Спустя минуту она покачала головой.
— Порядок.
— Ладно. Тогда вперед.
Рекс глубоко вздохнул.
Мелисса медленно стянула правую перчатку. Ее бледная ладонь светилась в темноте, хотя горящих фонарей в этой глуши не было, а луна стояла высоко в чешуйчатых облаках едва заметной кляксой.
Рекс положил свою правую руку на сиденье, ладонью вверх. Он видел, как она трясется, но и не пытался сдерживаться. Все равно с Мелиссой притворяться бесполезно.
— Помнишь первый раз?
Рекс сглотнул.
— Еще бы, Ковбойша.
Это случилось довольно давно, но он помнил их первые впечатления в тайный час с поразительной точностью. Они отправились на долгую прогулку по пустым синим улицам Биксби. Мелисса демонстрировала ему возможности своего таланта. Она показывала на какой-нибудь дом и говорила: «Здесь медленно умерла старая женщина. Я все еще ощущаю ее присутствие». Или: «В их бассейне утонул ребенок, теперь он снится им каждую ночь». Однажды она остановилась и целую минуту смотрела на вполне обычный дом. Рекс в ожидании мысленно рисовал ужасные картины. Наконец Мелисса сказала: «Здесь живут счастливые люди. По крайней мере, таким мне представляется счастье».
Помнится, лет в восемь Рекс взял ее за руку, случайно. В первый и последний раз.
— Я очень сожалею о том случае, Ковбойша.
— Проехали. Ты же не виноват, что я такая.
— Ты тоже.
Мелисса просто улыбнулась и медленно протянула руку, которая дрожала не меньше его собственной. В тот миг Рекс понял, что она тоже этого хочет. Тут не обязательно быть телепатом.
Он не смел пошевелиться и просто закрыл глаза.
Их пальцы слегка соприкоснулись, и ощущение оказалось сильнее, живее, чем когда-то давно. Сначала Рекс почувствовал дикую жажду, ее животное желание поглотить его мысли. Тогда он чуть не отдернул руку, но сдержался. Потом появился разум Мелиссы, появился и густой, неодолимой волной энергии вошел в его мысли, захлестывая потаенные уголки и щели, вырывая с корнем давно похороненные там воспоминания. Машина будто бы завертелась вокруг Рекса, и он сжал руки, пытаясь ухватиться за что-нибудь реальное и твердое, но его ногти только увязали в ее теле, усиливая контакт еще больше.
За первой бешеной атакой полились эмоции самой Мелиссы, и их несло, как резкие всплески воды за винтом парохода. Рекс почувствовал ее постоянную боязнь прикосновения и страх перед внезапной опустошающей близостью между ними. У Рекса перехватило дыхание, в животе что-то трепыхнулось, когда он узнал давно закипавший страх этого момента и понял, что на самом деле Мелисса боялась намного сильнее, чем он сам.
И все же она доверяла ему настолько, что протянула руку…
А потом полились отрывки мрачных знаний: вкус разума очень старого темняка — горький, как если под язык положить ржавый гвоздь; суматоха средней школы Биксби перед последним звонком — настолько громкая, что у Мелиссы раскалывалась голова; страх, что единственным прикосновением один из тех разумов, которые своим криком не дают ей покоя днем, нарушит границы ее собственных мыслей. И наконец долгожданное начало часа синевы, благословенная тишина, точно всех людей на Земле истребили и их глупые мысли наконец иссякли. И вдруг все закончилось.
Рекс удивленно посмотрел на свою руку, пустую и скользкую от пота. Мелисса как-то все-таки умудрилась отдернуть пальцы. Он тупо таращился на ладонь, где появились четыре красных полумесяца — там, где его ногти впились в руку после того, как девочка высвободилась.
Но теперь хотя бы стало тихо. И он снова один в своих мыслях.
Рекс отвернулся от Мелиссы и выглянул в окно. От зрелища раскинувшейся перед ним темно-серой пустыни охватывало холодное уныние. Странно. Рекс ожидал почувствовать некую целостность, когда все закончится. Ведь это новая информация, то же, что мудрость, черпаемая из книг, или практическое знание полуночников. Благодаря полуночникам он всегда чувствовал, как его доля знаний о мире становится больше. Сколько себя помнил, он хотел добиться от Мелиссы именно этого. Но почему-то, узнав ее, узнав, каково это — быть ею, Рекс остался совершенно пустым.
— Может, в следующий раз, — произнесла она.
Он удивленно посмотрел на нее.
— Что?
— Может, в следующий раз лучше получится.
Она отвела взгляд и повернула ключ зажигания. Двигатель под капотом ожил.
Рекс пытался как-то утешить Мелиссу или сказать мысленно что-то обнадеживающее. Возможно, она могла бы научиться оказывать противодействие. Или они получили бы больший контроль над миром, разделив между собой мысли и идеи, а не эти необузданные эмоции и слепые страхи. Вероятно, однажды они сумеют сделать нечто большее, чем просто прикосновение на пару секунд. А вдруг и в самом деле нет ничего невозможного?…
Но Мелисса только качала головой при каждой мысли Рекса, не сводя глаз с дороги. Он понял, что дело не только в ее чувствительности. Мелисса находилась в нем каждое мгновение того водоворота и чувствовала, какую опустошенность оставила после себя.
Вряд ли он может сказать что-то, чего она еще не знает.
Он смотрел, как мимо проносятся знаки полуночи. Уж лучше это, чем думать о случившемся между ним и его самым близким другом.
Полуночное вторжение прекратилось, в этом Рекс был почти уверен. Когда Джессика Дэй впервые появилась в их городе, метки появлялись повсюду, резким Фокусом выделяясь на фоне его расплывчатого видения мира. Они показывали, где темняки и их воины нарушали спокойствие дневного мира. Каждую ночь они все дальше проникали в город, несмотря на чистый металл и тринадцатиконечные звезды, охраняющие Биксби. А все потому, что в них вселяла мужество ненависть к Джессике.
Но теперь метки постепенно стирались. С тех пор как Джессика обнаружила свой талант, темняки больше не могли прямо атаковать ее. Жизнь в городе возвращалась на круги своя, знаки Фокуса исчезали. Темняки отступили.
Мелисса сделала поворот. Рекс нахмурился, не зная, куда они направляются. Но ему не хотелось нарушать молчание, наступившее после соприкосновения. Они собирались объехать окрестности дома Джессики и попытаться уловить мысли человека-охотника. Но, похоже, теперь они ехали не в город. За окнами по-прежнему тянулась пустыня, а над Гремучей котловиной и Змеиной ямой чернел горизонт.
— Ты получил мое сообщение? — вдруг спросила Мелисса.
— Какое сообщение?
— О том, куда мы едем.
Рекс пожевал губу. Сначала он не понял, почему должен ответить вслух, если она все равно читает его мысли.
— Сообщение? Знаешь, мой отец…
— Не по телефону. Мысленно, идиот. — Она сердито посмотрела на него. — Так это фигня?
— Я не называл это фигней.
Бесконечный поток полуночных ощущений, ее совершенное одиночество, давняя ненависть к человечеству — все это не фигня. Все это…
— Рекс, прекрати. Я всего лишь пыталась передать тебе послание. Разве не этого ты добивался? Так что кончай меня жалеть и подумай секундочку.
Рекс глубоко вздохнул, отвернулся и уставился в окно, пытаясь разобрать мысленные фрагменты, которые Мелисса оставила в его голове. Ему пришлось отбросить и то, что удалось узнать, и свою благоговейную грусть. Забыть на мгновение, что понять своего лучшего друга ему не удавалось никогда…
— Рекс… — проворчала Мелисса.
— Извини. Постараюсь думать о послании.
И тут оно появилось на фоне тусклого черного экрана. Некая мысль, не принадлежавшая ему, — как сон, забытый после пробуждения. Рекс закрыл глаза, но почему-то от этого мысль пропала, так что он снова открыл их и посмотрел на нефтяные месторождения, мелькавшие за окном. Постепенно его внимание привлек ритм нефтеперегонных установок, коромысла которых поднимались и опускались под ртутными лампами, похожими на оранжевые солнца. А потом вдруг все стало ясно.
— Нам нужна Джессика Дэй, — пробормотал он.
— В точку, — ответила Мелисса.
— Ты слышала это?… В обычное время?
— Молодец, возьми с полки пирожок.
Рекс заморгал, услышав голос, далекий, но отчетливый — точно такой, каким говорила Мелисса, когда они уезжали из Гремучей котловины.
— Ты знала, что это человек. Ты целую неделю знала, что какому-то человеку нужна Джессика.
— Хьюстон, говорит база «Море Спокойствия», «Орел» сел12.
Рекс молча смотрел в окно, не в силах поверить тому, что услышал в своих мыслях, или понять истерию в ее голосе. Почему она скрыла это от него?
И тут он моргнул. Он узнал дом, мимо которого проезжал старый «форд» Мелиссы! Двухэтажный дом в колониальном стиле аккуратно поместился над видением, оставленным ею у него в голове. Они были в том самом месте Керр-стрит, где она слышала человека, которому «нужна Джессика Дэй».
— Почему ты мне не сказала? — изумленно спросил Рекс.
— Потому что… — Мелисса запнулась и глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. В конце концов она выдохнула: — Знаешь, Красавчик, почему бы тебе самому это не выяснить?
7

23:24

ПОМЕСТЬЕ ТЕМНЯКОВ
Рекс был зол как черт. Не требовалось быть телепатом, чтобы это понять. Он угрюмо глядел в окно, за которым мелькали дома, и у его мыслей был вкус как у желудочного сока и испорченного «маунтин дью».
Что же до Мелиссы, то ее мало волновало настроение Рекса. Уж лучше это, чем быть объектом его жалости.
Она до сих пор чувствовала покалывание в правой руке, как будто отслаивающийся пластик на руле «форда» гудел под ладонями. На самом деле соприкосновение оказалось не таким уж ужасным. Маленький бессмысленный вихрь никому не причинит вреда, а перед самым концом она даже почувствовала некое освобождение, словно они разделили нечто большее, чем просто ночные страхи и вселенскую тоску.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов