А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Так как в училище Борис обучался штурманскому делу, он был освобожден от унизительной необходимости переучиваться. Назначение на «Пантеру» он считал высокой честью и надеялся, что оно как-то связано с его политическими взглядами.
Предположив, что именно эти вопросы намеревался обсудить с ним адмирал Валерьян, он отправился на встречу с ним в приподнятом настроении.
То утро Борис не забудет никогда. Игорь Валерьян оказался именно таким, каким он его себе и представлял. Старик выглядел очень внушительно. Высокий и прямой, он своим единственным глазом смотрел прямо в глаза собеседника, будто под микроскопом изучая его душу.
Как оказалось, Валерьян вовсе не собирался обсуждать с ним общность их политических взглядов. У него было к Борису важное дело сугубо практической направленности, и Борис с особым вниманием выслушал изложенный адмиралом замысел совершенно секретной операции, проведение которой планировалось в ближайшем будущем. Удачный исход ее должен был гарантировать конкурентоспособность русского флота в такой важной сфере, как подводный атомный флот. Предполагалось, что одним дерзким ходом удастся овладеть технологией, необходимой для дальнейшего развития современного подводного флота. По причине отсутствия средств на разработку собственных аналогичных технологий, адмирал предложил похитить самый совершенный из ныне существующих боевых подводных кораблей – американскую атомную лодку «Сивулф».
Хотя Валерьян не очень распространялся о подробностях операции, Борис все же понял, что приурочена она будет к первым ходовым испытаниям «Сивулфа». Но особый смысл этого факта открылся ему только сейчас, уже в ходе выполнения «Пантерой» ее нынешней задачи.
Борис вернулся к себе в каюту после шестичасовой вахты в штурманском отсеке, за время которой они с группой специалистов отслеживали курс своей ничего не подозревающей цели. По мере того, как обе лодки шли в южном направлении вдоль восточных берегов Америки, становилась все более очевидной конечная точка маршрута американской лодки проекта 688. Всего час назад в перископе «Пантеры» показались огни Сент-Августина, штат Флорида. Американская лодка начала доворачивать к юго-западу, к мелководью континентального шельфа, а это было неоспоримым признаком скорого всплытия лодки. До единственной в этом районе базы подводных лодок оставалось два часа хода.
Любому матросу в штурманской рубке было понятно, что американская атомная субмарина направлялась к берегам Флориды в Порт-Канаверал. Однако никто не знал, что именно здесь базировался корабль, которому было суждено окончательно и бесповоротно склонить чашу весов военного превосходства на море на сторону Америки, что именно здесь «Сивулф» готовился к ходовым испытаниям.
Неужели «Пантеру» привела в эти воды простая случайность? Борис не переставал задумываться над этим вопросом, вспоминая встречу с адмиралом Валерьяном. Тогда адмирал сообщил ему, что выход «Сивулфа» в море планировался на начало осени. Это означало, что испытания могли начаться со дня на день, а лодка проекта 688, которую они преследовали от самого Норфолка, будет, возможно, принимать в них участие. Взволнованный таким оборотом событий, Борис лег на койку и постарался уснуть. Надо было хорошенько отдохнуть, ибо никто не ведал, что день грядущий им готовит.
13
Акванавты только начали собираться на завтрак, когда в тамбуре «Звезды» раздался звонок. Альдж первым откликнулся на неожиданный сигнал со своего насеста у обеденного стола.
– Это Долли пришла! Долли пришла! – возбужденно затараторил попугай. – Хелло, Долли!
Громко захлопав крыльями, Альдж зеленой молнией метнулся в тамбур, после чего Лайза Тэннер отложила салфетку и, отодвинув стул, встала из-за стола.
– Интересно, принесла ли Долли ответ от доктора Соркина? Пойду взгляну.
Четверо акванавтов остались за столом, а Лайза последовала за Альджем. Не прошло и минуты, как она вернулась с вскрытым конвертом в руке.
– Письмо сверху, – с некоторым разочарованием сказала она, – но явно не от доктора Соркина.
Лайза протянула письмо Ланклю, потягивавшему горячий чай.
– Нас предупреждают, что баллоны с гелием будут доставлены сегодня в девять утра, – сообщил он. – Остальные материалы – согласно заявке чуть попозже.
– Интересно, почему ничего нет от доктора Соркина, – недоуменно заметила Петрова. – Он должен был хотя бы сообщить о получении нашего письма.
– Может быть, он еще не успел его прочитать, – предположил Томо.
– Это исключено, – возразила Лайза. – Уж если он получил конверт, то наверняка тут же вскрыл его и прочитал письмо.
– Думаю, что мы должны дать ему возможность разобраться в этом деле, – заметил Карл-Ивар.
– Я согласен с тобой, – поддержал его Ланклю. – В конце концов, прошло всего двенадцать часов с момента отправки письма. Думаю, доктор Соркин не станет понапрасну беспокоить нас, пока не получит доказательства того, о чем мы писали. А пока надо набраться терпения.
Петрова оттолкнула от себя тарелку и нетерпеливо воскликнула:
– Даже если его ответ и не заставит долго ждать, я считаю, что мы должны вернуться на дно разреза и заснять то, что там происходит, на видеопленку. Если ныряющих блюдец там не окажется, то у нас хотя бы будут доказательства, что на дне установлено оборудование.
– Нет, mon amie, – возразил Ланклю. – Пока мы не получим ответ от доктора Соркина, такая вылазка мне представляется крайне опасной. Не исключено, что эти два аппарата выполняют секретную военную операцию, и нам не надо спускаться на дно разреза, пока мы не получим опровержение нашего предположения.
Карл-Ивар взглянул на часы и быстро прожевал остатки вафли.
– Кто поможет мне перетащить гелий в первый блок? – спросил он, запивая вафлю молоком.
– Я к твоим услугам, Карл-Ивар, если ты потом поможешь мне заменить стенку рыбного контейнера, – предложил Томо.
– Договорились, – согласился норвежец, затем добавил: – Пойду запрягать «Мишу». Тяжелую работу сделаем с помощью его манипулятора.
– Отличная идея, – сказал, вставая, Томо и вышел вслед за норвежцем в тамбур.
За столом остались Пьер Ланклю и Ирина Петрова, Лайза гремела на камбузе посудой.
– Интуиция подсказывает мне, что на дне разреза творится что-то неладное, – задумчиво произнесла русская. – Командир «Академика Петровского» – хитрая лиса старой закалки, и если он действительно использует нашу программу как прикрытие, то, вполне вероятно, наблюдатели ООН никогда не узнают об этом. Я не удивлюсь, если адмирал Валерьян перехватил наше письмо Соркину. В этом случае ему уже известно о наших подозрениях.
– Хоть я сомневаюсь в этом, mon amie, нам нельзя сбрасывать со счетов такую возможность. И если до завтрашнего утра мы ничего не получим от доктора Соркина, тогда нам придется снова отправиться на дно разреза и заснять на пленку обнаруженную там аппаратуру. Я сам пойду с тобой на «Мише».
Пока в столовой шел этот разговор, Карл-Ивар и Томо уже вышли в море. О существовании реального мира наверху напоминал только утренний солнечный свет, насыщавший толщу воды мягким голубым сиянием.
Истинные хозяева подводного мира не заставили себя долго ждать. Первым появился знакомый силуэт Дяди Альберта. Он промелькнул мимо них со скоростью молнии, и этого ему было достаточно, чтобы определить: среди людей Лайзы не было. Барракуда тут же скрылась под одной из телескопических опор комплекса, чтобы продолжить свою бдительную вахту перед иллюминатором камбуза.
Томо указал норвежцу на змееподобную мурену, направлявшуюся к ближайшему коралловому массиву. Ее извивающееся четырехфутовое тело проплыло мимо, едва не задев акванавтов. Несмотря на свой грозный вид, мурена не так страшна, как кажется, хотя все же лучше остерегаться ее мощных челюстей и острых зубов. Обычно она не нападает на человека, но если случайно потревожить ее в темных лабиринтах рифов, она может вцепиться в руку неосторожного водолаза.
Ища спасения от четверки притаившихся лютианусов, за защитную решетку влетела стайка яркоокрашенных морских ангелов. Мимо проплыло семейство полосатых дромов, за ними шмыгнула стая морских белок, важно продефилировал живописный губан.
Карл-Ивар был бы рад без конца наблюдать за этой нескончаемой процессией, но светящиеся стрелки его водонепроницаемых часов уже приближались к девяти часам, и он постучал по стеклу пальцем, привлекая к этому факту внимание японца. Томо кивнул, и они направились к песчаной поляне за первым блоком, куда сверху сбрасывали предметы, слишком тяжелые или громоздкие для Долли.
С судна границы участка определяли с помощью небольшого эмиттера сигналов, установленного в центре площадки. В случае необходимости это устройство включалось с судна с помощью дистанционного управления, таким образом место сброса можно было легко определить в любой момент.
Акванавты огибали первый блок, когда Карл-Ивар заметил какое-то движение вверху. Подплыв к краю поляны и взглянув вверх, норвежец увидел, как опускались, связанные нейлоновой лентой, шесть баллонов с гелием, который использовался в подводном доме для дыхания.
Ударившись о дно в центре площадки, тяжелые баллоны подняли облако песка и ила. Карл-Ивар вплыл в это облако и, достав нож, перерезал ленту. Не теряя времени, он схватил один из баллонов и потащил к первому блоку. За полчаса они с Томо перетащили все баллоны в хранилище.
– Мы могли бы подать свежий гелий на главный компрессор, – заметил Томо, помогая норвежцу установить последний баллон в хранилище.
– У нас еще есть старые запасы, – заметил Карл-Ивар.
– О'кей! Я займусь компрессором, а ты можешь готовить к выходу «Мишу», – предложил Томо. – Неплохо бы к обеду закончить с рыбным контейнером.
– Нет проблем, – ответил норвежец. – Встретимся в ангаре!
Карл-Ивар удивился, обнаружив, что Долли ждала его в бассейне на входе в первый блок. Дельфин был необычно взволнован и возбужденно мотал головой, издавая короткие, отрывистые звуки.
– В чем дело, Долли? Дядя Альберт опять съел твой завтрак?
Дельфин, казалось, отрицательно покачал головой, затем сделал несколько неглубоких нырков.
– Я понял тебя, Долли, – сказал Карл-Ивар, застегивая ремни акваланга. – Сейчас, еще пару секунд, и я в твоем распоряжении.
Долли нетерпеливо пощелкивая, наблюдала, как человек плеснул в маску воды, чтобы не запотевало стекло, и натянул ласты. Наконец Карл-Ивар взял в рот загубник шланга подачи воздуха, отрегулировал редуктор и прыгнул в воду.
Казалось, Долли почувствовала облегчение, когда он поплыл к ангару. Она сделала несколько ускорений в ту сторону, как бы указывая своему спутнику направление. Обеспокоенный странным поведением дельфина, Карл-Ивар миновал коралловую глыбу. Акул не было видно, но помня о недавней встрече Ирины Петровой с хищниками, которая едва не стоила ей жизни, он держался поближе к Долли. Плывя бок о бок, они достигли входа в ангар, где он поднялся по лестнице на поверхность. Еще не включив освещение, он почуял неладное. В воздухе стоял резкий неприятный запах. Свет не зажегся, и механик снял с пояса электрический фонарик. И тогда он увидел причину беспокойства Долли.
Все днище ныряющего блюдца обгорело до черноты. Не веря своим глазам, полный отчаяния, Карл-Ивар долго стоял у выгоревшего корпуса субмарины. Скорее всего пожар случился ночью, и только нехватка кислорода помешала огню перекинуться на весь ангар.
Рядом в темноте беспокойно цокала Долли. Норвежец решил, что пожар начался в аккумуляторном отсеке. Карл-Ивар, конечно, сразу же отнес вину за происшедшее на свой счет. Видимо, в результате недавнего ремонта генератора где-то возникло внутреннее короткое замыкание, а он проморгал его вчера во время вечернего осмотра. Теперь им придется расплачиваться за его роковую оплошность, ибо на этом похождения «Миши» в морских глубинах закончились. Восстановлению минисубмарина не подлежала.
* * *
Томаса Мура разбудил громкий голос из репродуктора корабельной трансляционной сети. Не сразу очнувшись ото сна, он взглянул на часы. Они показывали начало одиннадцатого утра. Откинув шторку, он с некоторым смущением подумал, что ему на удивление крепко спалось на «Риковере».
Чтобы спуститься с полки, ему пришлось перевернуться на живот и затем пятиться назад, пока ноги не коснулись палубы. Томас достал коричневый кожаный реглан, в рундучке нашел бритвенный прибор и открыл раздвижную дверь кубрика. В глаза ударил яркий свет. Мимо по коридору прошли двое матросов в синих робах, направляясь в столовую. Мур приветствовал их кивком головы и зашел в офицерский гальюн.
С чувством нескрываемого облегчения он отлил в надраенный до блеска писсуар из нержавеющей стали и, чувствуя себя старым подводником, спустил воду, нажав, как учили, на сливной рычаг, после чего повернулся к раковине умывальника.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов