А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


В современном понимании она сформировалась немногим более 200 лет назад при активнейшем участии М. В. Ломоносова. Взгляд на нее как на окраинную для Европы серьезно пошатнулся именно в его время. И если Петр Великий отправил россиян учиться в Западную Европу, то Ломоносов мог уже кое в чем поучить европейских ученых. Тем более что он знал их родные языки лучше, чем они русский, а на латыни изъяснялся ничуть не хуже любого просвещенного западноевропейца.
Самобытность русской культуры определялась и особенностями окружающей природы, и историческими судьбами народов, входящих в состав многонационального государства, и русскими народными традициями. Однако высочайшие взлеты русской культуры связаны с освоением, ассимиляцией достижений других народов. Так было во времена Ломоносова, так было при Пушкине и позже. И вот оказывается, что нечто подобное могло наблюдаться и в седой древности. Возможно, так мы приходим к истокам формирования русского национального характера.
Мне приходилось встречаться с белорусами и украинцами, которые сетовали, между прочим, на… засилие русской культуры! Они старались доказать, что представители белорусского или украинского народа тоже достигли выдающихся результатов в разных областях духовной деятельности. Так кто же с этим спорит? Хотя бы потому, что у всех трех восточнославянских народов корень общий: велико-, бело– и малороссы. Какие тут счеты?
Украинец Гоголь – великий русский писатель. Украинец (вернее, «полукровка», но вовсе без великоросских предков) Вернадский – великий русский ученый. Они, как многие другие, признавали свою причастность к русской культуре. К тому же разделение восточных славян произошло сравнительно недавно, несколько веков назад.
Впрочем, заглядывая в глубь времен, в далекое прошлое, мы рано или поздно вскроем такие пласты культуры, которые будут общими для самых разных, ныне очень обособленных этнических групп, народов.
Но главное даже не в этом. Чем более обособлена, замкнута культура, чем она самобытней, тем труднее, медленнее она развивается.
Нечто подобное свойственно любым экосистемам, биологическим видам. Попадая в изоляцию, они как бы переходят к иному, замедленному масштабу времени. Взаимные контакты увеличивают разнообразие видов, предоставляют новый материал для естественного отбора и для более гармоничного сочетания организмов между собой и с окружающей средой. Чем активнее и разнообразнее такие контакты, тем более бурно идут процессы обновления в экосистемах, иначе говоря, для них ускоряется ход времени.
В человеческом обществе к биологическим факторам добавляются этнические, культурологические. Скажем, когда мы говорим о единстве восточных славян, то приходится помнить, что оно определяется прежде всего единством культуры и природной среды. Достаточно сравнить внешность типичного украинца и белоруса, чтобы в этом убедиться. Русские по своему облику образуют некий антропологический синтез: среди них нетрудно обнаружить типы, имеющие сходство с самыми разными народами – от финнов до итальянцев или монголов.
У этой проблемы имеется и другой аспект.
В СССР проживает множество народов (народностей), по происхождению и особенностям культуры порой очень далеких от славян: татары, евреи, чукчи, коми, таджики, грузины… Перечень был бы огромен. Не подавляется ли их самосознание, не унижается ли их национальное достоинство возвеличиванием (пусть даже и заслуженным) русской культуры?
Тут следует напомнить, что сама по себе русская культура не есть некое изолированное самобытное (в смысле долго изолированного развития) единство. От истоков своих, уходящих в тысячелетия, и поныне она сохраняла и сохраняет живительные связи с другими европейскими, а также с другими крупными региональными культурами. Но прежде всего она была в полном смысле слова европейской.
Вот почему следует ясно различать такие понятия, как «русская земля», «русская культура», «русский народ». Можно не иметь русской национальности, считая родной и русскую землю, и русскую культуру. А можно оставаться чистокровным великороссом, жить в пределах России, почти напрочь отрешаясь от русской культуры, ее традиций и высших достижений. Этот феномен характерен для разных стран и культур, а связан прежде всего с особенностями технической цивилизации, нивелирующей проявления личности и природной среды, тяготеющей к стандартам и рациональным научно-техническим решениям.
Единая государственная система в сочетании с единой научно-технической базой не только способствует контакту и взаимному обогащению культур, но и нивелирует их. Не значит ли это, что проблема национальных культур в рамках нашего государства постепенно утрачивает свою актуальность, сходит на нет?
Жизнь наша, реальность безоговорочно опровергла такие суждения. Оказалось, что у нас во второй половине XX в. национальные проблемы приобрели необычайную остроту и порой приводят к трагическим последствиям. Но может быть, разумно последовать примеру американцев, для которых существует синтетическая американская культура как единственная и определяющая?
А может быть, мы уже встали на американский путь? В нашей стране распространяется массовая культура типа, как мы обычно полагаем, американской или вообще типа техногенного «поп-арта», характерного для современной научно-технической цивилизации. Это осредненный, стандартизированный всемирный стереотип, наиболее отчетливо заметный в музыке, песнях, танцах. При этом язык – традиционный носитель основ национальной духовной культуры – утрачивает свое значение.
Хорошо ли, плохо ли такое искусство – можно спорить. Очевидно другое: оно не имеет глубоких корней в истории человеческой культуры.
Но тут следует учесть, что в реальной Америке ситуация с техногенной культурой не столь проста и убога, как нередко считается. Помимо этого примитивного пласта, в ней формируется и элитарная культура, синтезирующая достижения представителей разных стран и народов, а также эпох. Наконец, отдельные национальные группы там имеют возможность сохранять свои традиционные культурные ценности, передавая их из поколения в поколение.
Иногда утверждают, что современное техногенное искусство обращено в глубины подсознания и сродни ритуальным мистериям доисторических времен. Что тут ответить? Стоило ли искусству, духовной культуре, человеческой личности развиваться тысячелетиями, чтобы опять вернуться к исходным рубежам?
Танцы, музыка, пение «диких» племен, не имеющих развитой письменности, глубоко содержательны, связаны с мифами, древними традициями. Каждый участник подобных мистерий приобщается к родной культуре, к своему племени, к окружающей природе.
Ничего подобного в современной техногенной культуре нет. Она отчуждает человека от прошлого и от природы, от высоких духовных ценностей и идеалов.
Затронутая тема непроста и требовала бы более обстоятельного разговора. Коснуться ее пришлось для того, чтобы рассмотреть опыт прошлого – на примере судьбы россов – и соотнести с современным нашим бытием. И хотя при этом возникает больше вопросов, чем убедительных ответов, хотелось бы сделать некоторые общие выводы.
Культура испокон веков призвана объединять людей (сочувствием, сомыслием, содействием), формировать полноценные личности, человеческое общество. Культура может быть народной, может быть элитарной, но массовой бывает только посредственность.
Именно сейчас, пожалуй, как никогда остро встают перед нами вечные вопросы бытия – и личного, скоротечного, и народного, общечеловеческого, и природного. Нам еще надо многое прочувствовать, понять, осознать.

Последние штрихи
Сравнительно недавно мне удалось обсудить идею белорусской прародины россов в Минске с археологами М. М. Чернявским и В. Е. Кудряшевым. В Институте истории АН БССР, где они работают, собраны не слишком богатые коллекции орудий труда и предметов быта рудокопов с реки Россь.
Прежде всего выяснилось, что до сих пор остаются значительные пробелы в знаниях, относящихся к археологии данного района. Исследования затрудняются и сравнительной скудностью фактического материала, и необычайной пестротой культур прошлого, остатки которых хранит белорусская земля.
М. М. Чернявскому доводилось изучать немало древних поселений по берегам Росси. Найдены там осколки сосудов – так называемых шаровидных амфор. Предполагается, что их создатели жили более 4 тысячелетий назад и занимались подсечным земледелием, скотоводством. Были ли они связаны с росскими шахтерами? Ответа на вопрос нет.
По словам археологов, возле шахт производилась грубая оббивка камня. Более тщательная обработка и выделка орудий велись в других местах, у поселений. Частично этим могли заниматься сами шахтеры.
Не исключена и достаточно узкая специализация: одни добывали кремневые желваки, другие их предварительно оббивали, третьи доводили изделия до товарного вида. По-видимому, существовали «купцы», осуществлявшие межплеменной товарный обмен. Добыча полезного ископаемого – дело трудное, требующее немалых знаний, определенных навыков. Заниматься им можно круглый год. Передавались в ту далекую пору знания устно и в совместном труде. Все это должно было способствовать относительному обособлению групп, занимавшихся горным делом. А если так, то на данной территории вполне могли соседствовать и мирно взаимодействовать разные роды, племена, имеющие различные хозяйственные уклады, традиции. Одни со временем переходили на специализированную добычу и обработку кремня, другие занимались преимущественно подсечным земледелием, третьи промышляли охотой, скотоводством.
В таком случае обитатели района Росси – россы – изначально составляли содружество нескольких родов и племен, среди которых аруссы традиционно занимались добычей и (обработкой руды.
Давно еще было обнаружено М. М. Чернявским погребение росского рудокопа. Художники-археологи сделали реконструкцию внешнего облика этого древнего шахтера. Человек этот, по-видимому, был похож на нынешних обитателей Южной Европы.
Возле останков шахтера находился плоскодонный глиняный горшочек с нарезным орнаментом, а также лежала костяная игла. Судя по всему, здесь обитало племя так называемой культуры шнуровой керамики или боевых секир. Существовало оно на рубеже неолита и бронзового века.
Ну а как были связаны (или не были) росские рудокопы с праславянами? Имеются ли какие-нибудь новые данные, подтверждающие гипотезу о белорусской прародине россов?
На эти вопросы археологи отвечают уклончиво. И понятно: не так-то просто отождествлять племена неолита или даже века бронзы с историческими народами. Однако один вариант ответа – без слов – показался мне очень обнадеживающим. В. Е. Кудряшев принес и положил на стол две бронзовые вещицы и одну стеклянную бусину. Это и был ответ: заколки-украшения (фибулы) для накидки, которыми пользовались, как предполагается, древние славяне. Возраст этих находок чуть меньше двух тысячелетий.
Можно ли после этого утверждать, что умственная конструкция, гипотеза о начале русской земли в долине Росси, наконец-то «замкнулась»?
На мой взгляд, гипотеза стала более правдоподобной. Однако из этого, конечно, не следует, будто она убедительно доказана. Немало еще остается сомнений, противоречивых фактов, а главное – зияющих провалов в наших знаниях. Да и это совершенно естественно. В науке слишком мало окаменевших истин. Для нее характерно разнообразие идей. Одно мне представляется бесспорным: новая идея плодотворна. Она позволяет по-новому осмыслить имеющиеся материалы, привести в соответствие сведения, добытые представителями разных наук, и нацеленно искать новые факты о древнейшей истории племени россов (руссов).
Итак, будем помнить, что предложенная гипотеза спорная. Однако это не должно нас смущать. В настоящей живой растущей науке очень мало однозначных решений и закрытых проблем. Зато в ней всегда остается замечательный простор для творчества, исканий, сомнений и открытий.

1 2 3 4 5 6 7
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов