А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

- Продолжайте. Даю вам еще несколько минут.
- Не думайте, что это шутка, - сказал Джордж горячо. - Ленты попросту
вредны. Они учат слишком многому и слишком легко. Человек, который
получает знания с их помощью, не представляет, как можно учиться
по-другому. Он способен заниматься только той профессией, которой его
зарядили. А если бы, вместо того чтобы пичкать человека лентами, его
заставили с самого начала учиться, так сказать вручную, он привык бы
учиться самостоятельно и продолжал бы учиться дальше. Разве это не
разумно? А когда эта привычка достаточно укрепится, человеку можно будет
прививать небольшое количество знаний с помощью лент, чтобы заполнить
пробелы или закрепить кое-какие детали. После этого он сможет учиться
дальше самостоятельно. Таким способом вы могли бы научить металлургов,
знающих спектрограф Хенслера, пользоваться спектрографом Бимена, и вам не
пришлось бы прилетать на Землю за новыми моделями.
Новианин кивнул и отхлебнул из рюмки.
- А откуда можно получить знания помимо лент? Из межзвездного
пространства?
- Из книг. Непосредственно изучая приборы. Думая.
- Из книг? Как же можно понять книги, не получив образования?
- Книги состоят из слов, а большую часть слов можно понять.
Специальные же термины могут объяснить специалисты, которых вы уже имеете.
- А как быть с чтением? Для этого вы допускаете использование лент?
- По-видимому, ими можно пользоваться, хотя не вижу причины, почему
нельзя научиться читать и старым способом. По крайней мере частично.
- Чтобы с самого начала выработать хорошие привычки? - спросил
новианин.
- Да, да, - подтвердил Джордж, радуясь, что собеседник уже начал
понимать его.
- А как быть с математикой?
- Это легче всего, сэр... достопочтенный. Математика отличается от
других технических дисциплин. Она начинается с некоторых простых принципов
и лишь постепенно усложняется. Можно приступить к изучению математики,
ничего о ней не зная. Она практически и предназначена для этого. А
познакомившись с соответствующими разделами математики, уже нетрудно
разобраться в книгах по технике. Особенно если начать с легких.
- А разве есть легкие книги?
- Безусловно. Но если бы их и не было, специалисты, которых вы уже
имеете, могут написать их. Наверное, некоторые из них сумеют выразить свои
знания с помощью слов и символов.
- Боже мой! - сказал новианин, обращаясь к сгрудившимся вокруг него
людям. - У этого чертенка на все есть ответ.
- Да, да! - вскричал Джордж. - Спрашивайте!
- А сами-то вы пробовали учиться по книгам? Или это только ваша
теория?
Джордж быстро оглянулся на Индженеску, но историк сохранял полную
невозмутимость. Его лицо выражало только легкий интерес.
- Да, - сказал Джордж.
- И вы считаете, что из этого что-нибудь получается?
- Да, достопочтенный, - заверил Джордж. - Возьмите меня с собой на
Новию. Я могу составить программу и руководить...
- Погодите, у меня есть еще несколько вопросов. Как вы думаете,
сколько вам понадобится времени, чтобы стать металлургом, умеющим
обращаться со спектрографом Бимена, если предположить, что вы начнете
учиться, не имея никаких знаний, и не будете пользоваться образовательными
лентами?
Джордж заколебался.
- Ну... может быть, несколько лет.
- Два года? Пять? Десять?
- Еще не знаю, достопочтенный.
- Итак, на самый главный вопрос у вас не нашлось ответа. Ну, скажем,
пять лет. Вас устраивает этот срок?
- Думаю, что да.
- Отлично. Итак, в течение пяти лет человек изучает металлургию по
вашему методу. Вы не можете не согласиться, что все это время он для нас
абсолютно бесполезен, но его нужно кормить, обеспечить жильем и платить
ему.
- Но...
- Дайте мне кончить. К тому времени, когда он будет готов и сможет
пользоваться спектрографом Бимена, пройдет пять лет. Вам не кажется, что
тогда у нас уже появятся усовершенствованные модели этого прибора, с
которыми он не сумеет обращаться?
- Но ведь к тому времени он станет опытным учеником и усвоение новых
деталей будет для него вопросом дней.
- По-вашему, это так. Ладно, предположим, что этот ваш друг,
например, сумел самостоятельно изучить прибор Бимена; сможет ли сравниться
его умение с умением участника состязания, который получил его посредством
лент?
- Может быть, и нет... - начал Джордж.
- То-то же, - сказал новианин.
- Погодите, дайте кончить мне. Даже если он знает кое-что хуже, чем
тот, другой, в данном случае важно то, что он может учиться дальше. Он
сможет придумывать новое, на что не способен ни один человек, получивший
образование с лент. У вас будет запас людей, способных к самостоятельному
мышлению...
- А вы в процессе своей учебы придумали что-нибудь новое? - спросил
новианин.
- Нет, но ведь я один, и я не так уж долго учился...
- Да... Ну-с, дамы и господа, мы достаточно позабавились?
- Постойте! - внезапно испугавшись, крикнул Джордж. - Я хочу
договориться с вами о личной встрече. Есть вещи, которые я не могу
объяснить по видеофону. Ряд деталей...
Новианин уже не смотрел на Джорджа.
- Индженеску! По-моему, я исполнил вашу просьбу. Право же, завтра у
меня очень напряженный день. Всего хорошего.
Экран погас.

Руки Джорджа взметнулись к экрану в бессмысленной попытке вновь его
оживить.
- Он не поверил мне! Не поверил!
- Да, Джордж, не поверил. Неужели вы серьезно думали, что он поверит?
- сказал Индженеску.
Но Джордж не слушал.
- Почему же? Ведь это правда. Это так для него выгодно. Никакого
риска. Только я и еще несколько... Обучение десятка людей в течение даже
многих лет обошлось бы дешевле, чем один готовый специалист... Он был
пьян! Пьян! Он не был способен понять.
Задыхаясь, Джордж оглянулся.
- Как мне с ним увидеться? Это необходимо. Все получилось не так, как
нужно. Я не должен был говорить с ним по видеофону. Мне нужно время. И
чтобы лично. Как мне...
- Он откажется принять вас, Джордж, - сказал Индженеску. - А если и
согласится, то все равно вам не поверит.
- Нет, поверит, уверяю вас. Когда он будет трезв, он... - Джордж
повернулся к историку, и глаза его широко раскрылись. - Почему вы
называете меня Джорджем?
- А разве это не ваше имя? Джордж Плейтен?
- Вы знаете, кто я?
- Я знаю о вас все.
Джордж замер, и только его грудь тяжело вздымалась.
- Я хочу помочь вам, Джордж, - сказал Индженеску. - Я уже говорил вам
об этом. Я давно изучаю вас и хочу вам помочь.
- Мне не нужна помощь! - крикнул Джордж. - Я не слабоумный! Весь мир
выжил из ума, но не я!
Он стремительно повернулся и бросился к двери.
За ней стояли два полицейских, которые его немедленно схватили.
Как Джордж ни вырывался, шприц коснулся его шеи под подбородком. И
все кончилось. Последнее, что осталось в его памяти, было лицо Индженеску,
который с легкой тревогой наблюдал за происходящим.

Когда Джордж открыл глаза, он увидел белый потолок. Он помнил, что
произошло. Но помнил, как сквозь туман, словно это произошло с кем-то
другим. Он смотрел на потолок до тех пор, пока не наполнился его белизной,
казалось, освобождавшей его мозг для новых идей, для иных путей мышления.
Он не знал, как долго лежал так, прислушиваясь к течению своих
мыслей.
- Ты проснулся? - раздался чей-то голос.
И Джордж впервые услышал свой собственный стон. Неужели он стонал? Он
попытался повернуть голову.
- Тебе больно, Джордж? - спросил голос.
- Смешно, - прошептал Джордж. - Я так хотел покинуть Землю. Я же
ничего не понимал.
- Ты знаешь, где ты?
- Снова в... в приюте. - Джорджу удалось повернуться. Голос
принадлежал Омани.
- Смешно, как я ничего не понимал, - сказал Джордж.
Омани ласково улыбнулся.
- Поспи еще...
Джордж заснул.

И снова проснулся. Сознание его прояснилось.
У кровати сидел Омани и читал, но, как только Джордж открыл глаза, он
отложил книгу.
Джордж с трудом сел.
- Привет, - сказал он.
- Хочешь есть?
- Еще бы! - Джордж с любопытством посмотрел на Омани. - За мной
следили, когда я ушел отсюда, так?
Омани кивнул.
- Ты все время был под наблюдением. Мы считали, что тебе следует
побывать у Антонелли, чтобы ты мог дать выход своим агрессивным
потребностям. Нам казалось, что другого способа нет. Эмоции тормозили твое
развитие.
- Я был к нему очень несправедлив, - с легким смущением произнес
Джордж.
- Теперь это не имеет значения. Когда в аэропорту ты остановился у
стенда металлургов, один из наших агентов сообщил нам список участников.
Мы с тобой говорили о твоем прошлом достаточно, для того чтобы я мог
понять, как подействует на тебя фамилия Тревельяна. Ты спросил, как
попасть на эту Олимпиаду. Это могло привести к кризису, на который мы
надеялись, и мы послали в зал Ладисласа Индженеску, чтобы он занялся тобой
сам.
- Он ведь занимает важный пост в правительстве?
- Да.
- И вы послали его ко мне. Выходит, что я сам много значу.
- Ты действительно много значишь, Джордж.
Принесли дымящееся ароматное жаркое. Джордж улыбнулся и откинул
простыню, чтобы освободить руки. Омани помог ему поставить поднос на
тумбочку. Некоторое время Джордж молча ел.
- Я уже один раз ненадолго просыпался, - заметил он.
- Знаю, - сказал Омани. - Я был здесь.
- Да, я помню. Ты знаешь, все изменилось. Как будто я так устал, что
уже не мог больше чувствовать. Я больше не злился. Я мог только думать.
Как будто мне дали наркотик, чтобы уничтожить эмоции.
- Нет, - сказал Омами. - Это было просто успокоительное. И ты хорошо
отдохнул.
- Ну, во всяком случае, мне все стало ясно, словно я всегда знал это,
но не хотел прислушаться к внутреннему голосу. "Чего я ждал от Павий?" -
подумал я. Я хотел отправиться на Новию, чтобы собрать группу юношей, не
получивших образования, и учить их по книгам. Я хотел открыть там приют
для слабоумных... вроде этого... а на Земле уже есть такие приюты... и
много.
Омани улыбнулся, сверкнув зубами.
- Институт высшего образования - вот как точно называются эти
заведения.
- Теперь-то я это понимаю, - сказал Джордж, - до того ясно, что
только удивляюсь, каким я был слепым. В конце концов, кто изобретает новые
модели механизмов, для которых нужны новые модели специалистов? Кто,
например, изобрел спектрограф Бимена? По-видимому, человек по имени Бимен.
Но он не мог получить образование через зарядку, иначе ему не удалось бы
продвинуться вперед.
- Совершенно верно.
- А кто создает образовательные ленты? Специалисты по производству
лент? А кто же тогда создает ленты для их обучения? Специалисты более
высокой квалификации? А кто создает ленты... Ты понимаешь, что я хочу
сказать. Где-то должен быть конец. Где-то должны быть мужчины и женщины,
способные к самостоятельному мышлению.
- Ты прав, Джордж.
Джордж откинулся на подушки и устремил взгляд в пространство. На
какой-то миг в его глазах мелькнула тень былого беспокойства.
- Почему мне не сказали об этом с самого начала?
- К сожалению, это невозможно, - ответил Омани. - А так мы были бы
избавлены от множества хлопот. Мы умеем анализировать интеллект, Джордж, и
определять, что вот этот человек может стать приличным архитектором, а тот
- хорошим плотником. Но мы не умеем определять, способен ли человек к
творческому мышлению. Это слишком тонкая вещь. У нас есть несколько
простейших способов, позволяющих распознавать тех, кто, быть может,
обладает такого рода талантом. Об этих индивидах сообщают сразу после Дня
чтения, как, например, сообщили о тебе. Их приходится примерно один на
десять тысяч. В День образования этих людей проверяют снова, и в девяти
случаях из десяти оказывается, что произошла ошибка. Тех, кто остается,
посылают в такие заведения, как это.
- Но почему нельзя сказать людям, что один из... из ста тысяч
попадает в такое заведение? - спросил Джордж. - Тогда тем, с кем это
случается, было бы легче.
- А как же остальные? Те девяносто девять тысяч девятьсот девяносто
девять человек, которые никогда не попадут сюда? Нельзя, чтобы все эти
люди чувствовали себя неудачниками. Они стремятся получить профессии и
получают их. Каждый может прибавить к своему имени слова "дипломированный
специалист по тому-то или тому-то". Так или иначе каждый индивид находит
свое место в обществе. Это необходимо.
- А мы? - спросил Джордж. - Мы, исключения? Один на десять тысяч?
- Вам ничего нельзя объяснить. В том-то и дело. Ведь в этом
заключается последнее испытание.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов