А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Если вы взглянете на них поближе, вы поймете, что я имею в виду.
Гарри Стиллман со своим младшим коллегой в это время направились к стоявшему у противоположной стены большой залы старинному органу. Франческа и бухгалтер медленно последовали за ними.
За витражными окнами лучи заходящего солнца тонули в нежной голубизне вод Гольфстрима, отражаясь от поверхности, проходили сквозь цветные стекла и ложились красными, желтыми и светло-синими пятнами на белые и черные мраморные плиты пола, напоминающего шахматную доску. Пустое огромное помещение оживлялось только игрой красок. Громадные светильники рубинового стекла на золоченых цепях спускались со сводчатого потолка, а причудливо переплетенные фиолетово-красные колонны поддерживали галерею, балюстрада которой была украшена геральдическими гербами, укрепленными на позолоченных деревянных щитах.
Бухгалтер продолжал:
— Миссис Бергстром всегда хотела, чтобы здесь все сохранялось в том виде, как при ее отце и деде. Поэтому никто не решился оснастить дом современными кондиционерами, а старые почти все вышли из строя.
Когда они подошли к юристам, старший компаньон произнес:
— Планировка дома не случайна. Эта громадная зала, которую, кстати, чертовски дорого отапливать зимой, и расположение других комнат повторяют собой одно здание Венеции. Дело в том, что Бладворт-старший всем сердцем влюбился в этот город и не мог придумать ничего лучшего, кроме как построить копию здания, увиденного им на площади Святого Марка. Вернувшись в Соединенные Штаты, он лелеял одну мысль — построить венецианское палаццо в своем новом поместье на Палм-Бич. Ему пришлось отказаться от мысли разобрать оригинал по частям и перевезти его сюда, так как эксперты в один голос заявили, что тот не выдержит транспортировки. Строительство было завершено всего за тринадцать месяцев. Это является фантастическим результатом, если принять во внимание, что предметы обстановки закупались в Италии агентами Бладворта и переправлялись через Атлантику. Здесь над интерьерами трудились специально приглашенные из Нью-Йорка и Филадельфии специалисты.
Бухгалтер тихо сказал Франческе:
— Мисс Луккезе, если вас интересуют подробности, то вам стоит ознакомиться с буклетом, посвященным палаццо. У нас в офисе в деле есть один экземпляр. Его составил второй муж миссис Бергстром, Деласи, когда она стала подумывать о том, чтобы превратить дом в музей и передать его штату Флорида. Так вот, в буклете есть подробное описание его интерьеров, перечисление предметов обстановки, картин, антикварных вещей, доставленных из Италии. Вам это будет любопытно знать, если вы решите здесь жить.
Здесь жить? Франческу охватила растерянность. Даже последняя владелица этого дома, Карла Бладворт Бергстром, жила здесь лишь наездами, предпочитая все остальное время проводить в более уютных и комфортабельных домах.
— Ну так как вам все это нравится, юная леди? — спросил Гарри Стиллман, с улыбкой поворачиваясь к ней.
Он обвел широким жестом величественное помещение, в котором они сейчас находились. Голос его звучал как-то уж чересчур бодро.
— Вот он каков Ca'ad Carlo, что, как вы, возможно, сами знаете, можно перевести как «Дом Чарльза». Так его назвал первый владелец. И не поддавайтесь первому впечатлению, дом куда более удобен и комфортабелен, чем кажется поначалу.
Он взял Франческу за руку и подвел ее к громадному органу, занимающему почти всю южную стену.
— И у вас здесь хороший персонал, хотя он и несколько уменьшился за последние годы. Кухарка работает здесь уже более четырнадцати лет, а Делия Мари в курсе всех домашних дел. Личная служанка Карлы, миссис Шенер, осталась здесь, чтобы помочь вам. Она прекрасный работник, надежный и скромный. Еще в штате есть садовник, шофер, техник и другая прислуга.
— И еще Курт Бергстром, — пробормотала Франческа.
Гарри Стиллман на мгновение остановился, но не обернулся и не посмотрел на нее. Его лицо было умиротворяюще спокойным.
— О да, вы правы. И еще Курт Бергстром.
Его коллега устроился в обитом бархатом кресле рядом с органом и бросил взгляд на ряды клавиш слоновой кости.
— Похоже, что орган в хорошем состоянии, — заметил он. — Миссис Бергстром была очень привязана к этому старинному инструменту. Это довольно интересная особенность больших особняков Палм-Бич — здесь нет ни одного, в котором не было бы органа. Должно быть, они были для той эпохи неким символом престижа. У миссис Додж даже на яхте под названием «Дельфин» установлен орган. — Тут Морис Ньюмен внезапно спросил: — Но вы ведь не играете, мисс Луккезе?
Под устремленными на нее взглядами троих мужчин Франческа смутилась. По их стандартам, она была не очень-то образованной и утонченной особой, она это прекрасно понимала. Ее никогда в жизни не учили музыке — она не играла ни на одном инструменте. Франческа вышла из других слоев общества. Ее родные не очень-то приветствовали даже ее желание поступить в колледж — по их мнению, для нее вполне хватило бы вечерних курсов машинописи и стенографии. И вот теперь Франческа уже не в первый раз оказывалась в ситуации, когда недостаток образования заставлял ее неловко чувствовать себя в обществе других людей.
Морис Ньюмен поспешно произнес, стараясь сгладить неловкое замешательство:
— Вообще-то на этом органе не играли, по крайней мере, пару десятков лет. Но миссис Берг-стром всегда держала его в рабочем состоянии — это довольно большая статья расходов, судя по документам. Настройщики приезжают сюда из Хейли каждые…
Вопросительно вскинув бровь, он повернулся к молодому бухгалтеру.
— Шесть месяцев, — ответил тот, заглянув в свою папку. — И проезд им тоже оплачивается.
— Ну что ж, если человек умеет играть на пианино, — заявил Ньюмен, — то, как мне сказали, он сможет играть и на органе. Выключатель, очевидно, здесь.
Он щелкнул выключателем, и низкое гудение электродвигателя послышалось в сумерках, заполняющих громадную залу.
— Все, что надо, — лишь немного практики.
И Морис Ньюмен, имея явное намерение продемонстрировать свои способности, коснулся пальцами клавиш.
Тотчас же в воздухе раздался мощный аккорд. Он взвился к потолку и бился над их головами в балках и деревянной обшивке галереи и уходил еще выше, к сводчатому расписному потолку залы.
Все невольно вздрогнули.
— Да выключи ты эту чертову штуку! — пробурчал Гарри Стиллман.
Его коллега поспешно повернул выключатель.
Но звук органа, казалось, все еще висел в воздухе. Морис Ньюмен выглядел сконфуженным, его старший коллега был явно раздражен. Франческе вдруг пришло в голову, что аккорд прозвучал как отчаянный крик о помощи.
Бухгалтер тихо произнес:
— Может быть, не следовало играть на органе, пока кто-нибудь не проверит этот купол.
Им всем показалось, что в воздухе повис едва заметный туман, словно легкая пыль от штукатурки.
— Ерунда, это просто резонирует сам дом, — уверенно сказал Гарри Стиллман. — Его совсем недавно проверяли, не завелись ли в нем термиты и тому подобная нечисть.
Стены музыкального салона у подножия лестницы были сплошь в зеркалах, как это любили делать во времена Людовика Четырнадцатого. Отраженные ими солнечные лучи заливали комнаты особняка ярким светом, в зеркалах повторялись бесчисленные отражения группы из четырех человек: высокая привлекательная молодая женщина с пышной копной вьющихся волос, двое мужчин в почти одинаковых легких летних костюмах и замыкающий шествие бухгалтер в рубашке с короткими рукавами, с папкой в руках. От яркого света всем четверым приходилось щуриться.
Над белым с золотом роялем на стене висел написанный в натуральную величину портрет женщины с тонким лицом и пышными светлыми волосами, одетой в бальное платье из тонкой ткани в стиле двадцатых годов. В глазах женщины застыло какое-то загадочное выражение.
— Это Эдна Бладворт, — пояснил Гарри Стиллман. — Я и не знал, что портрет все еще здесь. В свое время она славилась необыкновенной красотой. Понятия о красоте меняются, не правда ли? — Он склонил голову набок, критически рассматривая портрет. — Через два года после того, как особняк был построен, она окончательно впала в депрессию и до конца своих дней не выходила из санатория. Но Чарли Бладворт продолжал появляться в поместье каждую зиму — он не мыслил жизни без этого дома.
Крупная женщина со строгим взглядом, с седеющими светлыми волосами, одетая в розовое форменное платье, бесшумно возникла в проеме двери.
— Это Герда Шенер, — представил ее Гарри Стиллман. — Мисс Луккезе, она покажет нам верхние комнаты.
Жара на галерее и втором этаже особняка стояла совсем нестерпимая. Герда Шенер шла впереди, открывая двери и окна, чтобы дать движение застоявшемуся воздуху.
— На самом деле здесь хорошая система сквозной вентиляции, — заметил младший юрист. — Она выручает, когда кондиционеры выходят из строя.
В спальне хозяина дома, обставленной тяжеловесной старомодной мебелью, центральное место занимала гигантская кровать из махагонового дерева, своими размерами и конструкцией напоминавшая средних размеров парусник. К спальне примыкала гардеробная Чарльза Д. Бладворта, оборудованная парикмахерским креслом — в нем слуга стриг и брил своего хозяина. Портрет основателя торговой империи Бладвортов висел на стене, обитой красным муаром. С портрета на них строго смотрел коренастый, полный жизни мужчина средних лет в темно-синем деловом костюме. Его серые глаза отливали стальным блеском.
Рядом располагались апартаменты хозяйки дома, обставленные сообразно вкусам Эдны Бладворт. Комната, в которой Карла Бладворт Бергстром, сраженная недугом, так долго была прикована к постели, напоминала конфетную бонбоньерку. Обилие статуэток, безделушек и пожелтевших от времени кружевных салфеток наводило тоску. Кровать напоминала царский трон. На покрывале из пожелтевших брюссельских кружев громоздилась горка подушек из розового атласа, обшитых все теми же кружевами. В примыкавшей к спальне ванной, отделанной белым мрамором и позолотой, стояла громадная ванна тоже из белого мрамора. Только телевизор да телефонный аппарат на прикроватном столике вносили в удушливую обстановку комнаты оттенок современности.
Гарри Стиллман, похоже, с облегчением вздохнул. Он пробормотал:
— Здесь вся комната была просто забита коробками с пилюлями и пузырьками с лекарствами. Вы проделали громадную работу, миссис Шенер.
Широкое, покрытое глубокими морщинами лицо горничной оставалось бесстрастным.
— Я просто привела комнату в надлежащий вид, вот и все. Именно такой она и была при жизни миссис Эдны, бабушки миссис Бергстром. И сама миссис Бергстром всегда хотела видеть ее такой.
Когда она повернулась к Франческе с вопросительным выражением в глазах, та поспешно сказала:
— Я вовсе не собираюсь ничего менять в этой комнате. Выберу себе какую-нибудь другую спальню, чтобы переночевать.
Франческа решила, что полвека назад эта комната, пожалуй, была довольно симпатичной, но теперь в ней, казалось, нечем дышать. Единственным достоинством здесь была причудливая игра света, отраженного от морской поверхности. Это придавало особое очарование большинству комнат «Дома Чарльза», не позволяя забыть, что Палм-Бич был островом, окруженным морем, на которое щедрым потоком лились лучи яркого флоридского солнца.
Франческа подошла к высокому — от пола до потолка — окну, выходящему на небольшой балкон. Он выступал из полукруглого портала здания, и с него открывался замечательный вид на зеленую лужайку перед домом и бетонный причал для яхт, за которым сине-голубые воды Атлантики смешивались с более светлым течением Гольфстрима. За зеленой лужайкой виднелся больший из двух бассейнов, сверкавший на ярком солнце подобно сапфиру, и несколько домиков для гостей с крышами из красной черепицы.
— В котором из них живет мистер Бергстром? — поинтересовалась Франческа.
Горничная подошла и встала рядом с ней.
— В самом большом, мисс Луккезе. Но его отсюда не видно. Вам надо спуститься вниз и пройти по лужайке вон туда. — Она показала на островок более темной зелени среди королевских пальм и баньяновых деревьев. — Вон туда.
Морис Ньюмен вмешался в их разговор:
— Я переговорил с Куртом до того, как мы сегодня утром выехали из Майами, и он просил вам передать, что будет здесь все время на тот случай, если вы захотите с ним встретиться. Кстати, после смерти Карлы он перенес все свои вещи из большого дома. В его собственности остались яхта «Фрейя» и «Порше».
Он сделал паузу, потом добавил:
— Курт просил передать, что весьма признателен вам за разрешение какое-то время пожить в домике для гостей.
Оба юриста, похоже, тщательно уклонялись от разговоров на эту тему, бухгалтер тоже уткнулся в какие-то бумаги в своей папке. Их поведение было легко объяснить — ситуация сложилась неловкая.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов