А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Человек вдали от родины…
– У человека родина – Земля, – сказал Леонор.
– Ну а друзья, товарищи?
– Эти дурачки из нашего класса?
Штиммер вскочил на ноги.
– Вы забываетесь, господин Гейнтц! Не воображайте, что вы необыкновенная личность! Я-то знаю, что ваша гениальность напускная! У вас нет никакой скромности!
Леонор пожал плечами и повернулся к директору спиной.
– Стойте! Вы не смеете так уходить!
– Мне больше здесь делать нечего.
– То есть…
Глаза старика Штиммера выкатывались из орбит. Повернувшись, Леонор насмешливо заметил:
– Странный вы человек, господин Штиммер. Вы меня вызвали для того, чтобы уговорить принять предложение американца. Теперь, когда мы поняли друг друга, вы почему-то злитесь. Где здесь логика?
– Какая логика! Как вы смеете со мной так разговаривать! Вы, вы…
Леонор посмотрел на директора гимназии, как на диковинный экспонат в музее.
Затем он сделал несколько шагов к двери и произнес:
– Скажите господину Коллару, что я согласен ехать куда угодно и когда угодно.
Во дворе его окружили одноклассники.
– Ну как, гений, зачем он тебя вызывал?
– Я уезжаю в Америку, – нисколько не смутившись своего прозвища, ответил Леонор.
– Да ты и впрямь представляешь какую-то ценность для этих янки. Говорят, они никогда деньги зря не тратят.
– Конечно. Я постараюсь продаться как можно выгоднее, – заметил Леонор без тени смущения.
– Не очень-то хорошо звучит – «продаться», а?
– В вашем мире вообще ничто хорошо не звучит. Но уж если он так глупо устроен, то ничего не поделаешь.
– Почему ты говоришь «в вашем мире», Леонор? Он такой же наш, как и твой.
Юноша на секунду задумался, внимательно осматривая собравшихся вокруг него товарищей.
– И все же этот мир ваш, а не мой. Все вы миритесь с его невероятно дикими и глупыми порядками. А я нет. Но я ничего один не могу поделать.
– А как бы ты преобразовал этот мир, Леонор?
Тот пожал плечами и ничего не ответил. Отойдя от толпы ребят несколько шагов, он вдруг повернулся и крикнул:
– Никогда не читайте газет. Не верьте ни одному слову наших политических деятелей. Они глупы и тщеславны. Старайтесь глубже понимать законы природы и законы человеческого общества. В самом захудалом учебнике по математической экономике больше смысла и пользы, чем в сотнях томов, написанных словоохотливыми дураками, которые проектируют земной рай, построенный из бестелесных идей и остроумных изречений. Помните закон сохранения материи. Если, ничего не создав, вы что-то для себя получили, значит, вы украли. Не забывайте и закон сохранения энергии. Если вам что-то досталось без затраты труда, значит, где-то на вас работает раб. Никогда не забывайте подводить строгий баланс человеческого счастья и несчастья. Научитесь его измерять, и тогда все станет понятным.
Леонор прекрасно осознавал, что говорил он все это впустую. Его считали заучившимся чудаком, помешанным на строгих формулировках и заумных задачах. Но он иначе не мог. Его душа, если только она у него и была, не допускала никаких компромиссов между истиной и ложью, между глупостью и разумом. Всюду, в живой и мертвой природе, он видел только строгие законы, а люди, к его удивлению, только тем и занимались, что изо дня в день пытались идти наперекор этим законам, при этом совершенно не осознавая свою обреченность. Для того чтобы оправдать неприспособленность жить в сложном мире причинных связей и количественных соотношений, люди придумали мир эмоций, который, попросту говоря, представлялся ему отвратительным, почему-то ненаказуемым кликушеством. Он откровенно мечтал удрать из своего города, уйти от своих тупых однокашников, зажить другой жизнью среди людей, которые, если судить по их именам и опубликованным научным работам, думали и действовали в полном сообразии с логикой и разумом. Леонор жаждал поехать в Америку и работать в одном из крупнейших теоретических центров страны. Гарри Кембелл, Эдвард Геллер, Джон Стробери и другие ученые с мировым именем должны наконец сменить компанию умничающих бюргеров, которые после восхваления гения Ньютона и Вейерштрасса уходили в ближайший бар и травили свой мозг шнапсом.
«Уродство! Какое умопомрачительное уродство!» – думал про себя Леонор.
Он уж хотел было выйти из ворот школьного двора, как вдруг его кто-то окликнул по имени. Он остановился и осмотрелся по сторонам. Справа и слева от ворот росли высокие кустарники. Затейливая металлическая решетка отгораживала двор от Гейнештрассе.
– Леонор, Л-у…
Это был голос девушки.
– Кто меня зовет? Если я кому-нибудь нужен, зачем прятаться?
В нескольких шагах от него кусты зашевелились, и в них появилась фигура девушки. Несколько секунд она оправляла платье, а затем виновато посмотрела на Леонора.
– Это вы меня звали? – спросил он.
Она кивнула головой.
– Зачем я вам нужен? Кто вы такая?
Она сделала несколько нерешительных шагов к нему.
– Я… Мы учимся в одном классе…
– Вот как. А я вас что-то не помню.
– Мой стол слева от вашего. Меня звать Эльза. Эльза Кегль.
Леонор сделал вид, что смутился.
– Право, не помню.
Высокая стройная девушка, с красивыми, разбросанными во все стороны золотистыми волосами решительно подошла к нему и стала напротив.
– Значит, вы меня не помните? – спросила она.
– Нет, не помню.
– И не читали моих записок?
– Что?
– Я вам посылала записки. Каждый день, иногда в день два раза.
– Один раз я что-то прочитал, очень глупое. После не читал.
Лицо Эльзы внезапно залилось краской, и она побежала вперед.
Он посмотрел ей вслед и удивился, когда увидел, что она остановилась шагах в десяти от него.
Он подошел к девушке.
– Что с вами, Эльза?
Она вскинула на него заплаканные глаза.
– Вы человек, Леонор, или кто?
Он смущенно пожал плечами. После не очень уверенно сказал:
– Наверное. Во всяком случае, так все считают.
– Ну а вы что думаете?
– Мой опыт говорит мне, что мнение ценно только тогда, когда оно многочисленно. Это закон статистики. Мнение одного человека ничего не значит.
Ничего не поняв, Эльза приблизилась к нему на несколько шагов, затем остановилась, посмотрела в его глаза и бросилась ему на грудь.
Она была немного ниже Леонора, а когда она спрятала свое лицо у него на груди, то показалась совсем маленькой девочкой. Леонор растерянно смотрел на нее сверху вниз и тихонько гладил по плечу. Он как-то в кино видел, что в подобных случаях поступают именно так.
Не поднимая головы, Эльза пробормотала:
– А я вас люблю, Леонор…
– Любите? За что?
Она посмотрела на него красными заплаканными глазами.
– За то, что вы не такой, как все. За то, что вы умный…
Леонор немного отстранил девушку от себя.
– Странно, – прошептал он. – Очень странно. До сих пор такое мне говорила только мать. Значит, по-вашему, и чужие люди могут любить друг друга?
– О, это совсем иначе, чем мать… Леонор! Я так буду ждать того момента, когда увижу вас вновь. Вы ведь уезжаете в Америку?
– Да. А вы откуда знаете?
– Мне говорил отец. Мой отец и господин Гудмейер – совладельцы фирмы, в которой вы будете работать.
– Вот как!
– Если хотите знать, то в вашей поездке в некоторой степени виновата я. Мой отец и капитан Коллар как-то разговаривали о том, что им нужны очень умные ученые. Тогда я и назвала вас…
– Благодарю вас, Эльза.
– Но вы еще ничего мне не ответили…
– Что я должен ответить?
– О боже мой! Неужели вы…
Девушка вдруг отбежала от Леонора и с отчаянием крикнула:
– Нет, вы не человек. Прав господин Штиммер, правы все ребята, права ваша мать! Прощайте! Нет, до свидания! Я приеду в Америку, и тогда, может быть, вы уже будете знать, как нужно отвечать девушке, когда она говорит, что любит вас.
Леонор несколько секунд следил, как по дорожке, вдоль кустов, странно размахивая руками, бежала от него Эльза.
III
Никогда еще у Леонора не было такого спокойного и одухотворенного лица, как в этот момент. Он стал воплощением разума, и все клетки его мозга, все связи, все контуры и блоки нервной системы, казалось, были настроены на этот миг. Сейчас ему предстоит встретиться с Эдвардом Геллером, человеком, которого знает весь мир как выдающегося инженера-физика.
Когда высокая узкая дубовая дверь отворилась и в ней появился небольшого роста человек с морщинистым, болезненным лицом, передвигающийся вперед мелкими шагами, Леонор понял, что это и есть Геллер. Он не встал со своего кресла, не вскочил на ноги, как вскакивали другие при виде этого человека. Он был уверен, что Геллер точно такой же, как и он, человек большого ума, принявший на себя тяжкую миссию сделать все, что в его силах, чтобы спасти и преобразовать многомиллиардный коллектив живых существ, именующих себя «венцом природы».
Геллер подошел к Леонору и, не подавая руки, произнес:
– Здравствуйте.
– Добрый день, – ответил юноша, и на мгновение ему показалось, что он находится рядом со своим двойником.
Геллер прошел к креслу у книжного шкафа и сел. Несколько минут он и Леонор молчали, рассматривая друг друга, как, наверное, будут рассматривать друг друга разумные существа с разных планет.
– Итак, вы будете работать у меня?
Не отвечая, Леонор кивнул головой и, улыбнувшись, поджал нижнюю губу. Он всегда так делал, когда был очень доволен.
– Говорят, вы хорошо знаете современную математику.
Нисколько не стесняясь, Леонор снова поджал нижнюю губу. Что-то необычное сейчас скажет Геллер, а им не нужно много разговаривать, чтобы понять друг друга!
– Можно проверить? – спросил Геллер.
Леонор улыбнулся. Момент высшего человеческого взаимопонимания приближался. Он слегка качнулся в кресле и кивнул в знак согласия.
Геллер, не сводя бесцветных глаз с юноши, расстегнул ворот клетчатой рубахи, затем вытащил из письменного стола несколько листов чистой бумаги.
– Карандаш есть? – спросил Геллер.
– Есть.
Несколько секунд Геллер что-то молча писал. Затем, пробежав по написанному глазами, он протянул лист Леонору.
– Вот. Условие задачи такое. Государство в состоянии воспроизводить свой экономический потенциал каждые три года. В военном отношении государство очень сильное. Во всяком случае, если будет война, мы должны рассчитывать на ответные термоядерные удары. Вот список промышленных районов этого государства в порядке уменьшения их экономической мощности. Нужно определить порядок их разрушения.
Леонор вскинул на Геллера удивленные глаза. Несколько минут они молча рассматривали друг друга. Геллер улыбнулся, обнажив ряд золотых зубов. Он ничего не говорил, но выражение его лица показало, что он уверен в неспособности мальчишки решить задачу.
– Вы понимаете смысл задачи, мальчик? – спросил он снисходительно.
В этот момент про себя он подумал: «Этот Коллар – болван. Наговорил сто коробов про мальчишку…»
– Да, я понимаю смысл задачи.
– Тогда решайте, – сказал Геллер и собрался уходить.
– Я уже ее решил, – услышал он в ответ.
Геллер остановился, слегка улыбнулся и покровительственно произнес:
– Не торопитесь, дорогой…
– Я уже ее решил, – твердым голосом повторил Леонор.
Геллер посмотрел на него недоверчиво.
– Ну… Напишите ответ.
– Зачем его писать. Все и так ясно.
Геллер сел. Он внимательно посмотрел на неподвижное лицо юноши, на его внимательные, немигающие голубые глаза и, положив руку на листы бумаги с содержанием задачи, спросил:
– Так какой же ответ?
– Я не буду касаться того, насколько, нелепо составлены условия задачи и как неполны ее данные, – проговорил Леонор, – но в той формулировке, которую вы мне дали, задача решается однозначно и немедленно.
Геллер удивленно вскинул брови. Так ему никто никогда не отвечал.
– Решение такое. Нужно в течение трех лет последовательно уничтожать экономические центры противника в порядке убывания их мощности.
Геллер вначале задумался, а после его лицо расплылось в улыбке. Он подошел к Леонору и положил ему руку на плечо.
– Браво, мой мальчик! Совершенно верно!
Леонор молчал. Внутренне он почувствовал какое-то неудовлетворение, как будто сейчас происходит совсем не то, на что он рассчитывал.
– Чудесно, – продолжал Геллер. – А вот еще задача. Имеется десять овчарен, которые находятся под охраной пяти собак. На овчарни систематически нападают пятнадцать волков. Как нужно распределить охрану между овчарнями, чтобы…
Леонор встал из кресла. Он сощурил глаза и подошел к письменному столу.
– Погодите задавать вопрос. Это тоже военная задача. Но вы еще не сообщили мне, каков радиус разворота каждой собаки и каждого волка. Без этих данных задача не имеет решения.
Геллер застыл с открытым ртом. Затем он обхватил лицо руками и захохотал мелким старческим смехом.
– А ведь действительно вы правы, Леонор. Все, что о вас рассказывал капитан Коллар, – сущая истина.
– Ваши волки – это бомбардировщики противника. Овчарни – военные объекты. Собаки – ваши истребители.
1 2 3 4 5 6
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов