А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Жвалевский Андрей Валентинович

Современные методы управления погодой


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Современные методы управления погодой автора, которого зовут Жвалевский Андрей Валентинович. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Современные методы управления погодой в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Жвалевский Андрей Валентинович - Современные методы управления погодой онлайн, причем полностью без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Современные методы управления погодой = 151.31 KB

Современные методы управления погодой - Жвалевский Андрей Валентинович => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



A_Ch
«Жвалевский А., Пастернак Е. Современные методы управления погодой»: Время, ИД «Азбука-классика»; М., СПб.; 2007
ISBN 978-5-9691-0163-Х, 978-5-91181-391-8
Андрей Жвалевский, Евгения Пастернак
Современные методы управления погодой
Переменная облачность
Я стояла у окна и смотрела на дождь. Мерзкий, монотонный, гнусный дождь. Один из тех дождей, которые никогда не заканчиваются. Смотришь на такой дождь, и в голове крутится только одно слово: безнадега.
Совершенно не верится, что где-то на Земле может быть другая погода. А ведь может!
Вчера в это же время я возмущалась, что слишком жарко. Что жить можно только в тени и что солнце мне смертельно надоело.
Да-а.
Сегодня утром я прилетела из Египта. Мы с Сергеем долго думали, куда поехать в отпуск, планировали время, выбирали место… А потом внезапно поняли, что просто не можем больше ждать, схватили первые попавшиеся под руку путевки и уехали. Египет так Египет. Главное условие – двуспальная кровать в номере.
К сожалению, мы оба смогли вырваться только на неделю. У него висит срочная работа, мне негде и не с кем оставить дочку. Меня и так совесть замучила, что я сама еду к морю, а ребенка в городе оставляю. Но если подумать трезво, то Машку с Сергеем знакомить пока рано. То есть познакомить, конечно, можно, но не в угаре медового месяца, а как-нибудь поспокойнее. Лучше, чтобы он к нам в гости приехал.
Мы знакомы уже полгода, но в связи с тем, что живем в разных городах, накал страстей со временем абсолютно не уменьшился. Вернее, знаем друг друга мы уже года полтора, но у нас была совершенно детективная история знакомства и первый год мы потеряли. Жалели потом страшно. Но, с другой стороны, если бы мы не «дружили» целый год, может, и не было бы такого взрыва, когда мы наконец сообразили поцеловаться.
Я сначала боялась ехать вместе в отпуск. Одно дело приезжать в гости на выходные, а другое – провести неделю в одном номере. А вдруг он носки по комнате разбрасывает? А вдруг сморкается за столом? Или швыряет на пол в душе мокрые полотенца?
Но, оказывается, вся эта ерунда имеет значение только дома. Или мы просто уже вышли из возраста, когда это имеет значение? Это в восемнадцать лет важно, чтобы он ботинки возле двери оставлял. А в тридцать проще убрать ботинки, чем об этом говорить.
А в отпуске, оказывается, вообще на все наплевать!
Когда из всех дел, которые нужно сделать за день, есть только одно – успеть на завтрак, вопрос, куда он повесил мокрое полотенце, совершенно перестает волновать. Тем более что горничная все убирает.
А если честно, мне с Сергеем просто потрясающе комфортно. Такое ощущение, что я знаю его всю жизнь. Удивительно, что меня в нем ничего не напрягает и не раздражает. Помните, как говорила главная героиня в фильме «Москва слезам не верит»? У него нет недостатков! То есть недостатки, конечно, есть, но он мне с ними еще больше нравится. Получается, что это и не недостатки вовсе, а достоинства.
Я абсолютно ничего не узнала о Египте! Нам было смертельно жалко тратить драгоценное время на осмотр достопримечательностей: выполнили свою «программу-минимум» и забились в комнату. Долго потом смеялись, что вполне можно было снять номер в гостинице где-нибудь под Москвой и не тратить деньги на самолет.
Хотя это и неправда. Жара на улице, общая атмосфера праздника явно добавляли чувственности в наши отношения. Все в отеле называли нас «наши молодожены» и относились с нежностью и умилением. Подкармливали. Особенно Сергея. Особенно женщины. Видимо, чтобы подкрепить его исчезающие силы. Хотя силы и не думали исчезать. У меня энергия просто била ключом, я не знала, куда ее девать. То есть знала… Но она потом еще сильнее била… Замкнутый круг.
Мы вместе вернулись в Москву вечерним рейсом, нас в аэропорту встретила Наташка, моя одноклассница, и тут же отвезла на вокзал. Меня запихали в поезд, так и не дав опомниться.
Опомнилась я уже дома.
Дома, конечно, очень хорошо. Все родное. Машка соскученная. Мы с ней весь день валялись на полу и разбирали подарки, а в остальное время она ходила за мной хвостиком, даже заснула у меня на руках. Совесть меня совсем измучила: все-таки нужно было ее с собой взять!
Часов в десять я аккуратно выползла из-под Машкиной ручки и отправилась на кухню. Вот тут-то меня тоска и догнала.
В это время мы с Сергеем обычно выползали на улицу. Уже не жарко. Можно валяться в шезлонгах и болтать. Или гулять где-нибудь и болтать. И съесть чего-нибудь. И выпить. И целоваться на каждом углу… Тут мне совсем взгрустнулось.
А от Сергея ни слуху ни духу. Вернее, он, конечно, позвонил с утра и узнал, как я доехала. А потом за весь день только одна SMSKa. Очень ласковая и милая, но одна… Я понимаю, у него сегодня первый рабочий день, его там рвут на части, но так хочется, чтобы он и обо мне вспоминал. Неужели ему там не одиноко? У меня хоть Машка есть, а он сидит один в пустой квартире… Или в гости куда-нибудь пошел? Или на работе еще? Или спит уже давно, а я тут зря страдаю?
Рука дернулась к телефону. Позвонить? А что сказать? Хотел бы, сам бы позвонил. Лучше позвоню завтра с утра. Во-первых, с работы, а во-вторых, не в таком мрачном расположении духа. А то кому охота общаться с угрюмой женщиной?
Я честно попыталась лечь спать. Легла. Сна ни в одном глазу. Одной неудобно. То жарко, то холодно, то кровать слишком просторная. Попыталась что-нибудь почитать, схватила какой-то женский роман, тут же наткнулась на эротическую сцену. Ужас! Вот теперь точно не засну. Мрачно встала и начала бродить по квартире. Посмотрела в окно. И увидела, что пошел дождь. И даже в темноте было понятно, что это один из самых затяжных дождей в моей жизни. Одно слово – безнадега.
***
Первый рабочий день после недели отпуска схватил меня за горло и не разжимал костлявой хватки до позднего вечера. Просто поразительно, до чего люди бывают беспомощны. Половина вопросов, которые дожидались моего возвращения из Египта, не стоила и четверти выеденного яйца. Это все от безответственности некоторых работников. Типичная ситуация: верстальщик, допустим, Иванов появляется с вопросом: «Можно сделать так-то или эдак-то. Как нужно?» И я тут же отвечаю: «Так-то». Или «Эдак-то». Совершенно понятно, что никакого анализа я при этом не делаю, а просто подбрасываю в уме монетку. Потому что обычно лучше принять плохое решение, чем никакого. Если что, потом поправим.
К тому же если я выбираю заведомую глупость, верстальщик, допустим, Иванов начинает переминаться с ноги на ногу и робко говорит: «Но ведь если сделать так-то, то получится то-то, а это уже плохо». И тогда я делаю мысленное внушение внутренней монетке и меняю мнение на противоположное. И все. Неужели без меня нельзя было этим заняться?
А может, зря я на них наезжаю? Это сейчас мне все кажется простым и ясным, после недельного курортного карнавала, во время которого я даже загореть не смог. А ведь солнце жарило всю неделю так, как у нас жарить не умеют. Вот Катя – та совсем шоколадная вернулась, хотя валялась со мной в одной постели. Может, она тайком бегала загорать, пока я спал? Вряд ли. Даже во сне я четко знал, где она и что сейчас делает. И никогда она не удалялась от меня дальше чем на расстояние от кровати до душа.
Мне казалось, что я по-прежнему ощущаю Катю, вижу, как стоит она у окна, зябко кутается во что-то и смотрит на дождь. Почему дождь? Кто его знает. У меня за окном никакого дождя не было, но и солнца не было, а летели куда-то понукаемые нетерпеливым ветром рваные кучевые ошметки. Что, кстати, вполне соответствовало моему состоянию души. Но Катя смотрела на дождь. Это я знал наверняка.
Несколько раз я дожидался пауз, когда вокруг не крутились страждущие со своими вопросами, и протягивал руку к телефону – позвонить, поддержать, узнать, правда ли у них там дождь. Но всякий раз телефон опережал на долю секунды и взрывался нахальным трезвоном. Звонили то авторы, то партнеры, то полузабытые университетские товарищи. К обеду чехарда временно прекратилась, но на сей раз у Кати было намертво занято. Я успел только набрать и отправить что-то душевное в виде SMS – и тут обед закончился. То есть у меня он даже не успел начаться, но вот сотрудники родного издательства подкрепили силы и набросились на меня с утроенной энергией. Чтобы было интереснее, дважды меня вызывал к себе директор, имел со мной деловой разговор.
Когда я вышел от директора во второй раз, за окном собиралась нетипичная для апреля гроза.
– Где мартовский номер «Книжного бизнеса»? – рявкнул я на секретаршу Людочку, но та совсем не испугалась, хотя в подтверждение моего гнева совсем рядом громыхнул гром.
Людочка вообще стала вести себя со мной смело, если не сказать развязно. Она считала, видимо, что я перед ней в неоплатном долгу, так как она принимала посильное участие в решительных переменах моей судьбы. За перемены, конечно, спасибо, но иногда я был готов взять Людочку за крашеную шевелюру и повозить по полу, приговаривая: «И как это вы смели, заразы, нас с Катей сводить? Как будто мы собачки породистые! Или лошади! Сами бы разобрались!»
Но ничего этого делать было, конечно, нельзя. А жаль.
Так весь первый день и прошел. Вернее, пробежал в спринтерском темпе. К вечеру я был совершенно выжат и не рискнул в таком виде звонить Кате. За эту неделю она привыкла видеть меня неутомимым, веселым, жизнерадостным. Услышит мое вялое «мяу», решит еще, что я заболел… Нет, я уж лучше завтра. С утра.
Но и назавтра легче не стало.
***
Настроение было просто отвратительное. Все валилось из рук. Машина не завелась, пришлось тащиться пешком под дождем. Сначала с Машкой в школу, где я сдуру решила пообщаться с учительницей.
– Вы постарайтесь пореже уезжать. Знаете, Маша очень болезненно реагирует на ваши командировки. Позавчера весь тихий час проплакала. Я у нее спрашивала, что случилось. Она сказала, что по маме очень соскучилась.
– Я постараюсь, – ответила я.
Состояние души было ужасное. Какая я сволочь! Ребенок тут плачет, а я неизвестно где, неизвестно с кем шляюсь…
Никогда больше от нее не уеду!
Господи! Какой кошмар творится на улице! Косой ливень с мокрым снегом. Как только выходишь на улицу, тут же промокаешь до нитки.
Вот такой «красавицей» я и пришла на работу. Мокрая, взъерошенная, тушь размазалась, брюки заляпаны, не говоря уж о том, что злая как собака.
– Ты же вроде в отпуске была? – спросила Лена. – Заболела, что ли, на обратном пути? Почему так отвратно выглядишь?
– Добрая ты. У меня машина не завелась.
– Ну, это не повод так убиваться. Вы что, поссорились?
Поскольку самое начало нашего с Сергеем бурного романа происходило на книжной выставке, все, кто был в Москве вместе со мной, оказались более-менее в курсе моей личной жизни. А поскольку роман и правда был очень бурным, то, когда мы вернулись из Москвы, мне еще пару недель всем офисом перемывали косточки. Я была после выставки новость номер один. Затмила все контракты.
– Не знаю, – честно ответила я, – наверное, не поссорились. Но он мне почти не звонит. Погода гадкая, на душе мерзко. Короче, все плохо.
– Ну, ты еще не все знаешь, – оптимистично заявила Лена, – посмотри, что тебя ждет.
Я глянула на свой стол: стопка бумаг с трудом сохраняла равновесие.
В следующие шесть часов у меня не было времени даже получить SMS, не то что набрать. Я думала, что вечером спокойно позвоню Сергею, но куда там!
Домой неслась как сумасшедший спринтер, чтобы забрать Машу. Она, видимо, промочила ноги, потому что всю дорогу чихала, ныла и капризничала. Пока мы доплелись до дома, совсем расклеилась. Я изо всех сил пыталась ее спасти. Согрела молоко с медом, которое она категорически отказалась пить, попыталась искупать ее, но Маша тут же заявила, что вода слишком горячая, и десять минут рыдала, что туда не полезет. Горло намазать не дала, заявила, что капли в нос пустит сама, тут же опрокинула пузырек, а пипеткой попала себе в глаз. Короче, через час я сама была на грани истерики, а Машка просто заходилась плачем. В довершение этого ужаса ребенок поскользнулся в коридоре и прикусил губу.
Единственное, что я смогла сделать, это взять ее, запеленать в плед, с трудом дотащить до дивана (как-никак 18 килограммов) и качать на ручках, как младенца. Минут через десять она затихла. Так и заснула на мне, неумытая, зареванная и очень несчастная. Когда я попыталась вылезти, Маша вцепилась в меня мертвой хваткой и жалобно пропищала: «Нет, нет, не уходи». Так мы и провели весь остаток дня. Машка спала, я ее обнимала и мысленно благословляла человека, придумавшего телевизор с дистанционным управлением.
С утра стало понятно, что ни о какой школе речи идти не может. Машке нужно было отдохнуть. Я в сотый или даже в тысячный раз проклинала себя за то, что уехала, а ребенка с собой не взяла. Выглядела она просто ужасно: синяки под глазами, сами глаза краснющие, худая, аж ребра торчат. У меня внутри все сжималось и переворачивалось от жалости. Меня Маша от себя не отпускала ни на секунду, было такое впечатление, что мы опять вернулись на пять лет назад, ей снова годик и нужно носить ее на ручках.
Я попыталась договориться с мамой, чтобы она посидела с ребенком, пока я буду на работе, но Маша устроила грандиознейший скандал.
– Я хочу с тобой!.. Ты что, меня совсем-совсем не любишь?!
– Маша, мне нужно на работу…
Но все мои попытки что-то объяснить выливались в слезы, упреки, что я ее бросила, что половину детей до сна из школы забирают, что ей все надоело, что у нее горло болит, что воспитательница заставляет есть суп, а мальчик Дима на уроках толкается и не дает нормально учиться. А на фигурном катании у нее «волчок» не получается. Почти у всех уже получается, а у нее еще нет.
Я слушала и думала, что у меня, оказывается, совсем взрослый ребенок.
Без особой надежды на успех я позвонила на работу.
– Привет. Это Катя. У меня дочка заболела.
– Если ты собираешься не прийти, об этом не может быть и речи, – отрезал директор. – Тебя не было больше недели.
– Петр Александрович, я вас умоляю. Давайте я сейчас денек побуду дома, а то она разболеется, и мне придется потом две недели на больничном сидеть.
Мне в ответ прочитали целую лекцию о том, что я их бросила, что у них и так сейчас аврал, что у него (директора) болит горло, ему все надоело, что конкуренты толкаются и не дают нормально работать, а в издательстве, которое недавно открылось, вообще ничего не получается. У всех получается, а у них нет.
– Делайте что хотите! – заявил в итоге Петр Александрович.
– О'кей. Тогда я остаюсь дома, – быстро сориентировалась я.
Директор бросил трубку.
– Спасибо, – очень по-взрослому сказала зареванная Маша, вцепилась в меня и опять заснула.
В обед, когда Машку немного отпустило, она согласилась посидеть часик с бабушкой, а я смоталась (на троллейбусе!) на работу за документами.
Сесть поработать удалось только в одиннадцать часов. Соответственно, если бы световой день был подлиннее, я бы встретила рассвет за компьютером.
На следующее утро мне захотелось разбить зеркало. Кстати (вернее, некстати) вспомнилось, что Сергей мне уже два дня не звонил.
***
Позвонить Кате удалось только через три дня. Все силы уходили на разгребание текучки, выяснение отношений с начальством, которое не могло мне простить отпуска «в самый разгар». Как будто у нас когда-нибудь бывает не «самый разгар». А столицу тем временем непрерывно потрясали холодные грозы с градом. Синоптики бормотали нечто бессвязное про парниковый эффект и Гольфстрим, а москвички каждое утро решали, во что сегодня облачиться. В куртках было холодно, а в шубах… Вы представляете себе, как выглядит женщина в мокрой шубе? Вернее, в шубе, которая сначала промокла, а потом замерзла?
Все это я и рассказал Кате бодрым голосом, периодически делая страшные глаза, когда кто-нибудь пытался приблизиться на расстояние протянутой бумажки. Выяснилось, что и у Кати за окном дожди, только какие-то вялые, обложные и беспросветные. Она так произнесла слово «беспросветные», что у меня на душе стало сыро. Я разозлился.
– Мяу! – строго сказал я.– А ну прекратить! А не то ка-а-ак приеду! Ка-а-ак укушу за живот! Не посмотрю, что ты похудела… А я говорю, похудела! Я тебя в начале отпуска еле-еле на руках таскал, а в конце – помнишь?
Она помнила. И те бедуины возле отеля, наверное, на всю жизнь запомнили, как русский турист (несомненно, пьяный, как все русские) подхватил на руки девушку (несомненно, местную, потому что смуглую и красивую) и принялся бегать вокруг фонтана. И портье показывал мне большой палец за спиной хохочущей Кати.
– А солнышко помнишь? – не унимался я. – Как ты меня будила солнечным зайчиком? И как мы маслины ели? С косточками?
Катя начала пофыркивать в трубку – хороший признак. В конце концов она даже мявкнула мне. А потом еще раз, соблазнительно и протяжно. И принялась урчать. Совсем как на шезлонге в тени отеля.
Но тут в дверях возникло начальство, я быстро согнал с лица дурашливую улыбку и затараторил:
– Значит, завтра созвонимся еще раз и уточним тему. И рукопись желательно побыстрее.
– Побыстрее не получится, – мурлыкал телефон. – М-м-мяу-у-у-у!
Я постарался как можно плотнее закрыть трубку ухом. Не хватало еще директору узнать, что я уже полчаса болтаю по межгороду по личным делам.
– Ладно, расслабься. – Катя почувствовала напряженность моего молчания. – Иди работай себе. О, а у нас солнышко! Ну все, пока.
– До свидания, – ответил я и положил трубку.
Директор смотрел на меня с каким-то странным выражением. На мгновение мне показалось, что он сейчас скажет: «Эх, Сергей Федорович, хорошо вы отдохнули, да мало. Вы ведь уже пятый год отпуск не догуливаете. Вот вам два месяца за мой счет!»
Но директор сказал совершенно другое:
– А я уж думал, это никогда не кончится. «Подслушивал! – сообразил я.– Теперь гундеть начнет».
– А то надоело, – продолжил директор, – то град, то мороз.
И с тем удалился. Я оглянулся: за моим окном из-, за уже привычных грязно-серых лохмотьев пробивалось синее, как подснежник, весеннее небо. Внизу сновали люди. Многие из них то и дело останавливались и смотрели вверх, где зарождалась наконец нормальная апрельская погода.
***
Говорят, что контрасты в жизни очень нужны.
Например, контрастный душ укрепляет здоровье. По идее контрасты настроения должны укреплять психику. Если так пойдет и дальше, то скоро, я стану самым психически устойчивым человеком на планете!
Никогда бы не подумала, что не буду скучать по Сергею, когда вернусь домой. Уже скоро неделя, как я дома, а ни капельки не скучаю, у меня на это совершенно нет ни сил, ни времени.
Маша потихоньку выздоравливает, в четверг я уже даже оставила ее с бабушкой и пришла на работу. Все меня жалели. Я сначала не очень поняла почему, а потом посмотрела на себя в зеркало. Представляете, я забыла накраситься!
Совсем забыла. Ну то есть тональник, слава богу, наложила, а вот глаза… Они были маленькие, красненькие от недосыпа и компьютера – не глаза, а щелочки. Загар выглядел серым, а не коричневым, я смотрелась не стройной, а тощей, даже ноги казались кривыми. Рахит?
К середине дня я была уже совершенно измучена.
– Похоже, от Маши заразилась, – вяло отбивалась я от предложений пойти на обед.
От одной мысли о еде начинало подташнивать.
Наконец все свалили из комнаты и оставили меня в покое. Работать я была не в состоянии, поэтому откинулась на спинку стула, пытаясь вздремнуть, пока одна. Может, полегчает.
Разбудил меня телефонный звонок.
– М-да…
– Мяу! – бодро отрапортовала трубка. Как я, оказывается, по нему соскучилась!
Когда народ вернулся с обеда, я носилась по офису, жужжа и пританцовывая. За час успела разгрести все завалы на столе; составить отчет о проделанной работе; выпить чаю; найти у Ирки в столе косметичку и привести себя в человеческий вид; критически осмотреть себя в зеркале и обнаружить, что ноги у меня все-таки не кривые, а вот насчет тощей я явно погорячилась; позвонить двум подругам и сообщить им, что я вернулась из Египта… Я бы еще много чего полезного сделала, но поприходили с обеда всякие сотрудники. Сашка тут же начал ко мне клеиться.
– Катенька, как ты похорошела! Может, ты хочешь чего-нибудь, может, тебе помочь чем-нибудь?
– Да. Помочь. У меня машина не заводится.
– Какие проблемы? Поехали к тебе, все исправим.
– А поехали!
Я поняла, что такой шанс нельзя упускать. У меня сейчас нет времени заниматься машиной, а выходные на нее гробить будет жалко.
Я вышла на улицу и обалдела. Там началась весна. Солнышко сияло так, что пришлось зажмуриться. Пахло как в тропической оранжерее. Неужели у меня такой депрессняк был из-за простого перепада давления? Наверное, это старость – я начинаю реагировать на погоду.
Сашка довез меня до дома. Машина, естественно, завелась с полоборота. Я ласково погладила ее по панели.
– Ты тоже решила, что я тебя не люблю? Люблю. Я всех люблю. Поехали, я тебя вкусным бензинчиком покормлю.
Машина довольно заурчала.
***
В пятницу утром я понял, что «ну его лесом».
К обеду ощущения приобрели конкретность: я понял, что «ну его лесом такая жизнь без Кати». Возможно, она опоила меня каким-нибудь зельем. Или прикормила наркотиком. А может, Катя – мастер тантрического секса, получающий в постели непоколебимую власть над мужчиной. И что? И плевать! Хочу ее, причем, что совсем непонятно, не только в постели, но и просто рядом, чтобы можно было побродить по улицам, поговорить, послушать, как она хохочет. Ну и в постели тоже.
К 16.00 я обдумывал только способ, которым я доберусь до Катиного родного города. После некоторых колебаний решил на машине не ехать: всю неделю по радио твердили о гололеде, о том, что сразу на выезде из Москвы начинается открытый каток, совмещенный с кладбищем раздолбанных автомобилей. Поезд меня устраивал, так как был шанс, что я посплю в вагоне и не приеду выжатый, как супершвабра. Веселый и отдохнувший, я быстренько приму душ, а там…
Мысли про душ и про «там» привели меня в игривейшее настроение. Уходя, я чуть было не ущипнул Людочку за место, для этого предназначенное. Домой прилетел в рекордно короткие сроки, наскоро вымылся-выбрился, пошвырял в сумку для командировок все необходимое и понесся на Белорусский вокзал.
Заснуть в вагоне мне почти не удалось, но и уставшим я себя не чувствовал. Чувствовал себя бодрым, словно и не было рабочей недели, стычек с начальством и мерзкого градодождя. Кстати, этого отвратительного явления природы я как раз и не наблюдал, хотя всю ночь любовался ночной природой за окном, которое не занавешивалось по неясным техническим причинам.
На перрон, залитый апрельским – почти майским! – солнышком, я выскочил чуть ли не на ходу. Я уже знал, что сейчас первым делом куплю цветы, вторым – возьму такси и… А вот чего я не знал, так это Катиного адреса. В голове вертелось только koshka@mail.ru, но вряд ли таксист повезет меня туда, даже если я решусь ему такой адрес продиктовать.
Эффект неожиданности пропал. Пришлось звонить Кате, будить ее и вытягивать из бедняжки (ох, как не любила Кошка вставать поутру!

Современные методы управления погодой - Жвалевский Андрей Валентинович => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Современные методы управления погодой писателя-фантаста Жвалевский Андрей Валентинович понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Современные методы управления погодой своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Жвалевский Андрей Валентинович - Современные методы управления погодой.
Ключевые слова страницы: Современные методы управления погодой; Жвалевский Андрей Валентинович, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, полностью, полная версия, фантастика, фэнтези, электронная
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов