А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Элтон Бен

Всё возможно, детка


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Всё возможно, детка автора, которого зовут Элтон Бен. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Всё возможно, детка в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Элтон Бен - Всё возможно, детка онлайн, причем полностью без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Всё возможно, детка = 383.06 KB

Всё возможно, детка - Элтон Бен => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



b00kdruggie, Скан urimur2006
«Всё возможно, детка»: Red Fish, торгово-издательский дом Амфора; Санкт-Петербург; 2004
ISBN 5-901582-53-5
Оригинал: Ben Elton, “Inconceivable”
Перевод: В. В. Правосудов
Аннотация
Эта забавная и очень жизненная книга известного британского писателя Бена Элтона, представляющая проблему деторождения с мужской и женской точек зрения, легла в основу сценария нашумевшей кинокомедии.
Каждый раз, когда Сэм думает о детях, ему представляются только грязные подгузники и бессонные ночи. Но его жена Люси отчаянно хочет ребёнка. Проблема в том, что она не может забеременеть, по крайней мере, традиционным способом. Поэтому визиты к врачу, гормональные уколы и отмены деловых обедов под предлогом что "у моей жены как раз сейчас овуляция" становятся частью жизненного распорядка Сэма. Он мечтает написать сценарий фильма, но все эти переживания его так захватывают, что тот сам собой перерастает в историю о зачатии их ребёнка. Однако, Люси совсем не нравится, что миллионы людей узнают о её проблемах ...
БЕН ЭЛТОН
Всё возможно, детка
Дорогой?..
Дорогой.
Дорогой дневник?
Дорогой я? Вот, точно: дорогой Сэм.
Слава богу, с этим вроде бы разобрался. Что дальше?
Вести этот дневник меня заставляет Люси. Хотя это даже и не дневник. «Книга мыслей». «Письма к самому себе», как говорит Люси. Потому и «дорогой Сэм», которым, конечно же, являюсь я. Люси говорит, что, согласно теории одной из ее подруг (никак не могу запомнить, как ее зовут), такая внутренняя переписка поможет нам успокоиться и разобраться в своих мыслях и чувствах. Суть теории заключается в том, что если мы с Люси будем регулярно записывать свои мысли и чувства, то это позволит нам ощутить себя чем-то более весомым и основательным, чем просто щепками, которые несут течения и шторма в океане судьбы. Лично мне сложно представить, что кому-то удалось убедить Люси в том, что она перестанет на чем-то зацикливаться, если будет посвящать письменным размышлениям на эту тему по полчаса каждый день. Невероятно, но мы имеем то, что имеем. Люси считает, что у нас все могло бы быть намного лучше, если бы я перестал умничать и попытался хоть в чем-то поддержать ее.
С тех пор, как я поставил на этой странице последнюю точку, прошло уже пять минут. Честно говоря, никаких мыслей, с которыми я мог бы «собраться», у меня за это время не появилось. То же самое могу сказать и о чувствах. Похоже, что Люси, как всегда, оказалась права. Я действительно на редкость жалкий, холодный и бездушный экземпляр рода человеческого, который с гораздо большим удовольствием готов прочесть газету, чем предаться какому бы то ни было чувству. А я ведь всегда считал, что Люси здорово преувеличивает.

Дорогая Пенни.
Вот решила написать тебе, Пенни, вспомнив, что в детстве ты была моей самой верной подругой - пусть даже и воображаемой. Потому я и подумала, что смогу быть куда более честной перед самой собой, отождествив часть себя с человеком, к которому я обращаюсь со своими размышлениями. Все это кажется довольно путаным, но надеюсь, что в этой идее присутствует хоть какая-то доля здравого смысла. Для меня это действительно важно, потому что именно сейчас как никогда раньше мне нужно иметь воображаемую подругу - верную, надежную и умеющую хранить секреты. Я хочу поделиться с тобой самым сокровенным: если бы ты только знала, как я хочу иметь ребенка. Помнишь, когда я была маленькой, мы больше всего любили играть в «дочки-матери»? Так вот, по большому счету, ничего с тех пор не изменилось. Разница только в том, что играть в куклы в моем возрасте уже как-то не пристало, а ребенка, на которого я могла бы излить всю накопившуюся нежность, у меня так и нет. Забеременеть - то, что так легко удается большинству женщин и чего они порой всеми силами стараются избежать, - оказалось для меня несбыточной мечтой. Вот уже пять лет мы с Сэмом пытаемся воплотить мою мечту в жизнь, но пока что безуспешно. Надо же было докатиться до такой жизни: раньше мы с ним «занимались любовью», «были вместе», «от души трахались», а теперь, видишь ли, «пытаемся». Ненавижу это слово. Впрочем, как мы ни «пытаемся», а по моим месячным по сей день можно хоть часы проверять. Порой я прихожу от этого в отчаяние. Я вынуждена прилагать немалые усилия для того, чтобы подавить в себе черную зависть к тем женщинам, у которых есть дети. Как бы мне ни хотелось иметь ребенка, нельзя позволять себе опускаться до зависти и ревности. А ведь иногда (господи, об этом и писать-то страшно) я даже завидую женщинам, у которых были выкидыши. Все понимаю: звучит это чудовищно, и меня в жизни не посетила бы такая страшная мысль, если бы со мной случилось такое несчастье. Но… будь у меня за плечами хотя бы и неудачно закончившаяся беременность, я все-таки могла бы утешать себя тем, что не бесплодна, а значит, рано или поздно смогу родить ребенка. А так - я ничего не знаю, ни в чем не уверена. Мое тело, будь оно проклято, просто отказывается реагировать на физическую близость с мужчиной, оставляя меня в неведении о том, сколько еще мне ждать.
Тем не менее одно я знаю наверняка: могу сказать тебе, Пенни, твердо и определенно - я ни за что, повторяю, НИ ЗА ЧТО не допущу, чтобы эта тема стала моей навязчивой идеей. Если, упаси бог, выяснится, что у меня действительно никогда не будет детей, что ж - так тому и быть. Я смирюсь с судьбой и буду достойно нести свой крест. Я ни за что не стану заводить восьмерых собак, двух кошек, одного кролика и - по последней моде - домашнего поросенка. Я ни в коем случае не стану похожей на этих полубезумных бездетных женщин, которые готовы часами шумно обсуждать на званых обедах, каким образом подстрижены кусты у них перед домом и какие цветочки посажены у крыльца. Я никогда не буду недоброжелательной по отношению к тем счастливчикам, у которых есть дети. Я не стану называть их самодовольными мещанами, свихнувшимися на гениальности собственных отпрысков и не способными интересоваться чем-либо, что выходит за рамки того, что связано с воспитанием детей. Я не собираюсь часами воодушевленно рассказывать о прелестях моей замечательной работы (по правде говоря, не такая уж она замечательная, а прелестей в ней раз-два и обчелся), чтобы побольнее уколоть несчастных мамаш, у которых за последние пару лет не было возможности поговорить на нормальном взрослом языке, а уж тем более привести себя в порядок и куда-то выбраться. Кроме того, я ни за что не стану писать письма воображаемым подругам. Надеюсь, Пенни, ты всё Правильно поймешь и не обидишься. В любом случае, это решение принято мной в здравом уме, со всей серьезностью и пересмотру не подлежит. Что бы ни уготовила мне судьба, я твердо намерена оставаться нормальной эмоционально функционирующей женщиной и даже готова хоть сейчас ПОКЛЯСТЬСЯ в том, что не стану реветь, проходя мимо роддома или детской поликлиники по пути в магазин спиртных напитков, как это случилось со мной на прошлой неделе.

Черт ее знает, о чем она умудряется писать столько времени? Я смотрю на нее уже десять минут, и за все это время она не отвлеклась ни на секунду. Даже интересно, чего же она там понаписала?

Знаешь, Пенни, в жизни очень важно не забывать о том, что быть полноценной, нормальной женщиной можно по-разному. Материнство - это лишь одна из форм самореализации женщины. Просто так уж получилось (и ничего ты с этим не поделаешь), что быть матерью - это самое прекрасное и естественное предназначение женщины. Думаю, что именно для этого я и появилась на свет. Вот и все.
Пойми меня правильно: несмотря на то, что я твердо решила не допустить, чтобы желание стать матерью превратилось в навязчивую идею, сдаваться без борьбы я не собираюсь. Неопределенность несколько затянулась. Согласись: пять лет - срок немалый, и я решила обратиться к врачам, если за два ближайших месяца ничего не изменится (что, впрочем, и так ясно, и на самом деле я просто даю нам с Сэмом последнюю отсрочку). Сэму эта идея не очень нравится. Он утверждает, что тут дело в психологии. До сих пор мы могли считать, будто нам просто не везет, но стоит нам обратиться к врачу - и мы официально распишемся в своем бесплодии, а это самым отрицательным образом скажется на нашей внутренней самооценке и уж никак не поможет решению нашей наболевшей проблемы. На самом же деле я прекрасно понимаю, почему он не хочет идти к доктору: он знает, что это будет первый шаг к практически неизбежному в таких случаях мероприятию - рано или поздно ему придется заняться мастурбацией в кабинете донорства спермы Национальной службы здравоохранения. Самое грустное, что я ничем не могу в этом плане его порадовать: ему придется пройти через это, хочет он того или нет. Твою мать, Пенни, до чего мы дожили. Твою мать! Надо же, какое выражение: мать… Господи, Пенни, как же мне плохо…

И зачем я только согласился участвовать в этой идиотской затее? Эта ежевечерняя писанина вгоняет меня в состояние мрачной депрессии.
Подумать только, а ведь когда-то я мечтал стать писателем. Ну что ж, по крайней мере, эти мучительные и бесплодные упражнения в словоблудии разрушат мои последние иллюзии насчет того, что я (как мне когда-то казалось) человек творческий или, выражаясь сегодняшним языком, обладаю развитым креативным мышлением. Если я не могу написать элементарное письмо самому себе, то создание блестящих сценариев или оригинальных, полных новаторских решений сюжетов для телесериалов в так называемом духе времени переходит для меня в разряд абсолютно недостижимого, то есть того, о чем даже мечтать нет смысла.
Слава тебе, господи, вроде бы она закончила.
Вот что я сейчас сделаю: посижу еще немного и сделаю вид, будто продолжаю писать… Что именно - неважно, хотя бы вот это самое предложение… Это же предложение… перепишу еще два-три раза… Главное, чтобы у нее сложилось впечатление, будто я закончил писать, когда внутренне выговорился, а не просто отложил дневник вслед за ней, потому что мне нечего сказать… Так… вот… что бы еще такое написать?.. Что у нас там на завтра запланировано? Ах, да: по-моему, это имеет некоторое отношение к теме этого дневника - в субботу мы собираемся к Джорджу и Мелинде, у которых недавно родился ребенок.
Молодец, Сэм. Хороший мальчик. Дайте ему немедленно Пулитцеровскую премию. Он ее честно заработал. Ну вот и все на сегодня.

Дорогая Пенни.
Должна признаться, что визит к Мелинде и Джорджу дался мне тяжело. Терпеть не могу завидовать кому бы то ни было. Но при этом я ничего не могла с собой поделать. Он такой милый, их малыш, и такой красивый! У него такие чудные темные волосики, и он такой пухленький - в том смысле, что здоровые младенцы такими и должны быть. Ну просто лапочка. Чего стоят одни только эти крохотные пальчики. Нет, младенцы - это просто чудо какое-то.

Дорогой дневник.
Честно говоря, меня не покидает тревожное чувство с тех пор, как я побывал у Джорджа с Мелиндой и увидел их ребенка. Он же страшный, как обезьянья задница. Нет, конечно, вслух я этого не сказал, но, присмотревшись к Джорджу, понял, что и его гложут некоторые сомнения. Джордж называет его Черносливкой. Очень похоже, хотя мне он больше напоминает старый сморщенный член: у него редкие темные волосики, и он весь в кожистых складках; я, например, запросто представил его болтающимся промеж ног какого-нибудь восьмидесятилетнего старикашки, страдающего геморроем и выпадением уретры.
По правде говоря, я понадеялся, что это зрелище - Черносливчик (которого ребята официально, кстати, назвали Катбертом) - наведет Люси на нужные мысли и заставит задуматься о том, насколько рискованным делом может оказаться попытка воспроизведения себе подобных. Может, хоть уяснит себе, что на каждую Ширли Темпл Приходится по крайней мере один Катберт. Одна только мысль, что этот беззубый, ненасытный, вечно хнычущий рот будет тянуться к тебе по пять раз за ночь, должна, по моему мнению, заставить любую женщину пользоваться презервативами при каждом половом акте. Так нет же - все получилось с точностью до наоборот. Она, понимаешь ли, находит этого уродца восхитительным. Потрясающе. Ощущение такое, что нам показывали разных младенцев. Нет, я ничего против Катберта лично не имею. Более того, я даже согласен с тем, что он может вырасти в совершенно нормального человека Все младенцы сначала походят на помидоры, вытащенные из морозилки. Нужно набраться терпения и подождать, чтобы убедиться, что далеко не каждому из них суждено вырасти уродом. Но такие эпитеты, как «миленький», «очаровательный» и «восхитительный», которыми так лихо разбрасывалась Люси в течение всего вечера, это же бред безумной и слепой женщины.
Честно говоря, царь Ирод предстал теперь передо мной в совершенно новом свете.

Мне все больнее и тяжелее, но пока что я держусь и, собрав в кулак всю силу воли, гоню от себя прочь мысль о том, что я бесплодна. Хотя правда, боюсь, заключается в том, что это и есть истинная правда. Странно другое: если даже признание себе самой в бесплодии не способно повергнуть меня в истерику и отчаяние, то что же тогда вообще может вогнать меня в такое состояние? Ну что ж, остается только завидовать тем девчонкам, у которых таких проблем нет. Вот ведь везучие, стервы: их яйцеклетки генетически запрограммированы на то, чтобы быть магнитами для сперматозоидов. Взять хотя бы Роз, мою подружку по колледжу: она, по-моему, может забеременеть, просто позвонив мужу на работу. А если верить газетам, то едва ли не каждая вторая школьница в нашей стране становится мамашей, еще не получив аттестата. Но, к сожалению, некоторым женщинам (вроде меня) можно забыть об этой проблеме и сосредоточиться на других делах. Похоже, я столь же плодовита, как его превосходительство Главный евнух при дворе императора Маньчжурии. Если вспомнить, в школе у меня ничего не получилось, когда нам дали элементарное задание: вырастить дома побеги кресс-салата. Сколько я ни старалась, но ни единого зеленого ростка на склизком, покрывшемся плесенью кусочке фланели так и не увидела.
Тем не менее, как я уже говорила, у меня есть твердое намерение бодро и с позитивным настроем встретить новый этап моей жизни. Взять, например, эти письма к тебе, Пенни. Их цель, согласно теории моей подруги Шейлы (которая видела программу Опры Уинфри, как раз посвященную этой теме), состоит в том, чтобы мы с Сэмом разобрались в своих чувствах и привели свои эмоции в более или менее пристойное состояние. Мы должны взаимодействовать со своими эмоциями, а не плыть по течению, как две щепки в океане судьбы. Шейла говорит, что по мнению американских экспертов, с которыми Опра беседовала на своем ток-шоу, желание иметь детей является абсолютно естественным и положительным, а следовательно, мы должны испытывать его и быть ему рады вне зависимости от того, бесплодны мы или способны к оплодотворению (ненавижу оба эти слова, они заставляют меня чувствовать себя какой-то племенной телкой).
У самой Шейлы, кстати, пока тоже нет детей, но она, как театральный агент, прекрасно понимает мое желание завести и воспитывать их.

Дорогой дневник.
Ну вот, еще один вечер и еще одна отчаянная попытка придумать хоть что-нибудь, о чем стоило бы писать.
Эх, сейчас бы потрахаться. Душу бы за это отдал. Так ведь нельзя. Мы, понимаешь ли, воздерживаемся, а я ни о чем другом, кроме секса, думать не могу. Люси сидит в двух шагах от меня на диване и выглядит куда аппетитнее, чем целая витрина с пирожными в супермаркете «Сэйнсбери». Более всего она напоминает сейчас картинку, иллюстрирующую в какой-нибудь популярной энциклопедии понятие «объект сексуального вожделения». Она сидит, набросив на себя лишь верхнюю половину пижамы, задрав голые ноги, и очаровательно морщит носик, думая над тем, как лучше описать свои мысли и чувства. Ко всему прочему, она от старания высовывает даже кончик языка, что, само собой, никак не способствует моему спокойствию. Нет, иногда она действительно бывает по-настоящему красива. Эх, сейчас бы… Нет, нельзя. Нельзя просто так подойти и наброситься. Ни в коем случае. Я даже не могу пойти в ванную и на скорую руку приласкать своего несчастного дружка - хотя бы для того, чтобы сбросить напряжение. Мы, понимаешь ли, аккумулируем мою сперму. Такая вот у нас в этом месяце теория. Не могу сказать, что я от нее в восторге.

Дорогая Пенни.
Сэм, похоже, изрядно подавлен и даже сердится на меня - это все из-за того, что его сексуально ограничили. Не отрицаю, мне и самой немного не хватает этого самого. Честно говоря (я ведь понимаю, Пенни, что писать тебе есть смысл только чистую правду), мне даже жаль, что мы сейчас не можем плюнуть на все и… Но нет. Нет, нет, НЕТ! Нельзя, нельзя, нельзя. Давай, Пен, я тебе объясню, в чем дело. Мы с Сэмом проводим МЗС - «Месячник Запрета на Секс». Мы договорились, что он копит сперму, а когда настанет нужный день, то он трижды в течение суток возьмет меня, как я понимаю, от всей души. Таков наш план на этот месяц - дождаться нужного дня и организовать яростный, сконцентрированный, интенсивный и эффективный штурм моих яйцеклеток его сперматозоидами.
Знать бы только, когда настанет этот самый нужный день. Трахаться или не трахаться - вот в чем вопрос.
Когда наступает момент овуляции? Некоторые девчонки говорят, что они его чувствуют, якобы тело посылает особые едва заметные сигналы, но я за собой ничего такого не замечала. Все, что я слышу, так это: «Пожрать бы чего-нибудь» или в крайнем случае: «Как насчет еще одного джина с тоником?»
Единственный способ определить оптимальный момент для секса состоит в применении сугубо научных методов. К сожалению, в этом я не слишком сильна. Я даже мобильный телефон запрограммировать не могу. В теории все просто. Нужно только считать дни, внимательно рассматривать мочу и постоянно измерять температуру. На самом же деле от всего этого голова идет кругом. Я считаю дни, писаю в разные баночки и на разноцветные полосочки бумаги, измеряю температуру, заношу все эти данные в специальную карту, снова писаю, ставлю очередные красные точки в своем календаре, который и без того уже сплошь усеян красными отметками. Часть из них зачеркнута, и я вообще перестаю понимать, что к чему относится. Приготовления идут такие, словно мы с Сэмом - пациенты отделения реанимации, которым в порядке эксперимента разрешили заняться любовью. Хуже всего, что не понятно, как считать. С первого дня месячных или с последнего? Джоанна (у нее хорошо обстоят дела с цифрами, она у нас в агентстве бухгалтерией заведует) сказала, что считать нужно как бы с «конца начала», то есть не тогда, когда ты чувствуешь, что они вот-вот начнутся, а когда они уже приходят. А вот Мелинда (у которой уже есть ребенок) говорит, что надо отсчитывать назад от следующих месячных - ну, это вообще какой-то бред, правда? Я помню, что читала в «Эллъ» или каком-то другом журнале, что самый верный расчет можно сделать, оценивая цвет менструальной крови. Вот только этого мне и не хватало.

Теория, которую мы отрабатывали в прошлом месяце, нравилась мне больше. Вот это был кайф! Такие методы мне по душе. Мы действовали согласно правилу «трахаться все время». Теория строится на допущении, что оплодотворение представляет собой абсолютно непредсказуемую лотерею. Полностью согласен.
Люси составила список постулатов, чтобы привести в порядок свои мысли. Ниже я воспроизведу его полностью хотя бы для того, чтобы заполнить текстом какую-то часть страницы, сделав таким образом вид, будто мне есть о чем писать.
Итак, основные принципы теории Люси «Трахайся Сколько Влезет».
1. Никто не знает наверняка, когда именно происходит овуляция.
2. Никто на самом деле не знает точно, в какой момент в период овуляции зачатие наиболее вероятно.
3. Если бы вы даже знали вышеуказанное наверняка, в этом не было бы никакого практического смысла. Просто никто не может сказать ничего определенного по поводу того, сколько времени займет у ленивых или упрямых сперматозоидов путь к конечной точке их путешествия. Я помню, что в школе нам в качестве сравнения приводили такой пример: это все равно что рыбке пиранье проплыть всю Амазонку от истока до устья. Таким образом, даже если бы мы знали, когда именно должна произойти овуляция, нам ни за что не удалось бы вычислить, за какое время до этого момента нам следует заняться тем самым делом.
Проанализировав свои тезисы, Люси сделала из них однозначный вывод: чтобы добиться нужного результата, следует заниматься сексом постоянно. В моем понимании это значит один раз за ночь. А если она будет настаивать и на послеполуденных удовольствиях, мне придется заказать себе кое-каких пилюль по Интернету.
А вообще, это был просто замечательный месяц, если не считать того, что Люси как-то раз ошпарилась. Нет-нет, я тут ни при чем. Дело в том, что она вдруг решила, будто ей совершенно необходимо после секса с полчаса лежать на спине, подсунув под задницу подушку. Делается это якобы для того, чтобы моей сперме было легче стекать куда нужно. Само собой, это не самая удобная поза для того, чтобы пить чай. В общем, нет ничего удивительного, что однажды чашка опрокинулась, облив почти что кипятком Люси и наше пуховое одеяло.
Честно говоря, я тогда подумал, что она это заслужила. Мне очень не понравилось предположение о том, будто мои, видите ли, ленивые, полудохлые, слабо мотивированные сперматозоиды способны добраться до ее яйцеклеток только получив фору - катиться под горку.

Еще в этом «Месячнике Запрета на Секс» мне не нравится вот что: мы с Сэмом теперь не только не занимаемся любовью, но и практически не касаемся друг друга. Сэм и раньше-то не был большим любителем ласк и нежностей, а сейчас ему и вовсе не до этого. Обычно любые ласки он рассматривает лишь как прелюдию перед сексом, а жаль. Мне ужасно хочется, чтобы Сэм хотя бы иногда обнимал меня просто так, от нежности, а не ради демонстрации сексуального влечения. Шейла говорит, что весь ее опыт (а у нее он весьма богатый - в свое время у нее было столько мужиков, что мне и не представить) показывает: стремление к физическому контакту, лишенному сексуальной окраски, не свойственно мужчинам вообще, а уж после того, как вы прожили с мужчиной больше года, об этом практически можно забыть. Так что у меня остается только одна альтернатива: либо забыть об этом, либо стать лесбиянкой.

Дорогой дневник.
Уже четыре дня ничего не писал. Обязательно нужно хоть что-нибудь из себя выцедить, а то Люси подумает, что мне и дела нет до ее переживаний. Вся трудность в деле записей собственных чувств и эмоций заключается в том, чтобы найти в себе вот эти самые проявления, то есть предмет для описания. Помнится, еще в школе я пытался вести дневник. Ничего путного из этой затеи не вышло: более или менее регулярно в дневнике появлялись только сведения о том, что я ел на обед. Я где-то прочел, что для молодого парня очень круто вести записи о своих сексуальных победах, выставляя при этом каждой из них оценку по десятибалльной шкале. В те годы (и еще долго после) никаких сексуальных побед у меня не было, поэтому такая замечательная подсказка осталась невостребованной. Нет, какое-то время я пытался ставить оценки своим визитам к тете Ладошке и ее пятерым замечательным дочкам, но быстро понял, что особого смысла в этом нет.

Всё возможно, детка - Элтон Бен => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Всё возможно, детка писателя-фантаста Элтон Бен понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Всё возможно, детка своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Элтон Бен - Всё возможно, детка.
Ключевые слова страницы: Всё возможно, детка; Элтон Бен, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, полностью, полная версия, фантастика, фэнтези, электронная
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов