А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

заклятье колдуна не давало ей
сбросить седока и разорвать его на части.
Бессмертный Зольдо оседлал свое чудовище.
- Ну, Пелиас, мы готовы! - крикнул Конан.
Маг гортанно и хрипло произнес несколько непонятных
слов.
Монстры взмахнули крыльями, поднялись вверх и быстро
растаяли в темном вечернем небе.

Глава 7. ДОРОГА К МОРЮ

Гигантский нетопырь мерно и неторопливо махал крыльями.
Под ним, далеко внизу, проплывали ласа и горы, города с
крепостными стенами, укрепленные замки и беззащитные
деревни. Обжитые людьми места чередовались с опустевшими и
даже такими, где еще не ступала нога человека.
Серебристыми лентами сверкали реки, темными нитями
тянулись дороги, протоптанные бесчисленными караванами.
Уже светало, и первые солнечные лучи обагрили верхушки гор.
Конан проснулся, открыл глаза и зевнул. Киммерийцу,
опытному всаднику, не составляло труда подремать в седле;
теперь он воспользовался этим своим умением и выспался на
шее монстра, чтобы не терять время зря. Второе чудовище
летело чуть впереди. Когда оно опускало широкие кожистые
перепонки, на шее нетопыря становилась видимой фигурка
оседлавшего его Зольдо.
- Эй! - крикнул киммериец.
Всадник на чудовище остался недвижным.
- Гнилое мясо! - в сердцах выругался Конан и заорал
снова: - Зольдо!
Бессмертный оглянулся и махнул рукой, показывая, что у
него все в порядке.
Сколько еще должны были пролететь твари - перед тем, как
опуститься на землю - Конан не знал. От нечего делать он
принялся рассматривать проплывавшую под ним местность.
Солнце уже поднялось над верхушками гор и неудержимо
продолжало свой бег по небосводу. Далеко впереди, на нитке
торгового тракта, появилось крохотное облачко; оно тянулось
за крупным караваном, что вез товар к шемскому побережью.
Конан видел с высоты линию берега, за которой начиналась
слепящая гладь моря.
Но киммерийца больше заинтересовал караван, который они
быстро нагоняли.
- Зольдо! - позвал он бессмертного. Тот обернулся.
Конан указал ему на облако пыли внизу, впереди которого
уже можно было разглядеть маленькие фигурки верблюдов и
вьючных лошадей.
Бессмертный кивнул, показывая, что видит караван.
- Там мы возьмем верховых лошадей.
- Нет, - ответил Зольдо и ткнул большим пальцем руки
под себя. - Эти твари никак не хотят опускаться.
- Проклятье! - выругался киммериец. - А где они должны
сесть на землю?
- Не знаю.
- Кром! Пошли чуму на головы этих колдунов, -
пробормотал Конан.
Но он решил-таки заставить монстра опуститься.
- Вниз! - рявкнул он, слегка хлопнув нетопыря по затылку.
Чудище не обратило никакого внимания на шлепок и
продолжало мерно взмахивать крыльями. Конан осторожно
сдавил ногами толстую шею монстра. Никакой реакции снова
не последовало. Конан усилил нажим; в ответ нетопырь
издал отвратительный вопль и завертел головой так, что
киммериец чуть было не свалился. Только грубая шерсть на
шее монстра, за которую он цеплялся, помогла удержаться.
- А-а, мерзость! - Кулак Конана опустился между торчащих
ушей твари.
Нетопырь взревел с подвыванием, завалился на крыло и
косо пошел вниз к земле. Киммериец вцепился в шерсть на
его загривке, проклиная свою неосторожность; он и не думал
оглушить зверя, но, по-видимому, на темени монстра была
какая-то уязвимая точка. Судорожно взмахивая кожистыми
перепонками, тварь неуклонно падала вниз, словно подбитая
птица. Второй монстр, заметив пропажу собрата, разразился
призывными воплями, от которых кровь стыла в жилах. Он
беспокойно закружил в воздухе и, обнаружив падающего
нетопыря, сложил крылья и ринулся за ним.

* * *
Караванщик Шалим Арих мерно покачивался в седле в такт
шагам иноходца. Товары, которые он вез на побережье, сулили
немалую выгоду; некоторые из них будут прямо распроданы в
Асгалуне, другие уйдет за море - и там, а морскими
просторами, цена их возрастет вдесятеро. Эта мысль
приносила Шалиму Ариху боль, что могла сравниться лишь с
зубной. Но что делать - караванщик не выносил моря! Как
только он поднимался на палубу корабля, ему становилось так
плохо, что он чувствовал себя грешником, обреченным на
вечные муки в чреве Нергала. Конечно, можно было бы нанять
человека, чтобы тот отправился вместо Шалима Ариха с
товарами на корабле. Но этот человек может обокрасть
хозяина - это во-первых. Во-вторых, на море пираты;
в-третьих - бури, из-за которых корабли идут на дно со всем
товаром... Слишком много риска! На суше всегда было
спокойнее и за товар, и за собственную жизнь. От непогоды
укрытие не найдет только дурак, а слуги и помощники всегда
под присмотром... Есть еще правда, разбойники, но умный
человек - каким Шалим Арих, естественно, считал себя - не
пожалеет денег на крепкую охрану. И деньги окупятся, и на
душе спокойней.
Шалим Арих в очередной раз изъял занозу из своего
сердца. Она появлялась всякий раз, когда он шел с товаром
к морю. Просветленный своими мудрыми мыслями, он принялся
подсчитывать прибыль. Этого занятия хватит на весь день, а
затем можно начать заново - это как игра, которая никогда
не прискучит. Он также порадовался тому, что покинул
презренный городишко, лежащий на пути, раньше своих
собратьев по ремеслу. Эта мелочь, которая осмеливается
называть себя торговцами, не способна даже собрать
количество товара, приличествующее настоящему купцу! То ли
дело его караван: там есть...
Дикие, леденящие душу вопли, раздавшиеся невесть откуда,
прервали приятные мысли Шалима Ариха. Он встрепенулся в
седле, огляделся; иноходец под ним замедлил шаг, прижал уши
и испуганно захрапел. Местность вокруг дороги представляла
собой пологую равнину с редкими низкими холмами и обильными
зарослями колючего кустарника. В таких колючках если кто и
мог прятаться, то лишь черепахи, покрытые панцирем. Чего
так испугался конь? Словно в ответ на немой вопрос
караванщика, протяжные вопли раздались снова, но в этот
раз громче и ближе. Он уже понял что они доносятся сверху,
но увидеть того, кто их издавал, не мог, потому что конь
под ним буквально взбесился, как и остальные животные в
караване. Верблюды взревели и понесли, сбивая людей с ног и
давя их; с лошадьми происходило то же самое. Воины охраны
тщетно пытались удержаться верхом; один за другим они летели
с взбесившихся лошадей на дорогу. Кони же ломились вместе с
верблюдами и тюками сквозь колючие кусты и в неистовом
галопе разбегались по долине. Всадники, которым повезло
остаться в седлах, носились лошадьми, бессильные что-либо
сделать. Но и люди вскоре поступили точно так же; с криками
ужаса они устремились вслед за животными, прочь от дороги.
Шалим Арих сразу получил ответы на все свои вопросы, когда
иноходец выбросил его из седла. От сильного удара о землю у
караванщика потемнело в глазах. Но лучше бы эта тьма
никогда не рассеивалась - вот что пришло ему в голову,
когда пелена перед глазами спала.
Два ужасных чудовища, два порождения тьмы спускались на
дорогу, где только что мирно шел его караван. Глаза их
горели красным огнем, широкие кожистые крылья плескали в
воздухе, пасти были угрожающе раскрыты. Шалим Арих мог бы
заметить, что одно из чудовищ опускается неровно, как будто
бы оно ранено, но караванщику было не до того. С истошным
звериным воем он вскочил на четвереньки и пополз с дороги.
Он лез в кусты, не замечая усеявших ветви длинных колючек;
потом закрыл глаза, истово молясь, чтобы страшные чудища его
не нашли. По синим шароварам Шалима Ариха, оскверняя
дорогую ткань, расползлось мокрое пятно.

* * *

Нетопырь неуклюже упал на лапы и ткнулся носом в сухую
почву; Конан, слетев в шеи монстра, перекувыркнулся на
земле и вскочил на ноги. Вторая тварь приземлилась следом,
и Зольдо, спрыгнув с нее, подбежал к Конану. Чудовище,
переваливаясь с лапы на лапу, заковыляло к раненому
собрату: его перепончатые крылья волочились по земле,
вздымая маленькие клубы пыли. Приблизившись, нетопырь
обнюхал приятеля; красные глаза его тревожно горели.
- Что ты с ним сделал? - спросил бессмертный.
- Я? - Конан озадаченно посмотрел на свой кулак. -
Стукнул разок по темени.
Он повертел головой по сторонам.
- Ладно, пусть Пелиас разбирается со своими тварями сам.
Пошли! Вон в тех кустах запуталось несколько лошадей - это
то, что нам надо.
Они подобрались к животным. Уздечки их намотались на
колючие ветви, и лошади уже не делали попыток освободиться;
ноги их мелко дрожали, а глаза с ужасом косились туда, где
толкались на дороге нетопыри. Коней было четверо, и три из
них - оседланы. Конан приметил гнедого жеребца с высоким
седлом.
- Возьмешь его себе - он подходит к твоему наряду, -
сказал он бессмертному, - а мне сойдет и та кобылка.
Зольдо не ответил, и Конан обернулся к нему.
Бессмертный, прищурившись, вглядывался в нетопырей.
- Кажется, он пришел в себя после твоего удара, -
сказал он.
- Тем лучше! Меньше мороки будет с лошадьми, - буркнул
киммериец.
Зольдо оказался прав. Нетопыри перекинулись заунывными
воплями и разом прыгнули вверх. Лошади испуганно заржали и
забились в кустах.
Конан, успокаивая гнедого, похлопал его по шее.

* * *
Шалим Арих несколько раз приподнимал веки, чтобы
получились маленькие щелочки, и опять в страх сжимал
и, увидев, что монстры по-прежнему на месте. Он вжался в
колючие ветви поглубже, когда чудовища огласили окрестности
ужасными воплями. Но с ним не произошло ничего плохого: никто
не вытаскивал его из кустов и не пытался сожрать.
Отважившись, караванщик приоткрыл глаза еще раз - и вознес
хвалу Богине-Матери Иштар: чудища исчезли. Раскрыв глаза во
всю ширь, Шалим Арих увидел высоко в нее две крохотные точки
и возблагодарил богиню еще раз - за собственное спасение.
Затем он выполз из кустов и возблагодарил богиню в третий
раз, когда увидел двух человек, по виду воинов, возившихся
лошадьми. Среди них был и его гнедой иноходец.
Караванщик поспешил к незнакомцам. Один из них - тот,
что держал иноходца под уздцы, - выглядел знатным
человеком; второй, видимо, слуга, направлялся к господину,
ведя за собой двух чалых кобыл. Они заметили
приближавшегося караванщика, но не обратили на него
внимания.
Шалим Арих подошел и заговорил:
- Хвала Богине Матери за ваше появление здесь...
Закончить ему не удалось.
Синеглазый слуга с испещренным шрамами лицом тряхнул
копной смоляных волос и вскочил в седло одной из кобыл.
Поводья свободной лошади он привязал к седлу.
Шалим Арих почувствовал нехорошее, когда желтые глаза
господина без всякого интереса скользнули по его лицу.
Желтоглазый одним махом взлетел в седло иноходца.
- Это мой конь! - отчаянно закричал караванщик и повис
на поводьях гнедого, вцепившись в них мертвой хваткой.
Слуга подъехал на крик.
- Откуда этот? - спросил он у своего спутника.
- Выполз из кустов, - пожал плечами желтоглазый.
Шалим Арих понял, что ошибся, определяя господина. И,
когда он заглянул в синие глаза второго, то пожалел, что
вообще родился на свет.
- Прочь, - коротко и властно сказал синеглазый.
Руки караванщика раздались сами собой; уткнувшись носом
в дорожную пыль, он не поднимал головы, пока стук копыт не
затих вдалеке.
Тогда Шалим Арих медленно поднялся и осмотрелся. От
целого каравана осталась одна вьючная лошадь, которая
неподалеку от дороги пощипывала траву - и все. Караванщик
замер, не понимая, почему вокруг все качается и плывет -
так, как будто он стоит на палубе корабля. Он никак не мог
вспомнить, где видел это лицо - лицо синеглазого слуги.
Потом ноги Шалима Ариха подкосились, и он в беспамятстве
рухнул на дорогу.

Глава 8. АСГАЛУН

Конан, как и положено слуге, расседлывал лошадей в
небольшой конюшне, что примыкала к гостинице. Этот
постоялый двор был не из самых больших и богатых в
Асгалуне, но путники не желали привлекать к себе излишнего
внимания; мелкопоместному дворянину из северных краев не
пристало бросаться деньгами.
Внезапно чья-то фигура заслонила свет в дверном проеме,
и киммериец на секунду оторвался от своего занятия,
посмотрев поверх спины гнедого, кого еще принесла нелегкая.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов