А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

.. хорошо, что я Нату отправил...
— Теперь на «ты»? — спросила Кибервомбат, моргая, и ногтями на передней левой руке легко провела по щеке.
То, как она эта сделала... Данислав вдруг понял: да она же кокетничает! И когда она вдруг заговорила про свои причины и следствия... Хозяйка пыталась на свой манер завязать разговор, познакомиться... Дикость всего этого, непередаваемая нелепость флиртующего киборга женского пола, наполнила его волной растерянно смущения, и ужас от происходящего сейчас наверху, в дискотечном шаре, отступил.
Тем временем хозяйка кластера, развернувшись к терминалу, заговорила:
— Шунды, стремительнее! Где сейчас? Тут прошло уже две волны. Если... да, сфера нисходят. Разумники спросили у Вомбаты, что теперь им делать, Вомбата предложила помощь. Искупление, очищение... Но Вомбата сказала, проявить помощь можно только здесь, на планете. Потому ИскИны нисходят. Нет, не на город. Как Вомбата может контролировать это? Нисходят в фокус Псевдозоны... Нет, километров двадцать, совсем близко канала.
— Что? — закричал Дан, вскакивая и качаясь на сетке. — Что ты сказала?
Киборг повернулась к нему.
— Агась?
— Кто-то садится возле ПсевдоДнестра?
— Круговой перрон «Влезания».
— Вле... «Вмешательства»? И что будет, когда он сядет?
Казалось, волнение Дана передалось и киборгу.
— Ну... Вомбата думает, средад выявится. Наверное. Возможно. Ситуация потенциальна, но очень уж неопределима. Там что-то вроде итого кластера, только тривиальнее. Проще. Зато больше значительно. Среда, которую создали там ИскИны, развернется...
— ИскИны... Это те, которых ты назвала Востоком и Западом? Какая у них среда?
— Преисподняя среда, — сказала киборг.
— Что это значит? Это ты заставила их опуститься в Псевдозону? Что будет с теми, кто сейчас там находится?!
— Средад итого. Демо-сфера у ИскИнов. Первая версия, конечно, еще не апробированная. Вомбата сначала электромагнитным импульсом из антенны защиту перрона сняла, а следом им мораль инсталлировала. Командировала поток данных... Ну, их совесть и изгрызла. Раньше-то голое сознание было... В итого момент времени — почему люди не способны поставить производство ИскИнов на поток? Из-за отсутствия у тех предков, генетики, наследственности... Делаем сознание, но не можем проинсталлировать подсознание. Архетипы не программируются, разумеет человек? Потому удаются не супер-мозги, а гениальные дебилы. Ну вот, а Вомбата хоть сродство морали создала, подобие, программным методом... И теперь... Вомбата себе представляет... Убил человек десяток тысяч, а потом вдруг мораль появилась, и постигает: убивать плохо! Плохо, плохо убивать! Какие чувства потом? Ужас, тоска, депрессия...
— ИскИны убили десятки тысяч людей? Я не понимаю... — сказал Данислав, и тут стена коллектора позади паутины проломилась.
По янтарной пленке прошла быстрая пульсация: на самом деле пленка не двигалась, но впечатление было такое, будто от дальнего края по ней покатилась стремительная волна. Радужные блики потускнели, разгорелись вновь. Затрепетали, задрожали, то натягиваясь, то провисая, нити паутины, качнулись мониторы, вентиляторы и терминал.
Пластокерамическая стена не распалась обломками, не обвалилась, но расплавилась — хотя, кажется, осталась холодной — пузырящейся массой стекла на пол. Образовался проем, наполовину затянутый дрожащими серыми нитями, и сквозь него вошло несколько людей в комбинезонах дерекламистов, вкатились двое колесничих, и еще...
Больше всего это напоминало здоровенный кусок пластилина неопределенного цвета, заготовку, которую разминали перед тем, как слепить из нее какую-нибудь фигуру. Причем разминали прямо на глазах у Данислава: поверхность в разных местах то слегка прогибалась, то выпячивалась пологими буграми, медленно струилась, и хотя общая форма оставалась неизменной, очертания постоянно менялись. Кажется, именно на этом и было основано его движение: модуль — Дан не знал, как еще его назвать — не то полз, не то тек вперед.
Модуль остановился, и спустя несколько секунд из его бока выпал человек, весь облепленный розовым. Очумело мотая головой, хлопая себя по бокам и плечам, шагнул вперед. Низкого роста, щуплый... вдруг Дан понял, что это ребенок, мальчишка лет тринадцати. Глаза его были скрыты круглыми черными очками.
— Вомбат, твою мать! — зло прокричал он. — Сфера приземлилась?
Киборг начала растерянно:
— Шунды, что итого у тебя?
— Она села?! — завопил Шунды Одома.
— Осела, осела! — повысила голос киборг. — Шунды, Вомбата желает ведать...
— Пристрелите суку, — скомандовал он, и дерекламисты открыли огонь.
Дан отпрянул, повалился на полку, что тянулась вдоль стены, и тут же весь кластер шевельнулся. Языки пленки начали съеживаться, концы их изогнулись, будто это была разрезанная на сегменты шкура большого апельсина, которая теперь решила свернуться, восстановить свою форму.
За ухом кололо беспрерывно. Не удержавшись, Дан рухнул на чавкающий пол, будто в топкое болото. Слыша за спиной крики и грохот выстрелов, вылез на полку, низко пригибаясь, побежал. Нырнув за трубы, на ходу потянулся к кармашку с телемоноклем, потом пробормотал: ‘Что я делаю... У нее же есть тонк...’
Достигнув узкого пространства с прозрачной стеной, Дан увидел, что за ней не осталось ни одного модуля. Из коллектора доносились приглушенные крики, стрекот пневмоэлектрических автоматов, мелкой дребезжание, шелест...
Он снял с рукава тонк-ящерку, набрал номер на кнопках, утопленных в мягкое белое брюшко, и поднес к уху.
Дискотечный шар: застывший разноцветный свет, темная вода под стеклянным полом, приглушенные стоны, негромкий перебор гитарных струн. Софиты еще горят, но теперь не двигаются, лишь один стробоскоп продолжает вращаться, пронзая серебряными иглами повисшие под разными углами широкие лучи. Жиль Фнад сидит на перевернутой колонке и играет, не обращая внимание на происходящее вокруг. Собственно, вокруг ничего и не происходит — нечему больше происходить, все, что могло случиться, стараниями Фнада уже случилось. Тихо-тихо журчит кровь, удары сердца медленны и спокойны, еле слышны... в теле Жиля, как и в его сознании, ненадолго воцарилась благодать.
Он бережно положил гитару у ног, встал, вытащил из тела микрофоны, спрыгнул с накренившейся платформы, щерясь, побрел между трупами. Воздух казался бархатным — багряный бархат, Фнад шел сквозь него, ощущая щекочущее прикосновения воздушных текстур, мельчайших кровяных пылинок, наполнивших пространство шара. И без того феноменальное восприятие обострилось, он видел все вокруг, видел всей поверхностью своей кожи, и затылком, и висками — множество тел, большинство испустившие дух, хотя оставались и живые, покалеченные, и порхающих над полом тонк-жуков и тонк-бабочек...
Что-то зашелестело вверху, не поднимая головы, Жиль различил, как на своде вздулся пузырь, и от него вниз протянулся сгусток с крупной радужной каплей на конце. Словно размягченная пластмасса, но не горячая, не расплавленная... Утончаясь, сгусток достиг пола; капля расплылась над одним из тел, запеленала его в липкую пленку. Сгусток вознес труп к своду и втянул у пузырь, который съежился и пропал, а вокруг уже вытягивались другие сгустки, захватывали тела, раненые и мертвые, поднимали их и втягивали куда-то в пространство над сводом.
Это что, системы здания так работают? — Фнад шел, а вокруг него воздух простреливали толстые волокна с радужными каплями на концах, опускались и поднимались, очищая зал. В грудь ударилась тонк-птичка, свистнула и полетела прочь, выискивая исчезнувшего хозяина.
Чпок-чпок-чпок — Фнад скорее ощутил, чем увидел множество тел, серую пелену стремительно перемещающихся модулей. Они надвигались на Жиля. Он поднял было руку, согнул палец, собираясь выдвинуть плазменное лезвие, но передумал — слишком их много. Оглядевшись, Фнад между лесом движущихся сгустков разглядел пролом в полу, подбежал к нему и нырнул.
Вода имела температуру человеческого тела. Сквозь толстый слой оргстекла смутно виднелись те, кто лежал на полу, их спины и расплющенные весом тел ягодицы, затылки, скулы, бока, животы и груди. Движение слева... Фнад повернулся — рыба. Большая, размером со взрослого человека, толстобрюхая и с круглыми внимательными глазами. Что-то было в них, в этих глазах, словно огонек разума или, во всяком случае, понимания — но слишком нечеловеческого, чуждого. Искусственно удлиненные плавники заканчивались пятью отростками, словно покрытыми чешуей плоскими пальцами. Рыба зависла перед Жилем, подгребая плавниками и шевеля хвостом. Фнад покосился вверх, но сквозь пол защитные модули Общежития не были видны. Могут они плавать под водой? В любом случае, он продержится еще минуту, не больше. Надо выбираться, а то пойдет ко дну. Сквозь темную водяную толщу Жиль различал его, хоть и очень смутно: наросты и впадины, пологие холмы с черными дырами, шевелятся красные водоросли, что-то движется, перекатывается с места на место, а вон какой-то механизм медленно ползет, широким ковшом сгребая ил на своем пути ... да у них там целый поселок, у этих рыб!
Жиль повернулся, уловив движение, и понял, что рыба жестикулирует. Она махнула плавником, согнув все пальцы, кроме одного, показала им куда-то в сторону, и поплыла. Фнад направился за ней сквозь зелено-коричневые хлопья, клубящиеся под полом дискотечного шара.
Вскоре он увидел круглую решетку люка с задвижкой, дальше — изгибающуюся трубу. Рыба махнула плавником и чуть отплыла, наблюдая за Фнадом. А воздуха уже не хватало... Жиль вцепился в задвижку, дернул, упершись ступнями в стену, потянул решетку, и когда она открылась, вплыл в трубу. Рыба, проводив его взглядом, направилась к пролому, через который это странное существо проникло сюда — она хотела узнать, что там, за границей мира.
По короткой железной лесенке Жиль выбрался на площадку. Огороженная низким забором из металлических прутьев, она тянулась вдоль стены, изгибалась под прямым углом. Вода тихо плескалась у самых ног. Фнад пересек площадку, повернул и увидел узкую дверь служебного лифта. Он нажал кнопку на пульте, раздалось гудение. Тут над головой зашелестело, Жиль глянул вверх: в низком потолке образовалось темное пятно, набухло каплями влаги... Сквозь пятно просунулись ноги, затем тело до поясницы. Это еще что такое? Дверцы лифта раскрылись, и Жиль шагнул в тесную полутемную кабину со стеклянной стеной.
Чпок-чпок-чпок — за поворотом площадки. Он наугад ткнул кнопку, дверь стала закрываться, но Фнад успел заметить, как сквозь потолок продавилось тело молодого мужчины и упало на площадку там, где Жиль только что стоял. Из-за поворота выбежало с десяток больших серых жуков. Двигались они странно — короткими рывками, то и дело сталкиваясь, быстро ощупывая друг друга длинными усиками и тут же словно в испуге отдергивая их... Жиль решил, что ими управляет коллективный разум, который вдруг сошел с ума, и тут двери закрылись.
Лифт поехал вверх. Фнад привалился к стене; ткань одежды не промокла, но вода бежала с нее, по полу растеклась лужа.
На стене слева появилось темное пятно, но не такое большое, как на потолке снаружи. По пятну засочились капли влаги, и Жиль увидел, как из него медленно выпячивается покатая спинка — серого, с примесью желтого цвета, — и голова — один большой фасетчатый глаз, из которого торчат два длинных усика... Модуль успел до половины протиснуться в лифт, когда Жиль, размахнувшись, сильно ткнул его кулаком и вбил обратно. В этот момент структура вещества, из которого состояла стена, вновь изменилась, и модуль застрял. Один ус, изогнутый дугой, кончиком был погружен в стену, другой торчал почти под прямым углом и дергался.
За прозрачной панелью Фнад видел широкий колодец и цилиндры пассажирских лифтов — некоторые двигались вверх или вниз, другие висели неподвижно. С седьмого этажа началась ноздреватая поверхность, испещренная темными отверстиями. Их накрывали прозрачные круглые люки. Фнад вновь увидел сгустки, протянувшиеся откуда-то сверху. На концах некоторых покачивались запеленатые в радужную пленку тела. Сгустки изгибались, укладывали людей в узкие горизонтальные ниши, после чего прозрачные люки сами собой закрывались. Среди плененных антивирусным модулем были и живые и мертвецы.
Кабина преодолела еще несколько этажей и стала. Двери раскрылись, Жиль вышел — изгибающийся пустой коридор, дверь в конце... Фнад прорезал ее замок плазменным лезвием, шагнул дальше и увидел двери пассажирских лифтов. Надо спускаться и выбираться из здания, нечего тут больше делать. Жиль вызвал лифт. На этом этаже царила тишина, лишь за стеной иногда раздавалось шуршание, будто там что-то стремительно проносилось вверх или вниз. Двери раскрылись, Жиль шагнул в кабину — куда более просторную и ярче освещенную, чем там, в которой он поднялся сюда — нажал кнопку нижнего этажа.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов