А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Это содрогался от взрывов защитный экран «Морвуда», всего в нескольких дюймах от камеры. В нижнем левом углу воссоздавалось все, что показывал командный дисплей Стоуна. Синие пятнышки изображали корабли Флота, красные — халианские. Около каждого синего пятнышка с интервалом в десять секунд загоралось название корабля и его состояние на тот момент. По изображению становилась ясна тактика, выбранная Стоуном. Халианцы расположились в одной плоскости, видимо, рассчитывая как бы обогнуть более компактный строй Флота. По мере их приближения, строй стал распадаться. Отдельные халианские корабли на полной скорости прорывались через позиции, выскакивая с обратной стороны, ни на мгновение не прекращая интенсивной стрельбы. Урон они наносили небольшой, но вынуждали корабли Флота открывать беспорядочный ответный огонь. Часть из них уцелела, от других остались лишь обгорелые остовы — в этом случае очередное пятнышко на экране исчезало. Половину своих кораблей Стоун также расположил в одной плоскости. А другая часть флотилии уплотнилась, выстроившись в конус, острием направленный на халиан. На кончике этого острия находились адмирал Стоун и «Морвуд».
— Сейчас вы увидите, как сам адмирал, пусть и не сумевший правильно разобраться в обстановке, показал потрясающий пример личной храбрости. Эта запись сделана без звука. Если бы звук и записывался, он все равно не прошел бы через космический вакуум. Даже самая мощная ударная волна распространяется и угасает в полной тишине, — Буханон заговорил чуть громче. Ауро задался вопросом: хватило бы у него мужества руководить такой атакой? Из Порта война казалась более привлекательной.
— Стоун бросил конус в тот район, где халианские командные сигналы были замечены чаще всего. Из этого он совершенно правильно заключил — там располагается халианский флагман.
Вдруг они увидели с дюжину кораблей — конус врезался в плотно сбитый рой халиан. На экране «Морвуда» заколыхались волны из сливающихся вместе темных точек, когда три дюжины кораблей объединив свою огневую мощь, дали по нему залп. Корабли Флота вели ответный огонь. Ярко вспыхнули экраны самого крупного халианского корабля, а потом он просто перестал существовать. Еще больше кораблей Флота проникло в брешь. Выбрав себе с полдюжины целей, они били прямой наводкой. Еще один халианский рейдер, размером поменьше, озарился настолько ослепительным светом, что на экране пропало изображение.
На командном дисплее конус, сложенный из синих точек, вонзился в красную стену, менее плотную по своему строению, и стал буравить ее, входя все глубже и глубже. Это продолжалось примерно с минуту. Там, где он проходил, красных точек уже не оставалось. Халианский командный корабль то ли был уничтожен, то ли настолько выведен из строя, что казался просто грудой обломков. Лейтенант ждал, что халианский строй распадется, а затем они перегруппируются — именно такую тактику избрал бы в данной ситуации сам Ауро. Но вместо этого халиане просто рассеялись. И каждый корабль атаковал неприятеля, который оказался рядом. Кадет вдруг почувствовал себя в кресле не очень удобно и непроизвольно потянулся.
— Уничтожив командный корабль, Стоун, можно сказать, свел на нет собственную стратегию, — продолжал комментировать крепкий задним умом эксперт по тактике. Благодаря сомкнутому строю, конус представлял собой не очень крупную мишень. Его сравнительно мало атаковали. Остальные же тридцать кораблей Флота оказались густо облеплены втрое превосходящими силами халиан и явно несли серьезные потери.
На экране вновь появилось изображение, звезды замелькали как в калейдоскопе — это флагманский корабль поворачивался, включив аварийную скорость. На дисплее было видно, как конус рассыпался на отдельные корабли, которые закрутились волчками, беспорядочно меняя направление полета. Тщательно спланированная атака, предпринятая Стоуном, вылилась в обычную свалку, в этой куче-мале боевая выучка офицеров Флота и слаженность в стрельбе играли гораздо меньшую роль, чем численность халиан.
Внезапно на экране появилось изображение капитанского мостика. Очевидно, где-то пониже камеры в мостик ударила ракета — фонтан осколков взметнулся перед камерой, а потом их вытянуло наружу через пробоину, вместе с воздухом. По мере того, как воздух становился все разреженнее, поток осколков ослабевал. А потом мимо объектива проплыла рука с нашивкой штабного офицера, оторванная по самое плечо. Экран погас, и Буханон включил верхний свет. С бесстрастным лицом он наблюдал за реакцией кадетов.
Ауро усилием воли заставил себя вернуться к окружающей реальности. Он с удивлением обнаружил, что ладони его увлажнились. Пальцы, сжатые в кулак, ныли. К тому времени, когда он окончательно пришел в себя, офицер-тактик уже вел разборку боя:
— Наши потери составляют сорок процентов. Почти все потери понесены в хаосе, наступившем, когда развалились наши боевые порядки. Это однозначно можно расценить, как полное поражение. Мы не можем себе позволить отдавать за каждый халианский корабль свой.
— Но с точки зрения стратегии результаты не столь плачевны. Так или иначе, халиане отступили, не проникнув в Кастлетонский Мир, единственную населенную планету в этой системе. Мы одержали стратегическую победу и потерпели одновременно тактическое поражение. — Капитан больше не напоминал докучливую, жужжащую муху. В голосе его появилось чувство.
— Среди павших смертью храбрых — адмирал Стоун и весь экипаж «Морвуда». — «Хорошо бы заглянуть хоть одним глазком в послужной список капитана», — отметил Ауро про себя. Он готов был поспорить на половину месячного довольствия, что офицер-тактик когда-то служил вместе со Стоуном. А тем временем Буханон вернулся к своей обычной, усыпляющей манере изложения:
— Последние несколько недель я провел за изучением этого боя и еще ряда других операций, — он сделал паузу.
— Давай закругляйся, — еле слышно прошептал Ауро, — этак мы до Вифезды долетим раньше, чем ты посвятишь нас в свою тайну. — И при мысли о Вифезде у него все сжалось внутри. Он понял, что придется пошевелить мозгами. Как назло, во рту пересохло. Он глотнул воды, понимая, что от этого станет еще хуже.
Буханон все же никак не мог подойти к заключительной части. Он наслаждался всеобщим вниманием:
— Попросту говоря, большинство сражений, многие из которых Флот проиграл за последнее время, велось так, будто халиане — традиционный неприятель. Но на самом деле все обстоит совсем иначе. Их флотилии нельзя разгромить, применяя привычную для нас тактику. С помощью компьютерного анализа данного боя и моделирования сотен похожих ситуаций я разработал совершенно новую тактику.
На экране замелькали столбцы уравнений, а голос Буханона обрел свою обычную монотонность. Но, к своему удивлению, кадет обнаружил, что теперь он может следовать за мыслью Буханона. Ауро даже признал, что план может сработать. Да, может. Вот только не хотелось бы убедиться в этом, рискуя собственной жизнью. Холодок пробежал у него по спине — он вдруг понял, что именно это ему и предстоит. И сразу в логическом построении Буханона засветились прорехи. Только общеизвестная ненависть того к критике в свой адрес удерживала кадета от открытой дискуссии. Оглянувшись, он понял, что еще с десяток кадетов испытывают те же самые чувства. В этом было что-то ободряющее — он сам не знал, почему. А Буханон тем временем продирался через дебри качественного анализа, применяя гипотезы Аллизена. Ну, это уже слишком. Даже понимая, что от данных выкладок зависит его жизнь, Ауро был не в состоянии следить за логическими построениями, которыми пресловутый Аллизен обогатил военную науку. Вознесясь в заоблачные теоретические выси, лектор плавно подвел всех к неизбежно последовавшему выводу о своей безусловной правоте.
Лейтенант все еще мучился сомнениями, когда начальник навигационного подразделения ворвался в зал и загромыхал вверх по подиуму. Буханон смолк, прочел переданную ему депешу, и на лице его промелькнула озабоченность.
— Господа, — голос его звучал спокойно, но мелодичность интонации, свойственная ему при чтении лекций, пропала, — только что мы получили информацию от нашего наблюдателя с Вифезды. В настоящий момент там все кишит халианскими кораблями. Агент насчитал около ста пятидесяти боевых единиц. Мы будем на Вифезде через три часа десять минут. Немедленно сообщите на все радиоточки, — потом он взглянул вверх и сказал чуть дрожащим голосом: — Это означает, что нас ждут. Да храни нас Божья Матерь, во веки вечные.
То, что показывал командный дисплей, удручало. Даже для неопытного Ауро было ясно, что они попали в серьезную передрягу. Слишком густо расположены красные точки, а синих кот наплакал. Кадет нервно барабанил пальцами по щиту связи, глубоко сожалея, что он сейчас не в Порту — унылом, смертельно опостылевшем, но совершенно безопасном Порту.
Вначале Ауро боялся выдать свой страх. Но когда схватило живот и комок подступил к горлу, он заметил, что не одинок в своей слабости. Еще трое скорчились, привалившись к стене. Среди них даже был командир, судя по нашивкам, прослуживший на Флоте пятьдесят лет. От этого кисловатый привкус во рту, конечно же, не исчез, но теперь Ауро чувствовал себя явно получше. Халиане перегруппировались. Несколько кораблей взмыли вверх, один, самый крупный, который уже собирался приземлиться, неожиданно сделал крутой вираж и тоже припустил вдогонку за остальными. Нужно было подумать о портовых укреплениях. На Объекте подобное место на протяжении целого месяца во время чистки было центром халианской активности. В пространстве, отделявшем их от Вефезды, многочисленные красные точки мелькали без всякой видимой закономерности. Ауро тут же пришли на память виндлиндские жучки с его родной Ново Венето. И уж совсем некстати ему представился на миг раздувшийся труп собаки, которая имела несчастье разворошить гнездо этих насекомых. Один укус мучителен, но редко смертелен, а налетев роем они убивают в считанные секунды. Кадет отрегулировал прибор слежения на максимальный радиус. Вифезда была единственной планетой в данной звездной системе. В результате каких-то катаклизмов другие планеты так и не сформировались, возникло лишь шесть астероидных поясов, циркулирующих вокруг звезды с одинаковыми интервалами. А потому приблизиться к системе можно было, лишь не попадая в плоскость эклиптики. Их ударное соединение сейчас приближалось из-под этой плоскости. Даже здесь в глазах мельтешило от проносящихся в космосе осколков.
Да, паршивее места и не придумаешь для того, чтобы оборвалась едва начавшаяся карьера, подумал лейтенант. Дрожащей рукой он уже в третий раз проверил исправность переговорного устройства.
Когда он снова перевел взгляд на экран, халиане уже двигались на них, взлетая с зеленого шара, изображавшего на дисплее Вифезду. С напускным спокойствием, разглядывая врага, Ауро постарался представить, сколько самих халиан укрылось в этих кораблях. Известно, что они часто берут с собой пленных в качестве рабов. Сколько таких подневольных членов экипажа погибнет от огня своей же армии?
Боевой пост Ауро находился на запасном мостике управления. Случись что-нибудь с основным мостиком на корабле и центром управления в Порту, командование всем Флотом автоматически перейдет лейтенанту Нейбургеру, четырем кадетам и двум начальникам подразделения связи. Управлять огнем можно будет из отсека, прилегающего к машинному отделению. Уничтожение этих систем будет означать, что сам корабль разрушен. Сомнительным утешением служило то, что навряд ли данная система уцелеет, если противник поразит командные пункты в Порту и на корабле. Глядя на мониторы, протянувшиеся вдоль стены у него над головой, Ауро мог следить за действиями на командном пункте. Офицеры на мостике выглядели для Ауро образцом уверенности в себе и хладнокровия. Даже адмирал Дуан, облокотившийся на перила, отгораживавшие главный дисплей, говорил приглушенно. Жестикулируя, он втолковывал какие-то тактические нюансы капитану Аль-Хакайму. Тот поведет флагман, освобождая капитана Дюана для командования всей флотилией. Лейтенант едва подавил в себе желание ворваться в эфир с каким-нибудь выкриком — у него возникло вдруг безумное чувство, что, взорвав зловещую тишину, он не даст состояться сражению. Вместо этого он лишь заскрежетал зубами, стараясь пересчитать красные точки. Ему легче было думать о точках, а не о кораблях, напичканных тяжелым вооружением. Пожалуй, цифра сто пятьдесят была уж слишком оптимистической. Не исключено, что за последние несколько часов халиане получили подкрепление. Трудно было назвать точное число — халианские корабли не застаивались на месте, предпочитая сновать туда-сюда. Но постепенно лейтенант дошел до цифры сто девяносто три.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов