А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Поставив регулятор на максимальную мощность, Буслаев выстрелил в самую гущу. Взрыв разметал аппараты во все стороны, и изрядно поредевшая армада обратилась в бегство.
Вскоре над морем осталась только одна «этажерка». Кренясь и приплясывая, как поплавок на волнах, она медленно удалялась от острова.
ИСХОДНЫЙ РУБЕЖ
— Летит! — сказала Патриция, поднимая голову.
— Почудилось, — отозвался Курт. — Полено сырое попалось, шипит. — Он веткой поворошил дрова, морщась от дыма, и неожиданно признался: — Мне тоже эти… пресмыкающиеся за каждым кустом мерещатся. Хожу и оглядываюсь.
— Ах, доброе старое время, ах, милые безобидные пахуны! — вздохнула Наташа, высыпая в котелок концентраты. Голос ее дрогнул, и получилось печально и очень искренне.
— А все-таки летит, — упрямо сказала Патриция, расстегивая кобуру бластера. — Пари на что угодно.
— Подождите. — Мванг вскочил на ноги, мягко и бесшумно скользнул к выходу, прислушался. — Летит! Ну и слух у тебя, Пат! Как у моих африканских предков.
— Чур, я. — Патриция вынула бластер. — Это мое право.
Сергеев преградил ей дорогу.
— Это право каждого, Пат. Но убивать мы больше не будем.
— Они же убивают! — пылко возразила Олив.
Теперь все столпились вокруг профессора, все, кроме Ирины и Веды, безучастно сидевших у костра. Свист «этажерки» нарастал, потом снова стал слабеть.
— Ушел! — с непередаваемым выражением произнесла Патриция, гневно взглянув на Сергеева.
— Человек должен оставаться самим собой даже в самые критические минуты, — сказал тот. — Убийство — это не наш метод борьбы.
— Но ведь они убивают! — снова воскликнула Олив.
— Во-первых, мы еще этого не знаем. А во-вторых, если мы хотим выиграть это сражение, то должны действовать нашими методами. Тот, кто копирует врага, проигрывает. А наша задача — заставить врага принять наши правила борьбы.
— Поэтому мы ничего не делаем, только рассуждаем, а ящеры беспрепятственно летают над нашими головами, — невозмутимо заметила Кристина.
Профессор резко обернулся к ней, лицо его потемнело.
— Неправда, Крис. Мы сделали очень много. Только сутки прошли, а мы собрали всех людей, за исключением похищенных, оружие, машины. Говоря военным языком, мы дислоцировались на исходном для атаки рубеже. И вот вам первый боевой приказ: достать «языка». Убивать ящеров бесполезно, их слишком много. Мы должны с ними договориться.
Профессор был прав: за сутки удалось совершить почти невозможное — собрать отряд.
Ящеры одновременно напали на все племена. Очевидно, прежде чем сбить третий спутник, они сумели прочесть заложенную в него информацию. Но только двух людей ящеры застали' врасплох. Остальные либо отбились от нападения, либо сумели взлететь в танках, против которых «этажерки» были бессильны. Зато роботов, не запрограммированных на борьбу с разумными, уничтожили полностью. И разогнали гарпий. Где они теперь? Сумеют ли выстоять перед неожиданной грозной опасностью? Тревога за подопечных терзала землян так же, как тревога за судьбу пропавших товарищей. Разумеется, люди, ошеломленные, недоумевающие, первым делом прилетели на Базу. Здесь их встречала Мимико. Храбрая девушка, вооруженная двумя бластерами, бродила среди дымящихся развалин, выискивая и спасая то, что можно было спасти. К сожалению, спасти от огня удалось очень немногое. Всех прилетающих она, наскоро объяснив положение, отправляла на поиски остальных.
Только пять человек сохранили свои машины. У остальных «ТУЗы» были уничтожены. И этих остальных искали целый день, прочесывая леса на бреющем полете. Последним явился доктор, весь в синяках, на смятом, изуродованном, но еще способном летать танке. Он единственный сделал то, что никому не пришло в голову: попытался установить контакт с пришельцами. Встретив в воздухе две «этажерки», Рене переключил управление на ручное и стал кружить вокруг них, прижимаясь вплотную, закладывая все более крутые спирали. Преимущества танка были неоспоримы, и ящеры, уяснив этот логический вывод, пошли на снижение. К сожалению, щуплый, маленький доктор переоценил свои возможности и, войдя в особо крутой вираж над самой землей, не справился с инерцией тяжелой машины. «ТУЗ» врезался в дерево. Когда Рене очнулся и поднял изуродованный танк в воздух, «этажерки» исчезли, и, вдобавок ко всему, ему так и пришлось вести машину вручную, так как автоматика оказалась разбитой.
Ирина выбрала Веселую пещеру, поскольку ящеры не могли знать об ее существовании: в информационные блоки спутников данные о ней не вводились. Веселой ее прозвала насмешница Наташа из-за того, что вряд ли на планете можно было отыскать более мрачное место. Она была вымыта подземными водами в угольных пластах, и луч фонаря или пламя костра бессильно никли, всасываемые бархатной чернотой стен. Поэтому костер разводили с большой осторожностью — в самой середине, на уложенных в круг камнях. И вот ящеры, если только это не заблудившийся лазутчик, узнали координаты пещеры.
— Опять тарахтит! — Патриция решительно повернулась к выходу. — Ну хватит, отлетался!
— Только живьем, — строго предупредил профессор.
«ТУЗ» рванулся в черное, затянутое облаками небо. Темнота липла к прозрачным стенам кабины. Включив локатор, Патриция кружила над пещерой. Есть! На экране показались четкие контуры «этажерки». Пилот, свесившись через барьер, вглядывался вниз. Отличное, должно быть, зрение у этих рептилий.
«А ведь совсем как люди, — подумала Патриция, набирая высоту. — Разумные! Космосом овладели.
Фигура пилота была почти скрыта переплетами, к тому же мешали маховики. Поэтому Патриция не видела, как реагировал ящер, когда она начала» сажать» танк на его аппарат. Очевидно, он здорово перенервничал. «Этажерка» судорожно моталась во всех трех измерениях. Раз машины даже соприкоснулись с ужасающим скрежетом. Патриция злорадно усмехнулась. «Вот и контакт, а то ли еще будет!» Она живо представила себе, как ящер в панике рвет управление. «Это тебе не бомбы швырять на ничего не подозревающих людей». «Этажерка» косо шла к земле, на экране были видны только мерно вращающиеся маховики.
Когда «этажерка» села, Патриция остановила танк над нею и включила донные прожекторы. До пещеры было рукой подать, оттуда бежали люди. Но Патриция не собиралась отдавать добычу.
Распахнув люк, она прыгнула на верхний короб аппарата, цепляясь за перекладины, спустилась на землю, не думая об опасности… и попала в объятия Буслаева.
— Ну разумеется! — орал он. — Кто еще может так дилетантски управлять танком? Когда ты с таким треском врезалась в этот летающий гроб, у меня душа в пятки ушла. Все, думаю, конец, до земли метров сто…
— Васька! Живой!! — наконец выдавпла из себя ошеломленная Патриция.
— И отнюдь не по твоей вине. Только благодаря моей исключительной выдержке и непревзойденному мастерству.
— Хвастун! Все такой же пират! — расхохоталась Патриция и закричала изо всех сил: — Ира! Ира! Беги сюда, встречай мужа!
Василий десять часов добирался до пещеры, еле справляясь с непослушным аппаратом. За это время он успел осмыслить и проанализировать все увиденное на острове. И сейчас, у костра, рассказав о своих приключениях, он перешел к самому главному:
— Всю дорогу сюда меня, как зубная боль, мучила одна ускользающая мысль. Знаете, как это бывает: чувствуешь, что видел что-то очень значительное, бросающееся в глаза, и не можешь поймать, ухватить. И внезапно я понял: несоответствие в технике. Наличие такого могучего корабля предполагает и остальную технику на том же уровне. А у них летательные, аппараты инерционного действия, которые у нас были известны давным-давно и не строились из-за крайне низкого КПД, весьма слабые генераторы теплового луча и излучатели силового поля. Все до крайности примитивное. Нельзя выходить в космос с такой техникой.
— Однако же вышли, — возразила Ирина. — Ты забываешь, что ящеры устроены иначе, чем мы. Они холоднокровные, продукт эволюции динозавров, следовательно, печень их накапливает запас энергии в пятьдесят раз меньше, чем у человека. И оружие соответствует их силе.
— Может, и так, — задумчиво сказал Буслаев. — То, что ящеры слабы, — это факт. Надолго их не хватает, да и драться как следует не умеют. Но летательные аппараты… Нет, этим не объяснишь. При такой экспансивности, при такой жестокости, при такой железной дисциплине, наконец, они должны были бы обладать совершеннейшими машинами и оружием. Я думаю, что все те картинки, которые они показывали нам на Такрии, имели совсем другой конец: их выгоняли отовсюду. Недаром здесь они первым делом кинулись откладывать яйца. Стремятся успеть вывести детенышей, пока мы деморализованы, обезоружены и не получили подкрепления.
— И напрасно. Сегодня наступило похолодание, через несколько дней выпадет снег — и пропали их труды, — усмехнулся Рене.
Сергеев вытащил из костра горящий прутик, поднес к трубке, затянулся и обвел всех веселыми глазами.
— То, что у них несовершенные летательные аппараты и слабое вооружение, не самое главное. Это нам только на руку. Главное, что они собираются вывести детенышей и ради этого вступили в контакт. Ведь требование уступить им планету — это и есть тот самый контакт с чужой мыслящей цивилизацией, о которой мы столько мечтали. Они даже согласились отпустить нас, лишь бы мы не открывали военных действий. По сути, большого вреда они не нанесли. Все люди живы… (Веда горестно вздохнула, профессор ласково обнял ее за плечи.) Ничего, ничего, девочка, все еще не так страшно. Гарпиям тоже не нанесено большого урона. Так что действия пришельцев вели к простому устрашению, чтобы сделать нас податливее. И я думаю, что сейчас они сами здорово напуганы: один землянин уничтожил столько их воинов, а нас здесь все-таки пятнадцать. Поэтому, очевидно, жизни Бена ничто не угрожает. Они держат его как заложника. Им нужно время, нужен мир, чтобы детеныши успели вылупиться и хоть немного окрепнуть.
— Чего бы, кажется, проще: попроси по-хорошему, и мы создадим все условия, — вздохнула Мимико.
— По-хорошему они не умеют, не привыкли. У них и организация такая, что все рассчитано на насилие. Но я все еще надеюсь на контакт.
— Есть идея, — заявил Буслаев.
Внезапно динамики всех уцелевших раций зашипели, дружно щелкнули — и в пещере раздался голос. Сухой, абсолютно лишенный интонаций, он надвигался на людей слепо и неотвратимо, как горный обвал:
— Великий воспринимающий передает приказ Великого думающего, выражающего волю Великого народа. Планета объявляется собственностью Великого народа. Все разумные существа, не принадлежащие к Великому народу, обязаны покинуть ее в двадцатипятидневный срок. На это время военные действия отменяются. В противном случае заложник уйдет в небытие.
Веда заплакала, остальные ошеломленно молчали. Мимико подсела к девушке, обняла, прижала к себе.
— Не надо, не плачь. Не каждый же может выдержать, когда его бьют по лицу. Ну, растерялся человек, выручим.
— Выручим, — подтвердил Буслаев. — Я дал ему слово, что через двадцать два дня отправлю его на Землю… О, да нам подарили три дня после прибытия звездолета! Сообразил-таки…
И никто не решился указать Буслаеву, что он совершенно бездоказательно обвинил Бена в сообщении врагам срока прибытия звездолета. В конце концов, они могли просто расшифровать его биотоки.
— Во всяком случае, мир отвечает и нашим интересам, — сказал Сергеев. — Важно только правильно использовать это время.
— Я же говорил, что у меня есть идея, — усмехнулся Буслаев.
ЭКСПЕРИМЕНТ
Краб, быстро перебирая суставчатыми ногами, бочкомбочком побежал к дереву, подножие которого окружали спасительные заросли. Но и оттуда выдвинулся толстый, заостренный на конце шест. Животное замерло, тревожно вращая выпуклыми, на длинных стебельках, глазами. Его сплюснутое, как сковорода, отливающее синим металлом туловище прижалось к земле, огромные, в ядовитых зазубринах, клешни угрожающе защелкали, ноги подобрались, напряглись, как сжатая пружина, готовая метнуть смертоносный снаряд. Но прыгать было некуда, со всех сторон целились острия шестов.
И все-таки краб прыгнул. Глаз не успел зафиксировать это мгновение, когда суставы выпрямились и синеватый блин взвился в воздух. С треском переломился шест, разрезанный клешней, но тут же остальные шесты прижали животное к земле. Кристина, патрулировавшая на танке, облегченно вздохнула, снизилась — и тонкое металлическое щупальце, обвившись вокруг краба, унесло его в вышину.
Мужчины бросили шесты и пошли на поляну к машинам, громким смехом снимая напряжение опасной охоты. Буслаев полетел вслед за Кристиной, остальные вернулись в пещеру.
В этом и заключалась идея Буслаева: подбросить на остров какое-нибудь хищное животное. Сначала ее категорически отвергли, потом все-таки решили осуществить, но ради совсем других целей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов