А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ее написала я. – Ты!
– Да. Это песня, которую я написала два года назад, когда играла с этой фолк-группой, с «Потерянными». – Она пристально разглядывала свои руки, лежавшие на коленях. – Я написала ее, находясь в депрессии; я была почти такой же ненормальной, как Айра. Демон просто посмотрел на меня и начал ее декламировать – песню, которую я написала… написала, думая о том, как умерла мама, и о том, что смерть не заботится о том, чтобы прийти… Ну, в уместное время, что она просто пришла и забрала мою маму, и я… – Она покачала головой, глядя прямо перед собой, и повторила: – Эта тварь прочла мою песню!
5
Они принесли из кафетерия в подвал два складных столика, составили их вместе и расстелили склеенные скотчем распечатки на пластиковой поверхности.
– Прошу извинить эту поспешную презентацию, – произнес Ньерца, разглаживая распечатки огромными ладонями. Мы сгрудились вокруг столиков – профессор, Мелисса, Ньерца и я.
Я заметил, что Ньерца часто посматривает на Мелиссу. Внезапно он начал проявлять к ней большой интерес. Она стояла рядом с ним, казалось, притянутая какой-то силой. Она подняла к нему голову; ее ноздри трепетали; ее губы были полураскрыты; она придвинулась на полдюйма ближе к нему.
Ну конечно. Куда уж мне тягаться с огромным черным интеллектуалом-воротилой из Центральной Африки!
На распечатках, скрепленных вместе клейкой лентой, чтобы совместить изображения, была карта Соединенных Штатов. Семь городов были подписаны черными буквами: Нью-Йорк; Портленд; Орегон; Сан-Франциско; Чикаго; Майами; Детройт. Каждый город окружали концентрические светло-красные круги, словно он был эпицентром некоей распространяющейся кольцевыми волнами силы: каждый город был центром мишени. Круги перекрывали друг друга. Карту испещряли цепочки желтых точек, тянущиеся от каждого из городов почти по прямой – совсем как линии разломов, распространяющиеся от центра лунного метеоритного кратера. Метеорит врезается в Луну, образуется кратер, и от кратера во все стороны расходятся линии разломов. Но действительные Центры мишеней находились немного в стороне отточек, обозначавших города.
– Желтые точки, – сказал Пейменц.
– Да, – подтвердил Ньерца. – Демоны. Это места, где они появились. У нас здесь есть… – Он вытащил из портфеля еще одну длинную распечатку, напоминавшую отпечатанную на лазерном принтере ленту, и развернул ее поверх карты. – Сан-Франциско. Как вы видите, эпицентр точек приходится вот сюда – на промышленный район к юго-востоку от города, с той стороны бухты.
– Там, где была авария! – выпалил я. – Геркулес!
– Именно. Небольшой городок под названием Геркулес, несколько лет назад чуть не стертый с лица земли при промышленной аварии. Нечто очень похожее, насколько я понимаю, случилось в прошлом столетии в Бхопале. Возможно, там погиб кто-нибудь из ваших друзей или родственников?
– Никого. Но у меня есть друзья, чьи родственники погибли там. – Я подумал о Джерри Ингрэме, чей брат погиб при аварии в Геркулесе. Я помню, как Джерри говорил об этом: «Его прихлопнуло, как какую-нибудь букашку пестицидом… Вся его семья была уничтожена, как букашки, и жена, и ребенок… Как букашки…» Он был одним из моих очень немногих настоящих друзей, Джерри. Он был писателем. После случившегося он начал употреблять наркотики – я слышал, что сейчас он где-то в Лос-Анджелесе. Если его еще не убили демоны – его собственные или наши.
– А знаете, – произнес я, глядя на распечатки, – это очень похоже на один мой рисунок. Я никому его не показывал, кроме Мелиссы. Я тогда взял карту Геркулеса… и окружающей территории… и…
Мелисса раскрыла рот.
– Боже мой, ну конечно, так и есть! Как странно – это настолько… это действительно похоже на тот рисунок…
– Кажется, он есть у меня в моем наладоннике… его можно будет подключить к вашему принтеру… – Я осекся, внезапно почувствовав себя глупо. – Не знаю, насколько это существенно…
Пейменц посмотрел на меня.
– Существенно? Все линии сходятся сейчас в одной точке! Интуитивное прозрение и катастрофические совпадения, мой мальчик, становятся обычным делом. – Он повернулся к Ньерце. – Теперь очевидно, Ньерца, что интуиция – наш единственный проводник при сложившейся ситуации. И, возможно, еще эрудиция… Что, кстати, напомнило мне… – Он принялся рыться в своих многочисленных карманах и наконец извлек кассету с записью, сделанной нами, когда демон вещал по телевизору на своем собственном языке. – Если бы вы прогнали это через свои лучшие переводческие программы… Попробуйте шумерские аналоги.
В соседней комнате стоял ряд компьютеров. Электричество тогда еще работало, и для них не составило никакого труда перекачать содержимое моего наладонника к себе в систему. Я прошелся по своим сохраненным файлам, ища в первую очередь рисунки. На экране промелькнул набросок портрета мага А. О. Спейра, рисунок беременного ангела, рожающего демона…
– Интересно, – высказался Ньерца, увидев его… Изображение планет, выстроившихся вряд, и существа размером с планету, состоящего из электрических энергий, перепрыгивающего с одной планеты на другую; набросок Мелиссы, загорающей нагишом на крыше дома…
Этот рисунок я постарался пролистнуть насколько можно быстрее, однако Пейменц все же заметил: «Поразительная точность». И прикрыл рукой рот, скрывая улыбку, которую мы все равно бы не увидели под его бородой.
И вот наконец тот самый рисунок: отсканированная карта территории Геркулеса, включая нефтеперегонный завод. И, наложенная поверх нее, частично использующая в качестве своих элементов городские улицы, частично дорисованная от руки…
– Пентаграмма! – с удивлением проговорил Ньерца. – Перевернутая пентаграмма.
– Да, рогами вверх, – пробормотал Пейменц. – Постоянно эти совпадения… синхронизации более многозначительны, чем когда-либо… окружение чувствительно… очень чувствительно…
Я развел руками, пытаясь припомнить, как у меня родилась эта идея.
– У меня было… что-то вроде видения, я увидел область аварии как какой-то… алтарь, что ли – жертвенник с нарисованной на нем пентаграммой. Видите, по краям кровь? У меня было такое чувство, что люди, погибшие там, были принесены в жертву… Только я не знаю кому.
– Маммону? – предположила Мелисса.
– Наверное, все же не в буквальном смысле Маммону, – буркнул Пейменц. – Эх, если бы этот сукин сын Шеппард был здесь!
Ньерца застучал по клавишам, и вскоре мой рисунок был наложен поверх карты Геркулеса с отмеченными на ней местами появления демонов.
Они полностью совпадали с пентаграммой.
Мы провели ночь в помещениях, расположенных в подвале центра. Для нас принесли армейские койки, и мы с Мелиссой легли рядом, почти мгновенно погрузившись в сон. Мелисса, лежавшая, свернувшись калачиком под зеленым одеялом, спиной ко мне, успела только пробормотать:
– У тебя проблемы, знаешь об этом, подлый ты негодяй? Этот рисунок, где я загораю на крыше… там есть даже родимое пятно у меня на заднице – на моей голой заднице, которую ты по идее не должен был иметь возможности видеть… Не иначе, ты подсматривал за мной, когда я загорала!
– Как-то раз я искал тебя и нашел спящей на крыше… Это было чистой случайностью… Я сразу же ушел.
– Сразу же… Так я и поверила. И потом нарисовал все с такими подробностями… Черт побери, ты…
– Я же не виноват, что у меня фотографическая память… Но она уже посапывала носом; я заснул через несколько мгновений.
Ньерца и Пейменц устроили совещание с коллегами по Интернету и телефону, хотя некоторые из линий не работали. А электричество то включалось, то выключалось. На следующее утро мы сидели в маленькой комнате, где лежали распечатки, поедая нечто неестественно желтое, пересохшее, клейкое и соленое – как нам сказали, это называлось восстановленным омлетом.
– Мы тут поработали над разработкой теории, – сказал Ньерца, изгибаясь над своей тарелкой, как басовый ключ.
– Ночью? – спросила Мелисса. – Вам ведь тоже нужно отдыхать, разве не так, доктор Ньерца?
Он отвечал на это проявление заботы скромной улыбкой. Я отвел взгляд и заскрипел зубами.
– Я поспал несколько часов, благодарю вас, – ответил он. – Как бы то ни было, наша теория такова, что эта промышленная авария в Геркулесе не была случайной – ее параметры были тщательно высчитаны. Вот здесь, в Детройте, несколько лет назад тоже была авария. В Майами аварий не было, но вместо этого было то, что, кажется, назвали «раковыми коридорами», распространяющимися от промышленных территорий – вот здесь… Доктор Мендель полагает…
– Я полагаю, что это также не было случайностью, – произнес приземистый, коренастый лысый человек, говоривший с акцентом, похожим на голландский. Войдя в комнату, он стянул с себя пальто и швырнул его на стул, который упал под тяжестью. Пришедший даже не взглянул в ту сторону. Он принес с собой пакет – что-то длинное и узкое, завернутое в коричневую бумагу. Мне пришел на ум меч в ножнах, но я тут же сказал себе: «Какая глупость, это не может быть меч». Он положил пакет на стол.
Ньерца представил нас доктору Менделю. У того было лишенное возраста лицо, в котором проглядывало что-то восточное, словно он был на четверть азиатом, а частично – кем? – голландцем? Немцем? Мне показалось, что ему было около пятидесяти, но об этом было трудно судить. Его глаза были бездонно-черными. На нем был помятый серый костюм и простые кроссовки; он пересек комнату, чтобы пожать нам руки, его движения были удивительно пружинистыми. Он выглядел усталым, однако казалось, что его подпитывал некий неисчерпаемый источник внутренней энергии. Во всем, что он делал, присутствовала не поддающаяся объяснению упругость.
– Да, – сказал он, глядя на распечатки. – Я полагаю, что ни один из этих случаев не является случайностью. Некоторые из них произошли прежде других, однако каждый был тщательно выверен. Некоторые породили более значительные пульсации, некоторые менее; то есть для некоторых случаев требовались внезапные и обильные человеческие жертвы, ограниченные небольшим пространством; для других предпочтительнее оказались медленные смерти или просто длительные страдания. Это планировалось на протяжении сорока лет – может быть, даже дольше. Возможно, на самом деле начало этому положил еще Бхопал. Ведь демоны появились и в других странах тоже. Но мы сосредоточились на этой стране, выбрав ее чем-то вроде испытательного полигона для нашего расследования.
– Кем планировалось? – спросила Мелисса.
– Вот в этом-то и вопрос. Я предпочел бы подождать, прежде чем высказывать свои предположения принародно… Требуется больше информации.
«Кто этот человек? – подумал я. – И к чему он клонит всеми этими разговорами?»
Его окружал странный запах – не то чтобы неприятный, скорее экзотический. Может быть, благовония?
– Если они были не случайными… эти промышленные катастрофы, – медленно начал я, – и если… если демоны являются их побочным продуктом, прошу вас, расскажите нам, что вы об этом думаете. Выскажите ваши предположения. Кто это запланировал? И каким образом? Это было что-то вроде ритуала?
Я говорил все быстрее и быстрее, с растущим возбуждением, питаемым надеждой. Настоящей надеждой – поскольку если у того, что происходило вокруг, было какое-то объяснение, то, значит, могло найтись и решение. Если было объяснение, то это означало, что вселенная и сама наша жизнь не были безумием, бессмыслицей, где первый попавшийся бог хаоса мог напустить на нас своих демонов. Это означало надежду на то, что во всем этом все же есть скрытый смысл.
– Я хочу сказать – если кто-то планировал это, значит, существуют какие-то законы, какие-то…
Мендель остановил меня, подняв руку, поскольку в этот момент в комнату кто-то вошел. Я понял: что он не хотел, чтобы эти вещи обсуждались в присутствии нового посетителя.
Пейменц положил несколько распечаток лицевой стороной вниз поверх тех, что лежали на столе, так чтобы их не было видно.
Посетитель оказался профессором Лаэртом Шеппардом, который выглядел в точности таким же, каким я его видел в последний раз, хотя в его глазах было что-то, заставлявшее вспомнить о свече как раз после того, как ее задули, – мерцание, угасающее до состояния пепла. Он подошел к столу, возле которого мы стояли, взглянул на него и тут же отвел взгляд. – Джентльмены, – произнес он. Он посмотрел на Мелиссу, растрепанную, как беспризорник, и как мне показалось, в его взгляде промелькнуло замаскированное желание. – Мелисса, я рад видеть, что вы… э-э…
– Жива, вы хотели сказать, – закончила она.
– Именно так. – Он повернулся к Менделю всем корпусом, точно наводя орудийную башню, и проговорил: – Не буду тянуть. Я пришел, чтобы просить вас принять участие в нашем проекте по умиротворению.
– И что это означает конкретно, Шеппард? – пророкотал Пейменц. – И кем конкретно предложен этот проект?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов