А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

"Нас ожидают нелегкие времена, дети. Вашему отцу придется изменить свой образ жизни. Он должен как можно меньше работать и как можно больше отдыхать. Нам будет очень нелегко приспособиться к этому. Что вы мне скажете? Вы сможете приноровиться к новому порядку? Привыкнуть к переменам в нашем доме?"
Тогда Кевину показалось, будто речь идет о таком пустяке, что и говорить о нем не стоит. Но теперь он начал понимать, что дело далеко не пустячное. У него даже появилось ощущение, что отец перестал походить на себя прежнего. Порой он казался Кевину совершенно чужим человеком. Правда, мать предупредила, что отец станет немножко другим, но не до такой же степени, в конце концов! С подобным обстоятельством будет чрезвычайно трудно смириться.
- Ну так что? - нетерпеливо спросил Гленн, когда молчание сына затянулось. - Тебе нравится мое новое хобби или нет?
Кевин поднялся со стула и попятился к двери.
- Да, папа, - сказал он, стараясь не смотреть отцу в глаза. - Прекрасная идея. Разумеется, я притащу тебе все эти бумаги. До встречи.
Кевин вышел из больницы, напряженно размышляя над словами отца. А если забыть о его просьбе и вообще не показываться ему на глаза? Пару недель назад реакция отца на подобное поведение была бы совершенно ясной и предсказуемой: отец просто наорал бы на него и через минуту забыл бы обо всем. Но сейчас Кевин не был уверен, что все произойдет именно так. После сердечного приступа отец стал совершенно другим. Нет, лучше сделать так, как приказано.
Глава 19
- Я хочу сказать, понимаете... Боже мой, она же не совершила никакого преступления! Конечно, это была ошибка с ее стороны, но кто из нас не совершает ошибок? Это же Капитолийский холм, в конце концов! Если ей хорошо платили, она была довольна... Вы понимаете, что я имею в виду?
Энн Джефферс стояла на тротуаре напротив того самого серого дома, где проживала и одновременно занималась своим бизнесом Шанель Дэвис. Энн уже около двадцати минут беседовала с молодым человеком, который настойчиво убеждал ее в верности своей сексуально-экономической теории свободного предпринимательства, но так и не могла выяснить, знал ли он погибшую лично и пользовался ли когда-либо ее услугами. И все же Энн позволила фотографу сделать несколько снимков молодого человека, надеясь, что они пригодятся для освещения этого события. Парень, как показалось Энн, являлся самой яркой фигурой во всей серой толпе, собравшейся на Бойлстон-стрит, чтобы поглазеть на происходящее. Именно в момент съемки Энн пришло в голову, что, может быть, ей с Гленном стоит подумать о переезде в более спокойный и более безопасный район города, куда-нибудь подальше от Бродвея - хотя бы до той поры, пока Хэдер и Кевин не станут достаточно взрослыми.
По толпе пробежал ропот. Энн мгновенно прервала интервью с молодым человеком и начала проталкиваться вперед, бесцеремонно расталкивая зевак. Из двери дома в это время выкатили медицинскую тележку с трупом Шанель Дэвис в черном мешке. Изобразив на лице абсолютную уверенность в правильности своих действий, Энн пересекла улицу и приблизилась к группе полицейских и медиков. Наглая самоуверенность всегда помогала ей попадать на место преступления задолго до того, как туда допускали прессу. Однако на этот раз ей не повезло. Во-первых, она была довольно легкомысленно одета, а во-вторых, к ее несчастью, среди полицейских оказалась Лоис Эккерли, с которой Энн никак не могла найти общий язык.
Поравнявшись с тележкой, Энн остановилась как вкопанная, не в силах оторвать взгляд от черного мешка. Это зрелище всегда поражало ее анонимностью того тела, которое находилось в этом мешке. Мешок не только скрывал от посторонних обезображенный труп жертвы, но и привлекал к себе всеобщее внимание таинственностью своего содержимого. Конечно, Энн понимала, что пластиковые мешки весьма практичны, но все же старомодные одеяла, которыми раньше накрывали трупы, были, на ее взгляд, менее оскорбительны для невинных жертв.
- Вы не могли бы позволить мне взглянуть на нее? - как можно деликатнее спросила Энн у полицейского в штатском.
Лоис Эккерли решительно покачала головой:
- Когда труп уже в мешке, открыть его имеет право только судебно-медицинский эксперт.
Энн резко повернулась и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж, но не тут-то было. На ее пути снова выросла Лоис Эккерли.
- А ее квартира все еще является местом преступления, - твердо заявила Лоис.
- Не стоит осуждать девушку за попытку, - с иронией заметила Энн и невинно улыбнулась.
- Вам тоже не стоит осуждать девушку за то, что она не пускает вас, - таким же шутливым тоном ответила ей Эккерли. - Оставьте нас в покое, Джефферс. Вы же неплохо знаете правила.
Энн грустно посмотрела на ведшую вверх лестницу и отступила, прекрасно зная, что с полицейскими нет смысла спорить - тем более с такими, как Лоис Эккерли. Энн знала ее уже не один год, с того времени, как ее подключили к делу Крэйвена, и Лоис еще никогда не отступала от правил.
- А как насчет нескольких вопросов?
Это был последний шанс получить хоть какую-то информацию о происшествии, однако Лоис снова покачала головой.
- Нет времени, - сказала она и пошла вверх по лестнице. Энн хотела обратиться с такой же просьбой к другому полицейскому, но в этот момент загудел мотор автомобиля, которому предстояло отвезти труп Шанель Дэвис в морг. Может быть, стоит поехать за машиной и попробовать получить доступ на вскрытие? Рядом с Энн загрохотал знакомый голос:
- Даже и не думай об этом. Журналистам запрещено присутствовать при судебно-медицинской экспертизе.
Энн густо покраснела и резко повернулась к лестнице, по которой спускался Марк Блэйкмур. Он ухмылялся, глядя на нее сверху вниз.
- Тебе позвонили из газеты или ты услышала об этом по своему сканеру?
- Из газеты, - призналась Энн. - Я уже давно не прослушиваю сканер. Ну так что же там случилось? Полагаю, это никак ни связано с предыдущими убийствами.
- А как насчет чашечки кофе? - неожиданно предложил Марк. - Мы уже почти все здесь закончили, и Эккерли может посидеть, пока парни из лаборатории сделают все необходимое. Давай посмотрим, что тебе удастся выудить из меня.
- Ладно, - согласилась Энн и тут же добавила: - Но только по-голландски. Каждый платит сам за себя. Пресса должна быть неподкупной.
Блэйкмур болезненно поморщился:
- А копы не могут даже пончик съесть за чужой счет.
Спустя пять минут они уже входили в ресторан "Чарли" через заднюю дверь. Выбрав уютный столик в дальнем конце зала с окнами на Бродвей, они прошли туда, даже не посмотрев на трех посетителей, хлебавших спиртное в десять часов утра.
- Мне очень нравится это место, - сказала Энн и тяжело вздохнула, оглядев величественный викторианский интерьер ресторана. Подобные рестораны исчезли почти двадцать лет назад - остался только "Чарли", да и тот превратился из роскошного заведения в некую ностальгическую забегаловку, напоминавшую людям старшего поколения об их славном прошлом.
- Двойной без пены? - спросил Блэйкмур, когда к ним подошла официантка. Увидев, что Энн молча кивнула, он поднял вверх два пальца. Пока им готовили кофе и все остальное, Энн полезла в сумку и достала оттуда репортерский магнитофон.
- Угу, - многозначительно хмыкнул Блэйкмур, - ты, конечно, можешь попытаться выудить у меня кое-что, но только на твоей пленке не должно быть моего голоса. Никаких интервью, пока мы не узнаем об этом деле чего-либо существенного. Договорились?
Энн нехотя положила магнитофон обратно в сумку.
- Ты же знаешь меня, Марк, я всегда беру только то, что мне дают. Итак, что же происходит? Прошел слух, будто вашу спецгруппу распустили преждевременно.
Марк Блэйкмур горестно закатил глаза:
- Не верь известиям, полученным из третьих рук.
- Хорошо, - кивнула Энн. - Но, с другой стороны, я была бы плохой журналисткой, если бы не поинтересовалась, почему появляются подобные слухи. Что случилось? Имитатор?
Детектив слегка призадумался, и Энн поняла, что в этот момент в его голове вновь встала картина преступления. Наконец он пожат плечами:
- Если это и имитатор, то, должен тебе признаться, самый худший из всех. К тому же имитаторы начинают подражать почти сразу же после сообщения о делах своего кумира, а этот появился только сейчас, то есть спустя два года после ареста Крэйвена. Да и до ареста у Крэйвена не было никаких имитаторов.
- А ты уверен в этом? - спросила Энн, пристально глядя на детектива.
- Да, уверен, - решительно ответил тот. - Ты же сама прекрасно знаешь, что у Крэйвена был свой почерк, своя манера действий... - Блэйкмур замолчал, увидев приближающуюся официантку. Положив в чашку две ложки сахара и размешав его, он отхлебнул глоток и продолжил: - Самое неприятное, что между этим делом и делом Крэйвена есть определенное сходство.
Репортерское чутье заставило Энн настороженно замереть.
- Например? - спросила она, стараясь не выдать своего волнения.
Блэйкмур заметно напрягся, сосредоточился и начал поочередно загибать пальцы на правой руке:
- Во-первых, нет никаких признаков борьбы. Помнишь, как погибали все жертвы Крэйвена? Создавалось впечатление, будто они добровольно шли на смерть. То же самое произошло и с Дэвис. Конечно, она была проституткой и думала, что подцепила щедрого клиента. Во-вторых, - Марк загнул второй палец, - ее грудная клетка вскрыта и вырезаны все внутренние органы.
Энн до хруста сжала зубы и почувствовала легкое головокружение, как это бывало всегда, когда она узнавала о подобных преступлениях.
- В точности так делал Ричард Крэйвен.
- За исключением того, что этот парень - абсолютный дилетант, - продолжал Блэйкмур. - Кроме того, он сперва сломал ей шею.
- Ричард Крэйвен так никогда не поступал, - заметила Энн и нахмурилась. - Он никогда не убивал свои жертвы до начала... этих действий. Разве не так?
- Совершенно верно, - согласился с ней детектив. - Насколько нам известно, он этого никогда не делал. - Блэйкмур огляделся по сторонам, а потом наклонился к собеседнице: - Но дело в том, что этот подонок, похоже, вскрыл ее грудную клетку еще до того, как она умерла. Об этом свидетельствует большое количество крови, вытекшей из раны.
Энн уставилась на детектива немигающим взглядом:
- Ну так кто же он? Имитатор или нет?
Блэйкмур провел пальцем по кромке чашки, напряженно обдумывая ее вопрос. Конечно, он не имел права делиться информацией с репортером на ранней стадии расследования, но он был уверен: Энн Джефферс не напишет ничего такого, что пойдет ему во вред. К тому же он уже привык за последние годы советоваться с этой весьма неглупой женщиной. А самое глазное - она нравилась ему.
- Я не знаю, - откровенно признался Блэйкмур. - Если бы преступник не вскрыл ее грудь и не разбросал внутренние органы по всей кухне, я бы подумал, что это был человек, которого Дэвис хорошо знала и даже любила. Там не найдено абсолютно никаких следов борьбы, никаких следов насильственного вторжения в квартиру. Похоже на то, что он просто убил ее и преспокойненько удалился.
- А кто это мог быть?
Блэйкмур снова покачал головой.
- Никаких признаков изнасилования или чего-нибудь в этом роде, - он тяжело вздохнул. - Вот это-то и беспокоит меня больше всего. Если не было борьбы и сексуальных домогательств, то что же там было, черт возьми?
Энн помолчала, обдумывая услышанное. Она полностью доверяла Блэйкмуру и решила поделиться с ним своими соображениями.
- В последнее время в прессе очень много писали о Ричарде Крэйвене, - осторожно начала она. - И я, пожалуй, больше, чем кто бы то ни было. Думаю, что тем самым мы подтолкнули кого-то к опасной черте.
Блэйкмур впился в нее глазами.
- Такая же мысль пришла только что в голову и мне, - признался он. - У меня дурное предчувствие, Энн. Мне даже кажется, что сейчас, когда Крэйвена уже нет в живых, кто-то настойчиво пытается подражать ему, стараясь запутать нас.
- И если это действительно так?.. - спросила Энн, хотя и сама прекрасно знала ответ.
Губы детектива сжались в тонкую линию.
- Значит, за этой жертвой неизбежно последуют другие.
Он грустно вздохнул, а потом сердито проворчал:
- Иногда я просто перестаю что-либо понимать, Энн. Только мы избавились от одного серийного убийцы, как тут же появляется другой.
- Может быть, до серийных убийств дело не дойдет, - попыталась утешить его Энн.
Блэйкмур задумчиво помешивал ложкой кофе.
- Может быть.
При этом они оба прекрасно знали, что обманывают себя.
Глава 20
Мальчик хорошо знал, что кошка где-то здесь, хотя и не видел ее. Она всегда пряталась от него в густых листьях рододендрона, посаженного его матерью вдоль изгороди. Мальчик не мог понять, почему она никогда не покидает их двор, и в конце концов пришел к выводу: там, за забором, существует нечто такое, что пугает кошку даже больше, чем он сам.
Посетила его и еще одна догадка, которая с каждым днем перерастала в прочную уверенность:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов