А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Нервно гудели сирены. Время от времени порывы ветра доносили характерный запах свежей крови.
Несмотря на свой артрит, Смит взлетел по гранитной лестнице почтового управления, перешагивая сразу через две ступени. Сейчас все решало время.
Взглянув на запечатленный в камне девиз почтовой службы, глава КЮРЕ почувствовал, как по спине его пробежал непривычный холодок.
— К мистеру Финкельперлу сейчас нельзя, — начала было секретарь почтмейстера, но Смит тотчас помахал у нее перед носом удостоверением почтового инспектора.
— Минуточку, — проворковала девушка.
Харолд В. Смит терпеливо ждал. Через несколько секунд его действительно впустили в кабинет.
На лысеющей голове начальника нью-йоркского почтового управления проступали крупные капли пота. На его открытом лице лежала печать неземной тревоги — такое выражение обычно бывает у человека под дулом пистолета.
— Вы Рейли? — спросил он у Смита.
— Смит, — отозвался тот.
— А что случилось с Рейли?
— Задерживается.
Финкельперл посмотрел на свои наручные часы.
— Он должен быть с минуты на минуту.
— Тогда давайте начнем. Мне нужны имена и домашние адреса всех сотрудников Почтовой службы США, которые имели доступ к тем линейным ящикам.
— Мы уже сократили этот список до одного человека. Это Ал Ладин — водитель почтового грузовика.
— Его адрес?
— Джейн-стрит, семьдесят пять, в Виллэдже.
— У Ладина были какие-то психические отклонения?
— Нет. Его непосредственный начальник характеризовал его как разумного человека. Парень прошел все обязательные тесты Карнеги и курсы по стрессовым ситуациям. Он очень радовался, когда его в прошлом месяце перевели на грузовик. Ему почему-то не нравилось разносить почту. Никак в толк не возьму, что с ним такое могло случиться!
— Какие меры вы приняли, чтобы обезопасить другие линейные ящики?
— Другие...
— Да, другие ящики!
— Послушайте, но мы же должны доставлять почту. Не можем же мы остановить поток почты из-за...
— Из-за массового убийства, — подсказал Смит.
— Да, даже из-за массового убийства. Почта должна работать исправно. Вы же знаете наш девиз — и в снег, и в дождь...
— Приказываю вам принять необходимые меры по обеспечению безопасности всех линейных ящиков города.
— Вы хоть представляете, о каком количестве ящиков говорите? Их более трех тысяч. Да-да, именно три тысячи ящиков.
— Тогда вам следует приступить немедленно, — скомандовал Смит. — Я свяжусь с вами.
Харолд В. Смит вышел из кабинета почтмейстера.
Проходя по роскошному вестибюлю, он заметил человека, на суровом лице которого прямо-таки читалось, что он почтовый инспектор. Впрочем, Рейли едва удостоил Смита взглядом.
К тому времени, когда инспектор подошел к кабинету почтмейстера, глава КЮРЕ уже растворился в каньонах Нью-Йорка.
* * *
Джейн-стрит Смит нашел легко. Старый, но еще хорошо сохранившийся дом номер семьдесят пять находился в конце улицы, примыкавшей к Гудзону.
В доме оказалось всего три квартиры. Вверху, над кнопкой звонка красовалась надпись: «Ал Ладин». Не рассчитывая, что ему тотчас откроют, глава КЮРЕ нажал на кнопку. Так он и думал — никто не отозвался. Тогда Смит нажал на соседнюю кнопку.
— Да? — ответили в квартире номер один.
— Смит. Федеральное бюро расследований. Вы владелец этого здания?
— Ну да, оно мое.
— Я хотел бы поговорить с вами относительно одного из жильцов.
Его немедленно впустили.
На пороге стоял чернобородый мужчина в белой рубашке с открытым воротом. Он выглядел так, будто последний раз брился во времена правления президента Картера.
— А что случилось?
— Когда вы в последний раз видели Ала Ладина?
— Ала? У него неприятности?
— Пожалуйста, отвечайте на вопрос, — с нажимом произнес Смит.
— Два дня назад. Он ведь приходит и уходит. Я не обращаю на него особого внимания.
— Я хотел бы осмотреть его квартиру.
— А ордер у вас есть?
— Он не требуется, если вы готовы сотрудничать.
Домовладелец поскреб свою курчавую бороду, прищурил один глаз, затем другой, как бы взвешивая все «за» и «против» обоими полушариями своего мозга.
— Если бы я знал, зачем...
— Это, возможно, прольет свет на серию взрывов в городе.
— Только не говорите, что Ал — террорист!
— Я ничего подобного и не говорил, — скривился Смит.
— Тогда в чем дело?
— Мистер Ладин — почтовый служащий.
Домовладелец ухватился за дверную раму.
— Вот как! А я и не знал. Вы уверены?
Глава КЮРЕ кивнул:
— Он развозит почту.
— Черт побери, мне и в голову не приходило. Жуть-то какая!
— Подавляющее большинство почтовых служащих не склонно к насилию, — объяснил Смит.
— Ну да. Я ведь читаю газеты и смотрю телевизор. По-моему, они постепенно превращаются в психов. Если так будет продолжаться, то в фильмах почтовики скоро заменят нацистов в роли плохих парней.
Харолд В. Смит многозначительно закашлял.
— Сейчас я принесу ключ, — поспешно проговорил домовладелец.
* * *
Квартира была скудно обставлена и в общем-то ничем таким не отличалась. Разве что стены во всех комнатах были окрашены в зеленый цвет, причем одного и того же оттенка.
На лице домовладельца отразилось неподдельное удивление.
— Господи, вы посмотрите, что он сделал со стенами! Ведь зеленый цвет — это же цвет безумия!
— Ошибаетесь. Цвет безумия — пурпурный.
— Я считал, что пурпур — королевский цвет.
— Да, цвет королей и сумасшедших, — подтвердил Смит. — А сейчас попрошу вас подождать в коридоре.
Глава КЮРЕ закрыл дверь перед самым носом любопытного домовладельца и медленно обошел шести-комнатную квартиру, не зажигая света и ни к чему не прикасаясь — чтобы, не дай Бог, не оставить отпечатков пальцев.
В небольшом кабинете на складном столике стоял самый обычный компьютер фирмы «Ай-Би-Эм», плотный чехол защищал клавиатуру от пыли. На противоположной стене висел плакат с надписью «Спасите Иерусалим!».
Смит нахмурился. До сих пор ему не доводилось встречать такой лозунг.
Компьютер оказался включенным. Что ж, ничего удивительного. Иногда машины работают месяцами, хотя, с точки зрения Смита, это было ужасным расточительством — целых двенадцать центов в сутки! С другой стороны, если компьютер включать и выключать, он изнашивается гораздо быстрее.
Смит всмотрелся в изображение на экране и обнаружил там «картинку». Еще одна пустая трата денег. Современные мониторы, через определенное время автоматически отключившись, показывают «звездное небо».
На дисплее высвечивалось длинное здание на низком холме, расположенном на самом берегу голубого залива. Какое-то время «картинка» не менялась. Затем на подъездной аллее появился грузовик, оставлявший за собой клубы пыли. Приблизившись к будке охранника, грузовик прибавил ходу. Из будки выскочил человек в форме и открыл беспорядочный огонь. Крошечная «М-16» выпускала электронные пули, не причинявшие нападающим никакого вреда.
Сбив охранника, грузовик на полном ходу врезался в длинное низкое здание, которое под аккомпанемент доносящихся из динамика взрывов разлетелось на красно-желтые обломки.
После того как пыль улеглась, все повторилась снова.
В разыгрываемой сцене было что-то очень знакомое. Смит решил, что перед ним некая детская электронная игра, рекламу которой он недавно видел по телевизору.
Больше при беглом осмотре зеленой квартиры не обнаружилось ничего необычного.
Глава КЮРЕ уже направлялся к двери, когда компьютер внезапно ожил.
— Алла акбар! — выкрикнул высокий, тонкий голос.
Смит замер. Голос показался ему знакомым. Собственно, не этот именно голос, а вообще... Подобные голоса ему приходилось слышать не однажды. На Востоке. В выпусках новостей с Ближнего Востока и документальных фильмах.
Это был голос мусульманского муэдзина, призывающего правоверных на молитву.
— Алла акбар!
— Алла акбар!
Пронзительный голос стих, и заговорила какая-то женщина на языке, в котором глава КЮРЕ узнал арабский. Затем фразу повторили по-английски.
— Время послеполуденной молитвы.
Смит бросился обратно к монитору. Он уже давно заметил коврик, лежавший у компьютера, но только теперь понял, что это такое. Мусульманский коврик для молитвы, обращенный к пустой стене. Директору «Фолкрофта» не понадобилось много времени, чтобы определить, что в той стороне находится Мекка.
Сценка на экране беспрерывно повторялась. Смит задумчиво нахмурился и сел на стул.
На этот раз, прежде чем длинное низкое здание разлетелось в прах, глава КЮРЕ успел заметить на его крыше флаг. Американский флаг.
— Казармы морской пехоты в Ливане, — вдруг ошеломленно прошептал он. — Инсценировка атаки на казармы американской морской пехоты в Ливане...
Недоумение на сером лице Смита через минуту сменилось решимостью.
Отключив компьютер, он отодвинул в сторону бесполезный монитор и клавиатуру, вытащил винчестер из системного блока и сунул себе под мышку.
Держа в одной руке этот самый блок, а в другой — свой неизменный портфель, Смит подошел к двери.
— Пожалуйста, откройте, — потребовал он. — У меня обе руки заняты.
Дверь тут же распахнулась.
— Минуточку! — воскликнул домовладелец, увидев, как нагружен гость. — Разве вы вправе забрать это?
— Ну так забираю же.
— Я имею в виду — на законных основаниях...
— Это материальное доказательство совершения террористического акта против суверенной территории Соединенных Штатов, — чеканя каждое слово, проговорил Смит.
На домовладельца фраза произвела неизгладимое впечатление. Он побледнел и сделал шаг назад.
— А что, если Ал возвратится? — испуганно спросил он.
— Он никогда не возвратится.
— Но ведь один из тех психов, которые пытались взорвать Центр международной торговли, вернулся-таки, чтобы что-то забрать, — фыркнул домовладелец, спускаясь вслед за гостем по темной лестнице.
Глава КЮРЕ не сразу нашелся с ответом.
— Если он вернется, постарайтесь его не спугнуть. Сразу известите ФБР. Спросите спецагента Роуленда.
— Ладно. Никак не могу поверить, что он террорист. Это ведь хуже, чем почтовый служащий, верно?
— Гораздо хуже.
Домовладелец распахнул перед Смитом входную дверь. Уже на пороге тот повернулся и задал вопрос, который давным-давно вертелся у него на языке.
— А как Ладина зовут?
— Аллах. Но все звали его Ал.
— Меня здесь не было, — предупредил глава КЮРЕ и сбежал вниз по ступенькам.
Глава 8
Первое, что сделал Римо, вернувшись домой в Квинси, штат Массачусетс, — это проверил, нет ли сообщений.
Он решил, что автоответчик встретит его красным мигающим огоньком, но аппарат бездействовал.
— Может, Смит еще не знает об Осаке, — задумчиво протянул Римо.
Мастер Синанджу многозначительно погрозил своим чехлом для ногтя.
— Э, нет. Смит со своими оракулами все видит и все знает.
— Может, японцы пока молчат об инциденте?
— Император все равно узнает.
— По крайней мере он не звонил, — покачал головой Римо. — Хорошо бы, он не стал сердиться.
— А чего бы ему сердиться? Мы только выполняли его императорскую волю.
— Ага. И все кончилось международным инцидентом. В Японии твой портрет, наверное, красуется сейчас в каждом почтовом отделении.
Чиун погладил редкую бороденку.
— Не стану возражать, если мой портрет поместят на почтовую марку. Главное, чтобы моя внешность не была обезображена ненужной растительностью.
— Я имею в виду — на плакатах «Разыскивается».
Улыбка исчезла с губ японца.
— Зная японцев, я не сомневаюсь, что мне не выплатят заслуженной награды, — фыркнул он.
— Может, посмотрим новости, — предложил Римо. — Уже почти шесть.
— Да. Будем смотреть Бев Ву.
— Которую? — уточнил Римо.
— Конечно, более внушительную.
Ученик нахмурился.
— Ты хочешь сказать — толстую?
— Она внушительная, а не толстая. Только такой западник, как ты, осмелился называть грациозную Бев Ву таким ужасным словом.
— Мне нравится другая Бев Ву. Та, которая на седьмом канале.
— Бев Ву с пятого канала — единственная, которая заслуживает внимания.
Они поднимались по лестнице в башню для медитирования. Чиун спешил, стараясь первым успеть к телевизору с большим экраном. Экраны мерцали по всему дому, но Римо с Чиуном смотрели телевизор только в башне.
— По крайней мере она не Чита Чинг, — хмыкнул Римо.
— Не упоминай при мне этого имени!
— Извини.
Он разбередил старую рану Чиуна. В восьмидесятые годы тот был тайно влюблен в ведущую одного из общенациональных телеканалов. Все шло своим чередом, пока мастер Синанджу обожал ее издали. Но когда он попробовал искать взаимности, то обнаружил, что имеет дело с прожорливой телеакулой.
В результате старик разлюбил Читу Чинг, ранее то же самое произошло с Барброй Стрейзанд. С тех пор в жизни мастера Синанджу больше не было женщин.
Беверли Ву отнюдь не являлась предметом обожания Чиуна. Она уже давно работала репортером местного пятого канала, но до недавних пор кореец не обращал на нее особого внимания.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов