А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Его не оставляло чувство голода, и он вынужден был повысить уровень кислорода в отсеке. Стрейкер надавил на педаль у своих ног, чтобы обогатить воздушную смесь.
— Руль в сторону!
Эллис почувствовал, как курс «Ричарда М.» изменился еще больше. Твердый голос Брофи перекрыл звон в ушах Стрейкера:
— Четыре-два, четыре-два. Скорость растет. Приготовиться к перелету!
Носовые двигатели корабля были слабее двигателей в центре тяжести. Вскоре стрелки индикаторов поползли от нулевой отметки. Астронавты почувствовали, что давление увеличилось, затем корабль пошел нормально, и они сделали вторую корректировку курса. Нарастал глухой шум. Было смертельно холодно. «Плохо дело», — размышлял Эллис. Корабль идет на одной десятой, подсказывала логика, когда он смотрел на дисплей индикатора, расцветший великолепным изображением. Мысли не давали покоя, мобилизуя все новые резервы. Теперь он видел, что допустил несколько ошибок. Это угрожало провалить весь перелет, если он не соберется и не сконцентрирует внимание. «Проклятье! Корабль уже на трех десятых и волочит брюхо, как будто полон свинца…» — Эллис посмотрел на колебания большого индикатора: корабль трясло в космических вихрях.
— Стоп машина!
Брофи передал приказ Эллиса команде на капитанском мостике и остановил корабль. Но Стрейкер все еще был не удовлетворен. В лучшие времена «Ричард М.» мог дать задний ход и снять увеличение гравитации на корме, потому что силы прилива и отлива, идущие от звезды, перевели бы корпус как раз в оптимальное положение. Между тем индекс неумолимо падал. Тяжелые белые волны голограммы наплывали с экрана, захлестывая комнату, словно протоплазма. Эллис сильно забеспокоился. Он покрылся холодным потом и стиснул зубы. Когда он интуитивно почувствовал направление траектории корабля, желваки его заиграли. Скорость стремительно снижалась. Через несколько минут заработали двигатели, и Эллис услышал голос Брофи, доносившийся откуда-то издалека:
— Десять секунд! Удачи!
В этот ответственный момент, находясь в самом чреве корабля, Эллис мобилизовал всю свою волю, необходимую для пробуждения пси-энергии. Он почувствовал, как она поднимается по его телу и охватывает мозг. Все параметры корабля стали осязаемы, он и корабль превратились как бы в единое целое. Эллис осознал, что компьютер методично обследует корпус, пытаясь вычислить конечный курс, согласно которому Стрейкер должен командовать отбой. Логика компьютера, работавшего в академическом стиле, не годилась для критической ситуации. Орбита была плохой, но и состояние корабля — не лучше. Кровь закапала из ноздрей Эллиса. Он закричал. Затем все погрузились в темноту.
Стрейкер очнулся, когда перелет уже почти закончился. Его тело было покрыто холодным потом, и он чувствовал огромную усталость. Замедлители работали на полную мощность, но ускорение достигало отметки ста единиц даже при хорошем действии стабилизаторов. «Главное — не превратиться в пыль», — промелькнула у него мысль.
Эллис приказал Боуэну помочь рулевому и умылся как сумел остатками воды. Затем направился на корму, в кабину Хавкена. Глаза командора были желтыми, на лице разлилась зловещая бледность.
— Где мы, Эллис?
— В Корее.
— Какая система? Сколько до нее?
Стрейкер глубоко вздохнул и наклонился над терминалом, едва удерживая равновесие.
— Шесть или семь астрономических единиц — достаточно, чтобы найти хорошую орбиту.
Хавкен с трудом сел.
— Нет… Ты не должен вести мой корабль на Сеул… Корейцы…
— Не на Сеул, а на Чеджудо.
— Чеджудо? — голос Хавкена чуть оживился, в то время как сам он находился в полуобморочном состоянии.
— Индекс против нас на всем пути от Садо. Мы не можем прямиком лететь домой.
Область Чеджудо находилась в той части системы корейского квадрата, на которую претендовал Ямато несколько лет назад. Здесь были две населенные планеты: сама Чеджу и Мокпхо, где находилась совершенно изолированная религиозная колония Солнечной Луны Мун. Иногда американские торговцы останавливались на Чеджу. Корабли вроде «Ричарда М.» делали там мелкий ремонт. Только здесь они могли получить помощь.
— Ты знаешь, какой сегодня день? — спросил Эллис Хавкена.
Тот с трудом откинулся назад.
— Нет.
— Рождество.
— Рождество?
— Да, — ответил Эллис мрачно. — С Новым годом, командор!
Стрейкер спустился вниз к рабочему отсеку корабля и снова поручил черную будничную работу Инграму и Бонетти, которые были заняты стабилизаторами. Но Инграм обратился к нему вместе с пятью другими членами экипажа и доложил, что за прошедший день в стабилизаторах обнаружились новые неисправности.
— Мы боремся и проигрываем, все из-за этого дерьмового корабля! — злобно проговорил Инграм.
Эллис уловил страх в его голосе и прочитал на лицах астронавтов немой вопрос. «Что вы собираетесь делать, капитан?» — казалось, хотели они спросить. Если бы произнесли это вслух, он не нашелся бы сразу с ответом. Стрейкер спустился вниз и осмотрел оборудование, окружавшее главные модули. Он знал, что при растущем ускорении все сложнее и сложнее ликвидировать неисправности.
Как и Хавкена, многих членов экипажа свалила лихорадка. Каждый день из кожаного гамака вытаскивали мраморно-серый труп и относили к спусковому желобу. В редкие дни не было ни одного трупа, в другие же умирало по три-четыре человека. В течение последней недели, когда уровень кислорода заметно снизился, погибло столько, что трудно было сосчитать. В живых осталось около тридцати человек. Они ослабели от голода, их внутренности опорожнялись быстрее, чем в них поступала вода. Половина уцелевших была близка к сумасшествию. Они не работали и не спали, а голодали и чахли, тупо уставившись в одну точку. Существовал только один способ бороться с психозом — дисциплина, хотя и в этом случае шансы на выживание были весьма призрачные.
В этой безвыходной ситуации Эллис вдруг услышал мягкий знакомый голос, доносившийся из небытия. «Заботься прежде всего о своем экипаже. Будь добр к людям», — спустя годы слышались наставления его первого пси-учителя Айртона Родриго. Эллис смотрел на своих людей — с ввалившимися глазами, голодных, требующих его объяснений. «Относись к ним с уважением. Не приказывай того, чего не хотел делать сам, когда был рядовым. Борись за жизнь даже самых паршивых из них, потому что они — единственное, что отделяет тебя от могилы».
— Эта скверная течь произошла из-за интенсивной работы двигателя на орбите, — сказал Эллис собравшимся вокруг него астронавтам. — Но стабилизатор продержится, пока мы не достигнем Чеджу.
Голос его звучал искренне, но делегация осталась на месте.
— Где мы сейчас находимся, капитан? Нам необходимо знать, потому что мы теряем этот стабилизатор, — наконец задал волнующий астронавтов вопрос Инграм.
— Корабль не протянет и дня. Чеджу слишком далеко отсюда! — в отчаянии выкрикнул Бонетти.
— Протянет. Я вам обещаю, — попытался успокоить их Эллис. Стрейкер солгал, но в этой ситуации он был вынужден скрыть правду.
— Как это?! Стабилизатор протянет потому, что вы так сказали, или потому, что вам так кажется? — взорвался Инграм.
— Послушайте меня…
— Нет! Это вы послушайте, капитан!
Эллис с трудом сдержал раздражение.
— Позаботьтесь лучше о ваших непосредственных обязанностях, Инграм. Мы должны продолжать полет. Хотя бы в течение недели.
— Недели?..
— Да. Чеджу находится в нескольких астрономических единицах от следующей орбиты.
— Но мы можем приземлиться на Мокпхо! С нашим индексом мы достигнем ее уже завтра!
Голос Эллиса перешел в рычание:
— Не вы управляете «Ричардом М.», Инграм!
— Этот долбаный корабль развалится к чертовой матери не позже чем через сутки, точно! Он заразился компьютерным вирусом еще до того, как мы приземлились на Садо! Давайте сядем на Мокпхо, капитан… Это самое лучшее, — умолял с выпученными от напряжения глазами Бонетти.
— Он прав, капитан! Да! Или это, или — смерть!
— Хорошо, капитан? — спросил Инграм.
Эллис вспыхнул от гнева. Несколько дней назад он понял, что стабилизаторы на «Ричарде М.» находятся в критическом состоянии. Можно было лишь подлатать их, но не более. Стрейкер сознавал, что сейчас необходимо заставить компанию Инграма поверить в то, что стабилизаторы продержатся и что они еще смогут дотянуть до дома. «Я заставлю их верить! — клялся он себе. — Я заставлю их довести эту бочку с дерьмом до Либерти, несмотря ни на что!»
— Вы хотите на Мокпхо, да?
— Конечно! Все хотим!
— Значит, вы хотите провести остаток жизни на каторге, вкалывал как безмозглые скоты?
Упоминание о религиозном рабстве, в котором заключенные сходили с ума от непосильной работы, смутило их.
— Вспомните корейский корабль, с которым мы повстречались на Бунгуране!
Инграм решил сменить тактику.
— О, Господи! Капитан, но даже это все-таки лучше, чем голод! Я устал от мучений.
— Я вижу, тебя беспокоит вовсе не стабилизатор, Инграм! Ты просто хотел сбежать! Но то, что ждет тебя на Мокпхо, в тысячу раз хуже голода на корабле. Ты хочешь отправиться туда? Они маньяки. Прежде чем убить нас, они выжгут мозг, заберут душу и вытянут остатки сил — вот что ждет нас на этой планете! А теперь отправляйтесь назад к стабилизаторам!
— Не смей мне приказывать! Ты, су… — Инграм резко шагнул вперед, но Эллис схватил его и отшвырнул прочь. Он повернулся к остальным астронавтам.
— Мы все находимся на одном корабле. Моя жизнь в такой же опасности, как и ваши. Еще раз повторяю: стабилизаторы достаточно крепки, чтобы дотянуть до дома. Если кто-нибудь еще желает обсудить это со мной, я готов.
Бонетти повалился на колени, молитвенно сложив ладони, и поднял на капитана искаженное страданием лицо.
— Пожалуйста… Приземлимся… Я больше не могу, — хрипло молил он Эллиса.
Стрейкер с трудом поднял Бонетти и поставил его на ноги. Силы обоих были уже на исходе. Эллис заставил Бонетти посмотреть ему в лицо.
— А теперь отправляйтесь к стабилизаторам!
Бонетти чуть покачнулся, что-то бессвязно бормоча. Эллис увидел в его глазах безумный блеск. В этот момент Бонетти захохотал и бросился на капитана, пытаясь вцепиться ему в горло. Неистовый, нечеловеческий взрыв энергии обезумевшего астронавта привел Эллиса в замешательство. Но порыв быстро угас. Тело Бонетти внезапно обмякло, руки безвольно опустились. Нервно хихикая, он повернулся и направился к внешнему люку. Прежде чем кто-либо успел ему помешать, Бонетти открыл люк, нырнул в шлюзовую камеру и повернул кран. Астронавты отпрянули. Они уже ничем не могли помочь несчастному и с ужасом наблюдали, как тело их товарища уносится в чистый вакуум. Одна из женщин, находившихся рядом, с перекошенным лицом подошла к Стрейкеру.
— Вы получили то, чего добивались, капитан!
— Разойтись по постам! Быстро!
Они повернулись, и Инграм молча увел их прочь, весь дрожа от гнева. Эллис понял, что ни этому человеку, ни кому-либо другому доверять уже нельзя. Но «Ричард М.» должен приземлиться на Чеджу.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Место действия: Садо
— Что они с нами сделают, Стрелок?
— Мы погибаем…
— Сто тридцать дней в этой вонючей дыре!
Четыре бледных лица выглядывали из-за решетки тюремного окна. Арестанты каждый раз пытались узнать какие-нибудь обнадеживающие новости от Дюваля с тех пор, как его стали водить на допросы. Прошло уже два месяца, как от них впервые забрали Стрелка. Они по-прежнему находились в Ниигате, а даймё все еще не уехал в Канадзаву, столицу материка. Страх смерти витал над ними, пока наконец они не начали молить о казни как о милости, избавлении от невыносимого страданий. С каждым днем их крики становились все слабее и жалобнее. Тюремщик, смеясь над арестантами, ударил палкой по решетке и низко поклонился офицеру, проходившему мимо, заставив Дюваля сделать то же самое.
Стрейкер поддерживал пленных как мог. Он говорил им, что американцы будто бы приземлились на севере континента и с каждым днем подступают к Ниигате. Но постепенно заключенные поняли, что Дюваль выдумал это. Они лишились последней надежды и совсем пали духом.
— Эй, Стрелок! Что они хотят с тобой сделать?
— Не знаю, — ответил Дюваль, но тут тюремщик подогнал его палкой.
— Сугу! — подал команду всадник, следовавший за ним.
Этот человек появился вскоре после того, как поймали Дюваля. С тех пор Стрейкер видел его дважды. И оба раза он отметил жестокость японца. Ясно, что тот командовал солдатами, потому что при его появлении солдаты становились напряженными и безжалостными. Дюваль открыто посмотрел на тюремное окно.
— Говорят, наместник завтра уезжа…
— Сугу!
Сильный удар обрушился на спину Стрейкера, и он зашатался. Было опасно игнорировать приказы молодого офицера. Он носил щеголеватое серое кимоно, вся амуниция была тщательно приведена в порядок, включая подошвы ботинок.
— Надменный ублюдок, — пробормотал Дюваль.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов