А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


В комнату вошёл Апуи:
— Похитители живут у торговца, который приносил духи, — заговорил он прямо с порога. — Я следил за ними до самых ворот. И что меня особенно удивило, они между собой разговаривали на непонятном языке. Они не жители нашей страны, хотя и выглядят очень похоже.
— Да, это не жители Та-Кемет, — подтвердил Джедхор. — Они из того же мира, откуда прибыли наши спасители.
И он рассказал Апуи обо всём, что произошло с Аней, Сашей и Ваней, а затем, не откладывая, выдал слуге новое поручение. Апуи не растерялся:
— Ты прав, мой господин. Волшебную шкатулку надо похитить именно сегодня ночью, иначе уже завтра утром они поймут, что даму отравить не удалось, и, наверняка, предпримут какие-то действия, как минимум переедут жить в другое место. Могут и вовсе скрыться. Так что… не буду терять времени, соберу людей, мы проникнем в дом торговца и застанем врасплох наших недругов.
Джедхор одобрительно кивнул, провожая Апуи, а Саша попросил всех ещё раз внимательно изучить план храмового комплекса и подумать, всё ли у них готово к предстоящей операции.
— А давайте переоденемся в свою привычную одежду, — сказал вдруг Ваня. — Лазить по стенам в этом наряде не совсем удобно.
Предложение было неожиданным, но его дружно признали разумным.
Глава 47
БОЛЬШОЙ ХРАМ АМОНА
Высокая стена с множеством входов, маленьких и больших, окружала весь храмовый комплекс, куда включались, прежде всего, Большой храм Амона и малые храмы, посвящённые другим богам; а также специальный дом для жрецов, священное озеро, где они четыре раза в день совершали ритуальные омовения, различные мастерские, храмовая библиотека, административные здания и, конечно же, Дом Жизни. В Доме Жизни находилось свиткохранилище, а еще там была школа, где готовили будущих жрецов.
Все жрецы разделялись по кастам, и каждая проходила своё, специальное обучение в Доме Жизни. Во главе жрецов стоял верховный жрец-сем. Он являлся своего рода заместителем или представителем фараона в храме. Фараон мог посадить на это место любого человека по своему усмотрению. За верховным жрецом шли жрецы-специалисты. Первыми среди них считались жрецы часов. Они следили за временем. Умение определять время имело важнейшее значение для деятельности храма, поскольку каждая служба и каждая церемония начинались в строго определённый час. Жрецы следили за ходом солнца и звёзд на небе и по их местоположению определяли, когда должно было начинаться то или иное священное действо. Так же внимательно они смотрели за специальным сосудом, этакими водяными часами, по которым определяли более точное время. Сосуд был конической формы, и на его стенках имелись отметки. Вода вытекала через небольшую дырочку внизу с определённой скоростью, и по ее уровню следили за ходом времени.
За жрецами часов следовали жрецы-астрологи, которые являлись хранителями календаря. Календарь предписывал египтянам, как вести себя в данный конкретный день. При этом каждому дню года соответствовало какое-то событие. Например, рождение Гора или День разрушений и изгнания сообщников Сета, или День праздника Мут, жены Амона, или День сопровождения Осириса на его ладье в Абидос и так далее. Отдельно в календаре обозначалось, благоприятен день или нет, и жрец-астролог должен был сообщать, какие поступки следует совершать людям в этот день, а каких не следует. Например, в День гнева глаза Гора нельзя было пользоваться огнём. Или в День, когда приверженцы Ра ловят птиц и рыбу, нельзя выходить на реку в лодке, а каждый, кто ослушается, умрёт. Или в День выхода Осириса из дома богов нельзя есть мясо львов. И также, если кто тяжело заболеет в этот день — уже не поправится. А в День, когда все боги и богини празднуют в святом храме, всё, что увидишь, будет тебе во благо.
В общем, буквально каждый день что-то значил, и советы жрецов-астрологов чётко определяли для египтян правила их поведения.
Надо заметить, что год в Великой Та-Кемет начинался весной, одновременно с разливом Нила. В этот день на востоке, перед самым восходом солнца, появлялась на мгновение звезда Сириус, по-египетски — Сопдет. И египтяне праздновали начало Нового года, первый день которого имел ещё и религиозный смысл — отмечался праздник Умиротворения Сахмет, львиноголовой богини.
Согласно преданию, люди разгневали Сахмет своим неуважительным отношением к богу Ра, и она задумала уничтожить их. Но бог Ра смилостивился над людьми, и, чтобы Сахмет не причинила им вреда, напоил её пивом, подмешав в него особое зелье. Сахмет захмелела и заснула. А когда проснулась, то забыла о своём намерении. Поэтому Новый год египтяне отмечали как праздник Умиротворения Сахмет. В этот день они пили спасшее их от гнева богини пиво, дарили друг другу подарки и восхваляли Ра.
Вообще, год у египтян делился на три сезона по четыре месяца: сезон половодья, сезон сева и сезон сбора урожая. Все три сезона были разделены на месяцы, по тридцать дней в каждом. Итого, получалось двенадцать месяцев — триста шестьдесят дней. К последнему месяцу «сбора урожая» добавлялось пять дней, чтобы общее число дней в году равнялось трёмстам шестидесяти пяти. Эти последние дни перед Новым годом были особенными. На них приходились дни рождения всех великих богов. В первый день египтяне праздновали день рождения Осириса, во второй — Гора, в третий — Сета, в четвёртый — Исиды и в пятый — Нефтиды.
И всё-таки самым значительным праздником был Опет, который праздновался в середине сезона половодья, когда на полях работы прерывались, потому что вода полностью заливала землю, подготовленную для посева. Этот праздник был самым длинным, он справлялся больше месяца. Начиналось с того, что священная ладья с золотой статуей Амона отправлялась по воде из Большого храма Амона в другой — тот, что в Южном Опете. Ликующая толпа сопровождала ладью шествием вдоль берега. После всевозможных праздничных церемоний и обрядов священная ладья таким же образом плыла обратно в Большой храм Амона.
Итак, жрецы-астрологи чётко следили за календарём, это было необходимо, ведь праздников в стране отмечалось великое множество, собственно, каждый день был для кого-то праздником.
В иерархической лестнице после жрецов-астрологов шли жрецы, владеющие тайнами храма, они и заведовали храмовой библиотекой. Считалось, что свитки этого хранилища обладают могущественной силой, поэтому непосвящённым следовало держаться от них подальше. Также в библиотеке хранились свитки с храмовыми уставами, инвентарные книги по имуществу и манускрипты по самым разнообразным вопросам магии.
Все перечисленные служители храма имели высокий ранг и работали не в самом Доме Жизни, а в специальных административных зданиях. Жили они в отдельном доме на территории храма. Были и другие жрецы-специалисты, отвечающие за строго определённую работу. Но служение в храме не было чем-то обременительным. Жрецы делились на группы, каждая из которых пребывала на службе всего по одному месяцу три раза в год — итого три месяца. А это не так много. В остальное время жрец был свободен и вёл обычную жизнь мирянина, не отягощая себя никакими запретами. Возвращаясь в храм на службу, священнослужитель совершал обряд очищения и лишь в течение этого месяца вёл строгую жизнь, полную ограничений.
Но были в числе жрецов и те, кто работал постоянно. Это — толкователи снов, маги и целители. Они служили в самом Доме Жизни и оказывали услуги простым людям. Дом Жизни имел отдельный вход для посетителей, поэтому прийти туда и воспользоваться услугами оракула или мага мог любой.
Вернёмся, однако, к самому храмовому комплексу.
Аллея сфинксов вела к центральному входу, который был украшен величественными вратами — пилоном. Этот великолепный пилон, богато инкрустированный малахитом, ляпис-лазурью, золотом и серебром, был построен сыном великого завоевателя Тутмоса III — Аменхотепом II, который, в свою очередь, являлся прадедом Эхнатона. Надо сказать, что малахита на оформление пилона ушло более пяти тон, но Аменхотеп II не жалел средств на строительство.
Всё это он делал во славу свою и Амона. Аменхотеп II так же, как и его отец, был не только великим строителем, но и великим воином — владыкой жестоким, отважным и физически сильным. «Ни один человек не сможет натянуть мой лук», — хвастался он. После смерти его отца Тутмоса III некоторые вассальные княжества стали проявлять неповиновение, однако новый правитель Двух Земель Аменхотеп II подавил восстания, прежде чем они успели развернуться. Он вышел в поход во главе своей армии и вернулся в Фивы победителем. Его корабль причалил к берегу столицы, а на носу царского корабля висели вниз головами семеро из восставших царей. Эти жертвы Аменхотеп II посвятил Амону. Сняв тела непокорных правителей с корабля, владыка вывесил их на стене, окружавшей город, чтобы все видели, как новый повелитель Двух Земель расправляется с теми, кто выказал ему неповиновение. А тело одного из семи убитых царей он даже отправил в Нубию, чтобы и там предотвратить возможное восстание.
Но не только великолепным пилоном дополнил ансамбль храма Аменхотеп II. Он расширил священное здание, сделал к нему пристройки и, конечно же, возвёл на его территории личный храм, на стенах которого отразил все свои боевые подвиги.
Перед величественным пилоном, построенным Аменхотепом II, возвышались шесты из кедра, на них развевались знамёна главного бога Египта, а в глубине ворот виднелась огромная бронзовая дверь с золотым ликом Амона. Эта дверь вела непосредственно в Большой храм Амона, но простому смертному путь туда был закрыт — можно было лишь приблизиться к вратам храма, принести дары и вознести молитвы богам. Писцы восседали тут же, и если кто-нибудь обращался к богам с просьбой, то писец записывал вопрос, конечно, беря за это плату, а затем передавал записку жрецам.
За главными воротами открывался огромный зал — Большой двор храма, украшенный очень высокими колоннами — двадцать один метр. Стены и колонны были расписаны великолепными рисунками из жизни богов. А вся площадь огромного двора составляла восемь тысяч квадратных метров. Сюда могли допускаться простые египтяне, но только в особо торжественных случаях, например при рождении ребёнка. Однако такая милость оказывалась, разумеется, не каждому родителю.
Следующий за Большим двором зал носил название Торжественный. Его площадь равнялась пяти тысячам квадратных метров. Построен он был Аменхотепом III, отцом Эхнатона и предназначался для всяческих церемоний. Сто тридцать четыре колонны, каждая еще большей высоты — двадцать четыре метра — поддерживали потолок, где была нарисована карта звёздного неба. Колонны располагались в шестнадцать рядов, и центральный проход назывался священным коридором. Барельефы на стенах и колоннах изображали восхождение фараона к богам. Торжественный зал в дневное время освещался за счёт солнца. Мягкий, равномерный свет проникал сверху сквозь зарешеченные окна. А в вечернее время, когда солнце садилось за горизонт, зал освещался пламенем светильников, коих было тут великое множество. В этом зале совершались важнейшие ритуалы, великие торжества и отмечались особые события в жизни царской семьи. Торжественный зал был тем местом, где короновался Эхнатон. В нём же он заключил союз с прекрасной Нефертити.
Следующий зал носил название Святилище и состоял из двух помещений. В одном хранилась священная ладья, в другом — золотая статуя Амона на постаменте в специальном ящике, дверцы которого были отделаны золотом и драгоценными камнями. На ладье выносили статую во время ритуальных церемоний. Росписи на стенах Святилища изображали фараона, приносящего дары богам и совершавшего другие ритуальные действия. В этот зал могли ступать только избранные жрецы и сам фараон. Несколько раз в день, на рассвете, в полдень и на закате, жрецы совершали жертвоприношения перед статуей. По утрам золотое изваяние Амона облачали в священные одеяния, а на ночь запирали дверцы алтаря, где стояла статуя. И днём и ночью священную реликвию охраняли жрецы, попеременно сменяя друг друга.
Боковые помещения главных залов, тоже богато украшенные, хранили память о великих правителях, об их деяниях. Позади Святилища находился зал Тутмоса III и его Ботаническая комната, где на стенах изображались диковинные растения, привезённые им из завоевательных походов. В самом зале Тутмоса III правитель велел запечатлеть не только сцены его великих завоеваний, но и сцены охоты, а также атлетических соревнований. А у входа в зал он велел поставить стелу, на которой велел изобразить себя в момент принесения жертв в честь шестидесяти двух своих предков.
Некоторые боковые помещения, примыкавшие к Большому двору и Торжественному залу, служили хранилищами для ритуальных принадлежностей, благовоний, подсвечников, различных масел для омовения рук и других необходимых предметов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов