А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Воздух искрился лучами солнца. Юсуп, наслаждаясь выученным вчера новым способом определения запахов, ощущал вокруг себя что-то новое, что не дано ему было чувствовать несколько дней назад. За ближайшим деревом он различил запах притаившегося зайца. Ушастый не мог понять, где очутился, принюхивался и оглядывался. От него пахло страхом и любопытством.
– Куда мы идем? – поинтересовался Юсуп, поднимая камешек и бросая его в кусты. Остальные друиды наверняка тоже чуяли зайца, но не в их правилах было мешать живой природе леса. Заяц от неожиданности подпрыгнул и исчез за деревьями. Запах его еще некоторое время затекал в ноздри, а потом растворился в воздухе.
– На поляну Шести Дубов – куда же еще? – ответил Пурпуас, поглядывая на Юсупа. – Все наши обряды и волшебство проходят именно там. Не бойся.
– Я и не боюсь, – буркнул Юсуп, хотя на самом деле боялся. Не сильно, поскольку доверял друидам, но достаточно, чтобы чувствовать, как начинают ползти по спине мурашки.
– Вижу, как ты не боишься, – хмыкнул Пурпуас, – чего ж побледнел? С Алаидой и Ильнуром ты встретишься. Они тоже будут присутствовать там.
– А Сомуяр?
– Вот и поляна, – вместо ответа произнес Пурпуас.
Они прошли сквозь воздух, ставший на неуловимое мгновение плотным и вязким. Солнце потускнело, а затем воздух расступился, яркие лучи света ударили Юсупу в глаза, и он понял, что очутился на поляне. Тысячи запахов ударили ему в ноздри, в глазах потемнело, а голос Пурпуаса вдруг показался далеким и глухим:
– Иди к своим друзьям, еще несколько минут у тебя есть.
– А где друзья?
Юсуп огляделся и увидел Алаиду с Ильнуром, сидящих прямо на траве в тени одного из широченных и старых дубов. Кора его потрескалась и кое-где облезла, как старая кожа, обнажая гладкий ствол, но дуб был жив и тихо шелестел листьями. Юноша помотал головой, разгоняя темные пятна перед глазами, и направился к сидящим.
– Виновник торжества прибыл, – проворчал Ильнур, расчесывающий бороду небольшой деревянной гребенкой. – Что скажешь?
Юсуп сел рядом на траву и промолчал.
– Он волнуется, разве не видно? – заметила Алаида.
– А я вот что-то не очень, – сказал Ильнур. – Хоть бы объяснили, для чего нас сюда привели.
– Вам разве никто не сказал? – удивился Юсуп.
– Скажут они, как же. Деревяшки безмозглые! – Ильнуру, судя по всему, не слишком нравилось общество друидов.
– А Сомуяр где?
– Сомуяр уехал, – ответила Алаида, – еще вчера вечером.
– К-как?! – Юсуп не мог в это поверить. Он смотрел на Алаиду не мигая, открыв рот, не в силах понять, что произошло. Вдруг еще одна волна полуобморочного состояния нахлынула на него, окунув в темноту. Все планы рухнули в небытие, разбившись на множество мелких осколков! Человек, на которого он надеялся, от которого ждал помощи в деле отмщения, этот человек неожиданно бросил его и ушел…
Юсуп упал на спину и тихо засмеялся, не понимая, правда, причины смеха. Его руки, согнутые в локтях, мелко задрожали, а тело затряслось. Продолжая смеяться, он заплакал, и слезы текли по щекам, капая на землю, а Алаида и Ильнур смотрели на него растерянно, не зная, чем утешить.
– И Вассо тоже ушел, – сказала Алаида тихо, словно намекая, что Юсуп не один потерял дорогого ему человека. – Он мне нравился. Хороший был друг, преданный. Ушел вместе с Сомуяром. Мне кажется, в нем взыграла кровь. Наемный убийца все-таки как дикий волк: сколько его ни корми…
Юсуп неожиданно замолчал и опустил руки на траву ладонями вверх. Заморгал.
– Он что-нибудь просил мне передать?
– Он сказал, что попрощался с тобой, – произнесла Алаида, – и просил передать, чтобы ты не лез туда, где тебя ждет смерть. Чтобы ты жил у друидов. Они – хороший народ…
Юсуп не ответил. Он думал о Сомуяре. О том, как успел поверить в него, почувствовать старшим братом, вторым отцом, наконец… а нужно ли было? Сомуяр всегда давал ему четко понять, что Юсупу не следует мстить. Ему нужно стать обычным человеком Большой Земли. Пусть это и не так просто, но все таки… А Белый Маг справится и сам.
– Не дождетесь, – прошептал Юсуп небу и зеленым листьям дуба, склонившимся над ним, – не дождетесь. Я найду всех. Тебя, Сомуяр, тоже. Ты не понял меня, а я хорошо понял тебя. Осталось только подождать немного. Совсем чуть-чуть…
Юсуп теперь знал, что будет делать.
* * *
Обряд требовал тишины. И все молчали. Пятеро из Шести лежали лицом вниз перед алтарем, вытянув руки и задержав дыхание. Боясь даже пошевелиться. Один – стоял, сжимая в руках Символ, ожидая, когда начнется Обряд, тоже не дышал, и глаза его отражали лучи пробивающегося сквозь листву солнца. Он смотрел на алтарь.
Юсуп лежал на спине, словно спал, сложив руки на груди и вытянув ноги. Глаза его бегали под закрытыми веками, словно ему снился какой-то сон с драками и погонями. Юсуп ожидал Взросления и Становления. Обряда, который придаст ему силы и поможет борьбе друидов за выживание. Орки были уже близко. По ночам, в глубокой тишине, можно было услышать их песни, ругань и крики, а также различить черный – чернее, чем ночное небо, – дым их костров. Поговаривали, что орки сжигали на кострах пойманных животных, а особенно любили пытать на огне свои жертвы. Иногда просто ради забавы.
С западного края Леса доходили тревожные слухи, что орки, минуя крупные английские города, направляются к побережью моря, сметая все на своем пути. Что их бесчисленное множество и что они поставили перед собой цель уничтожить всех ненавистных друидов.
Поэтому так спешили с Обрядом. Легенда гласила, что последний мальчик Острова спасет друидов от неминуемой гибели, но никто не знал – как? Трое из Шести предлагали вместо Обряда провести с юношей беседу, чтобы раскрыть его способности; Один думал, что его следует загипнотизировать; и только Двое настаивали на Обряде. В конце концов собрали совет Старейшин – тех, кто уже врос в землю и передвигался-то с трудом, кто помнил еще те времена, когда людей было мало на этой земле, и друиды свободно чувствовали себя в тех местах, где сейчас стояли города.
Старейшины выбрали Обряд (кроме двоих, которые были настолько стары, что попросту заснули в середине совещания и проснулись лишь неделю спустя). Веским основанием послужило то, что юноша мужал, его эго закалялось, становилось грубее и жизнеспособнее. После Обряда он начинал смотреть на мир другими глазами – глазами взрослого человека. То есть мог принимать решения трезво и самостоятельно. Это и требовалось.
Сжимавший в руках Символ неожиданно вздрогнул и зябко поежился. Ему показалось, что откуда-то с земли вдруг подул прохладный ветерок, окутал его ноги и проник под сплетенный плащ.
Вскоре и сидящие под дубами Ильнур с Алаидой заметили, что от земли поднимается белый пар. Державшему Символ теперь казалось, что струящийся от земли воздух стал горячим. Он полз по ногам, обжигая их, и поднимался все выше и выше.
«Не это ли знак?» – мелькнуло в его голове. Пятеро на земле заворочались, пытаясь увернуться от горячего пара. А стоявший лишь крепче сжал в руках Символ и молча терпел обжигающий поток.
Только когда Юсуп тонко застонал, жадно втянув в себя воздух, и капли пота скатились Стоявшему на глаза, он поднял Символ над головой и выкрикнул первые фразы заклинания.
Обряд начался.
Воздух тотчас остыл, белый пар окрасился в желтые тона, затем в зеленые, потом стал переливаться.
Стоявший почувствовал, что воздух шевелится, дышит, и тело Юсупа словно расплылось, растворилось в разноцветной дымке и, кажется, приподнялось чуть над землей. Да! Одна рука юноши соскользнула с груди и повисла в воздухе, болтаясь. Стоявший затаил дыхание. Теперь он сжимал Символ так сильно, что на мягком растении наверняка останутся глубокие следы от его пальцев..
Он выкрикнул еще одну фразу – второй шаг Обряда, – и Пятеро повторили ее глухими голосами, не поднимая голов.
Алтарь шелохнулся. Стоявший заметил это через еще не растворившийся пар и разноцветное сияние. Каменный угол алтаря задрался кверху, выворачивая землю и оставляя под собой небольшую ямку.
– Земля разверзается, – заметил Ильнур, нервно теребя бороденку. – Я слышал о подобном. Сейчас должна разверзнуться земля, а дальше…
Алаида не слушала его. Она была настолько захвачена зрелищем, что иногда забывала даже дышать.
Стоявший сделал шаг в сторону висящего в воздухе Юсупа и громко выкрикнул несколько фраз. Верхушки Шести Дубов зашелестели от внезапного порыва ветра, исходившего уже не с земли, а с неба. Стоявший выставил Символ перед собой и сделал еще несколько шагов. Символ был знаком того, что Обряд неизбежен. Он связывал миры и тех, кто не мог понять друг друга изначально.
Пятеро, почувствовав, что пришло их время, поочередно встали с колен, отряхивая со штанов пыль, и подняли руки и лица к небу. Каждый из них выкрикивал свое заклинание, и при каждом звуке голоса где-то в глубине земли раздавались глухие удары, словно кто-то пробивался на поверхность.
И земля действительно разверзлась!
Комья грязи вперемешку с глиной и свежей травой вдруг взлетели вверх, открывая глубокий разрез, словно черную бездонную улыбку!
Пятеро попятились от трещины, бубня заклинания себе под нос. Им уже не надо было кричать, чтобы их услышали те Силы, которые отвечали за Обряд. Слова текли прямо с уст в землю и впитывались в нее.
Алаида удивленно вскрикнула и вцепилась Ильнуру в плечо. Старик недовольно поморщился, но не отстранился.
Трещина увеличивалась. Прямо над ней висело тело юноши. Стоявший шагнул к ним и, выставив Символ перед собой, произнес:
– Приветствую тебя…
– И тебя тоже, друг мой, чем могу быть полезен? – Казалось, голос исходит прямо из трещины. Так оно и было…
* * *
Последнее, что Юсуп помнил, был алтарь, перед которым его попросили лечь и не двигаться, пока не придет время. Он лежал, наверное, всего несколько секунд, ощущая пробивающееся сквозь закрытые веки мутное солнце, а потом вдруг ушел в темноту. Потерял сознание, проще говоря, а когда очнулся, то увидел, что лежит на кровати в своей комнате, выбитой внутри дерева, и листья по-прежнему шелестят над его головой, а вокруг пахнет деревом и смолой. И так не хотелось верить, что Сомуяр ушел, и жутко грызло любопытство – что в нем изменил Обряд Взросления и Становления.
Около койки сидел Ильнур и мирно сопел носом, склонив голову на грудь. За окошком был вечер. Юсуп приподнялся на локтях, и старик мигом очнулся:
– Ты проснулся! – радостно сообщил он.
– Вы тоже, – ответил Юсуп.
– Я не спал, а дремал. После утомительного дня всегда полезно немного подремать перед ужином. Это способствует хорошему пищеварению! – Ильнур оглядел Юсупа с ног до головы и хмыкнул: – А друиды все ж таки великолепные волшебники! Такое сотворить!
– Что сотворить? – насторожился Юсуп и оглядел себя.
Увиденное поразило его. Перво-наперво, он здорово подрос. Теперь, вытянувшись, он мог достать кончиками пальцев ног до противоположной спинки кровати. Руки его стали больше и мускулистее. На груди появились черные волосики. Не так много, но все же достаточно, чтобы Юсуп вдруг покраснел.
– Я вырос? – спросил он заплетающимся языком. – Я что – просто вырос?
– Ты повзрослел, – объяснил Ильнур, – стал опытнее и сильнее.
– Зачем?
Старик неопределенно пожал плечами:
– Один бог ведает. Друиды говорят, что теперь в тебе достаточно силы и ума, чтобы расправиться с орками.
– А они не вернут меня в… ну… обратно?
– А тебе этого хочется?
– Не знаю еще, – ответил Юсуп, – я не опробовал свое новое тело. Дайте-ка мне зеркало.
Лицо, глядевшее на Юсупа из зеркала, ему понравилось. Оно было похоже на того, вчерашнего Юсупа, но только отчасти. Потому что теперь ему было лет двадцать пять или даже больше.
Отложив зеркало, Юсуп встал с кровати и прошелся по комнате, привыкая к новым ощущениям. Все это было немного странно – теперь пол был от него дальше, а до вешалки он мог дотянуться, даже не вставая на цыпочки. Юсуп попробовал перетащить стул и совсем не устал. Правда, прыгать на кровати больше не удастся, а щепка-шпага показалась ему маленькой и неудобной. Что ж, придется делать новую…
– Нравится? – поинтересовался Ильнур.
– Нравится, – подтвердил Юсуп. – наверное, я останусь в этом теле.
– Это уже твое тело, – поправил Ильнур.
«Хорошо это или плохо?» – подумал Юсуп и решил, что все-таки хорошо. Так больше шансов найти Упыря. Так больше шансов вообще выжить.
Что он пропустил, по сути? Юность где-нибудь в городке под боком у Ильнура или, того хуже, у какой-нибудь доброй старушки, которая его ни на шаг не будет отпускать от себя? Он бы и сам вырезал это без сожаления. Как опухоль. Так для чего грустить?
Юсуп огляделся, размышляя, что бы еще такого сделать, и сказал
– Пойдем на улицу, что ли? Не терпится показаться на людях.
– На друидах, – поправил Ильнур, улыбнувшись. – Теперь все девушки твои, точно!
ГЛАВА ТРЕТЬЯ.
Пойдем к Гиберту…
– Пойдем к Гиберту, – сказал Ильнур.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов