А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

О том, как шел по жизни бледнолицый герой, как вел за собой на подвиги отряды воинственных кельтов, как стяжал себе славу победителя и пал в чужой стране, сраженный рукою врага. Слезы катились из глаз Гвидиона, оплакивающего своего брата. И в этот миг на земле, в Верхнем Мире тысячи бардов, охваченные внезапным вдохновением, сочиняли и пели своим королям, вождям и воинам славную песню-сагу о величайшем вожде Медового Острова.
Когда песнь закончилась, Гвидион вздохнул и отложил в сторону музыкальный инструмент. Друиды одобрительно кивали, воины выли от восторга, король утер тайком слезы, покачал головой, жалобно улыбнулся.
— Мой добрый друг Гвидион, пришел ли ты ко мне с какой-нибудь просьбой или просто так решил проведать старого приятеля?
От внимания мага не ускользнуло, что король назвал себя его приятелем, значит, положение Гвидиона значительно улучшилось, благодаря хорошей песне.
— Великая легенда родилась на Медовом Острове, мой король. И я решил послужить тебе бардом, чтобы достойнейший из королей Острова первым услышал лучшую из песен! — произнес Гвидион и со смирением поклонился королю и друидам.
Друиды одобрительно закивали, и для Гвидиона это не осталось незамеченным.
— Ты оказал мне высокую честь славными речами и доставил мне великую радость своей песней, — произнес король. — Да будет эта песнь величайшей среди всех на Медовом Острове, да будет славен герой и брат твой, достойнейший из воинов. Многие, сидящие в этом зале и вкушающие хлеб мой, шли за ним. Но нет в этом зале места для достойнейшего из воинов, для короля королей, для Бренна Благословенного. Но если снизойдет он когда-нибудь до моих покоев, то уступлю ему на время пира свой трон, дабы все узрели, я, король Аннона, приветствую и признаю Короля-Ворона!
Гвидион вновь поклонился королю, но теперь с искренней благодарностью, и произнес ответную речь:
— Слава тебе, король, знающий, что такое благородство, слава тебе, великий воин. Лишь истинно великие и благородные способны признать не меньшее величие и благородство в других. Ты богат, и сотни бардов есть у тебя, готовых услаждать твой слух великими песнями. Но если только ты пожелаешь услышать и мою скромную песнь, то знай: призовешь Гвидиона, и он с радостью примет твое гостеприимство и будет слагать песни в твою славу и петь тебе их.
По приказу короля слуги поднесли гостю рог, наполненный пенистым медовым напитком, и лучшие куски мяса.
В конце пира, когда король и друиды, распрощавшись с гостями, удалились на покой, к Гвидиону подошел слуга. Низко поклонившись, он сказал:
— Великий, для тебя приготовлены покои, чтобы мог ты отдохнуть, я провожу тебя.
Гвидион сделал вид, что не заметил, как слуга тайком дотронулся до его плаща. Добрый знак, если даже слуги пытаются уловить себе королевскую благодать, данную гостю. И Гвидион не обманулся в своих предположениях — прежде чем показать магу место отдыха, слуга отвел его к королю. В маленькой тесной комнатушке, совсем не похожей на богатый, освещенный множеством огней пиршественный зал, король принял Гвидиона для тайной беседы. Здесь было темно и холодно, комната не имела ни окон, ни очага. Лишь лучина, воткнутая в щель между стенными камнями, тускло поблескивала, освещая небольшое пятно на покрытой плесенью стене. Гвидион понимал, что лучину зажгли исключительно для него, Владыка Аннона не нуждался ни в тепле, ни в свете. Король развалился в кресле, насмешливо наблюдая за гостем. Здесь, практически в полной темноте, когда свет и тепло не создавали вокруг короля неосязаемую плоть, Гвидион видел его истинный облик. Король Аннона указал магу на второе кресло, стоявшее напротив, и произнес:
— Не дано мне понять тебя, Гвидион. Непостижим ты для меня. Теперь назови мне свою просьбу, ибо сладкими речами ты можешь обмануть моих друидов, но только не меня. Не поверю я, что Хранитель ходит по Иному Миру для развлечения его жителей, словно бард. Говори, зачем пришел!
Гвидион молчал, не отрывая взгляда от глаз короля, мерцающих в темноте бледным мертвенно-серым светом. Король Аннона чуть наклонил голову, грустно улыбаясь, наконец сказал:
— Мы ссорились с тобой в прошлом и даже воевали, но все давно забыто. Я вижу, ты хочешь спросить о чем-то. Можешь задать мне вопрос.
Больше Гвидион не пытался скрыть своих намерений.
— Король Араун, моего брата нет среди твоих воинов. Где искать его мне, подскажи!
Король прищурился, лениво потянулся и внезапно расхохотался:
— Я так и знал. Знал ведь! Ох, до чего же мне завидно! И как только угораздило его стать твоим братом? Вот ведь везение. Можно хоть рога у Великого Змея обломать, будь что будет, могущественный брат придет спасать тебя, и ведь спасет, а? Даже у Змея из кишечника выудит полупереваренного, да? — Король усмехнулся. — И не надоело тебе, Гвидион, расплачиваться за его проделки? Думал я, что после того, как Мат превратил тебя в волка, ты одумаешься, ан нет. Все тебе мало. Это ж надо, Великий Гвидион из жизни в жизнь вместо великих дел лишь только и занят тем, что помогает своему похотливому братцу овладеть очередной недоступной женщиной, а потом еще столько же времени спасает его от наказания, которое за этим последовало.
Гвидион выслушал всю эту насмешливую тираду без улыбки и сказал:
— Напрасно повторяешь ты чушь, придуманную людьми. Поможешь мне?
— Конечно, помогу. Я помогу тебе советом, мой друг. Настоящим и искренним советом. Твой брат погиб. Его нельзя спасти. Его аппетиты выросли, он не захотел ограничиться одной женщиной, он решил овладеть всем миром. Это было уже слишком, Гвидион. Я не знаю, где Бренн. Но знаю, что ему никогда не прийти на мой пир. Вот мой совет: возвращайся! Не губи вслед за Бренном и себя. Опомнись, вернись в Верхний Мир, там новая твоя игрушка льет слезы и сражается сама с собой. Ты отнял у него сердце, помоги ему сохранить душу. Пока еще не поздно, остановись! Ты сгубил Ворона, спаси хотя бы Волка.
Гвидион опустил лицо, страшась поднять глаза. Неужели со стороны все выглядит так ужасно? Непостижимый! Не зря его так зовут. Даже королю Аннона не понять его. Как горько быть не понятым даже старым другом. Пустое! Он знает, что делает. Спустя тысячелетия они говорят: «Гвидион был прав!», но чаще всего они уже не помнят его слов. Какой смысл пытаться доказать королю, что Ворон не был виноват в поступках, свершаемых Зверем? Кто живет во власти Фоморов и действует по их воле, сам становится таковым. И многие скажут потом, что не случайно Балор выбрал для возрождения Древнего Врага именно Бренна, а не его старшего брата Белина, например, хотя Белин был более подходящей кандидатурой как прямой наследник королевской власти. Но он оказался слишком светел и чист, его душа не приняла чудовищное порождение Нижних Миров. Многие берутся судить то, что не в силах даже понять, а страх не придает рассудительности. Аннон успел не раз содрогнуться в ожидании возрождения Темной Империи. Кто борется со Светом и Мраком одновременно, не может быть понят ни тем, ни другим. Лишь жизнь поймет его, но в Анноне нет жизни.
— Ты поступил, как друг, мой король, и дал мне хороший совет. И если бы я только мог, я бы последовал ему. Но ты ведь сам сказал, это я виновен в том, что стало с моим братом. Не из пустой похвальбы, не из гордости или ради славы я должен искать его, а лишь потому, что он доверял мне больше, чем самому себе.
Король выпрямился в кресле, сжал пальцы, хрустнув оголенными костяшками, усмехнулся:
— Я не обманывал тебя, я сказал правду. То, чего ты хочешь достичь — невозможно. И если ты порой совершаешь невозможное, то разве я виноват в этом? Если ты спросишь меня, можно ли долететь до солнца, я скажу тебе правду: это невозможно. Но если ты достигнешь солнца, Гвидион, я не очень удивлюсь этому. Я даже не слишком буду поражен, если узнаю, что ты вернешься обратно живым.
Гвидион спрятал улыбку. Король заметил это и сказал:
— Есть такая человеческая легенда, что прежде на земле не было огня, ты полетел на солнце и принес людям огонь. Гвидион пожал плечами:
— Люди склонны выдумывать про меня всякие небылицы, в то время как мои настоящие деяния выветриваются из их памяти. Не я принес огонь на землю.
Король молчал, прищурившись на слабые отблески горящей лучины. Наконец произнес:
— Его нет в моем мире. Когда он падал, то здесь даже не задержался. Ищи его в Нижних Мирах, или в Мутных Мирах, или даже на Дне, конечно, если оно достижимо для тебя. Его бессмысленно искать, его невозможно спасти, но ты пойдешь за ним, Гвидион. Иди отдыхать, мой добрый друг. Завтра тебе предстоит трудный путь. Мои друиды проводят тебя к Переходу. Будешь уходить, загаси лучину.
Гвидион встал и внимательно посмотрел на короля. Араун откинулся на спинку кресла, судорожно вцепившись пальцами в его подлокотники, и опустил тяжелые веки, покрытые сетью темных прожилок. Круги под его глазами приобрели лиловый оттенок. Зашуршали под потолком невидимые в темноте летучие мыши. Гвидион рассек кинжалом руку и позволил каплям густой крови упасть на маленькое пламя. Лучина с шипением погасла. Король Аннона тяжело вздохнул. У дверей Гвидион тихо промолвил:
— Спасибо тебе, мой король. Прощай!
Он вышел в светлый коридор замка и тоже вздохнул, с облегчением.
Друиды Аннона приступили к обряду открытия Великого Пути. Гигантские столбы, заменяющие в этом мире камни, тускло поблескивали отполированными поверхностями, выбитые на них символы, подчеркнутые тенями, должны были обеспечивать защиту от внешнего вторжения.
Гвидион равнодушно наблюдал за друидами. Он много раз видел эти обряды, участвовал в них сам. Он мог пройти по Великому Пути и без помощи подобных ухищрений, но теперь был рад, что догадался взять с собой магические камни, если у него возникнут трудности с Переходом, он воспользуется проверенными ритуалами шаманов Верхнего Мира.
Гвидиону хотелось угодить друидам Аннона, он видел, что они чрезвычайно довольны возможностью продемонстрировать ему свои силы, и он смиренно ждал, пока жрец выложит камнями круг, повторил вслед за другими слова заклинания и даже выпил отвар, способствующий легкому восприятию Перехода.
Верховный Друид Аннона вложил Камень Власти в углубление на северном столбе. Гвидион поблагодарил друидов и шагнул в выбитый на плите круг. Не было ни чувства падения, ни изменений в окружающем мире, лишь по исчезновению друидов Гвидион определил, что находится уже в другом пространстве.
«Что ж, такое проникновение в мир мне больше по душе, чем шутки короля Аннона с падением в гостевое кресло, — подумал Гвидион. — Лучше уж пройти пару дней пешком в поисках местного владыки, чем посреди пира получить болезненный удар по мягкому месту». О том, что попасть можно было вовсе не в гостевое кресло, а в ту сырую, темную комнату, похожую на склеп, маг постарался не думать.
Глава 11
Плащ Тьмы
В новый Мир Гвидион шагнул из круга камней. Оглядевшись по сторонам, он не заметил ничего примечательного и пошел в ту сторону, где в предыдущем Мире находился замок короля Аннона. Многие Миры повторяют друг друга ландшафтами, а появление в одном из них значительного строения нередко влечет за собой возведение подобных зданий и в других пространствах. Гвидион помнил, что жилье Всадника действительно располагалось в том же месте, что и королевский замок Аннона. В этом Мире, как и в Анноне, имелось светило.
Здешнее солнце еще не достигло зенита. Гвидион услышал протяжный вой охотничьего рожка и тут же сопровождающий его лай собак, крики и топот копыт. «Владыка сам выехал мне навстречу», — подумал Гвидион. Охота приближалась. Гвидион знал, как возбуждены и свирепы Охотники, гонящие добычу, а поскольку шел он к ним с просьбой, то счел за благо перенести встречу на вечер, когда довольные и усталые вернутся они к своему домашнему очагу. Гвидион скрыл свое присутствие. Прислонившись к дереву, он наблюдал, как из леса выскочил какой-то небольшой зверь, возможно, лиса. Следом, давясь собственным лаем, вылетели белые собаки со свисающими из разинутых пастей языками, за ними мчалась кавалькада всадников. Улюлюкая и визжа, всадники неслись галопом, перескакивая на ходу через овраги и поваленные деревья, через кусты и рытвины, мимо незамеченного ими Гвидиона.
Когда звуки охоты стихли, Гвидион продолжил свой путь. К полудню он достиг ворот замка. Невидимые стражники молча пропустили его. В этом мире Гвидиона узнавали. Он пересек широкий безлюдный двор и вошел в темное помещение дома, освещенное лишь узким лучом света, проникающим сквозь окно. Здесь он нашел запыленную скамью и сел на нее поджидать хозяина. В тишине и темноте он задремал.
Проснулся маг посреди ночи, теперь в замке не было ни единого пятнышка света. Сначала Гвидион подумал, что проспал возвращение Охотников, и подивился, как это мимо него могло пройти несколько десятков человек, которые, наверное, громко разговаривали, бряцали оружием и топали ножищами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов