фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Лау Миллер

Последний человек из клана - 3. Певец Преданий


 

Тут находится бесплатная электронная фантастическая книга Последний человек из клана - 3. Певец Преданий автора, которого зовут Лау Миллер. В электроннной библиотеке fant-lib.ru можно скачать бесплатно книгу Последний человек из клана - 3. Певец Преданий в форматах RTF, TXT и FB2 или же читать книгу Лау Миллер - Последний человек из клана - 3. Певец Преданий онлайн, причем полностью без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Последний человек из клана - 3. Певец Преданий = 315.53 KB

Последний человек из клана - 3. Певец Преданий - Лау Миллер => скачать бесплатно электронную фантастическую книгу



Последний человек из клана – 3

Вычитка — Лидия
«Певец Преданий»: АСТ, АСТ Москва, Транзиткнига; Москва; 2006
ISBN 5-17-031402-7, 5-9713-0579-4, 5-9578-1918-2
Оригинал: Miller Lau, “Lore Bringer”
Перевод: А. Куклей
Аннотация
Десятилетия минули с тех пор, как пришел в мир Сутры из мира Земли великий герой Дункан Талискер, дважды победивший в схватке с Темными богами, уничтоживший их предводителя — безжалостного Корвуса — и его наследника тана Джапа, но теперь в Сутру пришла новая беда — ведь военачальник варваров-завоевателей случайно пробудил к жизни странного демона-некроманта, обращающего мертвецов в чудовищных монстров. Перед этой опасностью бессильны и люди, и сиды. И Дункан Талискер вынужден опять вступить в схватку со Злом…
Миллер Лау
Певец Преданий
ПРОЛОГ
Он был высоким и голубоглазым, как феины из южных земель, — Дункан Талискер, коего сиды нарекли Странником между Мирами. Вслед за ним пришел сеаннах, именуемый Алессандро Чаплин. Они сражались за правое дело и поселили надежду в сердцах людей, охваченных страхом и порабощенных Тьмой.
Черной волной катились коранниды по землям Сутры. Как тати в ночи, они пробирались в наши святыни, убивая всех смертных, кто встречался им на пути, так что мертвые тела заполонили лес Ор Койл. Черные тени, способные проникнуть в тела своих жертв и разорвать их на части изнутри.
То были суровые времена, когда даже боги покинули феинов, лишив их своего благоволения. Корвус, Король-Ворон, призвал из глубин ада армию демонов, и его черная злоба довлела над Сутрой, едва не разрушив самые основы мира.
Далее легенда повествует о том, что на стороне Талискера сражался некий его друг или союзник, который в ходе сражения якобы сделался вторым воплощением сущности героя и оказал ему помощь в битве. Большинство исследователей склоняется к мысли, что это «воплощение» — тень самого Талискера, отделившаяся от него на время боя и ставшая своего рода телохранителем героя. До сих пор остается неразрешенным вопрос, откуда явилась эта неожиданная помощь, но ни феины, ни сиды не подвергают сомнению тот факт, что именно Талискер и его сподвижники спасли Сутру от черных орд Корвуса. И также именно Талискер помешал небезызвестному Джалу стать темным богом и разрушить основы нашего мира.
Никому доподлинно не известно, куда исчез Талискер после того, как в Сутре воцарился мир. И впрямь: куда уходят герои, когда в них больше нет нужды?.. Возможно, Талискер мирно состарился и окончил свои дни, а может быть — он до сих пор странствует по мирам, сражаясь со злом и несправедливостью… Нам не дано это знать. Среди феинов бытует легенда, что, если Сутра вновь подвергнется опасности, Дункан Талискер и его сподвижники — где бы они ни были — явятся на помощь и спасут наш мир от гибели…
Выдержка из «Преданий и легенд феинов» Лэхлена «Белого змея» Доналла
ГЛАВА 1
Звезды здесь выглядели так же, как и везде. А собственно, почему бы и нет?
Йиска неотрывно смотрел в ночное небо, но звезды перестали радовать глаз. Они помутнели. Поблекли. Темные тучи, тяжелые от снега, затягивали небо сплошной пеленой. Белые хлопья сыпались из облаков и таяли на щеках. Холодало. Ночь выдалась морозной. Мало-помалу цепенели пальцы. Йиска как можно плотнее обернул плед вокруг плеч и бросил досадливый взгляд в сторону шоссе, где осталась его машина.
«А что, если я не стану этого делать? Никто никогда ни о чем не узнает…»
Крамольная мысль закралась лишь на миг — и тут же исчезла. Как бы он тогда сумел посмотреть в глаза Родни? Солгать ему? Нет. Невозможно…
Йиска и сам не заметил, как начал пританцовывать на месте. Губы его шевелились, невольные слова падали в тишину, будто теплые капли. Ноги тоже двигались, словно помимо его желания — казалось, невидимый кукловод дергает за ниточки, вынуждая Йиску исполнять древний танец его предков. Он вращался и притопывал, продавливая снежный наст.
Негоже выполнять ритуал таким образом — неохотно, по необходимости, без души. Йиска бросил взгляд по сторонам, дабы увериться, что он один на этом белом пустом поле. Он запел громче. Голос уплывал, исчезая вдали и будто бы тая среди пушистых снежных хлопьев.
Йиска приступил к ритуалу, и тут же пришла уверенность, что он поступает правильно. Ничего дурного не случится. Пляска Духов — не более чем символ, а дядюшка будет доволен. Он уверится, что тревожащие его тени отступили, — и успокоится. Йиске не придется врать. Он скажет, что выполнил ритуал, и это будет правдой… Вот почему он пел и танцевал на заснеженном поле, в Шотландии, в этот мертвый час ночи…
… Неожиданно ему стало ясно, отчего люди называют эту фазу ночи «мертвый час». Земля отдает последние остатки тепла, воздух становится неподвижным и ледяным, исчезают все звуки. Пройдет еще немало времени, прежде чем животворящие солнечные лучи коснутся низких склонов гор Чуска на западе. Будет новый день. Будут тепло и свет. Однако сейчас миром властвует тьма, и отдаленные горы кажутся черной иззубренной линией на фоне ночного неба. И лишь равнодушные холодные звезды сияют над головой подобно драгоценным алмазам…
В крошечном поселке было тихо. Лишь кое-где в домах тарахтели переносные генераторы, да вдалеке лаяли койоты.
— Сичей, — позвал он, увидев темный силуэт на фоне неба. Окликая Родни, Майкл использовал ласковое обращение «дедушка» из наречия навахо.
— Что ты делаешь на улице? Замерзнешь. Ты б хоть одеяло прихватил!
— Успокойся, Майк. Я стар. Кровь холодеет…
— Вот именно. Значит, тебе нужно быть в тепле, сичей. А не на морозе. — Он поднялся на холмик, куда взобрался дядюшка, дабы полюбоваться живописным видом. Майкл закурил сигарету. Оранжевая вспышка зажигалки на миг высветила острые, резкие черты лица деда. Глубоко затянувшись, Майкл протянул ему пачку, но Родни резко качнул головой.
— А я-то думал, что в медицинском колледже тебя отучили курить! — фыркнул дед.
Воцарилось молчание. Долгое время оба смотрели во тьму. В пустоте виднелось лишь несколько огоньков. Далеко на северо-западе тусклое оранжевое мерцание у подножия горы отмечало расположение мельницы… Самым же замечательным зрелищем было небо.
— Посмотри, — пробормотал Майкл. — Вон там Флейта… Плеяды…
— Белые называют ее Плугом. Знаешь?
— Да, знаю. Так что ты здесь делаешь, сичей?
Родни вздохнул.
— Мне снились сны, Майк. Очень странные сны. Когда я был моложе, я всегда запоминал свои ночные грезы — как учили старшие. Но с годами все это ушло. Я старик, и то, что мне снится, забывается на рассвете. Однако с недавних пор мои сны изменились…
Родни присел на валун, и Майк устроился рядом с ним.
— Изменились?
— Да. Они похожи на те, что я видел в молодости. Необычайно яркие. Ясные. Живые. Я вижу события, не связанные с нашим народом. И я ломаю голову: зачем же духи посылают мне эти грезы? Я никогда не бывал в Шотландии и нечего не знаю о тамошней жизни. Так почему мне снятся битвы, мечи, горские воины? Что это должно означать?
— Ух ты! Надо же! Шотландские воины? — Майк недоверчиво усмехнулся. — Ты и в Европе-то ни разу не бывал. Что ты можешь знать о Шотландии?
Родни пожал плечами.
— Теперь я знаю не так уж и мало. Эти сны не забываются поутру. Они остаются в моей памяти… Представь, тамошние воины сражаются длинными копьями — вроде тех, что используют апачи. Но они бьются не в конном строю. Копейщики дерутся пешими. Интересная тактика. Их войны совсем не похожи на наши.
Майкл покачал головой. Он не мог поверить, что дед увидел все это во сне. Скорей уж — выдумал. С другой стороны…
— Было и еще кое-что, — проговорил Родни. — Я видел, как один из воинов вдруг превратился в огромного орла. Сперва он воевал наряду со всеми, а затем стал птицей и взмыл в облака…
Несомненно, дед был очень взволнован этими снами. Что бы ни думал Майкл, Родни придавал своим ночным видениям большое значение. Майкл принял серьезный вид.
— Послушай, сичей, — тихо проговорил он, — у снов не обязательно должен быть скрытый смысл. Возможно, твое воображение…
— Нет, Майк. — Родни не дал ему договорить. — Смысл есть — и вполне определенный. Мне снился Перевертыш, и, стало быть, я скоро умру…
… Вот так оно все и случилось: его привели сюда сны. Сны старика… Теперь у него было новое — «нареченное» — имя и ритуальная рубаха для Пляски Духов. Рубаха некогда принадлежала матери, происходившей из народа шошонов. Сам Родни не мог посоветовать ему ничего определенного: навахо никогда не практиковали Пляску Духов, но это был единственный мыслимый способ узнать волю призраков. Предполагалось, что духи ответят тому, кто выполнил ритуал. Сколько было в этом правды — бог весть. Йиска точно не знал, верит ли сам дед в эту мистику, и все же одно не подлежало сомнению: Родни не желал оказаться в сумасшедшем доме. Он предпочел отправить внучатого племянника в Шотландию. Йиска не возражал. Он любил деда. А вдобавок поездка в Европу сулила большие перспективы…
Заснеженное поле было пустым и голым. Ничто не отличало его от всех прочих полей — за исключением разве что темного, вертикально стоящего камня. Отполированная гранитная плита, наполовину занесенная снегом. Единственное слово было выбито на ней — «Маклеод». Йиска не знал, что обозначает эта надпись. Быть может, гранит скрывает под собой могилу? Последний приют человека по имени Маклеод. А может быть, все что угодно… Кто их разберет — этих шотландцев?
Йиска наклонился над гранитной плитой и смахнул с нее снег.
Маклеод? Маклеод.
Маклеод…
Время шло. Темные тучи, разбухшие от снега, лениво плыли по ночному небу, то скрывая, то вновь являя взгляду мерцающие холодные звезды. Йиска танцевал. Ритуал завладел его сознанием, ноги и руки двигались помимо воли. Танец стал им — а он стал танцем. Губы шевелились, выпевая слова. Йиска устал и страшно замерз — замерз, несмотря на то, что тело находилось в постоянном движении. Пар вырывался изо рта и оседал на лице холодными каплями влаги. Губы потрескались от постоянной смены температур. Снежинки оседали на бровях и ресницах, таяли на коже. Когда первые лучи зари окрасили небо бледно-розовым цветом, Йиска все еще танцевал…
Внезапно он понял, что не может остановиться. Ноги одеревенели, пар клубами вырывался изо рта, растворяясь в морозном воздухе. Йиска чувствовал, что еще миг — и он рухнет в снег, но шли минуты, а он по-прежнему двигался. Двигался помимо своей воли… Он вскинул руки ладонями вверх — приветствуя рассвет. Это тоже был элемент танца. Да, часть ритуала… Хотя сколько же можно? Кажется, пора бы и остановиться — ведь есть предел человеческим силам. Не так ли? Довольно. Хватит!
«Пора заканчивать, — подумал Йиска. — Я разумный человек, в конце концов, а тело повинуется мозгу. И, стало быть, я могу перестать. Я могу остановиться…»
Но нет. Его губы по-прежнему шевелились. Пение превратилось в бессвязный набор слов и звуков, а танец — в неуклюжие судорожные движения. И все же он не мог остановиться: Может быть, тело само поймет, где кончаются танец и песня? Родни не предупреждал о подобных эффектах… Да что же это такое? Гипноз? Самовнушение?
Йиска больше не чувствовал холода. И почти не чувствовал своего тела…
«Чушь! Какая чушь! Ты что, и впрямь ждешь ответа от духов? Это же просто смешно!»
Так, споря сам с собой, Йиска наконец сумел совладать с собственным телом — и рухнул в снег. Несколько минут он просто бездумно лежал, уткнувшись лицом в сугроб, и лишь затем осознал, что этого не следовало делать. Нужно возвращаться, пока еще оставались силы.
И тут Йиска понял, что его позиция теперь более опасна, чем когда он стоял на ногах, танцуя.
— Эй! Эй, ты!..
Голос раздался из-за спины. Тихо постанывая, Йиска приподнялся на локтях и повернул голову.
— Парень, ты живой?
Йиска не был готов объяснять свое присутствие местным жителям. И что прикажете теперь делать?
— Да. Я… — Он попытался сесть, но ничего не вышло — тело отказывалось повиноваться. Йиска все же ухитрился перекатиться на бок, а затем на спину. Он вгляделся во мрак и ошарашенно уставился на неожиданного собеседника. В нескольких футах поодаль стоял… как их там называл Родни?.. Горец? Шотландский воин времен средневековья. Йиска представлял их себе исключительно по голливудским фильмам и до сих пор полагал, что они должны выглядеть… ну… немного опрятнее. На горце был килт болотно-зеленого цвета — без каких-либо клеток, присущих тартану. С пояса свисали многочисленные не слишком чистые мешочки. В длинных рыжих волосах, определенно не знакомых с расческой, запутались веточки и комья грязи. Но более всего изумило Йиску совсем другое. Человек был полупрозрачным, и снежные хлопья пролетали прямо сквозь его тело, не встречая препятствия.
— А я погляжу, ты здорово удивлен, — проговорил мужчина с жутким шотландским акцентом. — Интересно, с чего бы — после того, как ты так старательно призывал меня последние часов пять?
Йиска захлопал глазами. Призрак подошел поближе, навис над ним и проговорил почти дружелюбно:
— Я бы на твоем месте не сидел в снегу, парень. Отморозишь задницу… и остальное. — Он ухмыльнулся. — Итак, чего ты хотел от меня? Предупреждаю заранее: я не могу исполнить три желания или построить дворец.
Йиска с трудом поднялся, не отводя взгляда от горца. Ритуальный танец не предполагал подобного исхода. Станцуй, развей по ветру травы и иди домой. Только-то и всего. Он молчал и во все глаза смотрел на призрака: тот нахмурился и отступил на пару шагов.
— Ты вообще-то умеешь разговаривать? — недовольно спросил он.
— Да… Я… — Йиска собрался с мыслями. — Меня зовут Йиска Таллоак, я происхожу из народа навахо, из Аризоны…
— Аризоны? — непонимающе переспросил призрак.
— Это в Америке.
— А, Новый Свет.
— Да, точно… Слушай, может, мы поговорим в машине? Иначе я тут просто сдохну от холода. Ты не против?
— В машине? — Призрак, казалось, задумался. Затем согласно кивнул. — Ах да. Я помню машины.
На сей раз растерялся Йиска.
— Помнишь?
— Ну да. Я уже бывал в этом мире, знаешь ли. — Он целенаправленно затопал в сторону шоссе. Йиска ошеломленно наблюдал за ним. Призрак не оставлял ни малейших следов на белом покрывале снега. — Ну? Ты идешь или как?
Вернувшись в машину, Йиска почувствовал себя совсем худо, закружилась голова. Он взял с заднего сиденья клетчатый плед и завернулся в него, пытаясь унять дрожь. Призрак устроился радом, на пассажирском сиденье. Он благодушно оглядывался по сторонам с почти детским любопытством на грубоватом лице. Йиска принюхался. От его нового знакомца исходил легкий, но вполне уловимый запах тлена, и Йиска невольно задумался: не превратится ли этот душок в зловоние, когда воздух в салоне как следует нагреется? Впрочем, выбора не было. Йиска завел мотор и включил зажигание.
— Так ты расскажешь, зачем меня вызвал?
— Видишь ли, я не ожидал такого эффекта, — признался Йиска. — Тут все дело в моем дяде… вернее, двоюродном дедушке — Родни. Ему снились странные сны, они его беспокоили. В одном из снов он увидел это поле и этот камень. Тогда Родни попросил меня… — Йиска пересказал призраку свою историю от начала и до конца, словно разговаривал с самым обыкновенным человеком. В машине становилось все теплее, а снаружи снегопад продолжал усиливаться…
К тому времени как Йиска окончил свое повествование, призрак приобрел необычайно взволнованный вид. Но Йиска был слишком измотан, чтобы обратить на это внимание. Тяжелой волной навалилась усталость, и Йиска внезапно понял, что призрак — не более чем плод его воспаленного воображения. Должно быть, он переутомился. Теперь, когда Йиска оказался в машине — в тепле и безопасности, — он отдался во власть дремоты. Уже уплывая в сон, Йиска услышал, как призрак сказал:
— Надо что-то с этим делать. Да, серьезная проблема… А потом:
— Да, кстати: мое имя Малколм Маклеод. Хотя друзья зовут меня Малки.
24-й день трина, 1265 года
Что я могу сказать? Сейчас, когда я пишу этот дневник, у меня неудержимо дрожат руки, и мне действительно страшно. Я всегда считал себя разумным человеком, и мне достало мудрости понять, что события сегодняшней ночи принесут неисчислимые беды множеству людей. А в первую очередь — мне самому. И все же… Все же… Невзирая на смятение, я не могу отказаться от столь великолепных перспектив. Я взойду к самым вершинам власти, какие бы испытания ни готовила мне судьба…
Впрочем, я забегаю вперед. Для начала следует описать по порядку прошедшую ночь.
Итак, я сидел в своих покоях, расположенных в южной башне Дурганти. Мы до сих пор не успели сменить обстановку, поэтому большая часть мебели в моей комнате осталась от феинов, и выглядит она довольно вульгарно. Однако я должен признать, что в моих покоях весьма уютно. В ту ночь в камине горел огонь, и щеки мои пылали не то от тепла, не то от вина. А может быть — от того и другого вместе. Примешивалась сюда и немалая доля усталости. В то время мы уже знали от наших шпионов, что феины готовят восстание, и я провел большую часть дня с императором, пытаясь убедить старого дурня в необходимости превентивного удара по Руаннох Веру. Надо отметить, мне это так и не удалось.
В конце концов я смирился. Император повел себя как глупец, да ладно. Я не сомневался в том, что восстание все равно удастся подавить. Превосходство шоретов в воинской силе не подлежало сомнению. Так что я выкинул из головы дневной разговор и решил посвятить вечер чтению. От предыдущего владельца комнаты осталось множество самых разнообразных книг — от маленьких томиков до массивных фолиантов. Большая их часть пребывала в негодном состоянии — страницы разорваны, разлохмачены, разъедены влагой и червями. Но некоторые из книг были вполне читабельны. Одна из них особенно привлекла мой интерес: это была история феинов. Правда, «история» — это, положим, сильно сказано. Книга содержала слишком много вещей, которые с трудом можно назвать фактами. К примеру сказать, боги феинов в этой книге описаны так, будто они на самом деле существовали. Герои феинов возникали из ниоткуда, меняли судьбы стран и народов, а затем снова исчезали — в никуда. А что забавней всего: кажется, феины и сами не имеют понятия, кто возвел величайшие из их городов — Сулис Мор и Руаннох Вер. Те города, которые нам удалось захватить — Дурганти и Кармала Сью, — возведены феинами, но предыдущие два остаются загадкой. Сулис Мор лежит далеко на севере и считается неприступной крепостью. Разумеется, рано или поздно мы доберемся и до него, развеяв миф о неприступности града. Сам я никогда не видел Сулис Мора, но Руаннох Вер — воистину жемчужина архитектуры и инженерной мысли. Начать с того, что он возведен над озером, которое…
… нет, я отвлекся. Итак, я сильно устал за прошедший день, и потому вино ударило мне в голову. Кажется, я даже задремал, сидя в кресле. Здесь я до конца неуверен, но, так или иначе, я выронил книгу, и этот звук привел меня в чувство. Подняв фолиант, я увидел, что корешок разломился и несколько страниц выпало. А еще из-под переплета вывалился лист бумаги. Возможно, конечно, он просто служил кому-то закладкой, однако я ни на миг не усомнился в том, что лист этот целенаправленно спрятали в книге.
Я совершил глупость и не стесняюсь это признать. С другой стороны, я воин, а не жрец и не чародей. Я прекрасно разбираюсь в тактике и стратегии и далек от всякого рода мистики и магии. Лист был исписан золотыми чернилами, а по краям украшен причудливым витым узором. Я поднес его поближе к свету и принялся читать вслух, водя пальцем по строчкам, поскольку так было проще разобрать написанное.
Глупо, глупо, я знаю. Да вот сделанного не воротишь. Как выяснилось, узоры представляли собой стилизованных змей. Они невероятно извивались, переплетаясь между собой, и каждая держала во рту собственный хвост. Мне показалось, что я видел подобные символы раньше, но хоть убейте, не помню, где и когда. Вроде бы они обозначают вечность… Едва лишь я закончил чтение, как текст начал светиться. Сперва я решил, что золотые чернила попросту отразили пламя свечей, и в этот момент бумага вспыхнула у меня в руках. От неожиданности я выронил листок, вскочил и принялся топтать его, стремясь погасить пламя, прежде чем оно перекинется на ковер. Прекратив безумные прыжки, я увидел, что бумага исчезла. Нет, не сгорела, определенно не сгорела. На ковре не осталось ни пепла, ни обугленных кусочков — только темный контур листа.
Должен признаться, в первый момент я не ощущал ничего, кроме досады. Было безумно жаль ковер. Ведь мне подарил его сам император после взятия Кармалы Сью — до тех пор этот ковер украшал тамошний Зал Совета… Под рукой у меня не оказалось воды, так что я выплеснул на дымящийся ковер остатки вина из своего бокала.
Вот тогда-то я и услышал смех — жестокий, насмешливый, отрывистый. Смех человека очень многое говорит о его характере. По смеху можно понять, добр человек или зол, простодушен или коварен. Я не великий знаток людской природы, но звук этого смеха даже меня заставил насторожиться. Я протянул руку к ножнам, висящим на спинке кресла, и вытащил меч.
Смех не прекращался. Казалось, мое судорожное движение, мое намерение достать оружие еще больше развеселило насмешника. Я обвел взглядом комнату и увидел… впервые увидел это создание. Я застыл, ошеломленный, не в силах пошевелиться. Жаль… Ах как жаль! Надо было бы сразу разделаться с ним; возможно, это решило бы многие проблемы.
Моим глазам предстала… тварь. Да, именно так — никаким иным словом нельзя было описать это существо. Маленькое — не более двух футов ростом, — оно было покрыто сморщенной кожей странного зеленовато-коричневого оттенка. Две крошечные ручки, две ножки и голова. Только тем существо и напоминало человека. Морщинистое личико, искривленное ехидной усмешкой, являло собой самое отвратительное зрелище, когда-либо встречавшееся мне в жизни. Рот существа был полон крошечных острых как иглы зубов. Нос — вздернутый вверх и запавший, как у летучей мыши, но во сто крат более мерзкий. Глаза — черные бусины — горели ненавистью и злобой. Жуткое зловоние заполонило комнату в единый миг: тяжелый запах гниющей плоти, от которого слезились глаза и тошнота подступала к горлу…
— Что это? Кто ты, тварь?
Глупый вопрос. Так мог выглядеть только демон или какой-нибудь бес из Преисподней.
Существо не ответило. Опустив голову, оно принялось разглядывать собственное тело — так, словно видело его впервые. Вытянув вперед руку, тварь долго ее разглядывала, сжимая и расслабляя маленькие пальчики. И, кажется, увиденное ей не понравилось.
Минуло несколько долгих минут, прежде чем демон заговорил.
— Ну наконец-то, — проскрипел он. — Ладно. Ничего… Лучше уж так, чем никак вообще…
В тот момент я не понял его. Голос демона был не менее омерзителен, чем его вид, — хриплый, скрежещущий шепот… Тварь обратила свой взгляд на меня и проговорила:
— Ты не… — Она помедлила, словно бы силясь что-то припомнить. — Ты не похож на феина… да… Что это за мир?
— Сутра, — отвечал я. — А я шорет. Мы захватили большинство феинских городов.
— Захыв… За-ахватили ? — Демон вновь рассмеялся.

Последний человек из клана - 3. Певец Преданий - Лау Миллер => читать онлайн фантастическую книгу далее


Было бы неплохо, чтобы фантастическая книга Последний человек из клана - 3. Певец Преданий писателя-фантаста Лау Миллер понравилась бы вам!
Если так получится, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Последний человек из клана - 3. Певец Преданий своим друзьям-любителям фантастики, проставив гиперссылку на эту страницу с произведением: Лау Миллер - Последний человек из клана - 3. Певец Преданий.
Ключевые слова страницы: Последний человек из клана - 3. Певец Преданий; Лау Миллер, скачать бесплатно книгу, читать книгу онлайн, полностью, полная версия, фантастика, фэнтези, электронная
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике